Тяжелое испытание для прынцев

— Ой! Иии... И какая же ты тут красивая! — Мэл тоже рассматривала портрет.

— Спасибо, — опасаясь смотреть на художника, Ди положила рисунок на стол и вышла из комнаты. Жаль не видела она в тот момент хитрой улыбки Эля.

Анель, в тех же кожаных брюках, но в пышной воздушной кружевной блузке, перетянутой под грудью черным корсетом, расхаживала вдоль строя ванн. В глазах её плескалось удивление, пополам с восхищением. Всё же мужская наглость не знает границ.

— То есть, вы хотите сказать, что это всё, что получилось с целой горы топинамбура? — она в очередной раз осмотрела жалкие горки в кастрюлях четырех мужчин.

— Именно, — на мужчин, даже на Декстера, воинственно-сексуальный вид ведьмы впечатления не произвел. И, кажется, это её бесило больше надругательства над клубнями.

— И вот еще мне интересно, кто подсунул ему картофель? — она ткнула пальцем в Аэтерна и оглядела вошедших девушек. Виновница отвела взгляд.

— Я чистил то, что было.

— Что Вы, к Вам никаких претензий. Это была организационная ошибка, — ведьма еще раз метнула взгляд, обещающий скорую и кровавую расправу, на девушек.

— Граф Стултум, а Вы не объясните, почему часть клубней Вы не почистили?

— Я не могу их порезать. Смотрите, они же такие красивые! Вот собачка, вот слоник, — и он начал демонстрировать их ведьме.

— Так! Всё! Достаточно. Я поняла, — она подняла руки вверх. — Будем считать, что испытание вы прошли.

— И даже взвешивать не будете? — некромант усмехался.

— Весы на такой маленький вес не рассчитаны, — отрезала Анель. — Девушки, пройдите со мной. А вы, саботажники, на сегодня свободны. Только никаких пьянок! — поспешила она осадить уже потирающих в предвкушении руки мужчин.

В комнатах Анель.

— Ну, и с чего ты решила ему жизнь облегчить? — ведьма уже совершенно не злилась. Да и в отношения этих двоих зареклась влезать.

-...

— Ночью, я так понимаю, ты у него была? — это уже догадливая Мэлвин.

— Попробовал бы кто из вас, придушила бы, — пробурчала красная Диона.

— Так может, уже сознаешься?

— Да ты что! Он же прибьет меня! — вскинулась мужнина жена. — Уж, во всяком случае, точно не простит!

— Давай разыграем, что тебя решили вернуть. Мол, очень хорошо картошку почистил, в отличие от этих охламонов. Не спешат вас женихи спасать, девочки, — голос Анель выдавал её усталость.

— Ага, за ванну картошки... Всех тогда придется выдавать.

— Да и проверить хочется, правда ли он изменился, — протянула Мэлвин. Диона опустила голову. — Эгоистка ты, не первый раз тебе говорю.

— Вас бы на мое место! Тогда поняли бы о чем речь!

— Да, нас бы на твоё. Выйти замуж за любимого мужчину, это же так ужасно, — не сдержалась Индгир.

— Простите, — Диона с трудом сдерживала слезы. — Любимый мужчина — это да. Только не выносимо себя чувствовать хоть и любимой, но вещью. Он сейчас что хочешь скажет. Только если я вернусь, и всё начнется сначала, мне придется уйти. Насовсем.

— В общем, тебе решать, тебе и отдуваться. Лучше скажите, что делать-то будем? Они рано закончили. Чем занимать их будем на остаток дня? Или пусть делают, что хотят?

— А я предлагаю пляжную вечеринку, — Нелэ со вкусом потянулась.

— На озеро опять поедем?

— Неее, у бассейна. И чтоб музыка, и мы все такие красивые в купальниках, ну и мужчинки... без ничего.

— Кхм, ну я ничего не имею против двух первых пунктов, а вот мужчины пусть лучше будут в плавках, — Анель эта идея пришлась по вкусу.

— А может не надо? — робко спросила Люциата.

— Кто еще против?

Остальные были "за".

— Что ж, вечеринке быть.

Через час.

— А я удваиваю ставку, — четверо мужчин сидели за столом и резались в карты, рядом с каждым стояла кастрюля. Аэтерн и Урсус сидели молча у камина, а рыжий рисовал что-то в большом блокноте.

— Что это они делают? — Ина подошла к наемнику.

— Покер, на топинамбур, — Урсус ей нежно улыбнулся.

— А вас не приняли, как несостоятельных?

— Угадала.

— Я с вами посижу? Не помешаю?

— Конечно не помешаешь.

Аэтерн кинул на девушку чуть мрачный взгляд, но промолчал. Так что Ина устроилась в соседнем кресле.

— Ой, смотри, а у тебя теперь все красненькие! — Лэ весьма непосредственно заглядывала через плечо сереброволосому. Тяжкий стон Аргстрана и смех остальных мужчин раздался одновременно. — я опять что-то не то сказала? Но сейчас же они у тебя не по порядку....

Аргстран стукнулся головой об стол.

— Аргстранчик, миленький, ну хочешь, я у них тоже посмотрю, — на эту реплику некромант и Декстер положили карты на стол, а Проней нежно прижал их к себе. Возле последнего на столе кроме кастрюли стояли еще топинамбуровые собачка и слоник, с кокетливо повязанными бантиками.

— Не надо. Солнышко, а может ты просто помолчишь?

Лэ покаянно опустила голову, и мужчина легко погладил её по волосам.

— Угу.

— И в какой раз это повторяется? — спросила Ина у Урсуса.

— Кажется, раз в пятый, — он так посмотрел на девушку, что она покраснела. Сразу вспомнились три часа, проведенные наедине. Урсус сумел удивить смесью страсти и нежности.

— А три дамы это хорош... — Аргстран не выдержал и, схватив Лэ в охапку, закрыл ей ладонью рот.

— Еще раз сдавать? — поинтересовался Декстер.

— Да, а кое-кто болтливый посидит у меня на коленях, — свою угрозу сереброволосый выполнил, так и не отводя своей ладони от лица девушки. Но обиженной Лэ не выглядела. Скорее довольной, будто только на это и напрашивалась.

— Дорогие наши гости, — в гостиной появилась Анель. — Мы решили скрасить ваше пребывание здесь, поэтому сегодня к семи вы все приглашены на вечеринку у бассейна. Форма одежды соответствующая.

— А здесь есть бассейн? — Проней очень оживился.

— К вечеру будет.

Тот же день. Близко к семи вечера.

— И? — некромант и остальные мужчины осматривали представший их взору бассейн. Водоем своими эпическими размерами немного уступал маленькому морю. Края его терялись в синей дымке; над водой же на высоте около двадцати метров парил огромный хрустальный остров, более похожий на банальный блин. К острову вели с двух сторон лестницы, тоже прозрачные, без перил и опорных столбов.

— Морок, — выдал рыжий. Все с любопытством на него посмотрели. — На самом деле он не больше двухсот метров что в длину, что в ширину.

— А остров? — поинтересовался Проней.

— Остров настоящий.

— Да меня, в общем-то, не это интересует, — некромант, поворачиваясь вокруг, осмотрел искусственный пляж. — Мне вот интересно, где наши замечательные девушки?

— Готов поспорить на годовой запас топинамбура, что свое появление они обставят максимально эффектно, — ухмыльнулся Декстер.

— Да что тут спорить, это они любят. Тогда, может, сядем? — и Глацием растянулся на ближайшем лежаке. — Чтоб от эстетического шока не упасть.

— У меня есть идея получше, — рыжий хитро улыбнулся.

Так что когда минут через двадцать в свете внезапно вспыхнувших прожекторов под призывно зазвучавшую музыку в дверном проеме появились шесть полуобнаженных прелестниц, их встретил полукруг развернутых в сторону замка шезлонгов, конечно же не пустых. На них возлежали полностью одетые мужчины с самыми скучающими выражениями из их арсенала на лицах. На музыку и яркий свет они лишь поморщились.

Поняв, что нужного эффекта они не добились, Анель досадливо махнула рукой, и музыка, всхлипнув, умолкла.

— А я говорила, — ничуть не скрываясь выдала Ина.

— Ну и чтобы это значило? — ведьма зло прищурила глаза.

— А это значит, меньше книжки надо читать с любовными романчиками, — Эль одним быстрым и слитным движением оказался нос к носу с разозленной ведьмой. Та в свою очередь покраснела. Страсть к иномирным книжкам про вечную и сладкую любовь была её тщательно оберегаемой тайной. А что поделаешь, если мужчины в жизни Анель попадались не раз и даже не два, а вот экземпляры с пламенной любовью были редки как карликовые баобабы, точнее встречались только в книгах. Девичье же сердце требовало тепла и ласки, а не только секса.

— Мне можно, я — девушка, — ведьма только что не шипела. — А вот ты откуда осведомлен о их содержании?

— Должен же мужчина знать, какая плесень водится в столь прекрасных головках, — и сказал это столь самодовольно, что так и хотелось пожать плечами и признать: любовные романы просто обязаны подлежать изучению мужским полом.

Рыжий стоял так близко, что Анель телом в крошечном купальнике хорошо чувствовал его тепло. И это рождало в ней странные чувства: хотелось прижаться, обнять его... а потом двинуть хорошенько коленом и приложить чем-нибудь по голове. Только один человек всегда вызвал в ней такую бурю чувств. Она более внимательно просканировала рыжего, задействовав все свои магические умения, но ничего особенного не обнаружила. И тихонько вздохнула: то ли с разочарованием, то ли с облегчением. Что не укрылось от Эля.

— Нравлюсь? — и как-то по особенному усмехнулся. Самодовольно (это определение вообще у Анель прочно ассоциировалось с Рыжим), сексуально, но при этом иронично и с вызовом. И ведьма, внезапно успокоившись, поманила его пальчиком, заставляя наклониться.

— Пять за попытку вывести меня из себя, — томным голосом начала она ему на ушко, — только боюсь, кое— кто этого не оценит.

Эль покосился на подчеркнуто безучастную Ди.

— А мне кажется — наоборот, — у рыжего получилось не менее томно.

— Не прогадай, стратег, — ведьма поймала себя на какой-то общности с рыжим и развеселилась. Всё же обаяния у него не отнять. Интересно, что еще этот затейник придумал? В том, что именно Эль руководил действиями мужчин, Анель не сомневалась. — Так что, вечеринку отменяем?

Это уже она заявила громко, отступив от рыжего на шаг.

— Отчего же? Врубайте спецэффекты.

Ох, что-то сейчас будет. Шкодливое выражение глаз и предвкушающие улыбки мужчин об этом говорили ясно. В этом представлении не участвовал только Аэтерн, что было вполне предсказуемо — балаган не для него.

Анель чуть махнула рукой, и пространство вокруг вновь заполнили звуки музыки. Девушки ожидали незабываемое зрелище. И они его получили. Правда тут же они получили и урок: мужчины тоже могут быть коварными.

Под музыку они встали и чётко, по-военному быстро и аккуратно... разделись. Даже сложили одежду в стопочки.

Первой не выдержала Ина и залилась смехом. А за ней и другие.

— А ещё раз повторить сможете? — Лэ радовалась как ребенок.

— Только помедленнее, — Ина с намеком посмотрела на Урсуса, что осталось не замечено всеми, кроме него.

— Мир? — рыжий так и выступал парламентером.

— Мир. Так что, принимайте гостей, — и Анель хлопнула в ладоши.

Не успело смолкнуть эхо хлопка, даже перекрывшего звучавшую музыку, как пляж и вода в бассейне заполнились множеством молодых парней и девушек. У всех был зеленоватый оттенок кожи, длинные волосы и минимум одежды.

— Кто это? Фантомы? — кажется, новоприбывшим удивился только Декстер.

— Нимфы. Ты разве их раньше не встречал? — рыжего наличие гостей только обрадовало.

— У нас в мире их нет. Но разве они не все девушки?

— Конечно нет. Есть мужские деревья, есть женские. А в воде водные нимфы. Можешь развлекаться по полной. Девушки с удовольствием составят тебе компанию во всем. И в том количестве, в каком захочешь, хоть десяток одновременно. Незабываемые ощущения, я тебе доложу. И никаких претензий на утро.

РАЗ....

Какую цель преследовала ведьма, приглашая на вечеринку всех окрестных нимф и нимфов? Прежде всего — разрядить обстановку. Вечер в стиле "девушки против мужчин" (хотя, если отдать должное организаторским способностям Эля, это было бы скорее "мужчины против девушек") ее совершенно не устраивал. А так — толпа. С одной стороны — у всех на виду, с другой — можно и затеряться. Да и множество легкодоступных нимф — хороший способ мужчинам сбросить напряжение. Во многом Анель была прагматиком, а отрицать некоторые потребности мужчин вообще считала глупым. С другой стороны, она и сама была не против отловить какого-нибудь симпатичного нимфа.

В общем, намерения были самые что ни на есть благие. И какие боги ей объяснят, почему уже прилично выпившая ведьма утащила к себе в комнату очень симпатичного, синеглазого, темноволосого, мужчину с бородкой, но ни разу не нимфа? Сказать, что плохо соображала? Нет, не так много она выпила и очень хорошо понимала кого, куда и зачем. И когда выцарапывала его из круга нимф — тоже. Хорошо, что девушки понятливые, сопротивления не оказывали. Правда Декстер, похоже, в её представление поверил. Особенно после откровенного поцелуя. Решил, что Анель пьяна уже сильно и от представившихся возможностей не отказался. Кстати, почему? Побоялся неадекватной ведьмы? И как он поведет себя сейчас, после всего случившегося?

А случилось многое. В общем-то, это многое случилось два раза подряд и, кажется, сейчас будет третий. Любовником он оказался гораздо лучше нимфа. Так уж устроена природа этих легкомысленных созданий, что гораздо больше удовольствия нимфы получают от удовлетворения партнера, а не своего. Поэтому в сексе заботливы до навязчивости. Для первых сексуальных опытов самое то, а потом хочется большего. Чтоб партнер тоже зажигался от твоего прикосновения. Чтоб дарил удовольствие не только тебе, но и себе. Чтоб позволял и тебе лидировать и управлять. О, эта сладостная борьба. Когда вроде и один против другого, и в то же время вместе.

И именно с Декстером Анель поняла, чего ей не хватало прежде. Ведь кроме опыта с нимфами у нее другого не было. Одним им не важно, какой статус она занимает. И только они никогда не будут пытаться управлять ведьмой только потому, что когда-то разделили с ней постель.

Лёжа в объятиях мужчины, слушая бешенный стук его сердца и понимая, что ей совершенно не хочется его отпускать, ведьма сделала то, что ей продиктовал рассудок.

— Я думаю, теперь ты можешь уйти, — она выпуталась из объятий и сделанным равнодушием принялась искать, куда засунула халат.

— Что? — мужчина выглядел удивленным.

— Секс, говорю, ещё не повод занимать половину моей кровати ночью.

— Даже так? — да, стоило предугадать хамство ведьмы. Связи без обязательств на одну или несколько ночей с Декстером случались не один раз. Скорее, только такие связи у него и были. Но выпроваживали его так впервые. Он сдернул простынь с кровати и завернулся в нее наподобие тоги. Не хватало ещё сейчас нижнее белье искать. — Что ж, на прощание даже не поцелуешь?

— Не думаю, что это нужно. Я развлеклась, ты развлекся. Нежностям тут не место, — да где же этот халат?! По примеру мужчины Анель подобрала покрывало с пола и закуталась в него.

— Да, действительно. О чем это я. Ну, тогда пока, — мужское самолюбие было задето, не без этого. Только было еще что-то, отчего его сердцу было сейчас больно. Может разительное отличие нежной и страстной ведьмы еще каких-то десять минут назад от той стервы, что он видел перед собой сейчас? Ту ведьму хотелось обнимать и защищать от всего мира. Эта же сама весь мир перетрясет и поставит как ей надо.