...А еще он шел совершенно без света, однако видел вокруг четко и ясно, только немного затемнено, будто в сумерки или дождливый день. Но и этого он не замечал. Коридор... лестничный пролет... парадные двери замка, закрыты... окно... прыжок!..
Гарри остановился в нерешительности, как дикий зверь, выросший на свободе, но потом посаженный в маленький, узкий вольер, а теперь опять выпущенный в родную рощу, на волю, такую безграничную, прекрасную и такую обманчивую.
Луна ярким полукругом светила в чистом звездном небе, ледяной пронзительно-свежий ветер шевелил мертвой пожухлой травой и крючьями веток голых деревьев, чьи стволы чернели в ночи, освещенные серебром лунного диска. Вдали зубчатой крепостью стоял Запретный лес, ощетинившийся, колючий, злой, нетерпящий чужого присутствия. Гарри с шумом втянул в себя почти морозный воздух, вбирая вместе с ним все остальные ночные запахи, свежие и таинственные... Тысячи различных образов, сцен ворвалось в его мозг вместе с этими ароматами, донесшимися до него по ветру. Гарри тряхнул головой, лохматые пряди рассыпались по лицу, упали на мечтательно затуманенные глаза цвета осенних кленовых листьев. Юноша расправил плечи и постоял так немного, наслаждаясь ощущением свободы, переполняющей его силы, бодрости, а затем стремительно, будто по команде сорвался с места и побежал в сторону леса, бесшумно, словно тень, скользя над землей. На ходу мышцы на ногах и руках буграми перекатывались под кожей, двигались кости, превращаясь в длинные, мощные лапы, кожа покрывалась блестящей, как железная проволока шерстью, челюсти удлинились, став волчьей мордой с поблескивающими на ней словно два уголька глазами. Но Гарри ничего этого не чувствовал, он бежал вперед, не ощущая усталости, времени или еще чего-нибудь, ничего, только безграничное ликование от этой лунной ночи, от холодного пронизывающего ветра, от страшных мертвых деревьев, от самого себя, такого быстрого и свободного. Сейчас уже не существовало Гарри Поттера, не было ученика школы волшебства и чародейства Хогвартс, не было Человека, нет. Был только Зверь, дикий, страшный, вольный, бегущий по такому же вольному лесу, такому же черному и нелюдимому, как и он сам. И он возликовал. В ночи раздался заунывный волчий вой, прокатившийся по окрестностям, достигший самых удаленных уголков Хогсмита, самых высоких башен Хогварста.
В этот момент в своем кабинете вздрогнул и, оторвавшись от свитка пергамента, лежащего перед ним на столе, обеспокоено посмотрел в темноту ночи за окном Альбус Дамблдор.
Зверь бежал тихо и незаметно, не оглядываясь и не останавливаясь, бежал без цели. Он наслаждался этой ночью, скрывавшей его от глаз людей и животных, давая ему приют под своим черным плащом. Запах прелого мха и сырости пьянил его, завораживал, заставлял нестись все дальше, прыгать всё выше, испытывать свою звериную мощь. В новом приливе безумной эйфории он выбежал на поляну и, рухнув под корни могучих черных великанов-деревьев, принялся кувыркаться, тереться спиной о мокрую землю, задрав к верху толстые почти щенячьи лапы, повизгивая от восторга. Потом он замер и долго тихо лежал на боку, внюхиваясь и вслушиваясь, впитывая в себя эти мгновения. Постоянные обитатели этого леса с недоверчивым удивлением, растерянностью и испугом следили за этим странным и страшным существом, так бесцеремонно вторгшимся на "их" территорию, безбоязненно дремавшим под "их" деревьями.
Звезды постепенно, одна за другой начали угасать, луна тоже потускнела и исчезла. Небо сделалось прозрачным, синим, а затем просто серо-голубым. Холод усилился, все покрылось изморозью, капли на земле и деревьях превратились в кристаллы инея, дыхание начало вырываться сизым паром. На востоке заалела маленькая полоска, которая всё разрасталась, насыщалась цветом и жизнью.
Зверь поднял голову и печально посмотрел в сторону восходящего солнца, которое медленно, но неумолимо "ползло" всё выше и выше. Первые его лучи упали на морду, игриво дернули за уши, пробежались по носу и спустились дальше. Он тяжело вздохнул, встал и, отряхнувшись от лесной грязи и ночного покоя, тяжело ступая, побрел в сторону еще погруженного в сон замка.
Деревья цеплялись за его бока, словно не хотели отпускать, просили остаться, еще немного побыть среди их прохлады, но зверь ускорил шаг, побежал трусцой по ему одному видимой тропинке, постепенно превращаясь в человека. Вскоре лесной покров расступился, солнце мощно ударило в грудь, затем охватило все тело, улыбнувшись, заглянуло в глаза, изумленно глядящие на объятый красными рождающимися лучами замок. Они отражались от покрытой инеем черепицы, скользили по камням башен, искрились в окнах, прыгали в миниатюрных бойницах...
Его поразила мысль:
"А я ведь впервые вижу Хогвартс на восходе солнца! Как он прекрасен! Мой Хогвартс!"
Он впервые ощутил насколько породнился со старым замком, ставшим ему родным домом, открыв новую грань его красоты взамен уже примелькавшейся.
Где-то в Хогсмите пропел петух, Гарри, с трудом заставив себя оторваться от созерцания этого чуда, внимательно оглядываясь по сторонам, побежал к окну, через которое он вчера "убежал". Оно было высоковато, примерно в двух метрах от земли.
"И как же я сумел вчера оттуда спрыгнуть?" — юноша в нерешительности остановился перед каменной стеной и задрал голову. Он пару раз попытался допрыгнуть, но только ободрал себе руки, а попробовать левитировать себя наверх было слишком рискованно. Гарри уже отчаялся и решил подождать на улице, а потом как-нибудь незаметно проскользнуть внутрь, но в этот момент со стороны хижины Хагрида раздался звук отворяемой двери, в утренней тишине скрип был ясно слышен. Сердце Гарри учащенно забилось — если полувеликан его сейчас заметит, не миновать ему разборки у МакГоннагал и Дамблдоровских "проповедей" о том, что он должен быть осторожен и не подвергать лишний раз свою жизнь опасности, или еще чего доброго его вообще могут упечь куда-нибудь вроде площади Гриммо, что бы не навредил "ни себе, ни другим"...
Это получилось само собой, ноги согнулись в коленях, мышцы напряглись... и р-раз! — он уже в оконном проеме.
Гарри быстро спрыгнул на пол и аккуратно прикрыл стекло. Воровато оглядевшись, он, по-звериному пригнувшись, побежал в свою комнату.
-Дом Гарри Поттера, — проход исправно открылся и впустил хозяина. Гарри устало, но довольно развалился на кровати, закинув руки за голову с мечтательным видом.
"Лесные запахи, осеннее утро, изморозь на ветках..."
Глаза закрылись в блаженном сне.
— Сэр Гарри Поттер, сэр Гарри Поттер!
Гарри сонно приоткрыл один глаз и тут же крепко зажмурил его. Из окна прямо в лицо лился неприятно-яркий свет, кто-то неуверенно тряс его за плечо и писклявым голосом звал:
— Сэр Гарри Поттер!
— Добби? — хрипло после сна спросил юноша, увидев прямо над собой сморщенное лицо эльфа и его огромные, как теннисные мячи глаза. Он прочистил горло, отгоняя остатки сна, и удивленно спросил, — Ты что здесь делаешь?
Домовой эльф почтительно отступил назад.
— Сэр, Добби пришел сказать, что завтрак уже кончился, мистер Уизли и мисс Грейнджер там были, а сэр Гарри Поттер нет. Они сказали, что беспокоятся. Добби пришел в комнату Гарри Поттера и увидел, что тот спит, и... — он виновато потупил взгляд, — Добби пришлось разбудить сэра Гарри Поттера. Плохой Добби!
Эльф-домовик кинулся к тумбочке у кровати Гарри, по видимому намереваясь стукнуться об нее головой, но юноша вовремя перехватил его, чтобы не допустить самобичевания.
— Спасибо, Добби. Если бы не ты, я бы опоздал на урок. Спасибо, можешь идти!
Тот просиял и, щелкнув себя по носу, исчез. Гарри нехотя потащился в душ.
На следующую ночь всё повторилось снова — снова давящее чувство изнутри, снова прогулка по Запретному лесу... и еще ночь, и еще...
Глава 4. Новые возможности, новая жизнь
Дни для Гарри летели быстро и незаметно, насыщенные школьной жизнью и впечатлениями от ночных прогулок. Каждое утро он торопливо мылся, одевался, завтракал, спешил на уроки. Днем он учился, сидел в библиотеке, общался с Роном и Гермионой, с другими однокурсниками, "сталкивался" с Малфоем и его свитой... но всё это делалось в ожидании ночи, когда темная прохлада ляжет на уставший мир, погрузит всех в крепкий сон, а он Гарри сможет вновь ощутить... себя.
"Ночь — верная подруга Гарри Поттера, только в ее сумраке он сбрасывает с себя кандалы правил, лохмотья обязанностей, становиться самим собой" — Гарри улыбнулся этой мысли и бодро зашагал в свою комнату. Он уже доставал волшебную палочку, стоя рядом со знакомым гобеленом, когда его чуткий слух уловил приближающиеся шаги. Гарри мысленно выругался и, запихнув палочку в карман, сделал вид, что идет в гриффиндорскую гостиную. Из-за поворота показался взъерошенный Колин Криви, он раскраснелся и был чем-то явно недоволен, однако увидев Гарри, он просиял и заспешил ему навстречу.
"О нет! Только не это!" — в панике подумал Гарри, отчаянно пытаясь найти глазами какое-нибудь место, где можно было бы укрыться от этого "Поттеромана".
— Гарри! А я тебя везде ищу, — Колин радостно ему улыбнулся.
— Неужели, — процедил сквозь зубы Мальчик-который-выжил.
Криви ничего не заметил.
— Дамблдор просил тебе передать вот это... — сообщил он Гарри, расстегивая сумку. "Этим" оказался изрядно помятый свиток пергамента с восковой печатью.
— Э-э-э... спасибо, Колин.
"Интересно, что там? Надо бы избавиться от Криви и поскорее прочитать послание".
На сей раз ему сопутствовала удача, из-за угла показалась голова такого же взъерошенного и злого Дениса Криви, который за лето стал чуть ли не на полголовы выше брата. Колин пискнул что-то вроде "Ну, пока, Гарри" и поспешил удалиться.
"Хм... Что они не поделили?" — вяло подумал Гарри, он уже сидел в своей комнате, в кресле, вытянув ноги перед уютно потрескивающим камином. Решительным жестом, сломав печать, он пробежался глазами по желтой поверхности пергамента. Там косым аккуратным почерком было написана пара строк: "Гарри, летом я уже намекал тебе на то, что возможно тебе могут понадобиться новые занятия, так вот, начиная с понедельника, каждый день в семь вечера ты будешь ходить на Уроки Концентрации к профессору Снейпу. Это очень пойдет тебе на пользу. Дамблдор."
— Уроки у Снейпа? На пользу? — удивленно спросил Гарри у каминной полки, будто та сможет ему как-нибудь ответить.
~*~*~
Запахи волнами прокатывались по классу, от тонкого аромата правильно сваренного зелья, до вони желеобразного месива в котлах некоторых учеников...
Гарри аккуратно нарезал корень валерианы (сегодня они варили Успокаивающую эссенцию) и с содроганием думал о том, что бы с ним стало, почувствуй он хоть на секунду все эти запахи в полную силу. Даже от одной мысли об этом голова стала кружиться, а к горлу подкатила тошнота. Слава Мерлину, сегодня он умудрился ничего не перепутать, и его зелье имело строго темно-малиновый цвет, как и написано в учебнике. Оставалось добавить корень валерианы и пучок мяты "по вкусу". Гарри уже давно заметил, что с приобретением новых "возможностей", в данном случае очень острое обоняние, он практически перестал ошибаться на зельях, тонкий нюх тут же улавливал ошибку, а руки машинально клали в котел правильный ингредиент.
"Просто инстинкт какой-то!.." — усмехнулся про себя Гарри, кидая в котел пахнущий мягкой свежестью листик.
Неподалеку Гермиона, тихо чертыхаясь, нарезала злосчастный корень, она варила свое зелье, попутно помогая вконец растерявшемуся Рону, и теперь, когда до конца урока оставались считанные минуты, она катастрофически не успевала. Уизли стоял рядом понурый, виновато глядя на подругу, раздражая ее тем самым еще больше.
— Всё, закончили, — раздался ничего не выражающий голос профессора Снейпа. Ученики наскоро покидали в котлы еще кое-какие ингредиенты, после чего по очереди отнесли к столу преподавателя флаконы с получившимся зельем.
Гарри подождал Рона и Гермиону на выходе. Когда они, наконец, вышли, девушка выглядела раздосадованной, Рон немного повеселевшим, его зелье было нежно-розового цвета, а это во всяком случае лучше, чем та черно-зеленая бурда, которую умудрился состряпать этот хорек — Малфой.
— Гарри, ты где сегодня вечером будешь? — почти весело спросил Рон, когда они спускались по лестнице, — Надеюсь, что не в библиотеке, учиться много — вредно, а то станешь как Гермиона.
Девушка кинула на Рона уничтожающий взгляд и, вздернув нос, быстрым шагом обогнала их и скрылась из виду.
— Рон, зачем ты так с ней? — спросил Гарри.
— Как? — не понял рыжий, — Так где ты будешь? Сегодня у Симуса День Рождения, отмечать будем...
Уизли подмигнул ему с заговорщицким видом. Гарри вздохнул и подумал, что это, скорее всего, плохая идея, он представил, что с ним будет после этой пирушки или того хуже, в нем может опять пробудиться "он", "зверь", и что тогда?.. Вот только как об этом сказать Рону, не рассказывая о "болезни", чтобы тот понял?
И тут Гарри осенило:
— Рон, извини, но я не могу. Мне в семь вечера назначен дополнительный урок у Снейпа, Дамблдор сказал, что это что-то очень важное.
Лицо друга исказила гримаса острого сочувствия.
— Держись, сынок, мысленно я с тобой, — торжественно сказал он, хлопнув Гарри по плечу.
Вечером, сделав уроки и даже успев прочитать пару глав из книги "Оборотень — охотник или жертва?" Оливера Борна, купленной в Косом Переулке еще летом, Гарри с тяжелым сердцем отправился в подземелья к Снейпу.
Он потянул на себя тяжелую дверь, которая, на удивление, отворилась совершенно беззвучно, и робко заглянул во внутрь: у противоположной стены спинок к входу стоял в своей черной мантии профессор зельеварения, руки его порхали над котлом, в котором тихо и загадочно побулькивало какое-то золотисто-зеленое варево. Юноша прошмыгнул в класс и сел за ближайшую парту. Он потянул носом, вдыхая чуть терпкий пьянящий запах зелья, Снейп еще несколько раз помешал его деревянной лопаткой и, удовлетворенно хмыкнув, развернулся и только сейчас заметил внимательно наблюдающего за ним Гарри. Лицо Снейпа дернулось, он даже отступил немного назад.
— Поттер, вас никто не учил, что нужно стучать?.. — он выглядел раздосадованным и злым.
— Простите, профессор, — искренне извинился Гарри, удивленно подумав "Неужели я так тихо хожу, что он даже не заметил меня?"
Снейп уже справился с собой и надел маску непроницаемости.
— Вы знаете, зачем вы здесь, Поттер?
"Глупый вопрос!"
— Да, сэр. Профессор Дамблдор хочет, что бы вы давали мне Уроки концентрации...
— Правильно, а знаете ли вы что это? — чисто риторически.
— Нет, сэр.
Снейп быстро прошел в другой конец класса к своему столу и взмахнул палочкой, парты и стулья исчезли, образовалось полностью пустое пространство, Гарри оказался на полу, не успев вовремя встать с растворяющейся в воздухе мебели. Он резко, рывком поднялся на ноги.
— Концентрация — это умение волшебника ощущать свои возможности, свои магические и физические силы, инстинкты, желания, а так же управлять ими, не позволять им брать верх над разумом, сознанием, уметь обуздывать себя. Вам, Поттер, это и раньше было необходимо, — зельевар насмешливо искривил губы, Гарри скрипнул зубами от злости, — а в данной ситуации это нужно просто катастрофически.
