— Его нет, — ответил охранник. — Он появился и сразу снова ушел со студентом Нейсом.
— С кем? — дыхание перехватило от дурного предчувствия, в одно мгновение охватившее меня.
— С Кинаном Нейсом, — повторил страж нравственности и порядки, и я выбежала из общежития.
Ноги сам понесли к полигону. Сначала быстрым шагом, а после бегом. Может Джар пришел и помирился с Кином, может они пошли в кабачок отметить примирение, делить им больше нечего, так что же я так нервничаю? Почему сразу думаю о плохом? "Ты сильней меня, Аерн, но на мечах я тебя сделаю", — неожиданно всплыло в голове. Мама Феня, пожалуйста, не надо! Ну, что им делить? Зачем? Подобрав подол, я побежала так быстро, как только могла. На полигоне никого не было, и я выдохнул с облегчением. Развернулась и пошла обратно, стараясь отдышаться. Потом решила подойти к воротам.
— Никто не выходил? — спросила я на всякий случай, не рассчитывая услышать ответ:
— Да, два студента с выпускного факультета. — Сказал новый привратник. — Серьезные такие. Словом не перемолвились, пока шли мимо.
— Куда они пошли? — сердце вновь забилось чаще.
— В лесочек вроде, — махнул привратник, и я перестала его слушать.
Лес встретил меня тишиной. Еще надеясь, что друзья все-таки помирились, я зашла подальше, прислушалась и закрыла рот руками, испуганно охнув. До меня донесся звон стали. Правильно, Джар был слишком измотан, чтобы использовать магию. Или же хотел дать Кину шанс? Я сорвалась с места и побежала на звук, надеясь, что увижу улыбающиеся лица и дружескую пикировку.
Улыбок не было, был поединок, самый настоящий. У Кина на рукаве расплывалось алое пятно, у Джара подобное пятно было на плече. Я застыла за деревьями, наблюдая, как они методично стремятся убить друг друга.
— Вы совсем что ли? — потрясенно спросила я, наконец, вырвавшись из лап оцепенения. — Вы зачем это делаете?
— Марсия? — они остановились.
Кин шагнул мне навстречу, но тут же остановился и посмотрел на Аерна. Тот скользнул по мне мрачным взглядом и отвернулся.
— Ты зачем здесь? — спросил он, со злостью вгоняя меч в землю, по-прежнему не глядя на меня.
— Как ты, киска... Марсия? — спросил Нейс, не решаясь подойти ко мне. Я подошла сама.
Кин обнял меня за плечи, привлекая к себе, но я мягко освободилась, этих объятий я не желала.
— Прости, — он опустил голову, глядя себе под ноги. — Я большой дурак, да?
— Есть немного, — невольно улыбнулась я. — Я не сержусь, Кин, правда. Случилось то, что должно было случиться, этого не изменить. Твой артефакт, кошачий глаз, я потеряла его. Но он оказался очень полезен... там. Подчинил нежить, которая охраняла меня.
— Подчинил? — Нейс удивленно посмотрел на меня. — В нем не было такой силы.
Теперь удивилась я, но тут же усмехнулась, догадавшись, кто вложил в зеленый камень эту возможность. Тьме я нужна была живой. Что ж, иногда и Вечная делает полезные подарки. Жаль только, что он потерялся.
— Еще раз прости, что потеряла, — я снова посмотрела на бывшего кота.
— Главное, что ты вернулась, — тихо ответил он. — У меня ведь нет ни шанса? — пытливый взгляд я встретила спокойно.
— Нет, Кин, ни одного, — невольно посмотрела на Джара, Кин проследил мой взгляд.
Он быстро подошел к поваленному стволу, на котором лежала его куртка, подхватил ее и обернулся ко мне. Кин нервничал, опять покусывал губы. Он хотел что-то сказать, но не сказал, подхватил свой меч и направился прочь.
— Аерн, у меня к тебе больше вопросов нет, — сказал Нейс, обернувшись. — Если у тебя ко мне остались, я к твоим услугам, когда будешь в форме.
Кинан скрылся за деревьями, но неожиданно вернулся, взял меня за руки и негромко сказал:
— Я тебя не забуду.
— Забудешь, Кин, со временем забудешь, — грустно улыбнулась я.
— Первая любовь не забывается, киска, слышишь, не забывается, — он наклонился, поцеловал меня в щеку и улыбнулся. — Мяу?
— Мяу, — я не удержалась от ответной улыбки.
Кинан быстро отвернулся и совсем исчез из вида. Я некоторое время слушала звук его удаляющихся шагов, а затем повернулась к Джару, исподволь наблюдавшего за мной. Теперь предстояло сделать самое сложное. Покаяться перед ним было тяжелей всего, потому что...
— Зачем ты пришла? — снова спросил Аерн, и я не опустила глаза, не спряталась, жадно впитывая в себя каждую его черточку.
— Джар, — тяжело вздохнув, я решилась. — Я хотела тебе сказать...
— Ты выбрала ректора, я уже понял, — перебил меня Джар и пошел за своей курткой.
— Нет, я не выбрала...
— Я же все видел, помнишь, — усмехнулся он.
— Джар, подожди, прошу тебя, мне надо тебе это сказать, — я встала перед ним, не давая покинуть полянку. — Мне важно, чтобы ты узнал, кого просил стать твоей леди и понял, почему я тогда отказалась.
Молодой лорд вернулся к поваленному дереву, опустился на него и устало потер лицо. Я с нежностью рассматривала темные круги под глазами, осунувшееся лицо, растрепанные волосы. Не удержалась и поправила, наслаждаясь их густотой. Джар поднял на меня глаза, выжидающе глядя.
— Твоя рана, — сказала я, глядя на окровавленное плечо.
— Ерунда, уже затягивается, — отмахнулся маг. — Что ты хотела сказать?
— Накинь куртку, замерзнешь, — так хотелось оттянуть момент откровений. А еще я поняла, что мне нравится заботиться о нем. Не стала ждать, отняла куртку и сама накинула ему на плечи. Мама Феня, как же хочется обнять его!
Но обнимать не стала, вместо этого села рядом и вспомнила, как мы искали ректора в ночном лесу, а потом спасались от Тьмы, как я тащила его тело, а потом он признался, там, в пещере, что влюблен в девушку своего лучшего друга. И я тогда даже не поняла, что он говорил про меня. Про меня! Кошачьи боги, ну, зачем вы позволили мне стать человеком настолько, что у меня вдруг появилась эта глупая совесть. Без нее было намного легче.
— Марсия, я очень устал, правда, — привлек мое внимание Джар.
— Да, еще мгновение, — отозвалась я, переносясь мыслями в его замок. Его отец ведь тогда еще понял, что сын чувствует ко мне, а я опять ничего не поняла. А теперь понимаю, все понимаю, каждое сказанное тогда слово. Понимаю и счастлива уже просто от сознания, что он был в моей жизни, мой вечный спаситель. Я улыбнулась и посмотрела на него. — Помнишь, как ты спас кошку Сильвии от Фица? Ты еще тогда встречался с Лис. Потом ты отнес Марси домой.
— Помню и что? — он посмотрел на меня.
— Спасибо, этот пес меня бы просто разорвал. И за ветчину спасибо, она была вкусной. И даже за твое заклинание, которое мне не позволило загулять с облезлым кошаком, тоже спасибо. — Джар стал расплываться перед глазами, и я даже не сразу поняла, что плачу.
— Не понимаю, — молодой лорд хмуро посмотрел на меня. — Что ты сейчас пытаешься сказать?
— То, что мы с тобой знакомы больше двух лет, — улыбка, как приклеенная, застыла на губах. Щеки жгли горячие дорожки слез. — Марсии Коттинс никогда не существовало. Было тело убитой в лесу девушки, той самой Эланы Иарлэйт, и была кошка Марси. Два студента недоучки решили воспользоваться неучтенным телом, чтобы натаскать Силю на упокоении. Они взяли с собой кошку, чтобы прикрыться ею от призрачных стражей. Вошли в склеп, подняли тело, упокоили, снова подняли, и снова упокоили. А потом одна недотепа, хозяйка той самой кошки, произнесла неизвестное студентам заклинание, и душа кошки переселилась в тело покойной Эланы. Помнишь, как тебя допрашивал ректор, когда пропало тело? Так вот, это тело перед тобой. И кошка никуда не исчезала, она тоже здесь. Вся эта невероятная смесь получила имя Марсия Коттинс, устроилась работать в академию, пользуясь знаниями тела. Заодно получила в наследство Тьму, жениха и убийцу, который уже однажды убил это тело, а потом вернулся добить. — Я смахнула слезы и несмело взглянула в глаза потрясенного Джара. — Ну, что ты молчишь? Скажи что-нибудь, — жалобно попросила я. — Не молчи.
— Что сказать? — хрипло спросил он. — Ты придумала забавную сказку, я должен в нее поверить?
— Я ничего не придумывала, это правда. Моя кошачье тело хранится у Сильвии в ожидании, когда я вернусь на положенное мне место, только... только я уже не хочу быть кошкой, не хотела. — Я всхлипнула и встала. — Поэтому я сказала тебе-нет, потому что не хотела обманывать. А насчет выбора, — я вымученно улыбнулась. — Если бы я его делала, то я выбрала бы тебя. Потому что только при взгляде на тебя, Джарлат Кристан Аерн, я чувствую в душе весну. Прости.
Я пошла от него прочь, потому что было невыносимо видеть этот застывший взгляд.
— Кошка, — услышала я и обернулась. Но Джар говорил это самому себе. — Какая ирония, — и он расхохотался.
Я не смогла слышать этот издевательский смех, не смогла смотреть на него. Развернулась и побежала, проклиная и ненавидя себя. Да, я кошка! И я снова буду кошкой. Каждый должен быть тем, кем рожден. Я забуду все, что со мной произошло, забуду и стану такой, как прежде. Рыдания душили меня. Мне было больно, больно, как никогда не было и, наверное, уже не будет, потому что теперь я понимала, что такое любовь. Только вот радости от этого знания не было совершенно. Я кошка, и я буду кошкой. Если Элана хочет, пусть возвращается в свое тело, а хочет, пусть не возвращается, но я буду тем, кем пришла в этот мир! А Ормондт? Внутренний голос, нет, Элана пробилась ко мне, пользуясь моей слабостью. "Я бы выбрала его", — сказала она.
— Ормондт-сила и защита. То, что ты всегда хотела и искала, — зло произнесла я, продираясь сквозь кустарник. — А мне больше подходят нежность и забота. А это мой спаситель, Джарлат Аерн.
Она промолчала, и я вошла на территорию академии, стараясь, не смотреть на привратника. Стремительно прошла до второго общежития, поднялась к Сильвии и замерла, глядя, как за лордом Ронаном закрывается дверь. Что он хочет делать? Он хочет наказать мою дорогую недотепу? Я открыла дверь и услышала:
— Где ваша кошка, Сильвия?
— Марси? — моя хозяйка растерянно хлопала глазами.
— Здесь, — ответила я. — Хебер, принеси, пожалуйста, мою шкурку.
Домовой спустился на стол, сел, держа в руках коробку. Он удивленно посмотрел на ректора, поставил коробку и, молча, исчез. Ормондт сам открыл хранилище кошачьего тела, достал и внимательно рассмотрел.
— Действительно, стазис, — произнес он.
— Я не врала, — немного враждебно ответила я. — И Силя тут не причем.
— Да, я понял. — Ответил лорд Ронан. Потом повернулся и потянул меня за собой. — Пойдем.
— Куда? — спросила я.
— Разговаривать дальше, — сухо произнес он и вышел из комнаты.
Я подняла руку, показывая, чтобы Сильвия не нервничала, взяла свое тело и пошла следом. Ормондт обернулся, взглянул на меня и открыл портал. Мы вернулись в его кабинет. Ректор забрал у меня шкурку, положил на стол, машинально взъерошив шерсть, и указал на кресло.
— Сядь, — сказал он. Я послушно села, и Ормондт пододвинул второе кресло. — Марси... я, это все забавно, даже любопытно, но, — ректор на мгновение замер, глядя мне в глаза, — для меня ничего не меняет. — И я удивленно распахнула глаза. — Да, маленькая. Я столько всего уже повидал в этой жизни, что меня сложно удивить. Это тело умирало дважды и дважды возвращалось к жизни. А то, что внутри сидит это милое создание, — он кивнул на мою тушку, — так ведь я его и полюбил. Почему меня должно останавливать знание о той изюменке, что придало телу бедной девушки Иарлэйт, особое очарование?
Ормондт привлек меня к себе, но я осторожно освободилась из его объятий, внимательно глядя в льдисто-серые глаза. Он не шутил, не издевался надо мной. Он был абсолютно искренним. Ректор, действительно, принял кошку в человеческом теле. Он не кривился брезгливо, и даже не хохотал, считая все это иронией. При последней мысли болезненно сжалось сердце.
— Ты говорил про какие-то условия, — напомнила я, ища возможность обдумать то, что сейчас услышала.
— Условия... — он тут же помрачнел. — Да, маленькая моя, они есть. Я Воин Света и уже ничего не могу изменить. Дав клятву, я добровольно отрекся от возможного брака. Мы не создаем семьи, не поддерживаем отношения с родными и даже скрываем то, кем являемся, чтобы сохранить в безопасности тех, кто нам дорог. Не только Тьма наш враг, хоть она и основной, но на могущество Ордена — на наш общий источник, периодически идет охота. Из-за общего источника я не могу покинуть Орден. Когда-то отцы-основатели соединили свои жизни с источником чистого Света. Каждый, принимающий клятву, повторяет их путь. Источник дает не только могущество, но и питает наши жизни. Уйти, значит, разорвать связь. Это смерть за год-два. Моментальное истощение магических и физических сил. И все же... Марсия, — лорд Ронан взял меня за руки. — Ты можешь жить в моем замке, тебя будут холить и лелеять. У тебя будет все, что только пожелаешь. Но, единственное, я не смогу быть с тобой рядом так часто, как бы мне хотелось. Даже назвать тебя своей женой не смогу, все это отпечатается в ауре. Отцы-основатели, они примут меры. Никто не пострадает, но тебя спрячут так, чтобы я не смог найти. Это будет забота о твоей безопасности, но слишком жестокая забота. И все же нам разрешается иметь краткие связи. Их никто не отслеживает, и это выход, для нас. Я буду периодически появляться...
Я подняла руку, вынуждая его остановиться. Я поняла, что он предлагал.
— Ормондт, — я откашлялась. — Ты предлагаешь мне то же самое, что и Кин. Я буду твоей содержанкой, правильно? Только он мне предлагал на год, а ты на всю жизнь, да? А котята? У нас могут быть котята?
— Я не знаю, — глаза Ормонда, еще мгновение назад, лихорадочно блестевшие, неожиданно потухли, и он опустил голову. — Ты ведь не согласна, да? Ты не останешься со мной?
— Прости, — в который раз за день прошептала я. — Я не хочу тебя обманывать. Ты не мой кот, Ормондт.
Я встала и направилась к двери.
— А кто твой кот, Марсия? — голос прозвучал зло. — Кто? Джар?
— Он отказался от меня, — совсем тихо ответила я и поспешила уйти, потому что слезы опять застилали взор. — Отказался, потому что это ирония, — прошептала я самой себе.
Остановилась и повернула обратно, гонимая уже принятым решением. Ормондт так и сидел на том же месте, где я его оставила. Он поднял голову, посмотрел на меня и мне стало страшно от той тоски, которую я увидела в его взоре.
— Я не отпущу тебя, — сказал он. — Не могу.
— Ты же не Нейс, — ответила я, и ректор снова поник. — Ормондт, сделай для меня напоследок одно дело, пожалуйста.
Я присела на корточки и заглянула ему в глаза. Он выжидающе смотрел.
— Верни меня в мое тело. Я больше не могу быть человеком, — спазм сдавил горло и пришлось какое-то время снова молчать.
— Не уходи, — попросил лорд Ронан. — Прошу тебя.
Я собрала все силы, что еще были во мне и произнесла, как можно тверже.
— Верни меня обратно, пожалуйста.
Ормондт резко встал, подхватывая меня и вынуждая тоже встать, крепко обнял, задержав ненадолго в объятьях и поцеловал, вложив в свой поцелуй все то, что он чувствовал. Затем оторвался и посмотрел на меня.
