— ВИСЯЧИЕ САДЫ, — хмыкнул Рамзес, покрепче перехватывая поводья. — Фальшивый Небесный Фантазм, не принадлежащий Царице Ассирии, великой отравительнице, хитростью убившей своего мужа и захватившей власть в стране. Имя этой женщины, в которой текла божественная кровь, — Семирамида. Именно с ней легенды связывали одно из семи чудес света, построенное в Вавилоне Навуходоносором II. Фальшивый Фантазм, что не принадлежал ей, но мог быть призван при необходимых условиях. — Я займусь ей! — выкрикнул египтянин, подстегивая коней нестись вперед.
— Выступаем, Широ. — скомандовал лучник, согласно кивнув, парящему Кастеру...
Но прежде чем входить в укрепленную Мастерскую вражеского мага...
Арчер Красных поднял обе руки, придавая форму одному из самых разрушительных мечей славянских сказаний. Меч богатыря, что был настолько огромен и тяжел, что сама земля не могла удержать его веса. Даже с поддержкой лучшего мастера Слуга не пытался полностью воспроизвести этот меч. Для его задумки хватило бы лишь слабой копии, жаль было, конечно, что нельзя выстрелить этим мечом в Висячие Сады, как другими, но...
— ФИНИСТ! — Слуга, выдохнув, опустил подрагивающие от напряжения руки.
Тень накрыла замок, и огромное лезвие меча обрушилось вниз. Тонны закаленной стали крошили прочные крыши и разбивали толстые стены, словно и не было какого-либо сопротивления. Тысячи трещин расходились во все стороны, металлические укрепления визжали, изгибаясь и ломаясь, не выдерживая невероятного давления и массы. И, наконец, земля содрогнулась, когда меч Святогора достиг своей цели. Даже клубы пыли, поднятые вокруг, едва могли скрыть крепость Милления, разрубленную пополам, словно торт, умело разрезанный кондитером.
— Будь осторожен, Широ, — Страж Противодействия чуть поморщился, понимая как звучат эти слова именно от него, но ничего не мог с собой поделать, — и не лезь на рожон.
— Ничего не могу обещать, Арчер, — хмыкнул Широ, создавая знакомые черно-белые парные клинки, идеально подходящие для боя в ограниченных пространствах на ближней и средней дистанции в случае столкновения с вражеским Слугой.
— Маленький засранец, — фыркнул мужчина, впрочем, без особой злобы, — если сдохнешь, я обещаю проесть Рин всю плешь словами: "А я ведь говорил!".
— А ты что будешь делать? — не удержался от ответного смешка Эмия, представив лицо Тосаки, обнаружившей у себя проплешину.
— Кажется, я сейчас буду нарываться на неприятности, — сказал Слуга, смотря на одну из крыш, где мелькнула фигура Черного стрелка.
— Постарайся там, — пожелал парень, побежав вперед.
— Ты тоже, — выдохнул Арчер, прыгая вверх...
* * *
Шики, тяжело вздохнув, прикрыл глаза девушке-гомункулу. Хотелось бы мастеру как-то помочь, но половину ее тела просто раздавило.
— Надо спешить, — сказал один из защитников. Те немногие, которых Тоно смог собрать в этом безумии...
Хозяева просто оставили гомункулов в этом замке как приманку, чтобы отвлечь от истинной цели. Но живые создания Горда Музика не держали зла, они даже не находили это неправильным. Лишь исполняли свой долг, без сомнений проливая свою кровь и отдавая свои жизни. Шики остался с ними, он и сам не мог объяснить своего поступка, но не мог просто бросить их всех только потому, что они не настоящие люди. Дарник был недоволен, но кивнул, принимая это решение. Оставаться в замке Милления без поддержки Слуги было рискованно... и, пожалуй, даже глупо. Японец хмыкнул, поправляя очки. Так или иначе, он не собирался умирать сегодня...
* * *
Широ недовольно выдохнул. Ну он и не ожидал, что все будет просто.
— Последний раз прошу: бросьте оружие, и никому не будет причинен вред, — крикнул Эмия из-за угла.
Около полутора десятка гомункулов и несколько магов обороняли один из последних рубежей. Парень видел, как за баррикады уносили раненых. Сейбер бы предложила уничтожить весь замок, Арчер был бы не очень доволен, но поддержал бы ее. Широ же запретил своему Слуге использовать фантазм для уничтожения всех внутри. Они могут думать о его мечте и идеалах все, что угодно — он не отступит.
Выждав десять секунд, чтобы дать возможность врагу сдаться, Широ выпрыгнув из поворота, понесся на противника. Магия укрепления, наполнившая все тело, позволила ему сравниться в скорости с низкоранговым Слугой. Создав проекцию Риоссы, парень с легкостью принял на себя боевые заклинания без какого-либо вреда для тела. Сблизившись достаточно быстро, Широ создал над потолком мощный магнит, все холодное оружие и несколько металлических жезлов с прочим железным хламом тут же воспарили вверх из рук удивленных защитников. Переместив магнит за спину, Широ дематериализовал его, создав за спиной кучу из громыхающего оружия. Это определенно было впечатляюще.
— Сдавайтесь, — твердо повторил Эмия, в его руке возник небольшой шест. Даже сейчас парень собирался просто обездвижить всех приемлемым разрядом электричества.
Мощная волна чистой силы ощутимо прошлась через всех присутствующих. Часть группы гомункулов просто упала от перенасыщения воздуха сырой праной. И в этот момент в помещение вбежал вражеский мастер. Не нужно было быть детективом, чтобы понять, кто этот человек. Итак заметно сильное напряжение в помещении готово было взорваться кровопролитием.
— Тоно Шики, — холодно произнес молодой мужчина азиатской внешности, он явно не походил на мага. — Хотелось бы сказать, что мне приятно увидеть тут лицо земляка, — рука Тоно сделала короткое движение, и в ней появился небольшой перочинный нож, — но это не так.
— Брось оружие, и я оставлю тебе жизнь, — Эмия напрягся, все его естество кричало об опасности, но структурный анализ не показывал у противника какого-либо мощного скрытого оружия или Магических Цепей. — Ты ведь даже не маг, отступи сейчас, пока...
— Нет, — ответ был незамедлителен и тверд. Тоно вышел вперед, пока несколько вооруженных гомункулов, прибывших с ним, распределились по периметру. Широ обдумывал повторение трюка с магнитом, но в конце просто опустил оружие...
— Тогда уходите отсюда, быстро, — сказал парень. — Мой Слуга скоро разнесет это здание.
— И ты вот так отпускаешь нас? — недоверчиво протянул Шики, не ослабляя бдительности.
— Ты можешь не верить, но я пришел сюда, чтобы спасти вас, — Эмия медленно попятился назад, ему с самого начала не понравилась резня, устроенная Рамзесом. — У меня нет желания к Граалю, я всего лишь хочу спасти как можно больше жизней в этой проклятой войне, раз уж не могу остановить ее.
— Жаль, но у меня есть желание, и ради его исполнения я должен убить тебя, — печально ответил Нанайя, его твердый взгляд встретился с карими глазами Широ, — но не сейчас.
Увидев, как мастер Игдимилления опускает оружие, Эмия кивнул.
— Гомункулы и маги, не являющиеся мастерами, если вам понадобится помощь, обратитесь в церковь Наблюдателя или к Сейбер Красных, — сказал Широ и побежал искать еще выживших. Хотя бы так он мог оттянуть атаку Арчера...
* * *
К удивлению лучника, летающая крепость Семирамиды, направилась на запад вместо того, чтобы атаковать вражеских Слуг или помочь Кастер на юге. ЭМИЯ сделал несколько выстрелов в Черного Арчера, но тот лишь продолжал отступать к Висячим Садам, постоянно увеличивая дистанцию. Даже постоянно используя структурный анализ, Страж Противодействия не мог бездумного гнаться за противником, умеющим создавать ловушки. Слуга уже задумался над ситуацией, однако через секунду огромная песчаная буря появилась на горизонте, и она стремительно приближалась к летающему Фантазму Игдимилления...
* * *
Ассасин Черных недовольно сморщила свой аккуратный носик, смотря на один из магических экранов, отображающий... что-то большое и мощное. Взмахнув рукой, она дополнительно к полной боевой готовности приготовилась использовать наступательный Фантазм, являющийся одним из одиннадцати демонов, созданных Тиамат, божеством шумерской мифологии...
Буря наконец стихла, и взору предстал Солнечный Корабль Темной Ночи, летающий флагман Рамзеса.
Более ста сорока метров высоту и двухсот пятидесяти в ширину. Это огромная конструкция, напоминающая парящую в воздухе пирамиду, уступала Висячим Садам в ширине, но явно превосходила в громоздкости и высоте. Имя этому Фантазму было МЕСЕКТЕТ.
Изящной готической стали и сочной зелени Небесный Фантазм Кастера противопоставил симметричные прямые грани, грубые обводы и твердый суровый камень с песком.
Словно два корабля из старых времен, они медленно шли друг к другу, готовясь открыть огонь всеми пушками из бортов. Но это были не корабли, не просто летающие судна, а настоящие крепости с целыми армиями внутри.
Стены Висячих Садов открыли сотни окон, из которых вылетело несчетное количество костяных горгулий. Их острые когти были созданы, чтобы разрывать своих противников. Несмотря на хрупкий вид, тела их были прочны, словно металл. Тысяча цветков, размером от человеческого роста до высоты столба электропередач, распустились вдоль всей стены, являя собой боевые башни, способные выпускать отравленные шипы со скоростью современных пулеметов. Ассасин пробудила силу в недрах Висячих Садов, Сикера Ушум была готова вырваться и убивать.
Огромные блоки пирамиды раздвинулись, выпуская желтую орду голодной саранчи. Другие блоки выдвинулись, и из каждого показалось гладкое дуло. Легкое гудение и яркое свечение из их недр не предвещало ничего хорошего...
Наконец, два "корабля" поравнялись, и начался ад.
Сначала схлестнулись летающие фамильяры, когти и клыки разрезали и давили насекомых тысячами, но на их место прибывали миллионы новых. Саранча живьем сгрызала горгулий, словно голодные пираньи они стаей набрасывались на жертву, за несколько секунд сжирая врагов.
Отравленные шипы пробивали сотни насекомых насквозь, вонзаясь в прочную броню Месектета, разъедая поверхность силой разложения и тления. Огромные цветки-башни выстреливали ядовитыми бомбами и кислотой, расплавляя сверхпрочный корпус Фантазма Кастера Красных.
— Ах ты зараженная пиписька носорога! — недовольно выкрикнул Рамзес, поднимая правую руку, — моя полировка!
— У тебя нет полировки! — недовольно заметила Эльтнем.
— Просто мне нравится эта фраза, и я хотел ее сказать, — начал оправдываться Кастер.
Сотни широких лазерных лучей прошили Барьеры и защитную стену Висячих Садов, оставляя многометровые сквозные борозды. Как только правая рука фараона опустилась, вершина пирамиды налилась желтым светом и выстрелила широким лучом, пробившим летающую крепость Семирамиды насквозь.
В центральной башне начались многочисленные пожары, несколько взрывов раскурочили много внутренних помещений. Фронтовая часть обороны разваливалась под непрекращающимся обстрелом крупных лазеров. Ассасин Черных, подложив сжатый кулак под чуть наклоненную голову, вздохнула.
— Неплохо, Оззимандия, — глаза отравительницы зло посмотрели на экраны, — но этого не достаточно.
Пушки Кастера были гораздо мощнее и превосходили вооружение Царицы Ассирии, но она подавляла его количеством. Пока Рамзес сосредоточил огонь на передней части стены и центральной башне, Семирамида уничтожала орудия Месектета и угловые части, играющие роль двигателей. В то же время оба Слуги отдали приказ на абордаж и выдвинули трапы.
Сады Вавилона выстрелили паутиной из тысяч лоз. Едва вцепившись в корпус Фантазма Оззимандии, растения, похожие на плющ, активно разрастались и толстели, образуя подобие сети живых мостов. Фараон пошел менее элегантным, но не менее действенным способом. Пять высоких прямоугольных колонн вертикально поднялись из пирамиды и просто упали вперед, раздавив все под собой. Обрушившись прямо на треснувшие, продырявленные стены летающей крепости Ассасин, они стали широкими прочными дорогами во вражескую территорию.
Серое войско скелетов из драконьих зубов, подобных фамильярам Медеи Колхидской, бесконечной массой молчаливо хлынула на штурм вражеских укреплений. Очередные блоки открылись, и из пирамиды стройным шагом выдвинулась высушенная армия мумий. Золотые серпообразные мечи египетской элиты сносили черепа безымянных скелетов, пока те насаживали их на свои уродливые костяные мечи. Две армии стройных рядов нежити схлестнулись в жаркой битве, резали, рубили и сталкивали друг друга с мостов. Тела солдат падали вниз сотнями, усеивая землю целыми горами мертвецов, во всех смыслах этого слова.
Фараон нетерпеливо вскочил со своего трона и широко развел руки. На его смуглом лице играла веселая улыбка, а глаза блестели безудержным азартом.
— Давай, Царица Ассирии! — выкрикнул Кастер, снова взмахнув рукой и активировав главное орудие. — Сейчас Рамзи покажет свой фирменный удар — "Хорошо прожаренная курица"...
Ассасин это очень не понравилось. Тонкие пальчики с острыми черными коготками сжались на подлокотниках, оставляя неглубокие борозды. Когда родная мать бросила умирать Семирамиду — птицы вырастили и воспитали девочку. Именно поэтому людей она презирала даже более грязных свиней.
— СИКЕРА УШУМ, — зло прошипела Царица, так же поднимаясь со своего места в зале управления. Ее длинные прямые волосы, опускавшиеся почти до колен черным шелковым водопадом, внезапно взметнулись от порывов исходящей силы.
Центральное орудие пирамиды сделало очередной выстрел, ярко желтый луч лазера выполнил разрез ниже защитной стены летающей крепости Игдимилления. С диким лязгом расплавленный металл и стекло, не выдержав, обрушились под собственной массой. Тонны нижней части башни Висячих Садов обрушились вниз, породив мощное землетрясение и огромное облако пыли и грязи.
Ответ не заставил себя ждать, десятки растений-башен сплелись вместе, образуя единое существо. Прочные стебли переплелись в мощные жгуты мышц и покрылись непробиваемой шкурой-корой. Зеленые бритвенно острые листья покрыли чудовище, словно дополнительная чешуя. Гибкое тело толщиной с фургон одним молниеносным броском перепрыгнуло на корпус Фантазма Кастера Красных. Обвившись вокруг верхушки пирамиды, гигантская змея раздавила своим телом головное орудие Месектета и начала уничтожать врагов ядом.
Ряды мумий распались от сокрушительной атаки с тыла, и костяные воины начали прорываться внутрь. Тучи саранчи тщетно пытались пожрать огромное чудовище, копья и мечи бесполезно отскакивали и застревали, не причиняя и малейшего вреда, а разрушительные лучи защитных орудий оставляли лишь тонкие царапины. Чудовище, сломив оборону, плюнуло сгустком кислоты, а затем проскользнуло в образовавшуюся брешь внутрь...
Сикера Ушум, возвышалась над Рамзесом подобно небоскребу, с длинных клыков капал смертоносный даже для Слуг яд.
— Знаешь, ты не обижайся, но выглядишь не очень внушительно... и несколько уродливо, — чуть склонив задумчивое лицо, сказал фараон, ничуть не смущаясь ситуации, пока его мастер начинала паниковать.
Кобра, шипя, раскрыла капюшон, готовясь к своему смертоносному броску. Узоры на нем угрожающе вспыхнули, исторгнув ядовитые пары.
— Уже лучше, — кивнул египтянин, словно не замечая кислоту, что разъедала все вокруг. — Слушай, передашь кое-что своей хозяйке... — Кастер поднял указательный палец.
