Но я не верил, что даже с помощью этого оружия удастся победить или хотя бы остановить Морского Дракона.
Однако работа кипела, не прекращаясь ни на миг. Наблюдатели, поднявшись высоко в небеса на Летучих Змеях, напряжённо вглядывались сквозь придуманные Максимом Наблюдательные Трубы в морскую даль, чтобы вовремя заметить приближение Морского Дракона и предупредить о нём. А я яростно "заряжал" и "заряжал" взглядом всё новые изготавливаемые алхимиками отражатели лучемётов. Обессилев, с такой же яростью тянул силу из Пустоты и опять принимался "заряжать" новые отражатели.
Меня хватило бы не надолго, всё-таки это была адская работа, но мне помогал Максим. У него там, в Небесном мире, были свои трудности, но он всё равно все свои силы отдавал нам, пытался нас выручить из беды. Благодаря его помощи мне удавалось гораздо быстрее накапливать "Космическую", как сказал Максим, силу.
Так продолжалось до тех пор, пока не поступило страшное известие, которого все ждали, но до последнего старались не верить в него, вернее — надеялись вопреки всему, что этого всё-таки не произойдёт. Слишком уж это казалось страшным.
Но известие поступило. Морской Дракон показался на горизонте. Он был ещё очень далеко, но приближался стремительно и неотвратимо.
Олег и Римон стали готовиться к встрече, раздавать чёткие и очень хорошо согласованные друг с другом приказы.
Здорово они понимали друг друга, когда только успели научиться. Мне с Римоном тоже хорошо было работать в паре, когда ещё Максим был у нас. Я доверял Римону больше других, давал ему самые ответственные поручения, посылал в самое пекло боя, и он ни разу не подвёл, хладнокровие и спокойная рассудительность ни разу ему не изменили. Мой "взрывной" характер очень хорошо уравновешивался его чуть медлительной основательностью, мы тоже понимали друг друга с полувзгляда. Но до того, как начать командовать Римоном, я знал его уже два года и успел основательно к нему присмотреться и изучить его привычки. А Олег увидел его только сегодня утром.
Сколько же всего успело произойти за этот сумасшедший день! Пришествие Небесного Посланника, его победа в одиночку над "Святой" Церковью, моя встреча в Пустоте с Максимом, моё исцеление, уничтожение Морской и Небесной Свирелей, известие о пробуждении Морского Дракона, яростная подготовка к его встрече, во время которой всего за полдня сделано было много оружия огромной мощи, больше, чем за всю предыдущую историю Фатамии...
Это оружие будет использовано как положено, "на всю катушку", как сказал Олег. Он и Римон умеют командовать, люди верят им и готовы умереть, сражаясь под их командованием. Многие рады будут умереть за Сына Бога, умереть даже в пасти Морского Дракона.
Но Олег готовился вовсе не к смерти. Он действовал так, как будто полностью уверен был в победе. И люди, понявшие, какое оружие доверил им Небесный Посланник, тоже стали заражаться его верой, их охватывал боевой азарт, нетерпение вступить в бой, сразить чудовище Божественным оружием.
Оружие это действительно обладало волшебной мощью, и сделать его успели немало. Но только я понимал, что против Морского Дракона даже его окажется недостаточно.
Конечно, сегодня морское чудовище встретят совсем не так, как в его прошлый выход из океана. В тот раз никакого сражения с ним не было вообще. Было тогда вовсе не сражение, а охота, охота на совершенно беззащитных против него людей. Теперь эти люди вовсе не такие беззащитные, как раньше. Они под руководством Небесного Посланника дадут бой, страшный бой, страшный даже для Морского Дракона. Но вот победить в этом бою всё равно не удастся. Слишком уж огромно это чудовище, слишком невозможно его убить, слишком велика в нём сила, сила Зла...
В горячке приготовления к сражению про меня вроде бы все забыли. И я, подумав несколько минут, где мог бы принести наибольшую пользу в сражении, наконец решил подняться в воздух не дельтаплане.
Я не стал спрашивать разрешения ни у кого, даже у Олега. Потому что был уверен, что он ни за что не разрешит, скажет, дескать, не надо, малыш, хватит с тебя, навоевался, и так — сколько пользы принёс, что бы мы без тебя делали... Не разрешит он мне участвовать в сражении, значит — и спрашивать не буду. Не могу я отсиживаться где-нибудь в подземелье, когда идёт решающая битва Добра со Злом.
Схватив дельтаплан, я, чтобы сэкономить время на подъём, прицепился "на буксир" к готовящемуся к полёту тяжёлому Летучему Змею, нагруженному большой бочкой с "напалмом". Ветер в сторону моря дул довольно сильный, и Летучий Змей поднимался в темнеющее, предзакатное небо очень быстро. Скоро фигурки людей внизу сделались еле различимыми, а я почувствовал адский холод. Всё-таки — поздняя осень уже, а на такой высоте даже летом всегда было очень холодно. А я, дурак, совсем забыл об этом и не оделся как следует.
Я согласен был потерпеть любой холод, но чувствовал, уже чувствовал болезненное онемение в пальцах и знал, что очень скоро этим онемением окажется сковано всё тело, и я тогда не смогу управлять дельтапланом и просто упаду в океан.
Помог мне Максим. Я опять услышал внутри себя его голос, вернее — не только голос, не только слова, я услышал его самого, услышал то, что не передать никакими словами. Благодаря Максиму мне удалось увидеть Луну, хоть она и была скрыта облаками, ощутить её Божественный звенящий хрусталём Свет, насквозь просвечивающий моё тело, изгоняющий из него холод и боль, наполняющий летучей, светящейся силой. Серебристый Свет Луны был холодным, обжигающе холодным, но странным образом он быстро наполнил моё тело горячим теплом, и я почувствовал, что теперь не замёрзну.
Я отцепился от Летучего Змея и полетел над океаном, навстречу Морскому Дракону, который уже хорошо был виден в Наблюдательную Трубу.
Солнце опускалось за горизонт, быстро надвигались сумерки, темнеющее небо стали заволакивать тучи. Я никак не мог поймать восходящий поток воздуха, и стал чувствовать, что мой дельтаплан постепенно теряет высоту.
Не хватало ещё до начала сражения упасть в океан, прямо в пасть этой гадине!
Ладно, что-нибудь придумаю. Всё равно надо лететь навстречу чудовищу. Это единственный шанс помочь — встретить эту тварь ещё далеко в океане и попытаться хоть как-нибудь ослабить её, пока она не выбралась на сушу.
Летел я, используя сильный попутный ветер, быстро, и вскоре уже видел Морского Дракона без Наблюдательной Трубы.
Волна
Это была змея, змея просто невообразимых размеров. Даже с моей очень большой высоты видно было, насколько велик Морской Дракон. Он плыл по поверхности океана, вернее, даже не плыл, а как бы полз, слегка извиваясь, как обыкновенная гадюка. Вот только ползла эта "гадюка" не по песку, а по кажущейся чёрной в наступивших сумерках воде.
И ползла она очень быстро. Скоро, очень скоро она доберётся до берега, а я ещё ничего не придумал, ничего не начал делать.
Собравшись, сжав в один жгучий комок всю накопленную мной Космическую энергию, я прицелился в глаз Морскому Дракону и своим взглядом швырнул туда этот обладающий страшной силой сгусток смерти.
Морской Дракон дёрнулся, как от удара и заревел.
Рёв его сразу оглушил и ослепил меня, пронзил всё тело режущей болью, от которой я просто потерял рассудок. И, разумеется, потерял управление дельтапланом, свалился вниз как подбитая птица, прямо на Морского Дракона.
Вновь спас меня Максим, снял боль и заставил придти в себя. Я с трудом выровнял камнем летящий вниз дельтаплан, попытался, используя набранную скорость, опять подняться повыше.
А в это время Морской Дракон сделал прыжок.
Скрутившись кольцом, как обычная змея, он резко распрямился, словно чудовищная пружина, вытягиваясь почти во всю свою гигантскую длину, вытягиваясь в высь, ко мне. Чтобы сожрать эту маячащую над ним назойливую букашку, которая смогла так больно ужалить его прямо в глаз.
Он запросто достал бы меня, высота, на которой я был сейчас, была совершенно недостаточной, чтобы летать над этим чудовищем. Бросок его в мою сторону был быстр и точен, как у любой змеи. Но я успел как-то увернуться в последний момент. Как муха уворачивается от ладони, пытающейся поймать её в воздухе.
Вот только я не был мухой, не было у меня такой прыти и ловкости в полёте, как у неё. А Морской Дракон действовал гораздо быстрее и точнее, чем какой-нибудь неуклюжий мужик, пытающийся поймать в кулак муху. Я понимал, что сейчас Морской Дракон сделает второй свой бросок. Который для меня станет последним.
Но он так и не бросился.
Потому что с Летучих Змеев по приказу Олега дали залп стрелки, вооружённые "заряженными" мной отражателями от лучемётов.
Выпущенной ими смертоносной силы хватило бы, наверное, чтобы уничтожить вообще всё живое в нашем мире! Морской Дракон забился, оглушительно колотя хвостом по воде и ревя от боли и ярости. А потом, забыв про меня, опять ринулся к берегу.
Он явно был оглушён, но быстро пришёл в себя. Ещё бы несколько таких вот ударов! Сразу, один за другим!
Увы. Этим залпом Олег враз исчерпал запасённую в отражателях Космическую силу.
Я попытался опять уколоть Дракона своим взглядом. Не для того, чтобы убить или ранить, куда там! Хотя бы отвлечь! Но в первый раз я тоже истратил почти весь запас силы, и на этот мой второй Взгляд Морской Дракон даже не обратил никакого внимания. Он рвался к берегу. Горя дьявольским желанием поскорее сожрать этих букашек, осмелившихся причинить ему такую боль.
Я, не зная, что делать, полетел было за ним. И тут же услышал отчаянный крик Максима: "Назад!".
Машинально выполнив приказ, развернув дельтаплан обратно в океан, я с недоумением оглянулся.
И увидел, как с берега навстречу Морскому Дракону полетели Огнедышащие Драконы, которые Максим и Олег называли "ракетами". Огромные ракеты, только сегодня сделанные под руководством Олега.
Красивое это было зрелище. В наступившей уже темноте затянутое тяжёлыми тучами почти чёрное небо прочертили ослепительно яркие хвосты этих ракет, которые приближались с величественной неторопливостью, кажущейся медлительностью, но на самом деле — невероятно быстро, гораздо быстрее любой птицы.
Морской Дракон, почуяв неладное, ринулся в сторону.
Но не тут-то было.
Олег называл эти ракеты "самонаводящимися", и сейчас я понял, что это значит. Ракеты, как будто на самом деле были живыми Огнедышащими Драконами, существами, способными видеть своего врага, тоже слега повернули вслед за Морским Драконом. И попали точно в цель.
Я в это время, спикировав и набрав бешеную скорость, над самыми волнами стремглав летел прочь, подальше от этого места. Которое, как только Огнедышащие Драконы упали на Морского, превратилось в огненный ад. Немыслимым грибом возросший до самых туч, поглотивший тучи и продолжавший расти ещё выше...
Небесный Посланник решил использовать в этом ракетном ударе все тяжёлые самонаводящиеся ракеты и почти весь запас "напалма". Он правильно всё рассчитал, ударил отражателями и тут же ракетами. Ударил расчётливо, со всей своей мощью и в самый подходящий момент. Ещё чуть-чуть, и тьма стала бы уже вовсе непроглядной, а эти ракеты, хоть и были "самонаводящимися", выпускать их всё равно надо было очень точно, только тогда они могли в полёте "поймать" цель и следовать за ней. Он сразу истратил почти весь запас Космической силы и напалма, понимая, что гораздо больше шансов уничтожить врага одним решительным ударом, чем тысячами слабых щелчков.
Он сделал всё правильно, сделал всё, что мог. И не его вина, что сделанного им всё равно оказалось недостаточно...
Морской Дракон был ранен, сильно обожжён напалмом. Но вовсе не смертельно. Он не утратил способности к дьявольски быстрым движением, не был даже ослеплён.
Опасаясь нового ракетного удара (откуда ему было знать, что больше тяжёлых ракет у Олега уже не было), чудовище нырнуло вглубь и поплыло к берегу под водой.
Плыл Морской Дракон под водой гораздо медленнее, чем по поверхности, но скоро всё равно должен был оказаться у берега. А встретить его было уже нечем. Того, что осталось, не хватит, чтобы остановить чудовище.
Что же делать?!
Мой дельтаплан был уже над самой водой, скорость иссякла, подняться хоть чуть повыше никак не удавалось. Долететь до берега и вступить вместе со всеми в сражении я никак уже не смогу. Просто через несколько мгновений упаду в океан. И — всё. Отсюда до берега мне не доплыть. Даже самому искусному пловцу плыть пришлось бы всю ночь. Да и в такой холодной, почти ледяной воде много не поплаваешь... Так и утону, не сумев ничем помочь Олегу.
Неожиданно я услышал знакомый крик, ко мне подлетело несколько летунцов. Дорогие вы мои! Не забыли! Хотя я сам совсем забыл про вас... Умницы! И как только дураки такие находятся, которые считают вас глупыми и неспособными понять даже простейшее задание! Сейчас ведь и задания никакого вам никто не давал, а вы прилетели, сами прилетели! Не побоялись адского взрыва, нашли меня в кромешной тьме...
Летунцы сумели сами впрячься в сбрую, прикреплённую к крыльям дельтаплана, и стали самоотверженно тянуть меня. Против сильного ветра тянуть и при этом еще и вверх. Они, и без того уже уставшие, выбивались из сил, и я сразу понял, что спасти они меня не смогут. И сами погибнут. Они и без меня теперь вряд ли смогли бы долететь до берега, всё-таки летают они вовсе не так, как птицы. А попытавшись спасти меня, эти преданные мне существа были уже точно обречены.
Но меня сейчас беспокоила не судьба летунцов. И даже не собственная предстоящая гибель в холодных волнах. Я искал и никак не мог найти способ помочь Олегу. И отчаяние, чувство собственного бессилия всё больше овладевало мной.
Я взмолился о помощи. Перед Максимом, конечно, взмолился, перед Сыном Бога. К самому Богу я не стал обращаться. Сколько я не обращался к нему раньше, ни разу не замечал, чтобы он выполнил хоть что-нибудь. Хотя, может быть, самое заветное моё желание всё-таки выполнил. И не только моё. Послал в этот мир своего Сына. Который обязательно будет пытаться помочь мне. И всем людям в нашем мире.
Так оно и случилось. Максим опять "подключился" ко мне. Он разговаривал и помогал не только мне, он метался между мной и Олегом, да и там, в Небесном мире с ним происходило что-то такое, что тоже требовало от него напряжения сил. Но он всё равно пришёл ко мне на помощь.
Мы стали с ним на какое-то время одним целым, его мысли я слышал как свои, он видел всё происходящее моими глазами и тоже как свои слышал мои мысли. Наша сила стала общей силой, и всю эту силу мы опять направили в "Космос".
Через некоторое время я почувствовал, что вижу сквозь тьму, сквозь огромную толщу воды, сквозь огромные расстояния. Вижу и чувствую, что там происходит, чувствую взаимосвязь всех природных сил, слышу музыку Космоса, частичкой которой является наш мир. И не только слышу этот грандиозный оркестр, но и могу вплетать в общую многоголосицу свой голос, могу дирижировать этим оркестром!
