Эпилог

Сидевшая рядом Женя так же любовалась своей красавицей и старалась не думать о предстоящих хлопотах и неизбежных тревогах. Всё-таки не Ижорск, куда, если что, даже не на автобусе, на такси враз домчишься, а Царьград — столица, там для её девочки... Столько наслушалась и начиталась, что страшно. Но всё-таки там и Игорь Александрович, и Андрюша. Помогут, защитят. Нет, всё правильно, конечно, Алисе надо получать высшее образование, а физмат — серьёзный факультет, вряд ли там вертихвостки с вертопрахами, те на других. Ну да бог с ними, со всеми другими. А вот, что Эркин не смог прийти — это конечно, жаль, но работа есть работа, он же теперь не на рабочем дворе, а в цеху, да ещё экспериментальном, и даже не рабочим, а младшим техником. И невольно улыбнулась, вспомнив уже его выпускной в заводском техникуме. Торжественное вручение дипломов с присвоением звания младших техников и назначениями в цеха. А экспериментальный цех — это, конечно, почётно, туда лучших отбирают, и зарплата выше, чем в обычных, но и рабочая смена не нормированная, а сколько нужно. Женя невольно вздохнула.

Вальс закончился, и Дим с демонстративной и даже несколько утрированной галантностью, чтобы, ну, совсем как в кино, поблагодарил Алису и проводил её к длинному накрытому столу со смешным названием "фуршет". Алиса немедленно подключилась к игре. Хотя и не совсем играя: всё-таки впереди Царьград, надо будет показать себя не провинциальной простушкой, а... ну, там, конечно, по обстановке, но и это надо уметь, как там в книге? Да, "выломаться под любую богиню". Алиса задумчиво откусила от эклера с розовой глазурью.

— Алиска, а чего всё-таки на физмат? Там же скукотища!

— И хладных чисел ровный строй! — мечтательно улыбнулась Алиса. — Люблю их ровные ряды, далёкие от суеты дневной.

— И ночной? — максимально ехидно, но тихо, на грани шёпота поинтересовался Дим.

Алиса сверху вниз, несмотря на то, что Дим уже на два пальца выше, окатила его строгим холодным взглядом.

— Деточка, никогда не говори о том, в чём не разбираешься.

И с явным удовлетворением отвернулась от Дима, покрасневшего от сдерживаемого гнева.

— Ну... — наконец выдохнул Дим, — ну, ты дождёшься.

Алиса доела эклер и кивнула.

— Конечно, я подожду.

И с милой улыбкой отвернулась от стола, принимая приглашение на кадриль от Витьки Смородина из параллельного. Никаких обид: Дим сам признавался, что только вальс и умеет. А Витька принципиально не танцует, а пляшет, и только, как он говорит "своё родное". "Барыню", "топотуху" с припевками, ну, и кадриль, а вот вальс и танго с прочими фокстротами — это, дескать, чужое и без надобности. А он просто не умеет, учился-то "у берёз вприглядку". "Ну и дурак, — с привычной насмешкой подумала Алиса, улыбаясь партнёру, — Чем больше знаешь и умеешь, тем тебе же лучше".

— В Царьград едешь? — начал разговор Витька

— Ну да. В Университет буду поступать, — с небрежной гордостью ответила Алиса.

— Ну и несёт тебя. Ижорска мало?

— В Ижорске физмат только в педагогическом. А я, — Алиса мило улыбнулась, — в науку хочу.

Витька насмешливо хмыкает, и Алиса готовится врезать ему уже всерьёз, если только посмеет что-то вякнуть про такую науку, от которой девки млеют. Но Витька тоже знает Алису не первый год и потому ограничивается ухмылкой.

А мамы, продолжая любоваться своими нарядными, совсем, скажи, взрослыми, а всё равно детьми, обсуждая и техникумы в Ижорске, и кому какое платье во сколько обошлось, а костюм-то на взрослого покупали, а они уже о-го-го, ну, так не на один год, а платье, ну да, к свадьбе пусть полежит, так не венчальное же, а на второй и третий день сгодится, а педагогический и в Ижорске есть, да они везде есть, а в Царьграде, и не страшно девчонку одну в такую даль да на столичные штучки...

— Страшно, конечно, — вздохнула Женя. — Но... посмотрим. Не поступит, так вернётся, пойдёт в Ижорский политехнический.

— А то и в наш заводской можно. Мой туда хочет.

— Да, но экзамены... Говорят, сложные, похлеще цареградских.

— И ведь техникум, не институт.

— Ну, не знаю. Мой там практику проходил. Ему понравилось.

Женя кивала, соглашалась и возражала, но не вникала, любуясь своей красавицей.

Плавно и неотвратимо приближалась завершающая фаза праздника — встреча рассвета на площади Победы — главной площади Загорья. Ну а потом уже кто куда, кто к озеру, кто домой, кто... ну, сами решат, взрослые уже. А мамы пока всё уберут и решат кто чего из оставшегося домой заберёт, накупили-то вон сколько.

Домой Алиса вернулась уже утром, даже почти днём. В квартире было тихо и по первому ощущению пусто. Ну да, мама на работе, а Эрик... она осторожно, на щёлочку приоткрыла дверь спальни, да, вон его голова на подушке, спит. Ну и отлично! Она тихо прикрыла дверь родительской спальни и пошла к себе. Переодеться уже в домашнее, позавтракать и заняться сборами. Спать, ну, совсем не хотелось.

В её комнате на письменном столе лежали аттестат, похвальная грамота и характеристика. Вчера она, получив на торжественной части документы, отдала их маме, чтобы ничего не мешало танцевать и веселиться, ну, это все сообразили. Алиса вздохнула и стала переодеваться.

Когда далеко, на самой границе сна и яви, стукнула дверь ванной, Эркин вздохнул и открыл глаза. Задумал он дело совсем не простое и даже опасное, но необходимое. Думать об этом он начал ещё года полтора назад, когда только-только зашла речь о том, где Алисе после школы учиться. Конечно, университет, конечно, Царьград, конечно, никаких проблем с жильём и вообще. Но... в большом городе и проблемы большие. Да ещё у провинциалки, а их Загорье для Царьграда даже не провинция, а глухомань, а в столице... Всякое может случиться. Предупреждён — значит, вооружён? Оно-то так, конечно, но предупреждения мало для вооружённости, нужно и само оружие. И такое, чтобы не придрались, не конфисковали, чтобы его даже не заметно было. До момента применения.

Алиса вышла из ванной, накручивая на голове тюрбан из полотенца, и уже взялась за ручку двери своей комнаты, когда из большой комнаты её окликнули.

— Алиса! Иди сюда.

— Иду, — сразу ответила она, круто поворачиваясь к приоткрытой двери.

Эркин ждал её, стоя посредине, по-домашнему: в спортивных штанах и старенькой, памятной ей чуть ли не с детства зелёно-красной ковбойке, но почему-то против обыкновения не застёгнутой и заправленной, а навыпуск и распахнутой. Что это с ним? И лицо... такое серьёзное, даже... Она не додумала.

— Алиса, — Эркин откашлялся, проталкивая вдруг появившийся в горле комок. — Ты будешь теперь одна.

У неё изумлённо округлились глаза и задрались брови. Как одна?! Ведь и на Царьград мама согласилась именно потому, что там есть родные: дедушка и дядя, а Эрик...

— Да, — строго, даже жёстко повторил Эркин, видя её удивление. — И всякое может случиться. Ты должна уметь защитить себя.

— Ну, я же на самооборону ходила, — не так возразила, как уточнила Алиса.

— Это не то, — недовольно мотнул головой Эркин. — Делай, что говорю.

Алиса удивлённо кивнула: таким тоном Эрик с ней очень редко, раз в несколько лет говорил, а то и ещё реже. Чего это с ним?

Подчиняясь его командам, ничего не понимая, но воздерживаясь от ненужных сейчас — ведь ясно, что не ответит — вопросов, она распахнула на нём рубашку и положила обе ладони с растопыренными пальцами ему грудь, уложила каждый палец в указанное место. Убрала руки. Снова положила, снова подправила. И ещё раз, и ещё... Когда в третий раз подряд все пальцы оказались в нужных местах, Эркин приказал:

— А теперь нажимай, сильнее!

Алиса, пожав плечами, выполнила и эту команду. И с ужасом увидела, как внезапно Эркин резко побледнел и безвольным мешком осел на пол.

— Эрик! Что с тобой? Ты что?!

Алиса, плача, опустилась рядом с ним на колени, затрясла за плечи.

— Ну, что ты?! Что?! Скорую?

— Сейчас, — Эркин с трудом пошевели бледными, бледнее лица губами. — Сейчас, Алиса, сейчас...

Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Заставил себя улыбнуться.

— У тебя сильные пальцы, Алиса. Это хорошо. Ты запомнила? Точки?

Алиса кивнула, начиная догадываться.

— Это...

— Это оружие, Алиса. Твоё. Его, — Эркин улыбнулся уже совсем свободно, — ни один обыск не найдёт и не конфискует. Если кто-то захочет тебя... — Алиса кивнула, показывая, что договаривать не нужно, но Эркин продолжил, пропустив и так понятное. — А ты его не хочешь, сделаешь так и сможешь уйти. Но, — голос его стал жёстким. — Делай аккуратно, дави плавно. Если нажмёшь резко, убьёшь на месте. Поняла?

— Да, — так же жёстко ответила Алиса. — Спасибо. Тебе помочь?

Эркин мотнул головой.

— Не надо. Ты иди, переоденься и поешь, мама тебе оставила в духовке. Я посижу и встану, — и повторил: — Иди, Алиса.

Алиса послушно встала и вышла.

Когда за ней закрылась дверь, Эркин лёг навзничь и стал восстанавливать дыхание. Ну вот, теперь... его дочка сможет защитить себя, а то мало ли что, мало ли какая сволочь попадётся у неё на пути. Он свой отцовский долг выполнил. Да, забыл предупредить, чтобы давила подушечками, а не ногтями: и по точке промахнётся, и следы оставит. Ну, это он сейчас встанет, пойдёт на кухню завтракать и скажет. Удачно получилось, что Жени не было, она бы не разрешила, а это нужно. Да, и сказать, что болтать об этом не надо. Сама догадается? Да, но, лучше сказать. Он оттолкнулся обеими руками от пола и сел, плавным движением встал. И медленно, чтобы резким движением не разбудить уже почти совсем ушедшую боль, стал застёгивать и заправлять рубашку.

* * *

134 год

3 февраля

Россия

Царьград

Первая сессия, первые каникулы и восемнадцатилетние — оно же совершеннолетие! Официальная церемония с вручением уже взрослого паспорта и лекцией о полноправии, дееспособности и полноте ответственности для первокурсников традиционно прошла в актовом зале юридического факультета, а дальше... а вы уже взрослые и сами, всё сами...

Проблему: как и — главное — где праздновать совершеннолетие, решали всей семьёй письмами и звонками. Алиса, как и положено студентке в свои первые каникулы, едет домой, а это давняя традиция и даже для этого официальную церемонию проводят в последний день сессии. В Загорье и с ней на праздник вся цареградская родня, или наоборот, Женя с Эркином берут отгулы в счёт отпуска и летят в Царьград? Переписка, перезвоны, но... но всё-таки лучше в Царьграде. И места больше, и цареградцам сложнее отпрашиваться и за свой счёт отпуска брать. Но решающим стало письмо из Алабамы с поздравлением, пожеланиями, пояснением о занятости в делах и обещанием Фредди заглянуть второго-третьего февраля в Царьград.

Праздновали весело и шумно, но сугубо по-семейному. Только и исключительно свои. Только ближайшие родственники. Дедушка с бабушкой, дядя с тётей и, конечно, родители. Тем более, что дальних нет. Даже Фредди только заехал на полчаса накануне. Вручил подарки от себя и Джонатана, выразил... всё положенное в таких случаях и так, что стало понятно: больше такой тесной связи не будет. Границы надо блюсти и нарушать в исключительно особых опасных для жизни случаях.

Подарки, конечно, обалденные. Голубое — под цвет глаз — платье от Монро, одновременно скромное и нарядное, а к нему колье, серебристо-голубое. И — лечь не встать — разборное! Маленькие серьги, узкий тоненький браслет, однорядное ожерелье-чокер вокруг шеи и длинная цепочка с подвеской. А всё вместе... Удивительно! А ещё удивительнее то, как точно по фигуре село платье. Ну, надо же, ведь без примерки за глаза купленное, а будто в хорошем ателье сшили на заказ.

Алиса упоённо вертелась перед трельяжем в гардеробной, пробуя новое платье с разными вариантами комплекта, а Женя, Мария Петровна и Раиса любовались и советовали: в каких ситуациях какой вариант приличнее и достойнее.

Но если Женя и Мария Петровна, как и положено маме и бабушке, любовались и умилялись своей красавицей, то Раиса, как тёте ей такой восторг не обязателен, больше внимания и понимания уделяла платью и ещё больше колье, этой удивительно тонкой работе. Изящное переплетение серебряных стебельков и листочков, нежно-голубые из очень хорошей бирюзы, и каждый лепесток — отдельная бусинка, милые цветочки, не часто и не редко, а в самый раз усеивающие ажурную основу и прикрывающие собой крючки и зажимы, скрепляющие элементы в единое целое. Серебро и бирюза. Как с недавнего времени принято писать в каталогах, "бюджетный вариант". Дешёвый, но не дешёвка. На любителя и знатока. И явно не просто ручная работа, а для конкретного лица, не просто на заказ, а... Она вздохнула, дав себе обещание уточнить имя мастера. Наверняка всё это не просто так, а со значением и особым смыслом, пока для неё закрытом. Вряд ли эта очередная семейная тайна будет столь же страшной, как... нет, об этом она и про себя не хочет...

134 год

10 февраля

Американская Федерация

Колумбия

Экономический Клуб

Как говорят немцы: "Das Ende ist gut — alles ist gut". Конечно, на родном это звучит не хуже, но чужой язык добавляет весомости. Никакая игра не может длиться вечно, и не должна, потому что её затягивание как перебор в блэк-джеке. И конец должен быть эффектен и эффективен.

Джонатан Бредли с удовольствием пригубил коньяк, благодушно обозревая гостиную Экономического Клуба. Разумеется, игры с Россией у "Октавы" продолжатся и тамошние точки не ликвидируются, но вот его личная — закончена. Эффектно и эффективно. С железным обоснованием. Хотя обошлось недёшево...

...Ларри внимательно с профессиональным интересом рассматривает фотографии белокурой синеглазой девочки, нет, уже девушки, во весь рост и лицо анфас.

— Ей уже скоро восемнадцать, Ларри, и я хочу подарить ей, — он заговорщицки улыбается и даже подмигивает, — ожерелье Дианы.

Брови Ларри взлетают на небывалую высоту, и он уточняет:

— Серебро и бирюза. Цветочный дизайн.

Ларри задумывается. Думает долго, а он терпеливо ждёт, догадываясь и отслеживая по мимике Ларри его размышления. ...Серебро и бирюза, но "ожерелье Дианы"... работа будет в несколько раз дороже материала... и вид... исключительно для не просто понимающего, но хорошо знающего исходный образец и его историю... но такой "эконом-вариант" действительно подходит молодой девушке, а фотография в каталоге позволит уже его использовать как образец для желающих иметь эксклюзив из соответствующего материал...

— Интересно, — говорит, наконец, Ларри. — Да, сэр, это интересный вариант.

— Полная оплата с надбавкой за срочность, — сразу говорит он, жестом пресекая возможные возражения. — И да, можешь включить в каталог, как оригинальное фирменное.

Ларри благодарит, они уточняют даты...

...А ведь и в самом деле получилось! Именно так, как и задумывалось. Нежный скромный по-девичьи невинный комплект, почти сборно-разборная игрушка, а для знатока... И они нашлись! Не успел Ларри пополнить каталог, как посыпались заказы. На такое же, но... чтобы материал соответствовал репутации фирмы и прообразу. Оказалось, что многие помнят "ожерелье Дианы" и очень бы хотели иметь его... не копию, нет, зачем лишние вопросы и домыслы, а назовём это вариацией.