Главной опорой бонапартистской диктатуры была верхушка французской армии. Наполеон III вполне удовлетворил ее жажду побед, чинов и наград. В 1854 г. он вмешался в конфликт Турции с Россией — началась Крымская война; в 1859 г. в союзе с Пьемонтом провел войну с Австрией; в 1863 г. послал экспедиционный корпус в Мексику; в 1867 г. направил войска в Италию против отрядов Гарибальди.
Вместе с тем Наполеон III в большей мере, чем его предшественники на французском троне, понимал важность экономического прогресса. Он приблизил к себе группу видных экономистов и предпринимателей, таких, как Мишель Шевалье, братья Эмиль и Исаак Перейры, Фердинанд Лессепс. Снятие ограничений на деятельность акционерного капитала, заключение договора о свободной торговле с Великобританией (1860), реконструкция Парижа, строительство Суэцкого канала (1859—1869), проведение в столице Франции всемирных выставок (1855,1867) способствовали росту деловой активности и ускорению индустриализации.
В 50-60-е годы Франция достигла самых высоких темпов экономического развития за все XIX столетие — в лучшие годы до 5—7 %. Причем в его основе лежало резкое ускорение развития крупной машинной индустрии. По существу, в годы Второй империи во Франции завершилась промышленная революция: основные отрасли промышленного производства (текстильная, металлургическая, горнодобывающая) перешли к новым технологиям — и произошла революция в средствах транспорта: страна покрылась густой сетью железных дорог.
В начале 60-х годов рост бюджетного дефицита заставил императора пойти на диалог с либеральной оппозицией и осуществить политические реформы: восстановить свободу печати и собраний, ввести контроль палат за деятельностью министров. Начался период так называемой либеральной империи.
В ноябре 1860 г. были приняты декреты, расширявшие права законодательных палат. Они получили право принимать адрес с оценкой политики правительства, а также публиковать отчеты о прениях. Лишь в 1869 г. палаты обрели все права законодательной власти — законодательной инициативы, обсуждения и вотирования законопроектов и государственного бюджета. Впервые был провозглашен принцип ответственности правительства перед палатами.
Одновременно с либерализацией бонапартистского режима сложилась и легальная оппозиция правительству, представленная главным образом традиционными монархическими партиями — легитимистов и орлеанистов, а также республиканцами. Во время избирательной кампании 1863—1864 гг. умеренные группировки оппозиционных партий образовали либеральный союз. Постепенно возродилось социалистическое движение, во многое благодаря деятельности Международного Товарищества Рабочих, создавшего во Франции ряд секций. Пик популярности многих французских теоретиков социализма, таких, как Луи Блан, Кабе, Фурье и др., пришелся на время революции 1848 г. Однако Прудон по-прежнему пользовался широкой известностью в социалистических и демократических кругах.
К концу 60-х годов Вторая империя превратилась в парламентскую монархию с демократическими учреждениями. Плебисцит 8 мая 1870 г. показал, что большинство избирателей (7,3 млн голосов против полутора миллионов) поддерживают политику правительства. Тем не менее часть общественного мнения, представленная леволиберальной оппозицией, по-прежнему осуждала империю как незаконный режим и требовала вернуться к республиканскому правлению.
ГЕРМАНСКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ В РЕВОЛЮЦИИ 1848—1849 ГОДОВ
Европейский национализм как система идей и как общественное движение сформировался в эпоху Великой Французской революции и наполеоновских войн. Он был продуктом развивавшегося процесса модернизации, в ходе которого распадался, уничтожался прежний традиционалистский жизненный мир. Жизнь ощутимо изменялась. Прежде человек жил в сегментированном обществе, в составе маленьких групп — локальных, региональных или сословных; его жизнь во многом определялась устоявшимися традициями. С прогрессирующей секуляризацией и развитием рыночной экономики общество структурируется по-новому, вместо маленьких и привычных объединений возникают большие группы, складываются непривычные, не совсем еще ясные отношения, люди лишаются прежних традиционных связей и опор — сословных, конфессиональных, родовых, наконец, старых персональных, и им не всегда удается найти свое место в новой жизни. Все это заставляет искать новые внутренние и внешние опоры. Такими опорами становятся национальные связи. Язык и культура, составляющие главные особенности национального, приобретают особое значение, объединяют людей в изменившемся мире. Национальное сознание помогает обрести надындивидуальную идентичность и преодолеть рожденную переменами неуверенность. Нация становится главной общественной ценностью для человека нового времени и высшей ценностью его внутреннего мира.
В Германии, где население разных земель, хотя и связанное языком, культурой и историей, не составляло политическую, государственную нацию, первоначальная потребность и задача национализма могла состоять лишь в том, чтобы развивать и укреплять языковую и культурную немецкую общность. Однако в обстановке наполеоновской оккупации и начинающейся борьбы против французов понимание нации быстро политизировалось.
В годы борьбы против Наполеона рождается общегерманское национальное движение. Как и в других европейских странах, оно развивалось здесь одновременно с развитием либерализма как системы идей и как общественно-политического движения. Национализмом была воспринята основная либеральная идея — свобода человека в экономической и во всякой иной деятельности, национальное единство осмысливалось как необходимое условие свободы, в Германии — свободы от наполеоновского ига прежде всего. Германский национализм складывался как система либеральных идей и как либеральное движение, но с самого начала в нем был и особый оттенок — он был направлен против французского врага и предполагал борьбу с ним.
Центральной фигурой в немецкой политической публицистике начала XIX в. стал Э. М. Арндт (1769—1860) и именно потому, что он соединил идеи национализма с призывами покончить с врагом. Немцы должны наконец, писал он, обрести общее отечество, осознать, что отечество — превыше всего и что понятие отечества неотделимо от понятия свободы, которую еще нужно завоевать. Но что такое это германское отечество? В песне «Was ist des Deutschen Vaterland», написанной в 1813 г., он давал возвышенный, но расплывчатый ответ: «Что такое отечество немцев?.. Это там, где звучит немецкая речь и Господь поет в небе свои песни». Однако в этой песне речь шла не только о Пруссии, Австрии или Вестфалии, но и о землях Швейцарии и Тироля, а наряду с высокими словами об общих германских добродетелях и о том, что в результате борьбы с врагом немцы получат такую страну, где каждый француз — враг, а каждый немец — друг.
С концом наполеоновских войн положение Германии изменилось. Ситуации патриотической борьбы против оккупантов больше не существовало. Национальное движение в годы, последовавшие за изгнанием наполеоновских войск, предполагало сохранение и развитие национальной культуры посредством школ, книг, искусства, а также через такие патриотические организации, как гимнастические и певческие союзы и студенческие корпорации.
Германская национальная идея, возникшая в среде немецких интеллектуалов как идея «внутреннего» отечества немцев и в эпоху антинаполеоновских войн обретшая политические черты, теперь начала проникать и в среду простонародья. В обстановке экономического кризиса и обострения социальных проблем в конце 40-х годов XIX в. национальная идея оказалась связанной с представлением об их разрешении. Германский национализм из духовного движения интеллектуальной элиты постепенно превращался в народную идеологию массового движения. Накануне революции 1848—1849 гг. национальная идея становилась социальным требованием, а политическое либеральное движение связывало с ней идею объединения немцев на основе гражданской свободы и государственной независимости.
* * *
Революция 1848—1849 гг. в Германии была вызвана прежде всего социальными причинами. Она началась как серьезное социальное движение и имела глубокое социальное содержание. Но главным вопросом и главной ее задачей оказался все же национальный вопрос, ибо всем было ясно, что решающим условием успеха, условием разрешения социальных проблем является национальное объединение, установление национально-государственного единства.
Во Франции 22 февраля 1848 г. началась революция; 27 февраля о революционных событиях в Париже узнали в Мангейме (Баден). В этот день здесь состоялось большое народное собрание, участники которого обратились к властям с рядом требований: вооружение народа, свобода печати, отмена цензуры, создание суда присяжных и, наконец, «немедленный созыв германского парламента». Депутация мангеймцев 1 марта в сопровождении большой толпы, состоявшей из бюргеров, подмастерьев, рабочих, студентов, крестьян, отправилась в столицу Баденского герцогства Карлсруэ и предъявила свои требования ландтагу. Нижняя палата не только приняла требования демонстрантов, но и дополнила их, провозгласив отмену феодальных платежей и повинностей, ликвидацию дворянских привилегий, а также создание ответственных перед парламентом министерств. После некоторых колебаний герцог Баденский согласился удовлетворить эти требования и образовал новое правительство из вождей местного либерального движения.
В марте 1848 г. волна подобных выступлений быстро катилась на север и на восток. На юго-западе Германии, в Бадене и Вюртемберге, в самом начале марта начались крестьянские волнения, вспыхивали пожары. В стране, где две трети населения составляли сельские жители, эти бунты стали важной массовой опорой мартовской революции. В дальнейшем, быстро добившись выполнения своих требований, — повсюду либеральные «мартовские» правительства соглашались отменить все феодальные права и привилегии — крестьяне в революции участия не принимали.
Массовые волнения трудящихся происходили в марте 1848 г. и в городах. Кое-где это были все еще протесты против машин, железных дорог и паровых судов, против крупного производства. Но в больших городах рабочие и ремесленники, особенно те, кто стоял на грани перехода от ремесленного производства к наемному труду, приняли участие в общих волнениях, носивших национально-политический характер.
Главные события мартовской революции в Германии развернулись в Австрии и Пруссии. Вспыхнувшее в Вене в ночь с 13 на 14 марта восстание заставило бежать канцлера Австрийской империи Меттерниха. Империю сотрясал и национальный кризис. Итальянские провинции провозгласили независимость, а Пьемонт начал войну против Вены. Грозило отделение охваченной волнениями Венгрии. Требовала автономии Богемия.
В Берлине еще с начала марта 1848 г. почти ежедневно происходили собрания ремесленников, рабочих, студентов и молодых торговцев. Среди прочих требований выделились два важнейших: созыв Соединенного ландтага и вывод из Берлина солдат, которые раздражали собиравшихся людей своим постоянным досмотром и контролем. Напряжение росло, и 13 марта, когда отряд кирасир внезапно атаковал расходившихся участников собрания, в прусской столице вспыхнули столкновения с войсками; 17 марта на собраниях прозвучало предложение создать вооруженную гражданскую гвардию и требовать свободы печати.
Король решился на уступку. В полдень 18 марта были объявлены два королевских указа — об отмене цензуры и о созыве Соединенного ландтага 2 апреля 1848 г. В этом последнем указе содержалось предложение членам Германского союза превратить Германию из союза государств в союзное государство и ввести во всех германских землях конституционное правление. Толпа, собравшаяся перед дворцом, горячо приветствовала короля. Казалось, что выявляется перспектива осуществления национального объединения. Прусский король мог бы, в сущности, возглавить мировую национальную революцию. Европейская ситуация была благоприятна: Австрия и Франция были ослаблены революционными событиями у себя дома и не смогли бы противодействовать; что же касается России, то царь еще в начале марта советовал прусскому королю объединить силы германских государств и возглавить их.
Однако в королевских указах ничего не говорилось о выводе войск, и на площади стояли солдаты; по городу быстро ползли противоречивые слухи о замыслах короны. Раздались крики: «Измена!», «К оружию!» Вспыхнули столкновения между солдатами и вооружавшейся толпой, на протяжении всего дня шли уличные сражения, в которых погибло больше 200 человек. Фридрих Вильгельм IV, укрывшийся во дворце, выжидал, отдав приказ не наступать, но и не отступать. Кровавые события в Берлине лишили его доверия сограждан. Возникшая для него альтернатива была такова: либо, опираясь на армию, попытаться подавить волнения вооруженным путем, либо пойти на компромисс с либералами и с их помощью изменить характер и направление революционных событий. Король выбрал второе.
Королевская чета 19 марта вынуждена была выйти на площадь у дворца, король обнажил голову перед телами погибших берлинцев. Войска, осыпаемые проклятиями жителей, покинули Берлин. Утром 21 марта король обратился к народу с прокламацией «Моему народу и германской нации». Называя себя «конституционным правителем», он объявил, что перед лицом внутренней и внешней опасности, когда ситуация требует объединения германских князей и народов под единым руководством, он готов взять это руководство в свои руки с верой в то, что народ его не покинет и вся Германия к нему примкнет. Но, по-видимому, он не имел серьезного намерения перейти от слов к делу и возглавить национальное движение; во всяком случае, все его действия были противоречивыми и непоследовательными.
Значение мартовских событий в Германии, которые открыли революцию и составили ее первую фазу, трудно переоценить. В Австрии пал режим Меттерниха, в Пруссии организованная военная сила оказалась побежденной народом. Король назначил новое правительство во главе с представителями умеренной либеральной оппозиции, крупными рейнскими торговцами Л. Кампгаузеном и Д. Ганземаном. Княжеские троны пошатнулись во всех германских государствах, повсюду были завоеваны гражданские свободы.
Главными среди требований, формулируемых либерально-демократическими деятелями и принимаемых участниками волнений, были введение конституции и создание национального государства. Но понимали эти требования по-разному. Для демократического движения, формировавшегося в ходе революционных событий, национализм был революционным принципом, который означал решительный разрыв с феодальным, сословным и монархическим прошлым. Либералы не мыслили отмены прежних порядков. Национальная идея была для них способом преодоления социальных и политических конфликтов на основе интеграции и согласия. «Мартовские» либеральные правительства стремились, стоя на почве континуитета и законности, помешать дальнейшему развитию революции, не допустить беспорядка и хаоса. Стратегия либералов, одержавших победу, завоеванную благодаря массовым народным волнениям, была такова: «Революция победила. Да здравствует реформа!» Стратегия демократических левых сил — продолжение революции с целью защитить ее завоевания от возможного натиска контрреволюционных сил — представлялась либералам опасной. Опасной была, однако, и охватившая многих либералов иллюзорная уверенность в том, что быстрая победа революции позволит без промедления ввести демократическую представительную систему и осуществить объединение германских земель, что это найдет поддержку в других европейских странах.
