В XIV в. в Восточной Франции, Германии широко распространилась уже упоминавшаяся евангелическая ересь вальденсов. Вальденсы, призывая к евангельской бедности по примеру Христа, осуждали богатства и греховность католической церкви, самостоятельно толковали Священное писание, переводимое ими на народные языки, понятные массам. В отличие от других ересей этого времени они создали в XIV—XV вв. свою особую иерархически организованную церковь, которую противопоставляли католической.
Во второй половине XIV—XV в. впервые в истории Англии возникла и получила широкое распространение ересь лоллардов. В ней вальденские идеи сочетались с идеями ереси «свободного духа». Теоретическим обоснованием взглядов лоллардов была доктрина ученого теолога, профессора Оксфордского университета Джона Уиклифа, который проповедовал идеи очищения церкви, упрощения ее обрядов, ликвидации некоторых таинств, свободу проповеди и конфискацию церковных земель. Последний лозунг на первых порах вызвал сочувствие не только простонародья, но также городских богачей и даже рыцарства. Однако с начала XV в. эти «попутчики» отошли от движения, и в нем возобладала простонародная струя, представители которой толковали учение Уиклифа в более радикальном и демократическом духе, чем предполагал он сам.
Главную социальную опору всех названных ересей составляли средние и низшие слои горожан и крестьянства. Их оппозиционность существующему строю не шла дальше борьбы с «церковным феодализмом», требования конфискации богатств церкви, создания «дешевой церкви». Однако в рамках некоторых ересей (вальденсов, лоллардов) существовали более радикальные течения, в чем-то сближавшиеся с крестьянско-плебейскими ересями, хотя и не получившие организационного оформления. Их представители в среде лоллардов в первой половине XV в., например, неоднократно поднимали вооруженные восстания, в которых тайно или явно призывали к уравнению сословий, имуществ и даже к общности имуществ.
Что касается открытых крестьянско-плебейских ересей, то в Западноевропейском регионе в XIV—XV вв. можно назвать лишь ереси Джона Болла накануне и во время восстания Уота Тайлера и Ганса Бехайма. Их сторонники вполне открыто выдвигали лозунги ликвидации личной зависимости, уравнения сословий, имущественного равенства, общности имуществ, уничтожения церковной иерархии и государственного аппарата, установления «народной монархии» без каких-либо посредников между народом и «добрым королем».
Политическая история Западноевропейского региона на втором этапе развитого феодализма значительно осложнилась. На его территории в это время возникли новые самостоятельные государства — Нидерланды, Швейцария, Бургундское государство, а также Австрия и Пруссия на востоке Германии.
В 1385—1431 гг. происходило постепенное объединение «низовых земель» — Нидерландов под властью герцогов Бургундских. Брат французского короля Карла V Филипп Смелый, герцог Бургундии, путем династического брака подчинил себе в 1387 г. Фландрию. При его преемниках путем военных действий и династических браков под власть бургундцев попали провинция Геннегау (1422 г.), Голландия и Зеландия (1428 г.), Брабант (1431 г.), Люксембург (1451 г.). Так совершилось объединение Нидерландов, ранее вассальных частично по отношению к Франции, частично — к империи, в отдельную область Западной Европы, которая находилась, однако, в составе герцогства Бургундского. Последнее превратилось к этому времени из французского апанажа в обширное самостоятельное государство, простиравшееся от верховьев Роны до низовья Рейна и включавшее, помимо Нидерландов, графство Бургундское. Несмотря на все усилия герцогов Бургундских спаять эти земли воедино, они оставались разобщенными и после смерти последнего герцога Карла Смелого в 1477 г. развалились. Нидерланды и графство Бургундское попали под власть империи Габсбургов, собственно Бургундское герцогство — в руки усилившейся Франции. Тем не менее в период своего кратковременного взлета (конец XIV и XV в.) Бургундское государство играло весьма значительную роль в системе политических и международных отношений.
В конце XIV в. к Швейцарской конфедерации в 1391 г. присоединились города Фрейбург и Солтурн (уже в XV в. также Базель, Шафхаузен, Аппенцелль), а в 1499 г. она добилась официального признания своей независимости от империи. Кроме кантонов, в конфедерацию входили союзные земли, не имевшие голоса в делах конфедерации. Швейцария резко делилась на два района: в горной и лесной его части процветало товарное животноводство, продукты которого шли частично на экспорт. Главную силу здесь составляло зажиточное крестьянство, объединенное в общины типа марки, в рамках которой, однако, в XIV—XV вв. происходило быстрое отслоение неполнонадельных крестьян и бедноты, постепенно терявших свои общинные права. В городах на юге успешно развивались ремесло и торговля, как внутренняя, так и транзитная.
Идеальный образ Швейцарии как «крестьянского царства», будораживший умы европейского крестьянства (см. выше), не вполне соответствовал действительности. Значительная часть обедневших крестьян лесных кантонов, не находя применения на родине, поставляла всем европейским дворам военных наемников, что подрывало патриархальные отношения в этих кантонах.
Как арсенал наемничества и перевалочный пункт в торговле между Южной и Северной Европой Швейцарская конфедерация приобрела заметное место в международных отношениях XV в. В частности, она сыграла значительную роль в распаде Бургундского государства, пытавшегося присоединить и Швейцарию, нанесла тяжелое поражение герцогу Бургундскому в 1477 г. в битве при Нанси, положившей конец существованию самостоятельной Бургундии.
Наиболее сильными и централизованными державами в Западноевропейском регионе оставались Англия и Франция. В их политической эволюции в XIV—XV вв. было много сходного. И там и здесь моменты продолжавшегося усиления центральной власти перемежались с вспышками феодальных усобиц при дворе и на полях сражений, направленных на то, чтобы ослабить центральную власть или овладеть ею в интересах одной из борющихся сторон. На развитие обеих стран оказывала примерно одинаковое воздействие длительная Столетняя война между ними, которая с небольшими перерывами велась с 1337 до 1453 г.
Во Франции в начале XIV в. централизация страны достигла значительного уровня. В правление Филиппа IV Красивого (1285—1314) были заложены основы регулярного государственного обложения и наемной армии. Он стремился к ослаблению магнатов, самостоятельности церкви и городских коммун. Решительный, властный и дальновидный политик, он отличался непреклонностью и жестокостью в осуществлении своих целей. Вместе с тем именно этот «самодержец» по собственному почину впервые собрал в 1302 г. общефранцузские Генеральные штаты, ища у них поддержки в борьбе с папством. Филипп IV оказался настолько силен, что вступил в 1296 г. в острый конфликт с папой Бонифацием VIII из-за права короля облагать государственными налогами французское духовенство, одержал над ним верх и тем самым положил начало общему падению авторитета папства в Европе. Вопреки воле папы французский король самовольно распустил богатейший духовно-рыцарский орден тамплиеров, осудил его руководителей как еретиков, связанных с нечистой силой, и присвоил себе богатства ордена. Однако после смерти Филиппа IV в стране началась реакция на усиление королевской власти, вынудившая его сыновей пойти на значительные уступки крупным феодалам. Наследникам Филиппа IV, как и первым королям новой династии Валуа (с 1328 г.), так и не удалось полностью восстановить достигнутую ранее степень централизации.
С 1337 г. началась так называемая Столетняя война между Англией и Францией, с перерывами продлившаяся до 1453 г. Инициатором ее была Англия. Однако война была неизбежна и для французской стороны, поскольку дальнейшая консолидация Франции оказалась невозможной без отпора притязаниям Англии на ее территории.
Англичане стремились расширить свои сильно сократившиеся владедения во Франции (Гасконь — область между Бордо и Лa-Рошелью), вернуть ранее принадлежавшую им Аквитанию (Гиень). Это означало бы новое расчленение Франции, неприемлемое для французского короля. Притязания англичан, впрочем, шли еще дальше: поводом для начала войны послужили претензии английского короля Эдуарда III на французский престол после конца династии Капетингов (он был внуком Филиппа IV Красивого по линии дочери). Эдуард III имел серьезное намерение в перспективе объединить в своих руках корону обоих королевств, что означало бы гибель Франции как самостоятельного государства. Третьим спорным вопросом оставалась фландрская проблема. Французские короли со времени Филиппа IV пытались включить эти вассальные земли в свой домен. Англичане, связанные с Фландрией постоянными экономическими отношениями, не могли этого допустить, стремясь сохранить ее независимость.
Столетняя война, крайне неудачная для Франции с 1337 по 1360 г., еще более ослабила центральную власть в стране. Беспрерывные налоги, жестокие поражения при Кресси (1346 г.) и Пуатье (1356 г.), грабежи воюющих армий на территории Франции послужили, как уже отмечалось, поводом к народным движениям в городах и деревне, на время еще более подорвавшим престиж королевской власти.
После подавления восстаний 1356—1358 гг. и заключения мира в Бретиньи (1360 г.), очень тяжелого для Франции, король Карл V (1364—1380) снова значительно укрепил центральную власть: провел налоговую реформу, упорядочил сбор субсидий, повысил роль более боеспособных наемных отрядов в армии (по сравнению со старым рыцарским ополчением), поставил во главе армии талантливого полководца Дюгеклена, который уже через 15 лет постепенно вытеснил англичан из Франции, загнав английскую армию в их прежние владения между Бордо и Ла-Рошелью.
В Англии тоже к началу XIV в. в правление Эдуарда I (1272—1307) государственная централизация, казалось бы, достигла наивысшего уровня. Был полностью подчинен Англии Уэльс, в середине 90-х годов XIII в. путем сложных дипломатических маневров Эдуард был провозглашен королем Шотландии. И хотя в 1297 г. он оказался перед лицом многосословной оппозиции (см. выше) и вынужден был пойти на расширение полномочий парламента, все же до его смерти политическое положение Англии оставалось стабильным. Однако правление Эдуарда II (1307—1327), его наследника, ознаменовалось взрывом феодальной оппозиции во главе с графом Томасом Ланкастерским, которая продолжалась с небольшими перерывами с 1309 по 1322 г. и сильно подорвала влияние непопулярного короля.
Началось освободительное движение в Шотландии — сначала в 1297 г. под руководством Уильяма Уоллеса, затем в 1307—1314 гг., принявшее характер народной войны за независимость во главе с шотландским магнатом Робертом Брюсом, которого восставшие шотландцы избрали своим королем. Роберт Брюс в битве при Бэнноксберне в 1314 г. одержал решительную победу. Шотландия фактически обрела вновь независимость от Англии, которую сохраняла до начала XVII в. Усилия английских королей в конце XIII—XIV в. расширить территорию Пэйла в Ирландии не увенчались успехом.
Новый взрыв феодальной оппозиции в самой Англии произошел в 1326 г. На этот раз во главе мятежных баронов стала жена Эдуарда II Изабелла, сторонники которой, с согласия Лондона, низложили в 1327 г. Эдуарда II, вскоре убили его и провозгласили королем его несовершеннолетнего сына Эдуарда III. Правление этого короля (1327—1377), казалось бы, было вполне благополучным с точки зрения укрепления центральных органов власти и парламента. Однако в действительности это было время политического господства крупных феодалов, направлявших к своей выгоде политику не только короля, но и парламента. Держа в руках весь центральный и местный аппарат, они использовали достигнутый уровень централизации для безудержного притеснения не только простого народа, но и рыцарства. Они же были активными поборниками войны с Францией, рассчитывая обогатиться в чужой земле и пополнить свои падающие доходы.
Однако, когда укрепившаяся при Карле V Франция начала успешно вытеснять англичан с завоеванных территорий, а сама Англия все более истощалась беспрерывными налогами и пенсиями, пожалованиями крупным феодалам, страна вступила снова в полосу ослабления центральной власти. Открытое засилье баронов — родственников одряхлевшего Эдуарда III продолжалось и при его несовершеннолетнем внуке Ричарде II (1377—1399). Восстание Уота Тайлера в 1381 г. еще более ослабило центральную власть, которую бароны, в частности партия Ланкастеров, пытались подчинить своему диктату, в том числе заставить короля возобновить выгодную для них войну. Когда Ричард II, объявив себя самостоятельным правителем (в 1389 г.), стал им противодействовать, бароны-ланкастерцы устроили заговор и, отчасти опираясь на парламент, недовольный диктаторскими наклонностями короля, в 1399 г. свергли его с престола и объявили королем Генриха IV Ланкастера (1399—1413), представителя младшей линии Плантагенетов. Но и при этом ставленнике баронов не прекращались баронские мятежи — теперь в пользу свергнутой династии. В стране ширилось движение лоллардов, усиливалась антицерковная оппозиция. Поддерживавшие Генриха IV бароны настаивали на возобновлении войны, но король чувствовал себя на престоле столь непрочно, что не решался ее начать.
Тем временем во Франции при долго правившем, но психически больном короле Карле VI (1380—1422) началась бесконечная борьба за политическое руководство в стране между двумя феодальными группировками, возглавлявшимися дядьями короля — герцогами Бургундским и Орлеанским. Последнего поддерживали его родственники на юге страны — графы Арманьяки (отсюда название орлеанской партии — «арманьяки»), При этом арманьяки стремились к возобновлению войны с Англией; бургундцы, в это время утверждавшие свое владычество в Нидерландах, напротив, хотели мира с англичанами. Между обеими феодальными партиями началась настоящая гражданская война (1411—1413 гг.), крайне разорительная для страны, целью которой был захват Парижа. Во Франции воцарился полный политический хаос, который безуспешно пытались пресечь более патриотично настроенные города и мелкое дворянство (в 1413 г.).
Этот благоприятный для Англии момент был избран новым английским королем Генрихом V Ланкастером (1413—1422) для возобновления войны. Он стремился одновременно выполнить волю толкавших его к войне магнатов и укрепить свои политические позиции в Англии победоносной войной. Герцог Бургундский открыто перешел на сторону англичан, что немало способствовало их успеху. В битве при Азенкуре (к югу от Кале) в 1415 г. рыцарская армия арманьяков была наголову разбита. Англичане захватили Нормандию и Мэн и беспрепятственно вошли в Париж. В 1420 г. был заключен мирный договор в Труа, по которому после смерти Карла VI корона Франции должна была перейти к сыну Генриха V (будущему Генриху VI), которого предполагалось женить на французской принцессе. Дофин Карл, сын Карла VI, был устранен от наследования. Он бежал на юг, в Бурж, где после смерти Карла VI и Генриха V (в 1422 г.) провозгласил себя королем Франции Карлом VII (правил с 1422 по 1461 г.). Но его реальная власть на первых порах простиралась только на Южную Францию. Вся северная часть страны находилась под властью англичан, которые угрожали владениям Карла VII. Судьба его висела на волоске.
