Меня зовут Куюри.

Кстати об юри, хм появилась идея с именем. Как там моих родителей зову по легенде: Мататаби и Кюби он же Курама. Первые слог плюс юри, и выбрать самое благозвучное.

Так Маюри, что то знакомое о точно такое вроде в м... да в каком-то анимэ есть точно! М да что-то я основательно позабыл анимэшки. Надо бы пересмотреть. Я абсолютно точно уверен, что информация хранится или в библиотеке или видеотеке. Тока я, почему то не могу вытащить её так сказать дистанционно. И как мне кажется это не нормально. Опять, скорее всего проделки Трёхглазой. Ну что ей стоило дать мне инфу по всяким там ниндзявским скилам сразу в разум. Нет, дала в виде этакой виртуальной библиотеки. Которую ещё надо перелопачивать. Уверен, что из-за этого и моя память пострадала. Тоже частично перешла в виртуальную библиотеку. Нет, все, что я видел, слышал, или читал можно легко восстановить. Но это же опять всё надо перечитать, пересмотреть и прослушать. Откровенно говоря, в лом. Тем боле отрывочные воспоминания остались при мне. Ну, по крайне мере, если будет скучно длительный досуг мне обеспечен.

Взглядом наткнулся на занервничавшую малышку. Вот интересно во многих произведениях главные герои мгновенно обдумывают километры или кубометры мыслей. Между репликами с оппонентом. Ну, там политическую обстановку, планы, заделы на будущее и ещё кучу разного. Почему у меня так не получается. И ведь и тугодумом не когда не был, однако не получается и всё тут. От блин занесло куда-то не туда. Мысли в километрах, пиздец. А кстати в чём мысли измеряются?

Блин стоп — стоп, имя. Так Маюри, Кююри, Куюри. Кююри как то не звучит. Маюри какие-то больничные ассоциации вызывает, не нафиг не люблю болеть. Хотя может доктор, а не больной? Нет, всё равно нафиг, меня тошнить начинает, как представил, что лечу какой не будь гнойник. Тогда остаётся Куюри, а что звучит не плохо.

— Меня зовут Куюри. Приятно познакомится Тентен.

Тентен. Ну чего она молчит? Что думает соврать? Так ведь её просто проверить, нужно будет просто хвосты посчитать. Э Куюри, точно врёт, такой биджу нет!

— Ты врёшь! Тебя зовут не Куюри! Ты Курама!

— Зачем мне врать?

— Ты точно биджу. У тебя есть хвосты и их много! Я не могу их сосчитать, ты на них сидишь. Но биджу всего девять и не каких Куюри среди них не значится.

— Вообще-то биджу десять. Даже одиннадцать, если посчитать Джуби. А что насчёт хвостов, так посчитай.

Встаю со ступенек и поворачиваюсь к ней спиной, распушив и расположив хвосты веером, для удобства счёта. О клёво хвостами рулить получается инстинктивно, не задумываясь. Как рукой или ногой. Я-то уже готовился в них путается. Ожидал ещё одну пакость, но, похоже, она об этом не подумала. Ну и, слава богу.

— Один, два, три, ..., десять, одиннадцать.

Тентен сразу начала считать вслух.

— Нет, не может быть! Я наверно со счёта сбилась. Ещё раз: один, два, три, ..., одиннадцать. Но как? Ведь биджу девять. Известен был их прародитель десятихвостый Джуби. Но ни кто и не когда не слышал о одинадцатихвостой. Но вот она стоит и ей начихать, что её не должно быть. Она есть. Но почему о ней нечего не известно? Возможно, потому что она хорошо скрывается. А тех, кто всё же узнаёт её тайну, уничтожает.

Тут поток её размышлений прерывает голос той, кто назвал себя Куюри.

— Не бойся малышка, тебе ни чего не угрожает.

— Я, что вслух думала? Простите, просто, когда я волнуюсь, я так успокаиваюсь.

— О понятно, буду знать. Убедилась что я не Кюби?

— Да. Но почему о вас никто не знал? Откуда вы вообще взялись? Почему вы оказались во мне? Кто запечатал вас во мне? Почему мой внутренний мир такой яркий? Я думала, он будет — несколько мрачнее. Ведь это мой мир? Вы сами сказали об этом. И откуда здесь взялись те странные и зубастые? Они тоже, какие ни будь духи? И зачем их запечатали вместе с вами? И ....

— Стоп, стоп, стоп. Подожди маленькая почемучка. Давай хотя бы с уже заданными вопросами разберёмся.

— Почему обо мне никто не знал? Ответ прост, я скрывался.

— Не скрывался, а скрывалась. Вы девочка, а не мальчик.

Вот же, и как это у героев со сменой пола удаётся сразу перестраивается?

— М..., ну да ты права. Срывалась, как видишь я не слишком крупная. И жила я в стороне от людей. Лишь изредка наведываясь в поселения. На это время хвосты и уши прятал.

— Прятала.

— А.

— Я говорю прятала, а не прятал. И почему ты говоришь как мальчик?

— Ну. Не обращай внимания. Я долго жила одна. И почему то решила, что я парень. И не чего смешного в этом нет. Я понимаю, что это глупо. Но так уж сложилось.

— Хорошо я постараюсь не обращать внимания. Нет, я буду обращать внимание. И буду тебя поправлять. Ты не парень, ты девушка. А девушка, говорящая о себе как о парне, это звучит по край не мере глупо.

— Откуда я взялась? Ну, тут просто от мамы с папой. Мои мама и отец биджу. Это двухвостая кошка Мататаби и девятихвостый лис Кюби. Они скрыли ото всех свою связь. Хвосты мне достались от них в наследство два от матери и девять от отца. Но они забыли обо мне. Стоп не перебивай! Вопросы задашь позже. Если они у тебя появятся. Когда я родилась, я была очень слаба и умирала. И тогда мои родители обратились к богам, чтобы они спасли мне жизнь. И один из богов откликнулся. Он спас мне жизнь, но взамен забрал у родителей часть их сил и воспоминания обо мне. Мне же вложил кучу знаний в голову, сделал взрослой и запретил, в течение определённого времени, встречается с ними. Ну, более подробно я говорить об этом не хочу. Не слишком это приятно вспоминать.

Угу, вспоминать, просто не знаю, что ещё придумать.

— С тем, откуда я взялась понятно?

— Да понятно, прости. Но это получается, что если бы была возможность, то у Кюби и Гьюки родился бы семнадцатихвостый ребёнок.

— Э. Вот не знаю. Даже предполагать не берусь. Ладно, что там дальше?

— Кто вас запечатал в меня?

— Никто, я сама. Понимаешь, я тогда почувствовала Кюби. Время запрета вышло. Вот я и пришла, чтоб с ним поговорить. А он тут воюет. Вот я и решил подожда....

— Решила!

— А да решила подождать и осмотреться пока. К тому же мне показалось, что он действовал не по своей воле. Вот когда я осматривалась я тебя и увидела. Ты по какой-то причине выжила там, где все остальные погибли. Выжила и отчаянно цеплялась за жизнь. Хотя и постепенно проигрывала. Вот стояла, смотрела я на тебя и в какой-то момент решила тебе помочь. Ну и помогла. Только, похоже, что где то напортачила, то есть ошиблась. Понимаешь когда я решила помочь то, видя, что твое тело не повреждено. Посмотрела на твою душу. У тебя, у твоей души не было руки, ног и части головы. Тогда я вошла в твоё тело и объединила наши души. Теперь ты частично являешься биджу. Но вот почему у тебя болит рука и ноги я не пойму. Они у нас вроде как общие. А голова не болит?

— Нет. А должна?

— Ну, я же говорила, что ни хватало части головы.

— Мой странный глаз?

— Да.

— Нет, не болит и ни разу не болел.

— Прости из-за моей ошибки, ты страдаешь.

— Вы хотели как лучше. Но неужели вы это делали в первый раз?

— Да в первый раз. До этого как-то спасать ни кого желания не возникало.

— Вы спасли мне жизнь. Я благодарна вам за это. Но всё же, жить больно и я не могу простить вас пока. Может быть потом когда-нибудь, а может и наоборот буду проклинать.

М да, а девочка действительно рассуждает не по детски. Хотя сначала и возникло ощущения обычного ребёнка. Особенно когда она начала задавать вопросы. Хотя какой в жопу обычный ребёнок с такой то жизнью. Почему же я не стал говорить правду о себе, зачем начал плести сказки? Сам себе не могу ответить на этот вопрос, хотя и задаю его. Испугался чего-то, струсил. Может это и к лучшему. Пусть считает меня порождением своего мира, чем другого. Судя по всему она хоть и может пользоваться моим, относительно развитым разумом взрослого человека. Но к памяти доступа нет. Блин, а чтение как же? Буду надеется, что этот навык стал общим с мелкой, когда перепал мне от Трёхглазки. Чёта я себе крутого и непогрешимого попаданца не напоминаю. Боюсь чего-то постоянно, косяки делаю, над детьми издеваюсь. Бля даже над планом не задумываюсь по выполнению задания. Всё на авось да небось надеюсь. Надо срочно исправляется, вот девочку спроважу и буду планы наполеоновские планировать. Вот стоит, молчит, на фонтан пузырчатый смотрит. М да я уже обратно сесть на ступеньку успел, а ей даже не предложил. М да, что то часто я мдамкаю как мне кажется. И то верно когда сказать нечего лучше многозначительно мдамкнуть. Даже если размышляешь сам с собой.

— Может, присядешь?

— Нет. Спасибо. Я и так постоянно или лежу или сижу. Мне стоять приятней.

Вот же блин. Она ещё не знает о том, из-за чего у неё были приступы.

— Приступы были из-за вас?

Да нет, уже знает, вернее догадывается. Я уже начинаю понимать, почему её боятся.

— Да, прости. Тут было очень уныло и скучно. Вот я и начал всё менять.

— На-ча-ла!

— Да — да. Этот мир такой радужный из-за меня. Я подумал — а, что если внутренний мир будет красивым, то мне удастся уговорить, джинчурики поменяться на некоторое время.

— Как это поменяться?

— Ну, то есть он, ну ты останешься здесь во внутреннем мире. А я буду во внешнем управлять телом.

— Я согласна.

— А?

— Я согласна поменяться говорю.

— Только сначала ты мне всё тут объяснишь и покажешь. Расскажешь, как бороться с теми зубастыми. Понятно?

— Да. Знаешь, я чувствую себя маленькой и провинившийся девочкой, которую сейчас злая старшая сестра отругает, а может и о, ужас, набьёт.

Стоит, смотрит на меня, посмотрела на свои ноги, опять на меня и давай хохотать.

Тентен. Почему я смеюсь? Наверно это и называется истерикой? Я узнала из-за чего, я чувствую боль. Узнав об этом, я была возмущена. Да как она могла, лучше бы и не спасала чем так. Может и приступы из-за неё были? Подумалось мне тогда. Да из-за неё она сама подтвердила. Приступы происходили потому, что одна биджу решила изменить мой внутренний мир. Что? Она хотела поменяться местами? Да я за это, ... да я, ... я согласна. Но почему она просто не захватила меня? То есть моё тело. Ведь её не сдерживает печать. Печатей вообще нет, не каких, тогда почему? Она просто играет добрую роль. Но если ей надоест. Я ведь с ней сейчас говорю очень грубо, и она может просто уничтожить меня. Нет тока не сейчас. Да я сама просила о смерти, но только потому, что не видела выхода. Но сейчас, когда я могу хоть немного пожить нормальной жизнью. Нет, не хочу. Что она не обиделась, она шутит. Почему она так добра ко мне?

— Почему, почему вы так добры ко мне?

Вот и что ответить ей.

— Так ведь ты моя младшая сестрёнка.

— Сестрёнка?

— Ну да, я же говорила, что когда восстанавливала твоё духовное тело, отдала тебе часть своего. Ты стала частично биджу. Возможно, со временем полностью им станешь и у тебя отрастут хвосты. Только когда это случится и сколько будет хвостов, и будет ли вообще не спрашивай. Ответа я всё равно не знаю. А так как части духовных тел у нас общие, то ты получается моя младшая и глупая сестрёнка. Которую надо опекать и помогать. И мне очень жаль за все те неприятности, что доставила я тебе.

Только не.... Вот же блин! Рыдает. Уткнулась мне в грудь и рыдает. И чего спрашивается рыдать. Перебрал в памяти все свои слова. Вроде нет нечего такого. Как её теперь успокаивать? Сижу, обнимаю её, глажу по голове. И абсолютно не представляю, чтоб ещё придумать для её быстрейшего успокоения.

Ну, наконец, то, вроде успокаиваться начала.

— Успокоилась? Вот и молодец. И чего сырость разводить начала? Подумай хорошенько о своём желание остаться здесь. Я ведь не знаю, как из внешнего мира попасть во внутренний. И потому ты можешь остаться в этой хоть и красочной и обширной клетке надолго, абсолютно одна. Нужно ли тебе это?

— Там, я тоже в клетке и тоже абсолютно одна. Здесь я могу ходить и не боятся боли. Там мне этого не доступно.

— Ну, хорошо тогда давай я для тебя проведу экскурсию. И потом попытаемся поменяться местами.

— Почему попытаемся?

— Так ведь я не знаю, как это делать. Потому с первого раза может, не получится.

— Но ведь если не получится. Как я снова попаду к тебе?

— Я не знаю, я же говорю у меня в этом тоже ни как кого опыта. Так пошли. Будем думать, что и как после, если не получится.

Тентен сидя в библиотеке, вспоминает прошедшее время с момента появления во внутреннем мире. С того времени прошло семь дней. Здесь нет ни заката, ни рассвета. Просто раз в один миг и вокруг сумерки, а небо черное — черное. Ярко сияющие звёзды, луна и солнце. Раз и вокруг светло, ярко синие небо: и опять луна, солнце и звёзды.

Здесь хорошо и совсем некогда скучать. Когда Куюри проводила экскурсию она показала ей дом и объяснила правила пользования дверьми. Конечно, она объяснила далеко не всё, сказав иначе мне будет не интересно. Лабиринт меня не слишком впечатлил. Ну, комната, ну двери, много дверей и много комнат. Единственное что двери всякий раз открываются по разному, в разные комнаты лабиринта. Зачем ей это если у неё есть особый ключ, который как сказала Куюри встроен в её тело и называется вип. Ей нужно лишь пожелать и дверь откроется туда, куда нужно ей.

Ванна, туалет, душевая, две спальни, рабочий кабинет эти комнаты её не слишком заинтересовали. Кухня в принципе тоже, но там есть шкаф. Чудесный шкаф со всякими вкусняшками. Куюри оказывается много чего успела попробовать в отличие от неё. Нужно только правильно назвать блюдо и оно появится. Только есть ограничение, нужно чтоб это блюдо хоть раз попробовали она или Куюри.

Бальный зал или зал танцев тоже странное место. Большой сверкающий шар на потолке, разноцветные лампочки вдоль одной из стен и на потолке. Много простых лампочек и странные коробки в одном из углов с кучей кнопок и рычагов. И несколько полок с маленькими плоскими коробочками, внутри них лежал странный блестящий диск с дыркой посередине. На каждой коробочки надпись со странами надписями. Нет, она их могла прочитать, но понять их смысл пока не могла. Что значит, например надпись на полки 'классика'. Нет, что такое классика она знала. Но какое отношение к классики имеет коробочка с диском, на котором написано Шопенгауэр. Ничего ответы она найдёт в библиотеке, потом.

Такие же коробочки на полках были и в видео комнате. Там, правда было ещё и тёмное матовое зеркало на всю стену. Тоже непонятно зачем оно было нужно Куюри. Хот она и говорила что она её сестра. Но я пока не привыкла к этой мысли. Я сестра биджу и возможно сама стану биджу. Это очень неожиданно и странно было узнать. Было очень приятно узнать о том, что ты не одна, что есть кто то, кто о тебе заботится. Пусть и не всегда удачно, но она о многом даже не догадывалась и теперь пытается всё исправить. Тогда она впервые заплакала не от боли, хотя она уже давно так не делала, а от счастья, что не одна.

Гардероб огромная комната с зеркалом и рядами одежды на вешалках. Целый одёжный лабиринт. Её сначала очень огорчило, что она не может нечего одеть, ведь всё было на её новоприобретённую сестру. Но стоило, прикоснутся к понравившемуся платью и оно становилось её размера. Померила, поносила, повешала обратно и оно снова стало прежним. Также в гардеробе вдоль одной стены было в кучу свалено разнообразное оружие. Ножи, топоры, мечи, кунаи и ещё куча всяких непонятных предметов. Интересно, почему Куюри так небрежно свалило оружие в гардеробе? Возможно, она посчитала, что это элементы одежды. А потом спрошу.