Реликвии победы

— Гарри, что с тобой?

От внимательной Гермионы не укрылось его состояние, да и Рон тут же подсел в соседнее кресло. Гарри тяжело вздохнул и рассказал друзьям о подслушанном разговоре.

— Так что вот так, я не смогу убить Волдеморта, — невесело закончил он.

— Выходит, они всё же что-то знают об этих артефактах, но не хотят говорить нам... — Не обратив внимания на последнюю фразу юноши, задумчиво проговорила Гермиона.

— Ага, ждут, пока ты к ним за разрешением на посещение запретной секции придёшь, — иронично усмехнулся Рон.

Капитаном команды, в конце концов, был назначен Гарри и все проблемы легли на его плечи. Теперь часы, в которые не было уроков уходили на разработку новых тактик и размышления о том, кто же летал на просмотре лучше — Симус или Джинни. В итоге, в команду вошли: охотники Дин Томас, Симус Финниган и Колин Криви и загонщики — четверокурсники, братья Крайтсоны — Дэниэл и Стивен. В субботу после обеда должна была состояться первая тренировка.

— Гарри, ты тренироваться? — Агнэта перехватила его на выходе из Большого зала. — Не мог бы ты зайти ко мне на минутку? Я обещала Гермионе одну книгу, сможешь её передать?

— Конечно.

Гарри последовал за профессором Лайт в её кабинет.

При новом владельце помещение, как всегда, изменилось. Похоже, кабинет учителя по ЗОТИ был в замке ещё одной выручай-комнатой, не за каждым разом, конечно, однако ежегодно меняющей обстановку, чего с другими помещениями не случалось. Сейчас это была большая светлая комната, надо сказать, хорошо проветренная. Сразу было видно, что хозяйка очень любит свежий воздух. Когда здесь жила Амбридж, помещение насквозь было пропитано её противными, приторными духами, от которых порой едва ли не тошнило. Теперь здесь появилось множество настенных шкафчиков и полочек, заставленных всем, чем угодно: статуэтками, открытками, какими-то шариками, стёклышками, палочками, перьями, маленькими приборчиками неизвестного Гарри назначения. Один из шкафчиков был до отказа забит колбочками, бутылочками и стаканчиками. Угол возле окна занимал шкаф с книгами, картами и фотоальбомами. Около второго стоял небольшой круглый столик и несколько мягких кресел вокруг, посреди комнаты — рабочий письменный стол. Напротив стола, на стене висел плакат (явно маггловский, потому что изображённые на нём двое мужчин и две женщины не двигались), а в углу, над круглым столом, несколько волшебных фотографий в рамках. Гарри пригляделся к улыбающимся и машущим ему с фотографии людям и узнал своих родителей. Получив разрешение Агнэты, он подошёл поближе, чтобы лучше разглядеть изображения. Вот мама и папа сидят за деревянным столиком на улице, между ними маленькая Агнэта лет пяти, а рядом с Лили ещё одна молодая женщина-блондинка, наверное, мама Агнэты; вот в доме Джеймс подбрасывает маленькую Агнэту на руках, а она всё дёргает его за длинные волосы; вот девочка, Джеймс и Лили на фоне какого-то здания; а вот Агнэта уже постарше, лет девять — десять, держит на руках ещё совсем маленького Гарри, а тот очень внимательно на неё смотрит и смешно оттопыривает нижнюю губку; а здесь девочка без Лили и Джеймса, её держит на руках какой-то темноволосый мужчина, а другой, чуть посветлее, обнимает за плечи, при этом она умудряется тоже обнимать за плечи чёрненькую женщину и ещё одну — блондинку — держать за руку. Знакомые лица, где-то Гриффиндорец их уже видел... Стоп! Юноша повернул голову чуть влево — ну конечно, на плакате. Гарри уже хотел было спросить что это за люди, но вдруг огонь в камине изменил цвет, послышался свист и в комнату шагнул Кингсли Шеклболт.

— Привет, Агнэта! Ой, то есть, мисс Лайт... Здравствуй, Гарри Поттер...

— Здравствуйте..

Парень почему-то почувствовал себя неловко. По-видимому, Кингсли испытывал тоже самое.

— Да ну тебя, Кингсли, к Мерлиновым племянницам! Какая я тебе мисс Лайт! Ученики и те меня по имени называют, а Гарри так вообще провёл со мной весь отпуск.

— А-а, — мракоборец расслабился и уже свободно улыбнулся. — Ты извини, что без предупреждения.

— Ничего, я знала, что ты появишься, решала вот сложный вопрос: убирать ли ковёр.

Агнэта засмеялась и махнула рукой в сторону кучки пепла на ковре перед камином.

— Rengöra.

Та бесследно исчезла. Поттер с удивлением и уважением посмотрел на преподавателя.

— Вы умеете колдовать без палочки?

Девушка скромно кивнула и добавила:

— Все Норрландцы умеют пользоваться безпалочковой магией. Да, и сколько раз тебе говорить, в отсутствии учеников обращайся ко мне на ты!

— Хорошо, хорошо, извини. А что это за заклинание такое? Я его никогда не слышал.

— Шведское. Действует как стандартное чистящее заклинание, но мощнее. Следов не остаётся вообще. Ладно Гарри, вот тебе книга, отдай её пожалуйста Гермионе и беги на тренировку, а то опоздаешь. А Кингсли сейчас, чувствую, будет передавать мне очередной бзик Фаджа.

— Нет, на сей раз я к тебе с серьёзными новостями, — возразил волшебник и улыбка сошла с его лица.

Агнэта нахмурилась, а Поттер, понимая, что он уже лишний, поспешил удалиться.

Тренировка прошла в сто раз лучше, чем ожидал капитан. Новая команда показала себя на высшем уровне и теперь активно готовилась к первому в сезоне матчу Гриффиндор-Рэйвенкло. Единственной проблемой по-прежнему оставался вратарь. У Рона таких успехов, как у новых игроков никак не получалось, из-за чего он уже неделю пребывал в отнюдь не праздничном настроении. Голова его постоянно была занята мыслями о том, что он самый невезучий человек в мире и совершенно ни на что не годится.

— Вон, даже новички играют лучше! — Повторял Рон, как заведённый.

В результате Уизли каждый вечер стал ходить на дополнительные тренировки, одалживая у Гарри мантию-невидимку. Естественно, это во всей красе отразилось на уроках: задерживаясь до полуночи, Рон засыпал едва ли не на каждом, был рассеянным и невнимательным. И если, например, профессор Флитвик или профессор Спраут просто махали рукой и закрывали на это глаза, то та же МакГонагалл беспощадно снимала очки и даже успела вызвать ученика к себе для серьёзного разговора.

— Рон, да соберись ты хоть немного! У нас сейчас зелья, Снейп тебя убьёт, — простонала за завтраком Гермиона.

— Ага.

Рыжий не глядя потянул к себе тарелку с тостами, но недотянул и перевернул её прямо на брюки Невиллу. Тот испугано отшатнулся и подбил Симуса, как раз заливающего себе хлопья молоком. Рука Финнигана дёрнулась и молочные брызги полетели на Парвати. Девушка вскочила, задев Лаванду, та вылила себе на мантию половину кофе из чашки, которую держала в руках, и тоже вскочила вслед за подругой. Метнув гневные взгляды в сторону однокурсников, девушки выбежали из зала переодеваться.

— Господи, здесь можно спокойно поесть?.. — Пробормотал какой-то второкурсник, отодвигаясь подальше от беспокойных старших.

Гермиона страдальчески закатила глаза.

— Идёмте, пока ещё кого-нибудь не оставили без завтрака.

— М-да, зелья на голодный желудок — это убийство, — усмехнулся Гарри, подходя к кабинету.

— Вот, ему скажи спасибо! — С ходу завелась Гермиона.

— А я-то здесь причём?! — Взорвался Рон. — Что, теперь из-за меня все беды, да?!

— Да перестаньте вы, в конце концов, — умоляюще сложил руки на груди Гарри, — было бы из-за чего грызться.

Друзья хотели что-то ему ответить, но появившийся Снейп моментально прервал все разговоры.

— Попрошу в класс и побыстрее, — бросил он со своей неизменной интонацией и стремительно прошёл мимо учеников в кабинет.

Не успели все рассесться, как влетели запыхавшиеся Лаванда и Парвати.

— Это что ещё такое? — Немедленно отреагировал Снейп, — Мисс Браун, мисс Патил, вам настолько не хватает времени принарядиться, что вы позволяете себе одолжить для этого мой урок? Вынужден вас разочаровать: я не даю своих уроков для подобных занятий даже первым Хогвартским красавицам, — губы профессора искривились в саркастической усмешке. — К тому же, умные и сообразительные девушки умеют приводить себя в порядок за любые выделенные им сроки. По десять баллов с каждой.

Слизеринцы злорадно захихикали. Гриффиндорки молча прошли на свои места. Слова зельевара до глубины души их задели, но что тут скажешь.

— Ну начинается, — неприязненно прошептал Дин и сделал в сторону Снейпа жест, за который Гриффиндор лишился бы ещё десяти очков, если бы тот, кому он предназначался его заметил.

— Сегодня мы попытаемся сварить зелье, на использование которого требуется особое разрешение Министерства. Однако, оно включено в программу, чтобы вы имели возможность ознакомиться с ним и понять почему именно это зелье запрещено.

Снейп взмахнул палочкой и на доске появились слова "Recuperatio Iter Habere Resurrectio".

— Кто-нибуть знает что-то об этом зелье?

Понятное дело, в воздух взметнулась только рука Гермионы, но вот на лице её при этом застыло странное выражение испуга и недоверия.

Профессор кивнул ей.

— С помощью этого зелья можно воскресить умершего человека через кого-то живого. То есть, живой человек выпивает настойку и как бы засыпает, в это время происходит внешняя трансформация и внутренние изменения. Когда трансформация полностью завершается, просыпается уже тот, кого воскрешали. Действие зелья зависит от принятой дозы. После окончания действия воскрешённый снова засыпает и просыпается тем, кому давали зелье, не помня ничего о том, что делал воскрешённый через него. Для того, чтобы воскресить конкретного человека, в готовое снадобье нужно на три дня положить какую-нибудь его вещь.

— Что ж, надеюсь после такого исчерпывающего ответа мисс Грэйнджер все поняли чем опасно Recuperatio Iter Habere Resurrectio. Многие волшебники воскрешали людей, чтобы выпытать какие-то тайны; тёмные маги оживляли своих жертв и те снова переживали страшные пытки и умирали от них, но теперь уже не мог выжить и тот, кто принимал зелье; некоторые пытались с его помощью вернуть к жизни близких, выбранные для этого добровольцы пили зелье литрами. И очень часто все подобные эксперименты заканчивались весьма непредсказуемо. Поэтому Министерство наложило запрет. Последний раз зелье использовалось в тысяча семьсот тридцать втором году. А теперь мы попытаемся его сварить. Не думаю, что рецепт надолго задержится в ваших головах, он довольно сложный, поэтому более или менее приличных результатов я не ожидаю.

Зельевар снова взмахнул палочкой и на доске вслед за названием возник рецепт.

— Приступайте. Недостающие ингредиенты найдёте в шкафу, если будете внимательно искать.

И класс надолго погрузился в сосредоточенную тишину, нарушаемую лишь бульканьем котлов. Каждый усердно пытался приготовить хоть что-нибудь, отдалённо напоминающее нужный результат.

— Рон, не целый корень Крапивы-соляной, а только маленькую часть не больше одного-полтора дюйма! — В ужасе выдохнула Гермиона, увидев, что друг добавляет в свой котёл.

Зелье, тем временем аж побелело, изменив цвет с бурого.

— Мистер Уизли, а теперь не изволите ли попробовать ваше варево на вкус? — Мгновенно возникший рядом с партой Снейп недобро сверкнул глазами. — Ну давайте, а мы понаблюдаем как вы будете отплёвываться от соли. Что, не хочется? Правильно, ибо ваше зелье даже мёртвый пить не станет. Не удивлюсь, если вместо того, чтобы воскресить, оно даст совершенно противоположный эффект и на том свете станет человеком больше. Evanesco! двадцать очков с Гриффиндора за испорченные ценные ингредиенты и вечерняя уборка в кабинете в качестве наказания. С вашей стороны это далеко не первая оплошность такого масштаба за последние полторы недели. По-моему, даже для вас многовато, мистер Уизли. Не присваивайте себе "лавры" мистера Лонгботома.

Почти все Слизеринцы заржали в открытую, а на лице Малфоя застыла настолько счастливая улыбка, как будто ему только что объявили о победе Волдеморта.

— Северус, ну что вы, разве за такое назначается наказание?

В класс, постукивая каблучками, вошла Агнэта, кинула неодобрительный взгляд на учеников зелёного факультета и подошла к столу Рона.

— Ведь ошибки — это вполне нормальное явление, для того же и существуют уроки, чтобы ученики могли научиться, а мы, преподаватели, всеми силами им помочь. Разве за ошибки наказывают? На них указывают и подсказывают способ, которым от них можно избавиться.

— Если бы Уизли ещё обращал внимание на эти самые ошибки, — проворчал Снейп, впрочем, уже без сарказма и менее уверенно.

— Ну мало ли какие у человека проблемы! Ему, может, и так несладко, а вы его ещё наказываете.

В это время послышался удар колокола, оповещающий об окончании занятия.

— Ладно, мистер Уизли, я отменяю назначенное взыскание, но оценки, выше "О" за сегодняшний урок вы не получите.

— Ну вот, — удовлетворённо проговорила Агнэта, — а ты, Рон, обрати внимание и поработай над тем, что у тебя не получается. И напиши профессору Снейпу дополнительный реферат.

— Урок окончен, — обратился к ученикам зельевар, — образцы ваших настоек попрошу перелить в колбы и сдать мне.

— Вы это слышали? Снейп отменил отработку! Арагог в Запретном лесу сдох! — Возбуждённо рассуждал всю дорогу до класса трансфигурации Рон.

— Да уж, — протянул Гарри, — ну даёт эта Агнэта. И чем она так на Снейпа влияет?.. Вы когда-то видели, чтобы он кого-то слушал? Даже из коллег?

Друзья покачали головами.

— А у Малфоя какой вид был, когда он об отмене взыскания услыхал, — продолжал Рон, — как будто все его надежды разом в глубокую пропасть рухнули.

— Ага, и Снейп среди них — самая главная, — усмехнулся Гарри, — как он на него посмотрел, словно тот из ума выжил.

Вечером у Гарри было ощущение, что он, как минимум, разгрузил Хогвартс-экспрэсс без всякой магии: выматывающие занятия, квиддичная тренировка и непреодолимая Гималайская гора домашних заданий на закуску. Он уже битых полчаса напрасно пытался после работы по ЗОТИ вникнуть в параграф по заклинаниям. Рядом Рон страдал над рефератом по трансфигурации.

— Блин, я больше не могу! — Поттер захлопнул учебник и потёр глаза. — до меня уже ничего не доходит.

— Ты счастливый человек — хоть реферат для МакГонагалл написал — меня она завтра убъёт. А ещё ЗОТИ писать и этот дурацкий дополнительный реферат Снейпу, спасибо Агнэте. И кто её за язык тянул, тоже мне примерная нашлась! Выжил бы этот сальноволосый и без моей писанины!

— Она тебя, между прочим, от наказания спасла, забыл? А то драил бы сейчас котлы в подземельях, — с укором в голосе заметила Гермиона, переворачивая страницу какой-то очередной книги солидных размеров. — А насчёт количества домашней работы, так я вам постоянно втолковываю, чтобы вы сразу делали всё в тот же день, в который задали.

Рон пробурчал что-то на тему того, что уж лучше котлы драить, чем забивать голову лишней чепухой, всё равно по времени одинаково, а очки и так потеряны, пропустив совсем замечание о том, когда что следовало бы делать, и с видом великого мученика снова уткнулся в свой пергамент.

— Ладно, вы как хотите, а я спать пойду, не могу больше.