Гарри Поттер и Кольцо Согласия - 4

Проходя через холл, он увидел, что Гермиона спускается вниз по лестнице, держа в руках большую банку.

— Ты говорил, что в Омуте Памяти слишком много воспоминаний Сам-Знаешь-Кого, — сказала она. — Поэтому я решила, что лучше их поместить в банку, а не в твою голову...

Гарри поставил тяжелую каменную вазу на стол и достал палочку. Со второй попытки ему удалось вытащить из Омута и перетащить в банку первое воспоминание. Затем последовали другие, он даже удивился, как много же их тут было. Наконец, последняя туманная прядка перелилась в банку. Гермиона тут же плотно закрыла ее крышкой.

— Давай, теперь можешь вспоминать...

Усевшись в кресло, Гарри попытался припомнить инструкции Дамблдора. Итак, следует сосредоточиться на нужном событии... С какого момента беседы лучше начать? Да, кажется тогда Волдеморт рассказывал, как убил Джеймса Поттера... А потом потребовал, чтобы он, Гарри, посмотрел ему в глаза...

Да, это именно тот момент! Гарри поднял палочку, поднес ее к своему виску, а затем осторожно поднял вверх. Тонкая туманная нить воспоминаний зацепилась за кончик палочки. Гарри все дальше и дальше отводил руку, но нить не обрывалась. Тогда он поднес палочку к Омуту и попытался стряхнуть воспоминание туда. Словно лента серпантина, светлая субстанция, скручиваясь и извиваясь, начала опускаться на дно сосуда. И тут нить, наконец, оторвалась от его виска. Облегченно вздохнув, Гарри закрутил ее конец и сбросил в вазу.

— Кажется, получилось, — сказал он, помешивая воспоминание палочкой, как это делал Дамблдор.

— Ты не должен идти туда один, — тревожно сказала Гермиона. — Лучше, чтобы с тобой пошел кто-то из нас...

Рон без сопротивления отдал ей право нырнуть в Омут.

Предупредив, что Рон должен следить, когда кто-нибудь из путешественников начнет пританцовывать, Гарри склонился над широкой вазой и, глубоко вздохнув, опустил вниз лицо. Серебристый туман закрутил его, и вот он уже летит туда, вниз... Приземлившись, Гарри оглянулся, и понял, что он действительно попал в кабинет Волдеморта.

— Почему ты не смотришь на меня? — вдруг взревел хозяин, и Гарри вздрогнул. Да, в этот раз он не ошибся, это был как раз нужный эпизод.

Тихо вскрикнув, рядом приземлилась Гермиона. Ухватившись за локоть Гарри, она с любопытством огляделась.

— Твой отец не боялся смотреть мне в глаза. Неужели его сын — трус? — продолжал тем временем Волдеморт.

Гермиона тревожно прижалась к плечу Гарри.

— Что ты здесь делаешь? — раздраженно рявкнул Волдеморт, посмотрев куда-то вниз.

Живой Гарри оглянулся. На пороге комнаты стоял домовой эльф.

— Хозяин звал...

— Я не звал тебя, — Волдеморт махнул рукой и снова обернулся к Гарри из воспоминания. — Но из-за тебя я слишком рано наложил заклинание... Ты будешь наказан.

— Как скажет хозяин, — уши эльфа поникли. — Я очень хотел услужить своему господину как можно лучше... Хозяин убил мальчика?

— Нет, Гендраф, он еще жив. Он мне еще нужен... Да и убивать так быстро я его не хочу. Но вначале он должен написать... Не важно... Ты будешь лицезреть его еще очень долго, Гендраф, я хочу, чтобы он испил всю чашу боли и страданий до дна. Он должен ответить за все годы, что я провел в изгнании... У него очень подходящий для этого характер. Он не сломается, он очень упрям и туп, как любой фанатик. Таких можно мучить очень долго... Ты ведь узнаешь его?

— Нет, хозяин, не узнаю.

Волдеморт поднес руку к лицу своего пленника и откинул со лба челку.

— А теперь?

— Это... Это Гарри Поттер? Хозяин! Вам удалось поймать Гарри Поттера?

— Да, знаменитый Гарри Поттер... Упрямец... Мне будет приятно мучить его. Он это заслужил. Он слишком долго пользовался своей незаслуженной славой...

— А что он должен написать для вас?

Гарри подумал, что сейчас Волдеморт разозлится, но, по-видимому, вопрос был задан с должной дозой подобострастия, поэтому черный маг ответил, кривя губы в улыбке:

— О, это еще одна вещь, за которую ему придется расплатиться. Он скоро станет владельцем одного дома, в котором хранится... Не важно, что там хранится. Мне нужно, чтобы он подарил мне этот дом. Или оставил по завещанию. Подарок, конечно, будет лучше, ибо позволит мне добраться до сокровищ и при этом сохранять этому ничтожеству жизнь, полную мучений. Но, по уверениям моих советников, будет не очень просто доказать добровольность такого подарка... Поэтому мне придется подождать его смерти и получить нужное по завещанию. Если он будет составлено правильно, проблем не будет. Ну что ж, я умею ждать... А он заплатит мне за это ожидание своими страданиями. Хорошая месть, не так ли, Гендраф?

— О, да, хозяин! Великолепная!

Гермиона еще теснее прижалась к плечу реального Гарри, который чувствовал, как дрожит девушка. Может быть, лучше было взять с собой в Омут Памяти Рона?

— Если бы этот идиот Сириус Блэк не притащился в Министерство и не погиб такой дурацкой смертью, все было бы намного проще... Белла еще не до конца расплатилась за свою ошибку. Мне нравится, что она с упоением уничтожает своих родственников, но она слишком ненадежна, не знает, когда следует взять паузу...

— А зачем вам нужен был молодой Блэк? Он знал секреты своего брата?

— Нет, секреты этого дикаря, Регулуса, не имеют никакого отношения к Блэку. Просто он был владельцем того дома... Кто же мог подумать, что этот мальчишка окажется его родственником и получит нужный мне дом? Передача дома Беллатрикс была бы естественной после его смерти. Но это ничтожество снова спутало мне все карты... Он все время встает у меня на пути... Вернее, вставал. Теперь все изменилось... Ладно, Гендраф, иди. Ты не дал мне возможности покопаться в памяти Поттера, но это исправимо. У меня еще будет время для этого. А пока мне нужно заняться более важными вещами...

Гендраф низко поклонился хозяину и торопливо выскочил за дверь. Волдеморт глубоко вздохнул, вглядываясь в лицо своего пленника, затем отошел к столу, сел в кресло и задумался.

Реальный Гарри шагнул в сторону и огляделся. Знакомый ему кабинет сейчас выглядел немного иначе, чем он его запомнил. Громадная фигура тролля внушала ужас. Фигурка Гарри-из-воспоминания выглядела в его лапах хрупкой и беззащитной. Видимо, Волдеморт не в первый раз использовал тролля для удерживания своих пленников. Именно так он мог чувствовать свою силу и власть над ними...

Гермиона тихонько всхлипнула. Гарри обернулся к ней.

— Ах, Гарри, как же ты выдержал это?

— Все уже кончилось, это только воспоминание. Успокойся. Лучше смотри, что он будет делать... Знаешь, это удивительно, но я совершенно не помню этого разговора. Волдеморт заколдовал меня так, что я ничего не чувствовал. А, может, просто потерял сознание от боли... Интересно, почему в моей собственной памяти этот разговор все же сохранился?

— Твой мозг... Глаза открыты, уши не заткнуты. Информация все равно достигла тебя, но ты просто ее не помнишь... Я так думаю...

Голос Гермионы срывался, было видно, что она едва сдерживает слезы. Гарри шагнул к девушке и обнял ее за плечи. В это время Волдеморт поднялся из-за стола и снова подошел к своему пленнику. Глаза того были по-прежнему широко открыты и совершенно неподвижны. Волдеморт приблизил к нему свое лицо, сложил губы трубочкой и шумно втянул воздух.

Живой Гарри и Гермиона подобрались поближе и смотрели, как Волдеморт достал палочку, поднял ее и, приставив к виску своего пленника, замер. Секунды тянулись одна за другой, а два волшебника так и стояли друг перед другом, скрестив взгляды, словно окаменевшим был не один из них, а оба. Гермиона вытянула шею, вглядываясь в лицо Волдеморта, пытаясь разобрать, какое заклинание произносит черный маг. Но тот, по-видимому, использовал невербальное заклинание, потому что ни одного слова так и не было сказано.

Наконец, Волдеморт плавно отшатнулся от своего пленника и вернулся в свое кресло. На лице его играла довольная улыбка.

Гермиона схватила Гарри за руку и подбородком дернула в сторону тролля. Гарри-из-воспоминания пошевелился, видимо, он приходил в себя...

Вдруг изображение стало блекнуть, и внезапно оборвалось — воспоминание закончилось.

— Надо выбираться отсюда, — сказал Гарри. — Смотреть во второй раз не имеет смысла, мы не сможем прочитать невербальных заклинаний.

Гермиона кивнула и начала пританцовывать. Ничего не произошло, Рон не спешил вытащить ее из Омута Памяти. Тогда Гарри несколько раз подпрыгнул. Но и это не сработало.

— Ушел он, что ли? — пробормотала Гермиона. — Ты не помнишь, как отсюда выбираться без помощи посторонних?

— Дамблдор писал, что нужно хорошенько сосредоточиться и очень захотеть...

Гермиона кивнула и схватилась пальцами за виски. Прикрыв глаза, она начала плавно покачиваться. И вдруг что-то произошло. Ее фигура начала быстро бледнеть, очертания становились все более расплывчатыми. В какую-то секунду Гарри показалось, что она стала привидением, которое вдруг отняло руки от своей головы и протянуло их к Гарри. От неожиданности он отшатнулся, а в следующее мгновенье обнаружил, что остался совершенно один. Гермиона исчезла. Он оглянулся, затем посмотрел вверх, и вдруг почувствовал, как кто-то ухватил его за локоть и потащил...

Стукнувшись ногами об пол, Гарри удивленно оглянулся. Рядом стояла встревоженная Гермиона, вытащившая его из Омута и теперь глядевшая на него глазами, полными сострадания. Камин почти догорел, а Рон безмятежно спал в кресле, слегка похрапывая.

— Мы так ничего и не узнали, — тихо сказал Гарри. Он вдруг почувствовал, как устал. Казалось, путешествие в Омут Памяти вытянуло из него последние силы. Захотелось упасть и заснуть прямо тут, на коврике...

— Узнали! Гарри, мы узнали очень многое! По крайней мере, знаем, что замышляет Волдеморт... Гарри, ты не должен отдавать ему дом!

— Угу, — пробормотал он и, сделав шаг, рухнул в ближайшее к нему кресло.

Гермиона еще что-то говорила, но он ее уже не слышал. Кажется, он уснул на ходу...

...Еще не проснувшись до конца, он пошевелился и почувствовал, как затекла шея. С трудом разлепив веки, он понял, что так и провел всю ночь в кресле. Кто-то заботливо прикрыл его пледом, это позволило ему не замерзнуть — камин окончательно потух, а окна были открыты и в комнате было прохладно. Кряхтя, он подтянулся и встал. Рон спал в соседнем кресле, тоже прикрытый пушистым пледом. На столе стояли тарелки со свежими бутербродами, кувшин с КЭА и тыквенный сок в высоких стаканах.

Выпив сока, Гарри почувствовал, что ему стало немного легче. Он пошел в спальню, решив переодеться, однако когда увидел кровать, спать захотелось с новой силой. В окно спальни било радостное солнце, Кровать Невилла стояла незаправленной, но самого его уже не было. Добравшись до кровати, Гарри тяжело упал в нее. Пружины жалобно скрипнули, но в придачу к ним, раздалось шипение — Арго, привольно развалившийся на кровати был недоволен тем, что его едва не раздавили. Неразборчиво пробурчав что-то, он отполз в сторону и улегся в уже апробированный вчера закуток — ямку между подушкой и стеной. Но Гарри уже заснул и этого не видел.

Проснулся он от взрыва хохота, донесшегося из гостиной. Сквозь смех и шумную перепалку прорвался голос Джинни, которая что-то сказала, после чего все рассмеялись снова. Гарри открыл глаза и понял, что он бодр и полон сил — отдых в постели явно пошел ему на пользу. Солнечный луч уже добрался до середины комнаты. Нашарив на тумбочке очки, Гарри выбрался из-под одеяла, быстро оделся и, плеснув себе в лицо водой из кончика волшебной палочки, вышел из спальни.

На него никто не обратил внимания, когда он вошел в гостиную. Группа его друзей собралась в центре комнаты, образовав круг, и внимательно разглядывала что-то, находящееся на ковре перед ними.

— Ой! Кажется попала! Еще раз сюда! — раздался сдавленный голос Рона.

— Смотри, не сломай ему шею! — сказал кто-то из близнецов и все снова рассмеялись.

Гарри подошел поближе и заглянул через плечо Джинни. И обомлел. На полу, распластавшись на животе лежал Рон, по спине которого осторожно переступала босыми ногами Луна.

— Не дергайся, пожалуйста, если ты еще раз шевельнешься, я упаду, — спокойно прокомментировала Луна, взмахнув руками в попытке удержать равновесие.

— Что это с ними? — спросил заинтригованный Гарри.

— Ого! Еще один соня проснулся! Луна, может по нему тоже стоит походить? — хихикнул Фред.

— Зачем? — удивился Гарри.

Луна спрыгнула со спины Рона, который начал, пыхтя подниматься.

— Я отоспал себе всю шею, щеку и плечо, — тяжело дыша, пояснил Рон. — Она мне сделала какой-то восточный массаж пятками...

— И как?

— Вроде помогло, — подвигав головой из стороны в сторону, ответил Рон. — Можно теперь позавтракать?

— Через пятнадцать минут будет обед, — сообщила Гермиона, посмотрев на часы.

— Это ничего, я как раз успею проголодаться, — отмахнулся Рон и направился к столу.

Гарри тоже почувствовал, что он не против перекусить, и присоединился к другу.

— Луна сказала, что очень полезен массаж спины голыми пятками, но лучше, чтобы это делал ребенок, — разъяснила произошедшее Джинни, когда они направлялись в столовую на обед несколькими минутами спустя. — Но ребенка у нас под руками не было, поэтому мы выбрали самую легкую из нас, Луну. Заодно она сама показала нам, как нужно делать этот массаж.

— Я был бы не против, если бы по моей спине походила ты, — сказал Гарри, чмокнув девушку в макушку. — Особенно утром, когда так же как Рон, проснулся в кресле с затекшей шеей...

— Только если шея затечет? Ну смотри, пожалуй, придется сделать что-нибудь с твоей постелью, чтобы ты всегда спал в кресле! — пригрозила Джинни.

Войдя в столовую, они привычно сдвинули три стола к окну, и расселись вокруг. Фред и Джордж отправились к раздаточному окну и начали левитировать оттуда разнообразные блюда.

— Чем займемся после обеда? — спросила Джинни. — Надеюсь, спать никто больше не собирается?

— Нам бы нужно было поработать с новыми заклинаниями, — сказала Гермиона, сверкнув глазами на Рона и Гарри.

— Не знаю, кто что будет делать, а я собираюсь в Годрикову Лощину. Мне нужно встретиться с тем журналистом, Тоббсом, если он еще там живет, — сказал Гарри.

— А давайте все пойдем туда! — обрадовался Джордж.

— Вы же, вроде, собирались, сегодня покинуть нас! — возмутилась Гермиона.

— Да, собирались, — кивнул Фред. — Но у вас тут слишком интересная жизнь...

— А наши работники должны проявить себя в стрессовой ситуации.

— Стрессовой? — удивился Невилл.

— А как же ты думал! Мы обещали придти еще утром, а так и не появились!

— Это для них стресс, пусть докажут, что могут справиться с работой!

Весело переговариваясь, вся толпа направилась к выходу из Дамфриса. Недовольная Селеста предупредила их, что будет заниматься, поэтому, когда они захотят вернуться, им придется отправить ей Патронуса с сообщением — сторожить их у ворот у нее нет никакого желания. Выпустив всех наружу, она закрыла ворота.