[*Cavalli — от ит. "кони" =D]
Я только пожал плечами. Я прекрасно понимал и видел, что и мой напарник понимает, насколько эта надежда слаба и прозрачна.
-Надо попробовать найти Витторио, — наконец вздохнул ди Ландау. — Давай завтра сходим, мне аналитики тут посоветовали годную тётьку, говорят, она по поиску людей собаку съела, к ней даже из полиции иногда обращаются...
Мой напарник хотел было выдать мне совершенно замечательную историю об этой самой 'тётьке', но подавился дымом и уставился в дальнюю часть улицы, где уже виднелся наш дом. Рядом с оградой стояли две вполне узнаваемые фигуры. Одна высокая и плотная, женская, с волосами цвета чистого золота, вторая чуть пониже, тонкая, мужская, с рыжей шевелюрой. Я даже и предполагать не собирался, кто это такие. Я с лёгкостью узнал этих людей, точно так же, как и молодой эксперт.
Его взгляд заметался, отыскивая пути отступления, но потом он тяжко вздохнул и поплёлся как на эшафот.
-Ну, привет, племянничек, — приветственным жестом поднял руку жизнерадостный сеньор Пассеро.
-Ты куда мою дочь дел?! — добавила его жена, таким тоном, что я начал опасаться за здоровье молодого человека.
-Добрый вечер, дядя, тётя, — натянув на лицо маску отстранённого доброжелательства, поклонился им молодой человек. — Простите, не могу пригласить вас зайти, у нас там призрак буйный.
Чета Пассеро переглянулась и резво подхватила юношу под руки:
-Ну-ка, пойдём, побеседуем, мы тут заметили неплохую харчевенку, пока шли.
Они зажали его с двух сторон как клещами, и потащили вниз по улице. Ди Ландау как-то обмяк и не сопротивлялся, видимо, оценил свои силы и понял перспективы. Мне ничего не оставалось, разве что спешить за ними по мостовой. Я понятия не имел, что можно предпринять в такой ситуации, но мой долг был следовать за молодым магом. Так я и поступил.
Мой напарник вёл себя как очень почтительный племянник: молча жевал и отвечал только тогда, когда его спрашивали. Сеньоры Пассеро очень замёрзли, пока ждали нас у двери, поэтому они затребовали себе горячего вина с пряностями и, позволили всем присутствующим подкрепиться, прежде чем начали строгие расспросы.
Я просто поражался, с какой инквизиторской лёгкостью они выжали из молодого человека всю нужную им информацию: и про сеньорину Лючи, и про дом с призраком, и про поединок с Луиджи. Сеньора была злым инквизитором и цедила вопросы через губу, а сеньор был добрым и всячески поощрял племянника к сотрудничеству. Судя по всему, в эту игру они играли не в первый раз, а ди Ландау слишком устал от всех событий, чтобы достойно сопротивляться. С другой стороны, что он им мог сделать? Учинить скандал? Это бы дела не решило. Наоборот, только бы всё ухудшило.
Мой напарник разумно рассудил, что если ему не начали ломать руки-ноги при встрече (я думаю, что сеньоры Пассеро, действуя слаженно, вполне могли: муж бы держал, а жена била), но пошли на диалог, то не стоит всё усугублять. Поэтому он выбрал беспроигрышный вариант: почтительное достоинство.
Когда заговорили о девушке, сеньора Магдалена не выдержала и повернулась ко мне:
-Моя Люченька действительно сейчас живёт у хороших людей? — похоже, в этом отношении она почему-то доверяла мне намного больше, чем моему напарнику.
Я серьёзно кивнул и, как мог, успокоил её:
-Более чем.
И на всякий случай добавил, что ди Ландау позаботился, чтобы она ни в чём не нуждалась.
Это вызвало сердитое фырканье у сеньоры. Её муж только улыбнулся:
-Можешь его не выгораживать, Фил. Магду этим сейчас не успокоишь.
Ему достался суровый взгляд от женщины, а она сама снова повернулась к племяннику и отчеканила:
-Ты хоть представляешь, какой отличный вариант с браком ты расстроил моей Люченьке? И что ты можешь предложить взамен: развалину с одержимыми духами? Моя дочь не для того создана, чтобы ютиться у чужих людей и расплачиваться за твои ошибки. Даю три дня сроку. Избавишься от призрака — тогда будем с тобой разговаривать, если нет, то мы забираем Лючию обратно в Бергенту, и можешь мне на глаза даже не показываться.
Ди Ландау нервно сглотнул и перевёл взгляд на дядю. Тот только руками развёл:
-Прости, племяш, я сделал всё, что мог. Я даже жену отговорил привезти с собой её отцовскую алебарду, чтобы зарубить тебя на месте, цени!
-Ценю, — слабо выдохнул мой напарник и заметно сбледнул.
Судя по выражению его лица, это была отнюдь не семейная шутка.
Сеньора Пассеро поднялась и кивнула мужу:
-Идём, Рикардо, нам пора.
Тот улыбнулся жене:
-Конечно, милая.
Владелец "Красного воробья" встал и подмигнул молодому волшебнику:
-Разве моя дочь не стоит того, чтобы постараться изо всех сил?
83
Стоило чете рестораторов скрыться, как ди Ландау уронил голову на скрещенные руки и тихонечко заныл. Я разобрал среди невнятного бормотания "да что это такое?" и весьма крепкие народные выражения. Меня это покоробило: как только не стыдно?!
Само собой, это так легко, как с более слабым противником на дуэли драться, и не так приятно, как заниматься интересными вещами. Право слово! До финиша (до счастливого финиша!) остались считанные шаги, а он... Ему столько людей помогают!
Маэстро Фабио мимо пройти мог и не устраивать знакомство с предсказателем. Матрона Маргарита могла не благодарить за помощь с Луиджи, а ополчиться против бессовестного поросёнка. Тот всё-таки не плюшками секретаря угощал. Сеньор Рикардо мог жену не успокаивать и дочери билет на поезд не покупать. Сеньорина Фениче не подбирала бы юную Лючию и не оставляла бы жить у себя. Пусть бы ди Ландау сам всё расхлёбывал, как есть.
Увидев проявление такого его эгоизма, я не сдержался и высказал своё мнение.
-Король-Дракон, сейчас напьюсь, — всхлипнул волшебник.
-Король-Дракон, сейчас по шее дам, — как можно более сердито сказал я и даже брови сдвинул на переносице.
Мой напарник поднял голову и неверяще поглядел на меня, захлопал своими голубыми глазищами:
-Фил, ты чего?!
Я выдержал паузу и как можно более веско сказал:
-Сейчас — нельзя, пить потом будете.
-Магда из меня чуть котлету не сделала! — шмыгнул он носом, потихоньку начиная приходить в себя.
-Чуть — не считается.
Я не ожидал, но молодой человек расплылся в странной весёлой и мученической улыбке одновременно:
-Дядька Рик тоже так говорит.
-А ещё он говорит, что ради сеньорины Лючии надо постараться, — на всякий случай напомнил я.
Всё-таки младшая Пассеро — необыкновенное существо. Даже не её присутствие, а одно только воспоминание он ней помогло моему подопечному немного взбодриться.
У ди Ландау то ли кончился запал, то ли силы, но он всего лишь повторил за мной слабым эхом:
-Ради Лючи... — и поднялся с лавки.
Он привычно оплатил счёт, и мы двинулись к особняку. Мой напарник еле плёлся, поэтому приходилось поддерживать его под руку, а после устроить отдыхать. У молодого волшебника всё падало из рук, он даже не мог нормально умыться. То ли он действительно так сильно переволновался, то ли был не на шутку напуган угрозой от тётушки.
Впрочем, когда мы гостили в Бергенте, у меня создалось впечатление, что сеньора Магдалена вообще не склонна шутить ни по какому поводу (в отличие от своего мужа). И потом... алебарда? Хотя, вероятно, это единственная вещь, которая бы проняла моего напарника без исключения.
Утром он затемно растолкал меня и потребовал выдвигаться, хотя время было совсем не подходящее для визитов. Под глазами у юноши залегли тёмные круги, а вид был весьма помятым, как будто он не спал всю ночь и не совершал свой ежедневный ритуал.
Пришлось погнать его наружу и облить самому, а потом отпаивать горячим кофе. Ди Ландау совершенно не мог усидеть на месте. Он не допил и не доел свой завтрак (вы только оцените размер трагедии!), молчал и просто смотрел на меня несчастными глазами.
Я не выдержал и собрался как можно быстрее. Оставалось только надеяться, что предсказательница не будет слишком рассержена таким внезапным визитом.
Мои часы показывали четыре тридцать утра, мостовые искрились инеем в свете фонарей, и над Латаной царила совершеннейшая зимняя ночь. Почтенные граждане и их семьи сладко почивали под покровом тьмы, а мы шагали по каменным террасам вверх. Нужный нам дом располагался на отвесной скале, чуть вдали от главных улиц, опасно стоя на самом краю. Зато у резного парапета, можно было сверху увидеть набережную Арна и все замечательные ажурные мосты, сейчас подсвеченные фонарями.
Как ни странно, но в верхних окнах нашего здания горел свет. Хозяева уже встали... а может быть и не ложились.
Я почувствовал себя намного лучше, что не придётся тревожить людей ото сна, и пару раз стукнул в дверь. Нам открыла немного сонная девушка, поёжилась от холода и не спрашивая ни слова провела в довольно большую комнату, не то гостиную, не то приёмную.
-Хозяйка спустится через минуту, — прикрывая зевок рукой, сказала она и удалилась.
Ди Ландау не мог заставить себя сесть и мерил комнату шагами. Ноги у него были длинные, поэтому получилось пять шагов в одну сторону и пять шагов в другую. Он успел пробежать мимо меня ровно семь раз, когда мы услышали голос и обернулись.
-Какие у меня сегодня энергичные клиенты, — с улыбкой сказала пожилая женщина, входя к нам.
Пришлось все вежливости взять на себя, иначе мой напарник накинулся бы на предсказательницу и вытряс из неё информацию.
-Простите, что тревожим так рано.
-Глупости, — спокойно отмахнулась маэстра Карлотта, усаживаясь за стол с ажурной скатертью. — Моя бессонница в кои-то веки послужила как надо. Задавайте свой вопрос.
Ди Ландау вывалил из кармана маленький клубочек ниток, в котором я опознал кисточку с подушки, которая лежала в кресле призрака. Я хотел было возмутиться таким актом вандализма, а потом заметил, что кисточка не была отрезана, мой напарник аккуратно отвязал её от тесьмы.
-Где искать племянника этого человека? Он где-то тут, в Латане!
Женщина задумчиво посмотрела на принесённую вещь, но в руки её не взяла. Она просидела в задумчивости несколько минут, которые стоили молодому магу много нервов, но он сопел и молчал. Потом маэстра попросила меня принести огромную папку с завязками, в которой хранились географические карты. Предсказательница сняла с себя маленький амулет — простой кварцевый маятник на кожаном шнурке и принялась водить им над планом города. Наконец, маятник остановился над одной из площадей.
-Дом, где много людей, — задумчиво сказала маэстра.
-Дети? — вскинулся ди Ландау, помня слова Кавалли о школе.
Женщина покачала головой:
-Нет. Люди в пути. Гостиница, постоялый двор.
Мой напарник посмотрел на меня:
-Какого демона пацан там забыл?
-Возвращается домой, — медленно произнесла предсказательница.
Ди Ландау подскочил, вывалил на стол плату и с воплем:
-Так и знал! — вынесся из приёмной.
Маэстра проводила его спокойным взглядом, не высказывая возмущения таким поведением.
Я встал, поклонился, поблагодарил, забрал кисточку (нечего раскидываться добром) и последовал за ним. Верите или нет, но мне пришлось бежать за моим длинноногим подопечным, чтобы догнать его. Поверьте, в беготне ночью по обледенелым мостовым и каменным лестницам нет ничего хорошего, особенно, когда вы обладаете моими габаритами. Как мы оба ноги не переломали, до сих пор понять не могу.
Ди Ландау нёсся, как угорелый, на ходу сообщая, что его самая чувствительная точка тела (та, что пониже спины) предупредила его об этом.
-Я из-за этого спать не мог!!!
Неудивительно, кто бы заснул. С его-то Силой такой приступ интуиции был вполне естественным явлением, особенно, если учесть в какой стресс его ввело нашествие родственников. У кого хочешь третий глаз проклюнется, чтобы вывернуться из такой ситуации.
Ди Ландау собирался добраться до железнодорожного вокзала в кратчайшие сроки, но у меня это вызвало некоторые сомнения. Уехать в Прадо из столицы можно было разными способами, а не обязательно поездом, но мой подопечный ни о чём не желал слушать, поэтому я решил положиться на него. В конце концов, у молодого эксперта должно было хватить денег с собой на билет хотя бы для себя одного и нагнать Кавалли в дороге.
Состав на Сан-Гриньяно отходил ровно в шесть, в пять сорок пять мы были на перроне. Я высматривал Кавалли среди подходящих на посадку пассажиров, а суматошный эксперт ставил состав на уши вагон за вагоном. Даже бравые проводники и карабиньеры не рисковали лезть к буйному колдуну. Наконец, я увидел напарника с шумом выдворяющего из вагона второго класса весьма курпулентного сеньора Кавалли. За мужчиной бежал мальчик и пытался остановить ди Ландау. Усилия бедняжки были не просто равны нулю, а скорее уходили в область отрицательных значений. В результате, мой подопечный выволок их обоих из вагона, и я подошёл к ним.
-Что вы себе позволяете! — рычал почтенный сеньор Кавалли. — Я вызову полицию!
-Замечательно! — шипел на него в ответ встопорщенный волшебник. — Заодно и объясните им старую историю с призраком Руфбольта и его кувырком с вашей лестницы.
Из сеньора Кавалли как будто выпустили воздух. Вот только он раздувался для громкой и привлекающей внимание охранников порядка тирадой, как в результате обвинения только и мог, что выдавить слабый "квак".
Как ни странно, потерявший присутствие духа отец прибавил храбрости маленькому Витторио:
-Отец не виноват! Отпустите папу!
Вместо того чтобы последовать просьбе, ди Ландау сильнее встряхнул свою жертву:
-Ну? И кто виноват?! Имя, быстро!
-Я н-не-ее... — захрипел сеньор Кавалли, даже не пытаясь вывернуться, явно готовясь рухнуть в обморок.
-Никто не виноват, — твёрдо сказал его сын. — Это всё случайность! Двоюродный дедушка поссорился с дедушкой на лестнице, и это было глупо.
-Какой ещё дедушка? — озадачился мой напарник.
-Дедушка Айзен приехал к нам, — ответил мальчик. — Они поругались и почти подрались с дедушкой Евгением, его братом, потому что тот не хотел что-то ему отдавать. Но вам это всё зачем? Дедушка Айзен умер год назад.
-Как умер?!
-Он был старенький, — снисходительно пояснил ребёнок взрослому, который не догадался о такой простой вещи.
Ди Ландау от удивления выпустил пальто сеньора Кавалли. Тот кинулся к сыну:
-Ты должен был это забыть! Как... ты?..
Мальчик пожал плечами:
-Я никогда не забывал, я просто притворился, что не помню, чтобы мама не боялась и не плакала.
Он стрельнул взглядом в моего обалдевшего напарника и потянул папу за рукав:
-Пойдём, поезд отправляется.
Ди Ландау не стал их задерживать, лишь крикнул вслед:
-Это правда?
Уже поднявшиеся на подножку Кавалли обернулись. Младший положил руку на сердце и серьёзно сказал:
-Клянусь Королём-Драконом, что — правда.
Поезд с шумом и свистом, в клубах пара сдвинулся с места, унося бывших родственников господина Евгения и их мрачные семейные тайны. Ди Ландау задумчиво смотрел им вслед, никто не решался подойти к нему, поэтому ко мне бочком приблизился один из карабиньеров и осведомился:
