| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Мне не известен термин 'нарик', — вежливо ответил маньяк. Я бы подумала, что он и не обратил внимания на выпад подруги, если бы не заметила тень раздражения, проскочившую на его лице. Удивительно, что он вообще таким спокойным всё это время держится. Я бы на его месте уже что-то выдала ей.
Но заметила, по-видимому, его кратковременную злость только я. А Слава была намерена продолжать издеваться над нашим похитителем.
— Совсем то...
— Что вам от нас нужно? — спросила я, перебив Славу.
Решила взять всё в свои руки, чтобы Слава больше ничего не натворила. А то доведет ведь маньяка, или кто он там, и кончится его терпение. А судя по искоркам, промелькнувшим в момент раздражения к выходкам подруги, мало нам не покажется...Хотя, мы же не ещё не знаем, чего они от нас хотят. Смотря на его манеру общаться, я совсем не могу понять, что это за фрукт такой. Подобных ситуаций я не встречала даже в самых тупых и неправдоподобных фильмах.
— Вы должны поехать со мной в Академию Ма'Ари, — вежливо, словно специально, чтобы ещё больше запутать меня, приказал мужчина.
— Что? — шокированная, спросила я в один голос с подругой, но она к тому же резко добавила:
— С дуба рухнул?! Мы никуда с тобой не поедем! — и секунду спустя крик, — Псих!
С какой стати мы должны ехать с ним в фиг знает какую академию? Что мы там забыли? Меня и мой универ вполне устраивает. Откуда он вообще взялся? Имя — странное, название академии тоже не лучше. Я такого никогда не слышала, а мы со Славкой перед поступлением перерыли весь интернет, и там не было академий, университетов и колледжей с таким названием. Хотя может это академия имени какого-нибудь китайца, японца или индуса. Кто-то назвал своего сына или дочь Ма'Ари, а он или она прославились, и в честь кого-то из них назвали это учебное заведение. Но реальная история происхождения пока остается тайной, и когда она откроется, нам не известно. Да и вообще, помимо этой академии, много чего остается загадкой.
— Не надо так бурно реагировать, Владислава, — мягко попросил маньяк, но в его голосе отчетливо слышались железные нотки и усталость, будто ему было на нас совсем наплевать. Только если это на самом деле так, то зачем нас похищать, зачем мы ему нужны, если он практически не проявляет никакого интереса к своей добыче, лишь ведёт какие-то непонятные разговоры. — Могу вас заверить, я не псих.
— Мы ни-ку-да с то-бой не по-е-дем, — четко и по слогам повторила я, сказанную несколько секунд назад фразу Славы, смотря прямо в глаза мужчине. Я, конечно, не выглядела так угрожающе, но глаза должны были решать всё.
Может, если мою подругу не понял или не захотел понимать из-за её немного резкого характера, то он меня сможет послушать. Я вроде бы более-менее спокойно старалась реагировать.
— Девушки, я вас не приглашаю, а осведомляю, что вы поедете со мной в Академию Ма'Ари, — так же четко, как я, объяснил нам самое 'элементарное' псих.
— Мы с тобой не поедем! — зло закричала Слава, сжав кулаки, и ринулась вперед, к мужчине. — Не заставишь!
Идиотка! И не только Слава! Нужно было крепче держать её за руку, пока она нам проблем не добавила. Мы и так не в шоколаде, а из-за её выкрутасов может стать ещё хуже. Неужели она думает, что сумеет что-то сделать маньяку. За ним, к тому же, стоят два крепких лысых парня, которые быстро схватят её. Даже всей своей злостью она не переплюнет силы этих двоих.
Ну вот, как я и думала, не успела Слава дойти до маньяка, как её схватили и скрутили лысые мужчины, лишь увидев кивок 'главного'.
Руки подруги были заведены за спину, а сама она присела, так как лысые, навалившись, держали её очень крепко.
— Ыыыыы, — завыла подруга, смотря в пол. Она старалась оставаться всё такой же невозмутимой и 'сильной', но парни держали её очень крепко. Можно было бы и не с такой силой, она же всё-таки девушка, хоть и не показывает этого. — Отпустите, ироды-ы-ы-ы, — продолжала стонать Слава.
Наверное, больно... Что ж, может, хоть чему-то научиться и начнёт думать, прежде чем делать.
'Главный', тем временем, подошел к Славе и присел около неё, поднял её голову за подбородок и жестко, но в тоже время ласково, сказал:
— Владислава, не надо сопротивляться, это всё равно вам не поможет, — и тихо, приказным тоном — мужчинам, держащим подругу, — Отпустить!
Лысые тут же отпустили Славу, которая злобно зыркнула сначала на них, а потом и на главного, и только после этого она вернулась ко мне.
И без того устрашающая атмосфера стала ещё и напряжённой. Теперь, я думаю, с нами не будут обходиться по-хорошему. Слава их достаточно изводила, чтобы разозлить. Кроме них она умудрилась разозлить и меня.
— Дура! — шепотом высказала ей, тем самым говоря, что думала сейчас о ней и её поступке, одним словом. За это я получила от подруги такой же злобный взгляд, что и мужчины, отпустившие её несколько секунд назад.
Сейчас мне захотелось придушить Славку за её недалёкость! Когда она уже думать научиться?! Мне совсем не хочется, чтобы мы пострадали из-за её необдуманных поступков. Хотя, что тут говорить, из-за этих поступков мы страдаем практически всегда. И чаще всего это заканчивается примерно так: 'Бежим отсюда', 'Валим. Быстро'. Но только сейчас бежать некуда, совсем: окна заколочены, а единственный дверной проем загораживают два огромных лысых мужика, которые могут нас схватить ещё до того, как мы подумаем сбежать. Поэтому лучший вариант — это сидеть и помалкивать, а не показывать свою 'крутость', 'дерзость'. На фоне этих психов даже Славкин максимализм угасает и приводит к пугающим событиям.
А нам ещё не известно, как сильно подруга разозлила их своим поступком. И что нам за это может быть! Пока Славка висела в руках лысых головой вниз, я видела, как тень раздражения проскочила на лице маньяка. Его глаза полыхали злостью, а губы и брови изогнулись в кривые линии недовольства и отвращения. Что угодно можно ожидать от маньяка, в особенности с сильными проблемами в голове. А такие проблемы есть, уж точно, у каждого маньяка, потому что нормальный человек, в здравом уме и памяти, не будет похищать людей, запихивать их в грязную, неосвещаемую, пыльную комнату, сейчас больше похожую на чулан или подвал, потому что нет ни нормальных, открытых окон, ни вентиляции.
— Девушки, насколько сильно вы хотите жить? — серьёзно спросил мужчина. Похоже, он понял нашу настырность, и мы, к тому же, еще и позлили его. Теперь он вряд ли станет с нами так вежливо общаться, как в начале. Он будет резать по живому, всячески угрожать, только чтобы добиться своего.
И сейчас я уже согласна с подругой, он действительно 'Псих!'. Когда прозвучал этот до невозможности странный вопрос, я поняла, это не игрушки. Этот мужчина не шутит. И нам тоже стоит перестать шутить и играть в супергероинь из фильмов и книг.
— Отвечать! — грубо приказал он, что я даже вздрогнула и отвлеклась от своих мыслей, совсем потеряв те, что крутились у меня в голове.
С того момента, как мы его увидели, это был первый раз, когда он сделал что-то грубо. До этого же он разговаривал мягко, вежливо. Но сейчас...
— Отвечать! — громче и чуть грубее повторил свой приказ маньяк.
— Ну-у, хотим, — враждебно ответила Славка, вновь схватив меня за руку, тем самым напоминая, что никакие глупости и скверности характеров не смогут нас сейчас поссорить. И что бы ни случилось нам нужно держаться в такой ситуации вместе и действовать, соответственно, тоже. Но на деле это безумно сложно, потому что мы совсем разные. И если я пыталась что-то решать мирным путём, то Слава соглашаться и уступать кому-то явно не собиралась, хотя сейчас, после небольшой встряски, она чуть-чуть притихла. Правда только действиями, голос оставался таким же резким и давящим на уши.
'Главный' даже поморщился от громкости её голоса, но не перестал внимательно, с каплей надменности, за нами наблюдать своими серыми глазами, которые почему-то изменили свой цвет на черный. Хотя в такой мало освещенной комнате что угодно может привидеться. Или меня всё-таки очень сильно ударили по голове, что какие-то функции мозга немного отказали. Например различимость цветов... Но в данный момент это меня волновало в последнюю очередь. Понять, чего он всё-таки хочет, и какие угрозы будут звучать в случае нашего несогласия, было важнее, чем разбираться с цветом глаз этого сумасшедшего.
— Вы считаете это нормальный вопрос? — дипломатично начала я, надеясь на нормальный разговор, и что подруга ничего не отчебучит, что потом может встать нам боком.
Ответ не заставил себя ждать. Он был снисходительным и не таким грубым, но по голосу и выражению лица было видно, что раздражение ещё не выветрилось из его сознания. Возможно, из-за поведения Славы, а может и из-за нашей 'несговорчивости':
— Юлия, я вижу, вы не хотите конфликтов, поэтому и предупреждаю, если вы нормально не ответите на вопрос, будет хуже.
Мне понравилось только начало. Его манера казаться вежливым, угрожать и чего-то недоговаривать уже начинала бесить. Нельзя всё выложить сразу, сказать, что от нас требуется, и что запрещается? Почему надо растягивать в длинную, противную оперу?
На несколько секунд в этой темной, слабоосвещенной комнате воцарилось молчание, но оно было прервано холодным:
— Я жду!
— Хотим, — ответила я.
Уже не так дипломатично, как было до этого, но всё же доля вежливости, надеюсь, была слышна в моём голосе. Хотя мне уже надоело пытаться что-то сделать по-хорошему, не нарываясь на какие-либо проблемы. Почему мне не начать разговаривать с этим ненормальным как Слава? Так же развязно и за рамками всякой культуры!
Но, наверное, страх, преследовавший меня с самого начала, останавливал меня, заставлял оставаться вежливой и хорошей, дабы не сделать ещё хуже и страшнее. Но ни моя вежливость, ни страх не помогли в сглаживании ситуации. Ужаснее она становилась сама собой.
— Если вы хотите жить и желаете прожить долгую и, возможно, счастливую жизнь, то вы едете со мной в академию, иначе ваша жизнь внезапно прервется, — спокойным голосом поведал нам 'главный'. Секундная, устрашающая пауза и угрожающее:
— Так что, девушки, вы согласны или вам нужно время на раздумья?
По сути, он не предоставил нам никакого выбора. Умирать в расцвете своей молодости никому не хочется, а мне со Славкой тем более. Но и ехать в непонятное место с ненормальным мужчиной, не дружащим со своей головой, который до этого ходил за мной по пятам, потом похитил нас, а сейчас ещё угрожает... Что делать, я не представляла. Даже бредовых мыслей не было.
— Согласны! — жить то хочется...
В комнате повторно воцарилось гробовое молчание. Маньяк-преследователь смотрел на нас, торжествуя, потому что все: и мы, и он, понимали, кто же 'выиграл'. И мы молчали...
— Сейчас вас отвезут домой, вы соберете вещи, и мы поедем в Академию. Если вы будете правильно себя вести, не попробуете сбежать или сорвать мои планы, то ваши родители не пострадают, — и чтобы уж наверняка добить, как бы невзначай добавил: — И, Владислава, будьте разумны, не нужно рисковать жизнью младшего брата.
Не здоровый на голову мужчина уже собирался повернуться к двери и, наверное, ждал, когда же ему её откроют, как обернулся на крик Славы.
— Ах, ты уёбо...
Подруга молниеносно среагировала на слова мужчины, и вновь попала бы в руки лысых, если бы не я. Мне впервые за сегодня удалось остановить и заткнуть Славу. Я попросту одной рукой обняла её, а вторую прижала к её губам, мешая ей организовывать нам, и не только, неприятности. Её глаза пылали и обещали мне, маньяку, лысым помощникам скорую расправу, а я... я, не обращая внимание на подругу, которая даже не вырывалась, улыбнулась 'главному'. Надеюсь, моя улыбка была милой, или хотя бы вежливой...
* * *
*
Доехали до квартиры мы достаточно быстро. Что удивительно, потому что мы, как оказалось, просидели в этой комнате до утра, а утром люди спешат на работу. И хотя наша съёмная квартира не в самом центре, близко к университету, где самые пробки, а чуть дальше, этот район всё равно славится часовыми простоями. Именно поэтому Славка передвигается на своем 'маленьком' железном коне, который ловко пролезает между огромных машин, а я на метро, потому что там спокойнее, чем на дорогах, и нет вездесущих выхлопных газов.
В машине мы провели 'обалденных' двадцать пять минут в обществе молчаливых лысых индивидов. Один сел между нами на заднем сидении, а второй был за рулем джипа, затолкали в который нас отнюдь не ласково. Эти бугаи — по-другому их не назвать — казалось, вообще не обращали на нас внимания. Не реагировали на наши слова и действия, чтобы мы не говорили или делали. Слава даже пару раз 'снизошла' до того, чтобы оскорбить одного лысого. У них же всё словно пролетало мимо ушей. Они никак не реагировали. Вообще никак! За все двадцать четыре минуты и пятьдесят девять секунд мы не услышали от них ни единого слова. Будто бы они глухонемые — и нас не слышат, и ничего ответить не могут. Зато всю поездку отчётливо чувствовали запах дешёвого пива и соленой вяленой рыбы от сидящего рядом с нами мужчины. Причем рыба была явно не первой свежести, ибо воняло знатно.
По прибытию, высаживали нас из машины резко и больно — просто вытащили за шкирки будто нашкодивших беспомощных котят. Что мы им сделали, что они с нами так обращаются? Не считая Славкиных выходок, мы были практически паиньками. До двери квартиры нас дотащили, к сожалению, точно также — за шкирки. Мы даже и не пытались вырываться, потому что не хотелось развлекать бабушек, у которых время прогулки и промывания косточек молодёжи, да и вырваться из этих огромных лап, размер, которых соответствовал могучему телосложению этих мужчин, было невозможно. Эти бугаи были настолько большими, сильным — я на себе прочувствовала, — как и положено телохранителю... наемнику... или как называют тех, кто похищает молодых девушек, по заказу психически нездоровых маньяков?
На сборы выдели крайне мало времени — всего полтора часа. Кажется, что это достаточно много. Но для настоящей девушки и... и её подруги это ничтожно мало. Тем более пятьдесят пять минут от него уже прошли. Это время мы потратили на душ. Без него, после похищения и заточения в той комнатке, потрепанным, грязным и вонючим нам, было не обойтись.
Мне пришлось пропустить Славу вперед, чтобы она не перепачкала мебель грязной одеждой и черными коленками. Она не такая аккуратистка как я, куда и что падает, смотреть не будет, а мебель у нас между прочим хорошая. В ванной подруга пробыла в два раза меньше чем я. Я даже не представляю, как она за такое короткое время успела помыться, ведь когда нас привезли домой, чистым человеком от неё далеко не пахло. Но сейчас она была уже в привычном для неё виде, и меня очень радовало, что у меня есть чуть больше времени на водные процедуры. Поэтому я использовала маску для лица, которую купила несколько месяцев назад, и избавилась от всей грязи, прилипшей ко мне в той ужасной комнате. Теперь меня с легкостью можно назвать чистой и свежей. Аж самой от себя приятно стало!
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
