Более детальное изучение цивилизации Ирганто показывает, что она на самом деле сильно отличается от цивилизаций Главной Последовательности, и не имеет аналогов в Галактике.
Во-первых, несмотря на отсутствие машинной цивилизации, с которой связан демографический переход в Главной Последовательности, во всех трех государствах Могора демографический переход практически завершен. Уровень детской смертности даже в сельских местностях Империи Тинмаран соответствует уровню развитых стран Земли середины XX века.
Уровень продуктивности сельского хозяйства также таков, какого в большинстве гуманоидных цивилизаций удается достичь только при машинной обработке земли и широком применении минеральных удобрений.
Еще Вальдесом20 отмечалась чрезвычайно высокая умственная открытость жителей Ирганто, что привело его к принятию беспрецедентного в истории ГПА решения — не скрывать от местных жителей, что планетологи являются пришельцами со звезд.
По мнению Синтии Корлейн эти особенности обусловлены тем, что на Ирганто не сформировалось группы соперничающих монотеистических мировых религий, а вместо этого существует политеистическая религия, по набору основных фигур напоминающая античные культы. От такого культа Империи Кармагор она и происходит. Уникальной особенностью иргантийской религии является то, что функции защиты человеческой индивидуальности, потребность в которых возникает на этапе кризиса античных империй и формирования единых рынков материкового размера, иргантийцы возложили не на маскулинного бога воинов, как это обычно бывает в цивилизациях Главной Последовательности, а на женскую богиню любви Арсиэс, культ которой отделился от культа хтонической женской богини Виэму в раннеантичную эпоху, как это обычно и бывает.
В результате получилось, что в этой религии нет такого жесткого противопоставления духовного и плотского, как это обычно бывает в постантичных монотеистических культах.
А сохранившийся наряду с культом Арсиэс культ Виэму сумел инкорпорировать многие магические практики, и таким образом обойти официальный запрет на применение магии в Империи и Архипелаге, во всяком случае в области медицины и сельского хозяйства.
На мой взгляд, Синтия не совсем права в такой трактовке вопроса. Доминирование политеистической религии на Ирганто — это не случайная флуктуация, следствием которой являются все особенности данной цивилизации, а явление детерминированное физической географией Ирганто и уровнем магических способностей её населения.
Причина в том, что материк Могор имеет относительно небольшую протяженность по долготе. Соответственно, нет огромной степной зоны, порождающей периодические нашествия кочевников на античные приокеанические цивилизации. С другой стороны, на восточном побережье внутреннего моря не возникает перекрестка торговых путей, ведущих из этих стран вглубь материка и далее к странам противолежащего побережья.
А именно такой перекресток торговых путей является плавильным котлом, порождающим жесткие монотеистические религии с явными признаками кочевого менталитета.
В результате ядром религиозных инноваций оказываются центры старых античных империй, и новая религия создается как модификация старой. В этих условиях государственные религии империй оказываются более открытыми к традиционным магическим практикам. А в условиях относительно более высокого магического фона эти практики оказываются настолько эффективными, что пренебрегать ими становится экономически невыгодно.
Еще одной физико-географической особенностью является то, что внутреннее море, примыкающее к древним центрам цивилизации, богато островами.
Хотя внутреннее море, вокруг которого группируются античные цивилизации, практически всегда оказывается достаточно старой зоной субдукции, горообразовательные процессы в таких зонах могут тяготеть не столько к островным дугам, сколько к прибрежным горным хребтам. На Земле, например, таково Средиземное море. А внутреннее море Ирганто больше похоже на Карибский бассейн, который на Земле не успел породить высокоразвитых цивлизаций из-за уже упоминавшегося эффекта, что цивилизация, первой научившаяся строить океанские корабли, как правило, подчиняет себе цивилизации других континентов.
Цивилизации архипелагов, бедных крупными домашними животными, обычно отличаются большим гендерным равноправием, чем цивилизации крупных континентальных масс, у которых неизбежно проявляется компонент пастушеского менталитета.
Но на Ирганто этот эффект достиг размеров, невиданных даже на Веоре, вся суша которого состоит из архипелагов. Возможно, под влиянием культа Арсиэс, равноправного с культом бога воинов Свэна на всей территории Могора, там сформировался принцип, по которому землей может владеть только женщина, а мужчина владеет морем. Это также способствовало развитию медицины и ускорению демографического перехода, причем не только на Архипелаге, но и в тесно связанной с ним экономически и культурно империи Тинмарран.
Отдельным явлением являются земли Совета Магов. К сожалению, они до сих пор изучены недостаточно, так как нам удалось проникнуть туда только буквально в последний год перед людоракским нашествием.
Эти земли расположены в климатическом поясе, который при домашинном сельском хозяйстве не может прокормить значительное земледельческое население, а в эпоху машинного цивилизации, как правило существует за счет импорта продовольствия из более благоприятных земель в обмен на продукты недр, лес или продукты океана.
На Ирганто в этом поясе существует достаточно плотное сельскохозяйственное население и развитые ремесленные города. Отчасти это объясняется тем, что в этой культуре активно пользуются магией, в частности и для ведения сельского хозяйства, по эффективности сравнимого с машинным.
Низкая продуктивность этих земель при традиционном хозяйстве долгое время служила барьером, мешавшим Империи, в которой магия официально запрещена, попытаться подчинить себе земли Совета.
Около ста лет назад эти два государства наконец столкнулись. После чего более-менее мирно установили границу между собой и существуют практически без масштабных торговых отношений. Поскольку к этому времени в землях Совета сложилась магическая школа, организованная на принципах науки Нового Времени, Империя была не заинтересована в появлении на её землях хозяйства, сильно завязанного на эту магическую школу.
Маги Совета, в свою очередь, вообще не отличаются любовью к экспансии.
Торговые контакты ограничиваются по взаимному согласию обоих сторон, так как маги считают активную торговлю угрозой своей независимости, а Империя считает тесные контакты с магами угрозой культу Четырех Богов и вообще господствующему мифокомплексу.
Именно с этим связано то, что планетологи более 20 лет не могли установить контакты с магами. И удалось это в конце концов чисто случайно.
Теперь о том, как повлияло на Ирганто вторжение людораков.
Система Ирганто богата астероидами, на которых людораки организовали масштабные разработки редкоземельных элементов.
Для этих работ им потребовалась дешевая низкоквалифицированная рабочая сила, для ручной сортировки руды на орбитальных обогатительных фабриках. Кроме этого выяснилось что в Тинмарране произрастает растение, являющееся для людораков легким наркотиком.
Поэтому людораки переориентировали сельское хозяйство Империи на товарное производство таволги, а освободившуюся рабочую силу рекрутируют на обогатительные фабрики. Такое хозяйство не может обеспечить себя продовольствием, поэтому сельское хозяйство Архипелага было интенсифицировано и организованы массовые морские перевозки зерна.
Аренкар, Беналет и Земли Совета и восточное побережье Могора влиянием людораков почти не затронуто, так как там нету достаточно централизованных государств, которые людоракам было бы столь же выгодно использовать, как Империю и Архипелаг. Более того, воздействие людораков существенно замедлило темпы экспансии государств Могора на Аренкар.
В случае прекращения воздействия людораков, Империю ожидает несколько голодных лет, в течение которых сельское хозяйство будет постепенно переориентировано обратно на самообеспечение. Это облегчается тем, что массового переселения сельского населения, занятого на обогатительных фабриках, в города не произошло.
При понимании проблемы центральной властью и верхушкой жречества, негативные эффекты, сопровождающие эту обратную переориентацию можно минимизировать.
Архипелаг отделается еще легче. Там фактически пострадали только кузнецы, которых существенно потеснили с рынка дешевые металлоизделия фабричного производства, поставлявшиеся людораками в уплату за труд на обогатительных фабриках.
В результате ситуация вернется почти что к status quo, за исключением того, что был создан весьма мощный океанский флот. Этот флот скорее всего будет использован для экспансии на Аренкар по схеме земной Конкисты. Плюс к этому у населения Империи Тинмаран и Архипелага останется крайне предубежденное отношение к экономическому сотрудничеству с пришельцами со звезд, несмотря на то что разницу между Звездными Купцами из Федерации и людораками там прекрасно понимают.
Нечто подобное политике Земли в конце XXI начале XXII века. С той разницей, что тогда Земля уже пыталась вести собственную космическую экспансию, а государства Могора способны только на экспансию трансокеанскую.
Кэт закончила доклад и перевела дух.
— Ну и как вы видите свое место во всем этом? — спросила Хозяйка Знаний.
— Ну, не знаю... Если понадобится, я займусь инфляцией. Если придётся, буду топить субмарины...
— Хм, — по-кошачьи потянулась Хозяйка Образов. — А почему, собственно, Стругацкие? Почему не Хайнлайн, не Андерсон?
Остальные Силы удивленно посмотрели на неё.
— Кэт сейчас, — пояснила она, — процитировала финальную фразу из романа "Обитаемый остров". Это Земля, XX век, написано на русском языке. Кэт происходит из англосаксонской культуры. Я бы меньше удивилась, если бы она процитировала кого-нибудь из англоязычных писателей того же периода. Их, кстати было гораздо больше. Почему?
— К слову пришлось, — ответила Кэт. — Вообще какая разница в какой именно точке Земли жил четыре века назад тот, кто сказал умные слова. Культура Земли давно едина.
Подготовка десанта
Главстаршина военно-космического флота Веора Лэн Рамиц сидел на скамейке у подножья Нулевой Башни21 и угрюмо смотрел на разбивающиеся о пляж волны.
Оказаться списанным вчистую по здоровью в самый разгар войны — обидно. Ещё обиднее, оказаться списанным из флота в тот момент, когда в войне, наконец, произошёл перелом, и федеральные силы начали наступать, освобождая ранее потерянные планеты.
Но что-то у медиков не заладилось с регенерацией нервов. Организм выглядел как настоящий, но не работал. Ну то есть по штатским меркам он вроде даже и работал, ходить или там ложку ко рту подносить Лэн мог. Но в десант с такой координацией дорога закрыта.
В кармане раздался сигнал вызова. Лэн вытащил ЛЭТ и увидел на экране лицо полковника Мирлноэ. "Опять какую-нибудь синекуру будет предлагать", подумал старшина.
— Лэн, мне нужна твоя помощь. — начал полковник. — Есть пара тысяч выходцев с одной средневековой планетки. Нужно научить их обращаться с современным оружием, чтобы свою планету они освобождали сами. Я не могу тебе приказывать, но если ты не согласишься, мне придётся отправлять туда кого-то, кому я приказывать могу.
Вполне в стиле полковника. Внезапный и резкий натиск, и когда противник собрался сопротивляться, рейд уже достиг тех целей, каких хотел. В общем, это не синекура.
— Куда и когда приходить с вещами?
— Следующий корабль на Даор отправляется из Рипата через шесть часов. Но я б хотел ещё с тобой перед отлётом поговорить. Давай через четыре часа в космопорту Рипат в баре "Прекрасная Риада".
Через трое суток главстаршина Рамиц высадился с корабля в космопорту Даора. Как штатский высадился, держась за перила и помогая себе тросточкой. Ну да ладно. Инструктором по тактике и так поработать можно.
Его встречали два человека — девушка в планетологической форме и парень, одетый вроде как по моде этой отсталой планеты. На лбу у девушки был до боли знакомый синеватый обруч. Лэн оглянулся. Точно, около здания порта припаркована десятиместная космическая шлюпка военного образца.
— Вы Лэн Рамиц? — спросил парень.
— Я.
— Кеалор тал Альдо, — представился тот. — будущий командир отряда, который вам предстоит подготовить. А что у вас с ногами?
— Если бы только с ногами! У меня последствия гравитационной контузии. Врачи утверждают что собрали меня из кусочков как было, а я ощущаю тело как совершенно чужое. То-ли чугунное, то-ли ватное.
— Вы разрешите? — Кеалор взял старшину за предплечье, слегка помассировал. И грязно выругался по-иргантийски.
— Что вы сказали?
— Да так, ничего особенного. Вы, как унтер-офицер со стажем наверняка знаете немало подобных оборотов. В общем, по-моему, некоторые техники массажа и лечебной гимнастики, известные на моей планете, могли бы вам немножко помочь. Дело это не быстрое, и полного восстановления не обещаю, но по крайней мере носить собственное тело как пропитанный толстым слоем глины камзол вы перестанете. Вы согласны со мной поработать?
— Конечно.
— Ну ладно, садимся в шлюпку и отправляемся в Индеол. У нас есть ещё несколько дней до того момента, как сюда прибудет основная часть отряда.
Через три дня старшина Рамиц чувствовал себя совершенно иначе. Как это удалось этому парню, непонятно, но это ему удалось.
А тут ещё Фиел Ралтоэ рассказал, из-за чего, собственно, потребовалась вся эта заварушка с подготовкой туземного десантного отряда.
— Значит там целая планета таких магов как Кеалор?
— Ну наверное, таких как Кеалор там один на тысячу.
— Ну все равно. Типичная планета это миллиардов пять-шесть населения. Пять миллионов целителей...
К Фиелу и Лэну, беседовавшим в парке подошла Ирра:
— Ну, во-первых, там не пять миллиардов, а от силы триста миллионов. Это же не технологическая планета. Во-вторых магов там не один на тысячу, а скорее один на сто тысяч. Так что на несколько тысяч целителей можно рассчитывать, не более.
— Ну все равно. За такой приз стоит повоевать.
На аллее появились Кеалор и Кэт. Ирра вынуждена была признать, что настолько расстроенной она коллегу раньше не видела. Лицо Кэт было в слезах, которые она стирала рукавом форменной планетологической куртки. Она, всхлипывая что-то говорила Кеалору, тот пытался её утешить, но без особого успеха.
Ирра пружинисто вскочила со скамейки и подбежала к ним:
— Что случилось?
— Ты понимаешь, Ирра, — всхлипывая, рассказала Кэт. — Я считала себя взрослым человеком, специалистом. А она меня как девчонку, как первокурсницу, неудачно списавшую лабу. А я эту модель две недели делала...
— Так, Кеалор, пусти. Похоже у нас тут профессиональные проблемы, — сказала кошка, положила Кэт на плечи передние лапы, и стала слизывать слезы шершавым кошачьим языком, не переставая при этом мурлыкать.
