В погоне за невестой

Вопреки моим ожиданиям, не все присутствующие были такого же внешнего вида, как и уже знакомые мне астары. В толпе были мужчины, женщины и дети с разным цветом волос, хотя подавляющее большинство, были все же пепельноволосыми или светловолосыми.

А Асамина здесь очень любят, ну или по крайней мере делают вид, что любят, это я поняла по полным восторга приветственным крикам, раздающимся отовсюду. Да и он, улыбался и приветливо размахивал руками. Красная лента с золотой пластиной, на его лбу, сияла в лучах сразу двух солнц. Но улыбка тут же сошла с лица, как только мы вошли в ворота императорского дома...

Встречающих нас, многочисленных слуг и советников, он окинул скучающим взглядом, а вот девушку, стоящую впереди всех — окатил презрительным. Я заинтересовалась, и подошла ближе. Она смотрела на меня, почти не мигая. Красивая, с большими печальными глазами, и длинными волосами, уложенными косой вокруг головы и перевитой яркими розовыми и зелеными лентами. В наряде, похожем на наряды всех присутствующих женщин. За её спиной стоял высокий мужчина со шрамом на правой щеке, и серьезным взглядом алых глаз. Его длинные пепельные волосы были стянуты в высокий хвост, а одежда была идентична одежде императора, только серого цвета и с эмблемой на груди. Да, похоже, мужчины тут просто обожают щеголять своим телом. Ну да ладно, красиво же!

Мимоходом, рассматривая стоящую передо мной девушку, я поймала себя на мысли, что она мне кого-то напоминает... Присмотревшись внимательнее, я остановилась. Повернувшись всем корпусом к красивой астарнианке, я, не думая долго, дотронулась до её лица. Это чувство...будто мир на секунду замер, чтобы оставить вас наедине. Странно, но так осязаемо. И ощущение чего-то родного, близкого, как будто все твое существо тянется к ней. Бабушка, стоящая позади меня прерывисто вздохнула. А до меня, наконец, дошло, кто передо мной: потому, что смотрела почти в идентичное отражение себя. Только волосы, рост, и цвет глаз отличались. Те же черты лица, унаследованные мною от отца, видимо, точно так же, как и девушкой, что стояла напротив.

Амирра смотрела на свою сестру и поражалась. В них текла одна кровь, и они оказались так похожи, но в то же время отличались друг от друга, словно огонь и вода. Одни и те же черты лица, разрез глаз, губы, нос, подбородок — все было одинаковым. Они могли бы сойти за близнецов, и даже разница в возрасте не помешала бы их спутать, если бы не пепельный цвет волос Амирры и яркий цвет её алых глаз.

Когда чистокровная дотронулась до её лица, Амирра вздрогнула. То выражение неверия и странное чувство, что охватило её при встрече с сестрой, побудило сердце сжаться от тоски. Она никогда не была достойна теплых чувств со стороны своих близких, и надежда на то, что сейчас появился кто-то, способный подарить ей тепло ответ, заставила её поверить в чудо.

Амирра упала на колени. Девушка всхлипывала, и вцепившись в края платья чистокровной, словно одержимая, с надеждой смотрела ей в глаза.

Стоящий неподалеку Асамин, нахмурился, а капитан Клинков усмехнулся. Мужчины, уподобившись соляным статуям, молча наблюдали за дальнейшим развитием событий.

Но кроме их двоих, и целой толпы заинтересованных, была ещё Фачири, которая со странным выражением на лице, смотрела на коленопреклоненную девушку.

В это время, в душе пожилой женщины бушевал целый ураган эмоций. И скупая слезинка, сверкнувшая в глубине её глаз, так и осталась незамеченной.

Фачири прекрасно знала законы Астарна, и подозревала, что девушке нелегко пришлось. Незаконнорожденных на Астарне считали чем-то вроде изгоев, недостойных жить. Но, видя, как эта девушка похожа на её сына, Фачири почувствовала как сердце её дрогнуло от жалости к ней. Несмотря на богатые одежды и телохранителя, глаза полукровки выдавали её с головой. Одинока. Всеми брошена и не любима. Бедная девочка... жизнь жестока к таким как она. Но больше всего, Фачири боялась реакции Наитриль. Её девочка была внимательна. Наверняка, уже заметила свое сходство с ней...

А я в это время, чувствовала как во мне растет негодование. Это как же надо довести женщину, чтобы она с таким выражением на лице, на колени падала. Тем более, когда представила себя на её месте, вообще голову потеряла. Я и сама не заметила, как моя шевелюра начала стремительно темнеть, но это увидели другие. Охи и ахи со всех сторон, и расширившиеся глаза всех присутствующих Клинков и Асамина. Им уже было известно, чем грозит мое плохое настроение. Решив, что я зла на девушку, стоящую передо мной на коленях, Асамин подошел к ней и резко дернул за руку, заставив подняться. Ну а пощечина, последовавшая за этим, окончательно вывела меня из себя. Когда я увидела как этот гад, без причины ударил мою сестру на глазах у всех, моя ярость вылилась в злобный рык, и началось... Пока рыдающую астарнианку, заботливо поднимал с земли длинноволосый парень, я подлетела к Асамину, и так врезала ему по физиономии, что моя рука заныла.

Пораженный Верховный стоял напротив, и как рыба беззвучно открывал и закрывал рот.

— Если ты, ещё раз поднимешь на неё руку, я тебя прибью. Понял?

— Что?! — прорезавшийся голос Верховного, прозвучал ответным рычанием. А советники и слуги, поспешили покинуть место действия, чтобы не попасть под горячую руку правителя. Отойдя на безопасное расстояние, они смотрели издалека. Кроме нас двоих и отряда Клинков, остались ещё Фачири, и моя сестра, со своим безмолвным длинноволосиком.

— Чего ты свои грабли императорские распускаешь, говорю! — я уже орала, глядя в побелевшее лицо Асамина, с багровым отпечатком ладони на щеке.

— Она это заслужила! Да она вообще никто, я ударил её, потому что она — тебя разозлила!

— Нет! Это ты меня разозлил! Как вообще можно довести женщину до такого состояния?! Ты посмотри на неё?! Она же трясется от страха, вон, даже на колени упала! А ты её...ещё и ударил?! Зачем?! Ты что, садист?!

— Это ты — дура! Она всего лишь незаконнорожденная! Недоразумение, живущее во дворце из жалости. Ещё раз повторяю, она — никто! Нет ни одного астара, который станет её жалеть.

После слов Асамина, я уже плохо себя контролировала. Стиснув кулаки, я надвигалась на Верховного, напирая на него своей немаленькой грудью, и сверкая яркими глазами. в этот момент, я мечтала выбить всю дурь из его высокомерной головы. А пока мы ругались на чем свет стоит, бабуля обняла дрожащую девушку и о чем-то ласково с ней говорила.

— Я лишь недавно узнала, что у меня есть сестра...и я, никому больше не позволю обижать её, понятно?! — оглядев всех, я поняла, что меня услышали, но продолжают смотреть на Верховного в ожидании его решения.

— Тогда, заплати за её свободу...

Сузившимися глазами, я наблюдала за коварной, холодной улыбкой на лице Верховного, но уже знала, что соглашусь.

— Что ты хочешь? — мой твердый голос не оставлял сомнений в решительности, но это только позабавило красноглазого.

— Отдай мне весь свой лит, и тогда — я освобожу её, — на этот раз, я отчетливо слышала как охнула бабуля, а у сестры, лицо стало белым, словно первый снег.

— Что, боишься, что я сбегу? — Я придвинулась вплотную к Асамину, и приподнявшись на цыпочки, почти уткнулась в него лицом.

— Опасаюсь... но, если весь свой лит ты передашь мне, тебе просто некуда будет бежать.

Наивный... я скрыла улыбку, мысленно подсчитывая, что у меня останется, если я отдам всю свою недвижимость. Да, я была свободной и имела немало земли и владений, но даже если бы разом лишилась их всех, то все равно осталась бы очень состоятельной особой.

Несколько лет работы дрессировщицей в Сурне, и на моих счетах в Маларии осело немало наличных... Так что, даже оставшись без лита, я с легкостью смогу позволить себе купить вполне неплохой дом. К тому же моя практика стихийника, и работа в качестве мага на благо двойного союза Увапы и Маларии против нашествия Харонитов, практически возвела меня в ранг героя, сразу на двух планетах. Так что, в случае чего, я могла податься на Увапу, попросив политического убежища на планете, которую я, кровью и потом — вместе со своими сослуживцами, освобождала от нашествия разумных жуков-паразитов.

И если, Маларийский король, что-то там задолжал астарнцам, то вот правитель Увапы вообще мало обращал внимания на кого бы то ни было, кроме себя самого. Так что, в случае чего, можно было смело удирать на Увапу. Но все дело в том, что удирать как-то не хотелось, пока я не узнаю, что там с кровным договором... Уже решившись согласиться на его условие, я кивнула головой.

— Хорошо. Я отпишу тебе весь свой лит, если ты сделаешь её свободной, — мой указующий перст уперся во всхлипывающую девушку.

После этого, на лице Асамина расцвела довольная улыбка, и мы пожали друг другу руки, устно скрепив наш договор.

Бабушка была в шоке. Сестра рыдала, опасаясь, что я возненавижу её, после того, как осталась без лита, спасая её из лап Верховного. А мне было хорошо. С чувством выполненного долга, я гордо пошла к сестре, радуясь за неё, и надеясь, что хотя бы она будет в этой жизни счастливой. От откровенного обожания, читаемого в её глазах и глазах длинноволосого астарнца, мне стало слегка не по себе. Но, тепло улыбнувшись, я подошла к бабушке и сестре и мы втроем, были торжественно проведены в одну из гостевых, императорского дома в Ихарионе.

Там, я выслушала душещипательную историю жизни моей новообретенной сестры, и поняла, что поступила правильно. Но после того, как узнала, что Асамин собирался продать Амирру в дом нежности, готова была придушить его. А Клинки, выставленные для нашей охраны за дверью, наслушались много интересного о своем Верховном.

Даже не сомневаясь, что к утру он узнает о каждом сказанном мною слове, я, с чувством выполненного морального долга, улеглась спать.

А с утра началось самое интересное. Бабуля и сестра подняли меня пораньше, чтобы устроить мне настоящую пытку. Меня измеряли, закутывали в тонны и тонны шёлков разных оттенков. По восторженному лепетанию швей, я поняла, что для меня готовят целый гардероб этих безразмерных платьев мешков. С отвращением пнув лиловый отрез шёлка, я с лезла с низкого табурета, и, проигнорировав возмущения бабули, отправилась искать Асамина. У меня накопилась тьма вопросов к этому красноглазому.

Выйдя за дверь, я тут же оказалась окруженной тремя Клинками.

— Привет ребята, соскучились? — нагло ухмыляясь, я пошла куда глаза глядят, вынуждая воинов следовать за собой по пятам.

Ходить в этом жутком платье было ужасно неудобно. В очередной раз наступив на подол нижней юбки, я чертыхнулась, и не обращая внимания на очумелые взгляды Клинков, задрала свое платье ровно до колен. С радостью взглянула на свои ножки, и потопала искать Верховного.

Шагая по коридорам Ихарионского дворца, я с удовольствием разглядывала окружающую обстановку. Несмотря на мое предвзятое отношение, во дворце было красиво, это я вынуждена была признать.

Пол в широких коридорах, был выложен черно бело мозаикой, серо белые стены, и полная гармония металла с камнем. Часто встречались большие полукруглые галереи с окнами от пола до потолка, открывающими безупречный вид на город. Надо будет обязательно прийти сюда ночью, чтобы полюбоваться миллионом огней. И хоть город был не таким большим, как столица Маларии, в которой я прожила достаточно долгое время, но и не маленьким, учитывая, что это был всего лишь пятый по величине город Астарна.

Следующим — увиденным мной чудом, был полукруглый неглубокий бассейн гигантских размеров. По его краям, высились белые колонны, а прямо посредине, из воды чуть выступали каменные бортики, словно огораживающие пространство под водой, и разделяющие бассейн на три части. Две из них были полукруглыми и одна, в середине, была квадратной. При желании, можно было легко пройти по бортикам к краю бассейна, и уже там, на краю, выглянуть в большое окно, наполняющее светом воду, заставляя её играть яркой синей гладью.

Я любила воду, а потому не могла остаться в стороне, и ступила на каменный бортик бассейна, решив дойти до окна. Но даже я, от неожиданности чуть не свалилась в воду, когда увидела, что там обитает.

В синей воде, плавали, извиваясь своими длинными телами, самые странные рыбы, когда-либо виденные мной. Они чем-то были похожи на змей, а ярко красная окраска с продольными черными полосами чуть светилась в воде. Выпученные глаза, вращающиеся с бешеной скоростью, у них был беззубый рот с широкими жабрами, и плоские плавники, по бокам от гибкого тела. Передернувшись от отвращения, я повернулась к Клинкам и замерла. Среди моих провожатых, появился ещё один. Он улыбался мне, с приветливой улыбкой открыв свое лицо.

— Здравствуйте, Наитриль, — Кана слегка поклонился, сверкнув глазами, и показав очаровательные ямочки на щеках, — я не советую вам, падать в бассейн.

— Почему? — я улыбнулась в ответ.

— Эти создания не столь безобидны, как может показаться на первый взгляд. Они очень и очень ядовиты.

— Хм, мне они не показались милыми. Как бы выразиться правильнее, они мерзкие.

Смех Кана был мелодичным и заразительным, таким, что мне захотелось рассмеяться в ответ. Но несмотря на все его обаяние, что-то в капитане клинков сильно меня настораживало, заставляя держать с ним дистанцию.

— Кто бы мог подумать, что всеобщие дворцовые любимцы вызовут у вас такую реакцию. Забавно. Асамин души в них не чает...

— Интересно, почему я не удивлена? У вашего Верховного, весьма специфичный вкус. Как, кому-то может понравиться ядовитая тварь, напоминающая гремучую змею? И как вообще, можно поселить этих... в месте, где любой может случайно свалиться в бассейн?

После моих слов, взгляд Кана изменился. В них замерцали загадочные огоньки.

— И правда, как можно?

— Проводите меня к Асамину? — Кана помог мне спрыгнуть с бортика, а когда я, привычным уже движением, приподняла платье до колен, снова рассмеялся. Низкий, рокочущий смех капитана, скорее всего, действовал на женщин как магнит. По крайней мере, недостатком внимания он точно не был обделен, судя по тому, как строил мне глазки и заманчиво улыбался. За разговорами, мы незаметно дошли до высоких дверей, перед которыми застыло ещё два Клинка. За это время, я узнала очень много интересного, о нравах и традициях астарнцев. Когда мы стояли, дружелюбно переговариваясь, двери распахнулись, явив нашему взору Верховного, который размахивал несколькими свитками, и орал на советника с синей лентой. Полноватый дедуля, ничуть не стесняясь невольных свидетелей, грозил кулаком и выдавал такие словесные перлы, от которых я стремительно покраснела. А после, развернувшись в нашу сторону, так рявкнул, что я вздрогнула:

— Почему в таком виде?! — инстинктивно отпрянув за спину Кана, я узрела, как повернулся и Асамин. Оглядев мое задранное платье, Верховный нахмурился и холодно улыбнулся, а деулька подошел ближе, и присмотревшись ко мне, хмыкнул, — какой огонь во взгляде, ну прямо вылитая Фачири. Кстати, передавай своей бабушке привет. Скажи, что от Ранура, одного из главных советников, она поймет. Ах, да, — и он вновь повернулся к Асамину, — и не вздумай сотворить то, о чем мы с тобой только что говорили. Понял?