И пусть весь мир подождёт...

-Кристина, не надо так надрываться, вас, кстати, в студии фотографии ждут.

-Меня?

-Нет, другую Кристину,— преподаватель закатил глаза,— Давай быстрее, а то и так много времени потратили.

В студии фотографии златовласка проводила больше всего времени, чем в каких либо других студиях института. А их много. Взять хотя бы ту же студию хореографии, живописи.

На прошлой недели Кристина отправила свои фотографии на Всероссийскую выставку, при помощи своей преподавательнице Светланы Андреевны. Это был шанс произвести впечатление на настоящих профессионалов сего дела.

Все фотографии были разные по своим жанрам. На них присутствовали и люди, и животные, природа, красивая архитектура.

Если с этой выставкой всё удастся, то Меньшова, безусловно, возьмётся за фотографию всерьёз, а пока её будущая карьера зависла в рамках режиссуры.

-Здравствуйте!— Кристина влетела в студию, как ошпаренная, ожидая увидеть обычную обстановку, где очень шумно и каждый занят своим делом, но сейчас за столом сидела одна Светлана Андреевна, в плохо освещённом помещении.

-Здравствуй, Кристин. Прости, что пришлось отвлекать от пары.

-Да что вы,— махнула рукой, усаживаясь напротив,— Я вам даже спасибо могу сказать.

Ответом был тихий смех.

Несмотря на морщинки, с трудом можно было дать этой преподавательнице больше пятидесяти. Ведь, как известно люди искусства вечные дети, а с её пышными волосами цвета красного дерева и озорной улыбкой, она выглядела моложе, чем есть.

Но вот сейчас той самой улыбки не было, а только проскальзывала едва заметная, вымученная.

Меньшовой сразу насторожилась, как только вошла, а видя преподавательницу, взволновалась:

-Что-то случилось?

-Тут такое дело,— начал Светлана Андреевна, протягивая белый конверт с вертикальной золотой полосой,— Ты же помнишь, на какое число была организована выставка?

-Конечно,— кивнула златовласка и тут же осеклась,— Подождите, это конверт с моими работами? Что он делает у вас? Я думала, мы его уже отправили....

-Да, уже пришёл ответ.

-А разве выставка уже прошла? Её, что перенесли?— перебила Меньшова, сцепив пальцы в замок.

-Нет, нет, с датой всё нормально. Просто, Кристин, акционеры и директора просматривали работы и твою они посчитали...— конверт появился в руке у девушки,— Они сказали, что это не их формат.

-Как?— очень слабо верилось в услышанное,— Как не того формата? Эти работы должны были оценивать ценители искусства и...— не договорив, златовласка сжала конверт.

-Они не допустили твою работу до оценок. По их словам твоя работа отличается от представленных другими участниками.

-Но вы ведь сами говорили, что каждый художник видит и делает всё иначе!

-Это говорила я, но у них другое виденье,— Светлана Андреевна погладила Кристину по руке,— Мне жаль, действительно, жаль. Твои работы прекрасны. Может в следующий раз.

-Акционеры,— прошептала Меньшова,— да, что они понимают!? Хотя...Если даже они отвергли мои работы, то что же говорить про профессионалов.

-Кристин, у всех бывают неудачи, но не надо останавливаться! Надо тренироваться, прогрессировать! Искать вдохновение!

-И сколько мне его искать? Боюсь на поиски, уйдёт уйму времени, а надо думать о карьере.

-Ничего никогда не бывает просто так, надо добиваться,— заметила Светлана Андреевна.

-Я добиваюсь. Как сумасшедшая гоняюсь по разным местам, черпаю что-то новое...Да, что я вам говорю, вы и сами всё знаете. Пожалуй, стоит взяться за режиссуру, пока не упустила,— преподавательница что-то хотела сказать ещё, но Кристина быстро покинула студию, всё ещё держа в руках конверт.

Возвращаться на пару не было смысла для Меньшовой. Сейчас мало что могло привлечь её внимание. Сложно описать те чувства, которые испытывала златовласка...Пожалуй, такое испытывает человек, старающийся долгое время, добиваясь своей цели, а в итоге приветствует крах.

Сегодня погода выдалась солнечной, даже очень. Кристина, покинув институт, пожалела, что не захватила из дома солнцезащитные очки, хотя ей тогда было не до них.

Опустив голову, порылась в сумке в поиске телефона, но вспомнила, что она его где-то потеряла. Вот в чём она так провинилась? Даже музыку не удастся послушать, не говоря уже о том, что мама просила её брать телефон.

-Я труп,— заключила девушка, ускоряя шаг, видя, как автобус останавливается у остановки, а когда перешла на бег и почти достигла транспорта, тот тронулся с места, оставив после себя облако дыма,— Я лох.

-Через минут двадцать будет второй рейс,— поведала Кристине стоявшая рядом женщина,— Я вот тоже опоздала. Этот водитель никогда не ждёт.

-Э, спасибо,— промямлила златовласка, жмурясь яркому солнцу,— Водителю явно не знакомо слово 'приличие', прямо перед носом двери закрыл.

Женщина повздыхала, выражая своё недовольство, а Меньшова мысленно застонала.

Машины проносились, одна за другой, пока не образовали одну плотную цепочку, и стоило только светофору зажечься зелёным цветом, цепочка разрывалась. И такую процедуру златовласка наблюдала третий раз, если не четвёртый.

Кто-то звонко просигналил, от чего Меньшова вздрогнула, но не оторвала своё взгляд от тротуара, около которого собралось немаленькое скопление листьев.

-Кристина,— послышался голос и хлопок двери, только тогда девушка обратила внимание на Романова, быстро шедшего к ней.

-Влад?— удивлению не было предела,— А что ты здесь делаешь?— было, дикое желание ударить себя по лбу. Действительно, что он делает на проезжей части?

-С тобой всё хорошо?— вопрос был задан исключительно из вежливости, но Меньшова ответила, хотя с трудом могла вспомнить слова своего словарного запаса.

-Я не пьяна.

Смех. Такой лёгкий и простой. Глаза. Глаза были закрыты под чёрными очками Ray — Bans, но даже сквозь них она чувствовала на себе его взгляд.

-Я имел в виду немного иное, но ответ меня радует. Это, как понимаю, твой?— Влад протянул златовласке телефон, и та нехотя перевела взгляд на него.

-Ой, да мой,— девушка, чувствуя облегчение, взяла протянутый телефон, и в тоже время испытывала лёгкое разочарование,— Я искала, спасибо.

-Пожалуйста,— кивнул,— Ну, мне пора. Счастливо,— развернувшись на пятках, направился к своему кабриолету.

-Влад!— позвала Кристина, пока он недалеко ушёл,— Спасибо, что помог. И извини за моё поведение, мне стыдно.

Открыв дверь, Романов взглянул на златовласку:

-В следующий раз будь поосторожнее. Рядом может оказаться совершенно не нужный тебе человек.

-Следующего раза не будет, это был первый и последний. Я, действительно благодарна. Прежде никогда себя так не вела, извини.

-Часто извиняешь,— подмигнул брюнет,— Извинения уже были приняты. До свидания, Кристина.

-Пока,— эхом повторила она, немного наклоняя голову в сторону от назойливого солнца. Не хотелось, чтобы из-за жаркого шара были заметны застывшие слёзы разочарования.

Влад уже было забрался в машину, как что-то не ведомое егоему остановило. Что-то было такое, заставшее его, остановится и обратить внимание на Кристину.

Приятные и греющие душу воспоминания всплыли в голове, неся за собой горькую грусть и злость. Злости было больше, стоило только представить рядом с фигуркой девушки на остановке, фигуру, которая то и дело заставляла испытывать прилив разных чувств. В основе чувства были далеко от радужных.

Маленький локон светлых волосиков упал на лицо. Тоненькие пальчики нервным движением вернули локон в исходное положение.

*....

....*

Выругавшись сквозь сжатые зубы, Романов вновь посмотрел на Меньшову, слегка тряхнув головой:

-Ты сейчас домой?

-Да, автобус жду,— вновь захотелось ударить себя по голове. Будто и так не понятно!

-Могу подвезти.

-Зачем?— удивилась Кристина.

-Что зачем?— на губах появилась усмешка.

-Я просто думала ты спешишь...и...и зачем меня тогда подвозить?

-Если бы я был занят, то не предложил. Так тебя надо подвозить или нет?— в глазах Влада блеснула раздражительность, и Меньшова поспешно направилась к машине.

-Спасибо, — пробормотала, чувствуя неловкость. Страха не было. После вчерашнего, когда он её подвёз и донёс до дома, с ним чувствовалось подобие безопасности. Как не странно, но это так. И это открытие ни капельку не удивило златовласку.

-Неудобно получилось,— женщина с сумками печально глядела на удаляющуюся машину.

-Неудобно что?— любопытство в голове отсутствовало напрочь.

-Женщина осталась там,— пожала плечами, не зная как точно объяснить ход своих мыслей.

-Ты хочешь, чтобы я её тоже подвез?— брюнета рассмеялся,— Пообщавшись с тобой ещё немного, я точно займусь благотворительностью.

-Это просто мысли вслух,— улыбнулась Кристина,— А ты мимо проезжал?

-Нет, я ехал к тебе в институт. Твой телефон не давал мне покою. Никогда бы не подумал, что ты любительница рока.

С уст Меньшовой чуть вновь не слетело приевшиеся слово 'извини'.

-Это альтернатива. А как ты узнал, где я учусь? Я вчера тебе рассказала?

-Ты вчера говорила много, но, к сожалению или к счастью, не по делу. Опять же спасибо твоему телефону. У тебя на заставке стоит фотография главного корпуса. Я рискнул предположить, что именно там ты учишься,— Кристина облегчённо выдохнула, радуясь, что на той фотографии получилась хорошо, и придраться было не к чему,— И ещё я выключил телефон, тебя просто закидали сообщениями,— покосившись на девушку, Романов заверил,— Я не читал.

-Это, наверное, мама.

-Наверное. А не слишком ли ты рано покинула институт или наша система образования настолько опустилась?

-Нет, я просто...,— ' я просто сбежала'— передразнила себя Кристина, пытаясь что-нибудь придумать.

-Сбежала?— хохотнул Влад,— Ты меня всё больше и больше удивляешь.

-Были на то причины,— улыбнулась,— А ты никогда не сбегал, ну, когда учился?

-Нет,— Романов щёлкнул на кнопочки магнитолы, ища боле менее нормальную песню,— Там, где я учился, был серьёзный контроль. Как со стороны отца, так и со стороны преподавателей. Мне бы такая вольность с рук не сошла.

-А где ты учился?

-Я учился в Лондоне на факультете международных отношений пять лет. Сейчас в МГИМО на факультете международного бизнеса и делового администрирования,— в машине заиграла песня 'Coldplay — Paradise', довольный композицией, оставил магнитолу в покое,— А ты у нас режиссёр?

Меньшова не удержалась от смеха:

-Я, несомненно, превзошла тебя.

И тут понеслось. Златовлска начала свой рассказ 'а-ля весёлая студенческая жизнь', мимолётно любуясь Владом. Его безмятежной улыбкой на губах. Радуясь, что уже второй раз может быть счастливой в его компании.

-Интересно,— хмыкнул Романов, косясь на девушку.

-Что?— улыбка не покидала её губ.

-Я думал, ты только когда пьяная много говоришь!

-М-да, у меня бывает,— златовласка прикусила нижнюю губу,— Ужасное качество— болтливость.

-Почему же? Главное лишнего не сболтнуть, а то будет крах. Меньшова устремила свой взгляд на огненные листья, которые приходят в движение каждый раз, стоит только попасть под колёса.

В нос удар резкий запах, и девушка поморщилась, поражённо поворачиваясь к Владу:

-Это ты что делаешь, куришь? — незабудковые глаза в изумление уставились на сигарету в пальцах брюнета.

-Что ты!? Разве не видишь, я играю на флейте.

Кристина ответила смешком на смешок:

-Не знала, что флейты способны пускать дым.

-Двадцать первый век, маленькая.

-Я никогда не курила,— сама не зная зачем, поведала Меньшова.

-Да ты никогда и не пила,— Романова ситуация забавляла, особенно то, как эта девушка смущалась.

А Кристина первый раз в жизни пожалела, что у неё настолько белая кожа, и розовый румянец было невозможно скрыть.

Конверт зашуршал под её пальцами, когда она чуть сильнее сжала их. Это было замечено Романовым, и любопытство заиграла в глазах:

-Что за конверт?

-Неудачные фотографии,— горько произнесла златовласка.

-Можно посмотреть?

-Они не удачные,— повторила, открывая конверт,— Их даже на выставку не допустили.

Влад взял протянутые фотографии, внимательно смотря на них, при этом кидая взгляд на дорогу. Меньшова, чтобы как-то успокоить свои нервы и нарушить появившуюся тишину, спросила:

-А ты любишь искусство?

-Я люблю удивляться людьми, которые способны на такое,— он немного встряхнул фотографии,— Кто тебе сказал, что это неудачные? Или эта самокритика?

-Фотографии были отправлены на выставку, но они до неё не дошли. Не их формат. А тебе понравилось?— вкладывая их обратно в конверт, посмотрела на спокойное лицо брюнета.

-Понравилось.

'Ему понравилось...'— пело всё внутри у златовласки. Его положительная оценка, хоть и в одно слово, заставило забыть о несправедливости и махнуть рукой на мнение деятелей.

-Фотография — твоё хобби?

-Ну....да. Я хотела заняться этим всерьёз, но мои работы, как ты видишь, не подходят.

-Не бросай это дело. Пусть даже хобби. У тебя хорошие работы, особенно тебе хорошо даются люди,— лукаво поглядел на девушку,— Если ты понимаешь, о чём я.

Она понимала и от неловкости заёрзала на сиденье. Как же хотелось провалиться сквозь землю, после того случая, как получилось 'незаметно' сфотографировать Романова.

-Дурацкая вспышка,— хихикнула златовласка, убирая волосы со лба.

Влад открыто рассмеялся.

Через некоторое время машина въехала на родную улицу. Как обычно детская площадка полна громкими криками малышни и грозными возгласами матерей.

-Не всё так плохо,— оглянувшись, промолвил брюнет,— Я-то вчера думал, что это ещё тот райончик.

-У нас спокойно,— заверила Меньшова,— Я здесь всё своё детство провела.

Когда подъехали к подъезду, то наблюдалась очень интересная картину, которая заставила засомневаться в словах Кристины.

-Твоё понятие слова 'спокойный', слегка отличается от моего,— Влад вышел из машины вслед за девушкой.

На лавочке сидели четверо парней, а по внешнему виду гопники не иначе, плюс двое девушек с весьма вульгарным раскрасом.

Громко хохоча, они на всю улицу слушали знакомую всем песню 'Quest Pistols — Я твой наркотик', так ещё умудрялись попадать в ноты вместе с солистом группы.

-Вот идиоты,— пробубнила златовласка,— Они не понимают, что жильцы могут вызвать полицию?

-Им по барабану,— Романов засунул руки в карманы брюк.

Меньшова сделала ошибку, посмотрев на него. Светло— бежевые брюки облегающего кроя, в тон брюкам пуловер с вырезом в виде V — весь в целом он так и притягивал взгляды, и какой раз заставлял собой восхищаться.