Он поднялся и поцеловал ее.
— Как тебе твоя киска на вкус? — прошептал он, сжимая в ладони одну из ее грудей.
— Твой член вкуснее, — улыбнулась она. — Трахни меня.
Альбус наклонился и пощекотал языком один из ее торчащих сосков, а потом, наспех сорвав с себя одежду, устроился на широко раздвинутых в стороны коленях прямо перед ней. Не успела она опомниться, как он ворвался в нее. Едва головка скользнула между ее половых губ, она застонала, ухватив его за ягодицы, чтобы поплотнее прижать к себе. Уперевшись руками в кровать по обе стороны от ее головы, Дамблдор протиснулся в ее тугую вагину по самое основание и начал двигаться.
Вцепившись в его ягодицы так, что ногти впились в кожу, МакГонагалл приникла губами к его груди. Легонько прикусила один из сосков, потом обхватила его губками. Затем обратилась ко второму, выписывая вокруг него узоры своим юрким язычком.
Дамблдор вбивался в нее, стремительно ускоряясь, все сильнее и сильнее. Скоро член уже выходил из нее до самой головки, с хлопками возвращаясь обратно по самое основание. Ускорившись до предела, он положил обе руки на ее груди и крепко сжал их. С восторгом наблюдая за тем, как она постепенно приближается к оргазму, он вшибался в ее сочное лоно, вжимая ее в диван и ощущая, как ее ноги крепко обнимают его талию.
Минерва была возбуждена до предела. Втайне она мечтала о грубом, жестком сексе, поэтому, когда Дамблдор окончательно распалился и отбросил какую-либо нежность, она по-настоящему начала терять голову. Его запах, его тяжелое дыхание заводили ее сильнее, чем кунилингус или иные милости. Покуда он, вынув член, терся головкой о ее набухший клитор, она спешно стянула через голову платье, оставшись таким образом только в одних туфлях и черных атласных перчатках, так умилявших Альбуса, который тем временем пристроился на корточках над ее головой. МакГонагалл провела языком по внешней стороне его члена и засосала головку. Затем мягко обхватила губами одно из его яичек и принялась посасывать, будто леденец на палочке. Дамблдор, заведя одну руку за спину и сунув в ее киску два пальца, другой ласкал свой член, крепко сжимая его в кулаке, наслаждаясь тем, как ее губы ласкают переполненные семенем яйца.
Минерва, обычно такая чопорная и сдержанная, разошлась не на шутку. Широко раскрыв рот, она взяла в рот сразу оба яйца. Они едва поместились там, да и то ненадолго, однако это все равно привело Альбуса в восторг. Как последовавшие за этим попытки заглотить его немаленький ствол целиком. Молодая волшебница давилась, чувствуя, как из глаз текут слезы, но тем не менее, к удивлению Дамблдора, добилась своего. Член полностью исчез у нее во рту, так что губы касались его лобка. Он властно положил пятерню на ее макушку, наслаждаясь моментом, но секунду спустя она сдавленно всхлипнув, резко отстранилась он него. Сплюнув в ладонь чуть ли не целую пригоршню слюней, она обмазала ими член и несколько раз дернула его, крепко сжав в кулаке и стиснув зубы так, что казалось, будто она еле сдерживается от того, чтобы не съесть его целиком.
Альбус развернулся и, устроившись над ее головой на четвереньках, раздвинул в стороны ее ноги и наклонился вперед, уткнувшись между ними лицом. МакГонагалл вновь обхватила губами его жилистый член, обхватив обеими руками его бедра. Дамблдор,уже начиная сходить с ума от страсти, принялся сам толкаться в ее ротик. Минерве ничего не оставалось, кроме как крепко удерживать его естество губами, пока он наслаждался. И пусть головка члена то и дело пролезала слишком глубоко, а яйца шлепались о ее лицо, она была в восторге от происходящего, потому что он, не будучи эгоистом, одновременно с этим ублажал и ее, жадно вылизывая ее мокрую, но такую нежную киску. Это длилось добрых десять минут, спустя которые МакГонагалл уже едва ли не молила его о том, чтобы он вернулся в нее.
Альбус, и сам уже начинающий терять рассудок от наслаждения, поставил ее на четвереньки и, нависнув над ней на полусогнутых ногах и оперевшись о ее призывно отставленную вверх попку, вновь ворвался в нее, чувствуя, как к низу живота уже волнами приливает тепло. Минерва громко застонала и запрокинула голову. Он ухватил ее за локти и принялся быстро, с громкими шлепками, толкаться в нее. Она, чувствуя, как его мощный член терзает ее тесную киску, надрывно, почти болезненно стонала. Член со скоростью бура врезался в сочное влагалище, растягивая узкое отверстие. Дамблдор, чувствуя, как по лбу течет пот, смотрел на выгнутую спинку возлюбленной. Взяв небольшой тайм-аут, он вышел из нее и потер кончиком головки ее клитор. Едва тот оказался прямо в самом отверстии головки, Минерва вздрогнула и застонала так, что у него заложило уши. Опустившись позади нее на колени, он просунул в ее киску по два пальца каждой руки и раздвинул отверстие. Это выглядело просто изумительно. Он просунул внутрь язык и нащупал большим пальцем клитор. Минерву его действия сводили с ума, и она сожалела лишь о том, что не может увидеть все то, что он с ней вытворяет.
Вновь погрузившись в нее, Альбус принялся долбиться в нее с утроенной скоростью. Его живот звонко шлепался о ее ягодицы, и при каждом толчке хрупкая девушка содрогалась так, что всерьез опасалась свалиться на пол. Стоны обоих становились все громче, все безумнее и отрывистее. Он отпустил ее локти и она опустила голову на сиденье, обхватив губами большой палец его ноги, оказавшейся прямо перед ее лицом. Посасывая его, она подалась бедрами назад, продолжая стонать и крепко вцепившись в мягкую кожу дивана. Дамблдор вдруг почувствовал, как все ее нутро напряглось, влагалище обхватило его ствол невероятно туго. Он ощутил едва уловимые вибрации. Девушка встрепенулась, и издала такой громкий крик, что дворецкий услышал бы его, даже если бы был в самом дальнем углу особняка. Сквозь крики с трудом можно было разобрать ее слова.
— Не останавливайся! Только не останавливайся! — стонала она, извиваясь в сладких судорогах.
Но Дамблдор и помыслить не мог о том, чтобы прервать оргазм любимой. Нависнув на ней и опираясь одной рукой о ее попку, свободную он запустил в ее волосы, тем самым вжимая ее щекой в сиденье. Он не сбавлял темпа и не прекращал размашисто и грубо толкаться в нее сверху до тех пор, пока она не кончила. Напоследок погрузившись в ее вагину по самые яйца, он задержался там на некоторое время, а потом резко вышел и перевернул ее на спину.
— О-о-о... Черт возьми, я кончаю! — застонала он, неистово дергая налившийся кровью член. — Пописай...
— Что? — удивилась Минерва.
— Пописай на меня! — повторил он громче. — О, черт...
Минерва, одновременно ошарашенная и восторженная его просьбой, задрала ноги вверх и раздвинула их так широко, как только смогла. Альбус пристроился перед ней на коленях, неотрывно глядя на ее киску и продолжая терзать себя рукой. Минерва раздвинула пальцами половые губы и в тот же момент струя ударила вверх, заливая торс мужчины, и без того мокрый от пота. Он подставил под струю член, разбрызгивая мочу во все стороны, и секунды спустя кончил прямо на ее раскрытую киску.
— А-а-а!!! — зарычал он, глядя на то, как из орошаемого золотистой жидкостью члена извергаются чуть ли не целые потоки спермы, падающей на ее раскрытые половые губки.
— Да! Да! — вторила ему Минерва, раздвигая их еще шире.
Едва последняя капля выстрелила из малиновой головки, он вошел в нее и обессиленно повалился на нее всем телом. Она обхватила его голову обеими ладонями и впилась в его губы, чувствуя его все еще напряженный член внутри себя.
56. КУНГ ФУ В ПОСТЕЛИ (Гарри Поттер/Чжоу Чанг)
I have me a couple of chinese bitches — their pussies really sideways!
DJ PAUL (2006)
От нескончаемой вереницы фонарей освещения, похожая на бесконечную светящуюся гирлянду из китайских фонарей, уходящей вдаль, у Гарри начинало рябить в глазах. Он вдруг понял, что очень устал, причем отнюдь не физически. Напротив, после крепкого сна в самолете во время почти четырехчасового перелета из Сеула в Гонконг и обильной, хотя и безвкусной трапезы в вездесущем «Бургер Кинге» при аэропорте, тело его пребывало в тонусе. Но вот психо-эмоциональное состояние оставляло желать лучшего. За время своего азиатского «турне» — так он называл серию деловых встреч, даты которых ему с великим трудом удалось подогнать максимально близко друг к другу, чтобы командировка не затянулась на много недель — он так замотался, что времени на привычные размышления и самокопания не оставалось. Без этих внутренних диалогов с самим собой внутри чувствовалась какая-то пустота, порой он даже забывал, как бы странно это не звучало, кто он собственно такой.
«Турне» было в самом разгаре, так как помимо уже посещенных Токио и Сеула, его ждали в Тайбэе, Маниле, Бангкоке, Сингапуре и Гуанчжоу. Именно в последний он и держал путь, со скукой поглядывая на бескрайние урбанизации по обеим сторонам скоростной трассы, которые сияли всеми цветами радуги так ярко, что любого эпилептика тут же хватил бы припадок. Понимая, что необходимо развеяться, и радуясь тому, что завтра у него будет целый свободный день, Гарри достал свой «iPhone» и залез в интернет.
— Посмотрим, что у них тут... Так, я не понял, где английский?.. А, вот... — бурчал Гарри себе под нос, тыкая пальцем в экран телефона. — Ну-у, ассортимент очень даже ничего!
Пролистывая страницу за страницей Гарри диву давался тому, какое количество девушек предлагали свои анкеты на сайтах по оказанию эскорт-услуг. Он был уже на пятой странице, когда наконец-то нашел ту, что привлекла его внимание. Настоящая китаянка, именно та, что в точности отражала его представления об идеальной азиатской внешности.
— Ты моя красавица, — сложив губы бантиком, протянул он, рассматривая фотографии.
Указав отель, в котором у него был забронирован номер и номер своего телефона, он нажал на кнопку «пригласить» и закрыл вкладку. Тут же на телефон пришло СМС-сообщение с уведомлением о принятой заявке.
— И почему у нас в Британии все так коряво, — задумчиво покачал он головой, вспомнив, как однажды пытался заказать девочку на Гриммо, 12, и с какими неудобствами столкнулся.
Придерживая руль левой рукой, он откинул спинку так, что дорога вперед едва виднелась и отпил немного чая из стоявшего в подстаканнике стакана. Потом, достав из кармана предмет, похожий на миниатюрный складной патефон, навел на него палочкой, которую, как и любой волшебник, всегда и везде носил с собой. В воздухе появилось нечто на подобие голограммы или облака и изображением «интерфейса», отображающего список музыкальных композиций. Это был первый волшебный музыкальный плеер, изобретенный, что вовсе не удивительно, близнецами Уизли, которые, будучи страстными поклонниками маггловской техники, всегда черпали идеи в неволшебных технологиях. Послышались первые аккорды бессмертной композиции «Kashmir», и Гарри, полностью расслабившись, вынул одну ногу из ботинка и бесцеремонно положил ее прямо на торпедо.
* * *
Гуанчжоу оказался очень большим городом. По правде говоря, Гарри вообще не мог понять, где у этих китайцев заканчивается один город и начинается другой. Простояв на одних светофорах не меньше часа, он наконец прибыл к своему отелю. Он не был особенно избалованным, поэтому «Хилтон» его вполне устраивал. Запарковав арендованный в Гонконге «E 63 AMG», он получил ключ-карту и, поднявшись на лифте на 54 этаж, вошел в номер. Не представляющий из себя ничего особенного, номер тем не менее был очень уютный, что Гарри всегда ценил прежде любой роскоши. Кровать, размером два на два метра, мягкие ковры, пара удобных кресел, гигантский телевизор и внушительных размеров ванная комната с двумя умывальниками, ванной и душевой кабиной. Скинув ботинки, Гарри повесил пиджак на стул и, расстегнув ворот рубашки, упал на кровать. У него была своя шкала оценки матрасов в отелях, и этот получил твердую восьмерку. Вдруг телефон в кармане завибрировал.
— Да? — поднял он трубку.
— Мистер Рональд? — спросили на том конце с типичным южно-китайским акцентом. — Вас беспокоить компания «Гхо Чинью»!
— Э-э, да... я вас слушаю, — сказал Гарри, припомнив, что именно так назывался сайт, на котором он делал заказ.
— Ваша сделать заказ на наш сайт, позвать шлюху Сюин, но сожалеть... У Сюин случились непредвиденные обстоятельство! — затараторила китаянка.
— Мм, простите? — переспросил Гарри.
— Наша прислать вам другой девшка, такой же типаж, — сообщила дама из борделя. — Темный длинный волос, узкий глаза...
— Ох, ладно, хорошо, — недовольно выдохнул в трубку Гарри. — Спасибо.
— Все наилучший вам, сэр! Приятно потраха...
Гарри не стал дослушивать пожелания и сбросил звонок.
— Темный волос, узкий глаза! — передразнил он. — У вас тут все такие, то же мне. Тот же типаж...
Полежав пару минут с раскинутыми в стороны руками, он успокоился — в конце концов, вряд ли ему пришлют уродину — а затем поднялся и направился в душ.
Как следует распарившись в горячей воде и натеревшись мочалкой, он накинул мягкий халат из местного шелка и, уложив волосы при помощи фена и воска, вышел из ванной. Включив телевизор он нашел «BBC» и, убавив звук на минимум, бросил пульт в кресло. Смотреть новости он не собирался, ему просто нравилось освещение, которое давал комнате включенный «ящик».
— Чего-нибудь перекусить бы пока, что ли, а? — обратился он к диктору в телевизоре, рассказывающему о ситуации на границе Израиля и Сектора Газа.
До прихода проститутки оставался еще час, и его надо было провести с пользой для тела и духа. Гарри снял телефонную трубку и набрал номер ресторана. Не желая перегружать желудок, Гарри заказал только курицу в креветочном соусе, пиво и бутылку красного вина — для девушки.
В ожидании заказа, чтобы размять затекшие в поездке на машине конечность, он упал на пол и сделал стандартные для себя тридцать отжиманий. Через десять минут принесли заказанный ужин, и едва Гарри успел покончить с курицей и пивом, в дверь постучали. Убрав поднос на комод, чтобы не мешался, Гарри оставил на журнальном столике вино и бокалы и поспешил к двери.
— О боже!
На пороге стояла старая знакомая. Та, что училась в Хогвартсе, на один курс старше. Чжоу Чанг.
— Черт, Чжоу! Я...
Он буквально проглотил язык.
— Я даже... не знаю, что сказать. Эм-м, ну ты входи.
Как оказалось, Чжоу работала девушкой по вызову уже второй год. Расставшись парнем, с которым она встречалась в течении четырех лет, она потеряла работу и средства к существованию. Именно тогда подруга и предложила ей устроиться в агенство эскорт-услуг для иностранцев.
