Лиза Эванс

В тайнике страж правопорядка обнаружил толстую тетрадь, оказавшуюся дневником девочки, в котором она рассказывала о волшебниках и магах. Полицейским ничем бы не помог этот дневник, на их взгляд, полный детских фантазий, если бы в самом конце не указывался адрес некоего дома, который, судя по записям, Петунья намеривалась посетить. Полиция провела проверку этого дома и обнаружила, что его давно занимают группа сектантов, со всем, прилагающимся к этому антуражем. То, что они совершенно не имели отношения ни к магии ни к оккультизму говорить не стоит.

Поклонникам Тьмы без труда удалось завлечь к себе девочку-подростка, повернутую на мистике и отчаянно завидующую своим сёстрам.

К огромному облегчению отца, Петунью нашли живой и относительно здоровой: её хотели принести в жертву во время какого-то ритуала, но полицейские успели вовремя, и Петунья отделалась глубокой психологической травмой.

По заявлению волшебников, присланных Министерством Магии по заявлению мистера Эванса, стирать память полицейским, узнавшим о дневнике, совершено бессмысленно и не имеет практического значения. Все равно никто не поверил в написанное, сочтя то, что было в записях пропагандой сектантов.

И никого не взволновало сообщение арестованных о том, что Петунья когда-то взяла у них редкую книгу, и не просто читала ее сама, но и дала для ознакомления своей младшей сестре.

Светлане же пришлось долго лечить Петунью от страхов, полученных в результате этого события.

Конец отступления.

Как же меня бесит эта Алиса! Строит из себя невесть кого, аристократка чёртова. Весь путь до Хогвартса она рассказывала о том, как должна вести себя настоящая гриффиндорка, и постоянно хвасталась своим чистокровным происхождением и своей аристократической семьей.

Когда поезд остановился, я не сдержала облегченный вздох, из-за чего получила презрительный взгляд от Алисы и гневный от сестры.

— Наконец-то это закончилось! Мне всю дорогу хотелось превратить Алису в крысу, — вполголоса сказала я Севу, отошедшему вместе со мной от Лили и её подруги.

— Обычно ты более сдержанная, — усмехнулся он.

— Как будто тебя она не раздражает?! — вспылила я.

— Хватит злиться, залазь уже, — проворчал Северус, стоя возле безлошадной кареты, которая должна была отвезти нас в Хогвартс.

Распределение прошло нормально, хотя я за ним практически не следила. Меня удивили взгляды, которые на меня бросали однокурсники. В них было куда меньше враждебности, чем в прошлом году. Я поела, посмеялась вместе с Севом над первокурсниками. Они были страшно напуганы, и так явно нервничали, что это казалось очень забавным. Хотя, вспомнив прошлый год, не могу не признать того, что мы были напуганы ничуть не меньше, и скорее всего, над нами также хихикали. А они, в свою очередь, будут смеяться над первокурсниками, которые придут в Хогвартс в следующем году. Такой вот замкнутый круг.

Ну, вот и все. Пир закончился и все разошлись по своим факультетам.

Не задерживаясь в гостиной, я быстро прошла в свою спальню, разделась и легла в кровать. Я отчаянно не хотела засыпать. Все из-за этой проклятой книги.

Каждая моя ночь превращается в пытку. Сначала с кошмарами было справляться относительно просто, но с каждым разом делать это было все труднее и труднее. Я хоть и осознавала себя во сне, но это нечем мне не помогало. Как бы я не старалась, все мои попытки изменить сон оборачивались против меня. После каждой ночи я просыпалась вся в поту. Чего только не было в моих снах: я тонула в болоте, меня сжигали на костре, но самое страшное было в тех снах, где отец со Светланой говорили, что я им не нужна. Что у них есть две любимых дочки Лили и Петуния, а я лишняя.

Ладно, завтра же все расскажу учителям. Надеюсь, они мне помогут. А сейчас спать.

В этот раз я очутилась перед зеркалом. Его поверхность была антрацитовой. И все же там было что-то видно. Чем дольше я всматривалась в черную гладь, тем четче проступали какие-то контуры. И вот я, наконец, увидела, что на меня смотрит мое отражения. Только оно было слегка неправильное. Однако что именно в нем было неправильным, я понять так и не смогла. А потом отражение заговорило, и я поняла, что же все-таки привлекло мое внимание. Глаза. Они были без зрачков.

— Привет Лиза. Я твое отражение, твои скрытые эмоций и фантазии, твои тайные желания и страхи. Но все же, я часть тебя, а ты часть меня. Твои занятия оклюменцией расшатали естественную преграду между нами. А упражнения из той книги сломали ее, — скрипучим голосом поведало мне отражение.

— А как ты появилась? Или ты была всегда? — я глубоко вздохнула и выдохнула. Обычно это в небольшой степени помогало преодолеть страх.

— Ты вспомни как воображала врага, который хочет сломать тебя и насылает кошмары. Как и что произошло, я точно не знаю. Но подозреваю, что я появилась в это время. Но, полностью осознала я себя только вчера.

— Вчера я не спала. Боялась кошмаров.

— Кошмаров теперь не будет, — она ухмыльнулась, — и не вздумай жаловаться учителям. В первые же секунды легилименции я покажу Малфоя и его речь. А значит, ты нарушишь обет. — Обет. А я уже забыла про него. Как непредусмотрительно с моей стороны.

— А что будет со мной дальше? — отражение усмехнулось.

— Я не знаю. И да мне зовут Азил. Спи.

И впервые за долгое время я провалилась в пустоту. В сон без сновидений.

Глава 11

Снова потянулись обычные учебные будни. Я немного изменила своё расписание, чтобы оставить время для ежедневных прогулок с Севом и Лили возле озера. В итоге, у меня появилось много новых знакомых, но не друзей, среди гриффиндорцев и когтевранцев, которые не так презирали маглорожденных волшебников, как слизеринцы. Часто к нам присоединялись подружки моей сестры, среди которых попадались довольно приятные особы. С ними мне нравилось проводить время, и я даже начала мечтать о том, что они станут для меня кем-то большим, чем знакомые и друзья моей сестры. Но встречались и такие, которых адекватными назвать было с большой натяжкой, причем именно этих особ, как бы мне не казалось странным, в окружении Лили было большинство. В лучшем случае они не обращали на нас с Севом внимание, а, бывало, пытались объяснить, какую глупую ошибку совершает сестра, общаясь с нами. Что было несколько неожиданно, потому что я не понимала такого неприятельского к себе отношения. Я нередко выказывала свое недовольство Лили, но она только пожимала плечами и продолжала общение с ними. В конце концов, мне это надоело, и я постаралась сократить наше общение до того минимума, которое не позволило бы мне порвать все отношения с собственной сестрой и не остаться совсем одной как в прошлом году.

Несмотря на уроки и прогулки, все равно большую часть времени я проводила в библиотеке, а также в пустых классах, постоянно тренируясь в наложении различных заклятий.

Изо дня в день страсти в гостиной факультета Слизерина разгорались со страшной силой. Вечерами перед сном практически ежедневно читали обращения Волдеморта к чистокровным магам. Обычно читала Алекто. Она использовала небольшой чёрный столик, стоящий рядом с камином, в качестве кафедры, доставала из-за пазухи свиток и начинала громко и проникновенно зачитывать. Она яростно и звонко произносила каждое слово с таким жаром и верой в свою правоту и правоту действий своего Темного Лорда, что многим хотелось взять палочку в руку и идти истреблять магглов и грязнокровок.

На этих собраниях я сидела, забившись в угол в надежде, что на меня никто не обратит излишнего внимания, и, молча, наблюдала за происходящим. К счастью, я удостаивалась даже меньшего внимания, чем на какое-то насекомое.

— Нас не обучают здесь настоящей магии — лишь её жалким крохам! — продолжала вещать с импровизированной трибуны девушка. — Но я решила эту проблему. Сегодня за завтраком пришел ответ Темного Лорда на мое письмо к нему. По моей просьбе он прислал нам учебники, которые действительно принесут нам пользу!

Из коридора прилетела огромная коробка, которая с грохотом опустилась на столик. Затем в гостиную, шурша развевающимся плащом, вошел Люциус Малфой, помахивая палочкой, и с улыбкой произнёс:

— В этой посылке книги, а также брошюры, которые надо раздать вашим знакомым из других факультетов, разделяющие наши с вами взгляды и которым вы безоговорочно доверяете. Не хотите же вы, чтобы кто-то побежал к старику и рассказал про наш маленький секрет? — все отрицательно помотали головами. Малфой удовлетворенно хмыкнул и продолжил. — Книги же останутся здесь и пусть каждый, кто хочет поддерживать Темного Лорда, возьмёт их.

Я выскользнула в коридор, пока все отвлеклись на посылку. Почему я приходила на эти собрания? Мне было просто любопытно. Принесенный ранее Обет обеспечивал мне неприкосновенность, но действия самих слизеринцев иногда противоречили их собственным высказываниям. Если они так ненавидят грязнокровок, то почему для меня сделали исключение? Я ведь чувствую, что они меня не ненавидят, а только призирают, а это ведь не одно и то же. Но это были слишком сложные для меня вопросы, поэтому сейчас я не пыталась на них отвечать, а придумывала способ незаметно взять книгу. Всё же интересно, чему хочет научить своих последователей их Лорд. Думаю, их никто пересчитывать не будет, тем более раз можно раздавать книги своим друзьям, то ночью можно будет прихватить один экземпляр.

Ночи я ждала с нетерпением и, чтобы себя как-то занять, читала "Трех мушкетеров". Книгу я взяла из дома и уже прочитала больше половины. Дождавшись трёх часов, я тихо на цыпочках пошла в гостиную.

В гостиной горел камин, Креб и Кэрроу сидели рядом с ним в креслах и негромко разговаривали с кем-то через камин.

— Мой Лорд, мы получили книги.

— Кто-нибудь из чужих об этом знает?

— Только грязнокровка. Но она никак нам не помешает.

— Хорошо. Группы готовы?

— Да. Мы планируем начать обучение первых, вторых, третьих курсов на этой неделе. Старшекурсниками займемся в следующем месяце.

Внутри у меня всё заледенело от голоса, который раздавался из камина. В нем звучала властность и уверенность. Я уже тихонько повернулась, чтобы пойти в свою комнату, как в глубине темного коридора раздался звук открываемой двери. Из своей комнаты вышла Алекто, которая сразу же меня заметила.

— А что это мы тут делаем? — с плохо скрытой злостью спросила она. На её голос обернулись ее брат Амикус. — Пойдем со мной, — сказала она, ехидно улыбнувшись. Эта улыбка явно не предвещала мне ничего хорошего.

Я схватилась за палочку, но вовремя вспомнила об обете. Сзади ко мне подошёл Крэб и, схватив под руки, подтащили к камину. Там в мерцании волшебного огня я обнаружила голову известного в магическом мире политика и борца за чистоту крови Лорда Волдеморта.

— Так вот ты какая? — он некоторое время задумчиво рассматривал меня. — Не бойся, я тебя не трону, если ты не будешь мешать моим планам. Скажи мне, что ты здесь делала? Подслушивала? И что потом? Хотела рассказать все Дамблдору, да? Как ты обошла Непреложный Обет? Отвечай. И не смей мне врать.

— Я просто хотела взять книги, мне было любопытно, что в них написано, — со смелостью, удивившей меня саму, ответила я.

— Бери, — я смотрела на Лорда. — Ну же, бери.

Я нерешительно подошла к ящику. Ящик был практически пуст, лишь на самом дне лежало несколько книг. Я потянулась к одной из них, но все равно мне не хватала пары сантиметров, и когда уже большая часть моего тела была в ящике, я поняла что здесь что-то не так и попыталась вылезти, но у меня не получалось.

— Ящик специально зачарован от воров. Но к твоему счастью, Лорд Волдеморт держит свое слово, поэтому ты получишь книги. Помоги ей.

Я почувствовала, как чья-то рука буквально выдернула меня из ящика. Рука принадлежала Амикусу. Не говоря ни слова, он достал чёрную книжку и протянул ее мне.

— А теперь иди в свою комнату, и запомни этот день, — велел Лорд. — Теперь ты одна из нас.

И я на трясущихся ногах вышла из гостиной, прижимая к груди злополучную книгу.

От страха я ничего не соображала, заснуть не смогла, и как-то связно мыслить начала только под утро. Я не хочу быть одной из них.