Ее дроид ЛЕ-манифест прочистила горло достаточно громко, чтобы все замолчали: "Насколько мне известно, Q9 не занимается никакими махинациями. На самом деле, в данный момент его, похоже, нет среди нас; и я не могу определить причину, объясняющую это явление. Мои сенсоры сообщают мне, что мы покинули Корускант и направляемся в неизвестные внешние сферы".
Тионн и несколько других дроидов, находившихся в комнате, озвучили аналогичные выводы.
"Я не могу логически объяснить, как такое возможно, — продолжил дроид. — Мой бывший хозяин сказал бы, что мы все страдаем от массовой галлюцинации, хотя это было бы абсурдным предположением".
После слов ЛЕ раздались громкие возгласы, которые переросли в крики, когда к ним устремилась светящаяся антипараллельная спираль. Спираль извивалась, как два Баунсера в сплетении пульсирующей небесной тверди, но это не имело значения для тел, охваченных ужасом от осознания того, с какой скоростью они несутся. Наконец их движение замедлилось, и, когда они поравнялись со спиралью, одна из её голов заговорила.
"Приношу свои извинения за то, что пришлось прибегнуть к столь радикальным мерам, чтобы убедить вас, — сказала вращающаяся спираль голосом Гекстрофона, — но это было довольно увлекательное приключение, хотя некоторые из вас, несомненно, убедят себя, что всё это было дурным сном". — Совет и его гости в основном молчали, охваченные ужасом и убеждённые, что они действительно попали в какой-то призрачный мир ночных кошмаров. На"ал и Хул были единственными, кто пытался поддерживать разговор с гигантской агатовой головой. — "Как вы знаете, в тот день, когда я умер, я вернулся к жизни. Подумайте о Третьих Вратах, о которых упоминал Наблюдатель — Вратах Стюарда. Вы уже догадались, что это такое? В любом случае рукопись должна быть опубликована с одобрения Совета. Не ради меня, заметьте — меня это уже не волнует — а ради блага всей галактики. Если вы думаете, что сейчас непростые времена, то впереди нас ждут еще более мрачные дни. Людям нужна ясность и надежда. Я понимаю, что в то, о чем я писал, трудно поверить. Но правда в том, что вам не нужно отправляться в Иное Пространство, чтобы столкнуться со сверхъестественным. Оно повсюду вокруг нас, стоит только присмотреться и увидеть. Оно в тех, казалось бы, обыденных вещах, которые мы отвергаем или уничтожаем. Оно в лесах и холмах, в реках и озерах, в горах и морях. Оно в птицах и зверях, в знакомых нам полях... Его можно найти в музыке, рассказах и искусстве, в рождении ваших детей и в любви, которую вы дарите друг другу.
Вот и все. Я никогда не был силен в речах... О, и Граф-Уэлл, я действительно написал весь этот документ... но вы не так уж и неправы: мне помогали!"
В зал проникла калейдоскопическая череда полупрозрачных огоньков, исходивших из раскрытых ртов Баунсеров, которые приближались к зрителям. Затем они их поглотили.
Эпилог
Преобразование
ОТ АРХУЛА ХЕКСТРОФОНА
Когда я, наконец, очнулся в бессолнечных сферах забвения, передо мной по-прежнему стоял странный высокий мужчина. Он был облачен в архаичные одежды Центральных миров, что придавало ему царственный вид, но его глаза пугали меня: они были переливчатыми и глубокими, как бездонные пропасти, и я не мог долго смотреть в них, боясь потерять остатки рассудка. Громким голосом он обратился ко мне со словами: "Я — Вуцек, Полновластный Слуга Вечного и Прародитель Галактического Хаоса. Радуйся, Кез-Ибан, ибо из всех зверей бескрайних провинций был избран именно ты".
Нервное напряжение последних нескольких дней и ужас последних мгновений моей жизни смешались, породив неловкий ответ, который ясно указывал на то, что я утратил связь между своим отказывающим мозгом и языком, и я бессвязно пробормотал: "Я не понимаю". Я думал... Я думал, они меня убили. Кто ты? Как ты меня назвал?"
"Тот, кто вернулся с того света", — ответил он, не обращая внимания на мои сбивчивые вопросы. Он снова протянул ко мне руку, как тогда, когда меня поглотили теневые существа, и в его руке появилось нечто похожее на сегментированный голокрон.
Я занервничал, потому что это был конический зиккурат рубинового цвета.
Затем голокрон заговорил на странном языке, которого я никогда раньше не слышал, но понял его. Он велел мне не бояться. После этого он увеличился в размерах, а может, это я уменьшился, и превратился в трапециевидный портал, в который шагнул мой проводник, а я последовал за ним.
По ту сторону был бескрайний небосвод, который я знал всю свою долгую жизнь. Зиккурат, превратившийся в дверь, призвал серебряный поток и на своем странном языке сообщил, что он станет кораблем, на котором мы отправимся в плавание. Он назвал нам свое древнее имя — Великолепный Ап, и я, наконец, понял, что он — Аватар Времени, но уже не в первый раз задался вопросом, почему именно мне выпало отправиться в это фантастическое путешествие. Вуцек лишь сказал, что такова Воля Силы.
Думая, что все это мне снится, ведь в юности мне снилось много странных снов, я ступил на борт корабля "Великолепный Ап", и галактика предстала перед моими глазами во всем своем великолепии. Мы пролетели от Ядра до Колоний и Внутреннего Кольца, затем направились к Региону Экспансии и Среднему Кольцу, сканируя все чудесные миры, украшенные драгоценными камнями, что лежали на нашем пути. Я миновал Корпоративный сектор и устремился к Рукаву Тингел и Внешнему Кольцу, а затем пролетел сквозь все яркие краски Огненного ветра, после чего мы обогнули дикие просторы Дикого Космоса и направились в тревожные и бескрайние Неизведанные Регионы, где я восхитился Лабиринтом Риши и всеми легендарными Спутниками. Оттуда мы устремились в пустоту, к далеким звездам соседних Карликов, которые, как и Небесная река, были безвозвратно изуродованы войной.
Итак, мы поплыли по течению, миновав развилку, ведущую к Вратам Измерений и Глубинной Пустоты, безмолвному, бесконечно тёмному и величественному месту, где никогда не появлялось ничего живого или мёртвого. Там я увидел истинный облик Вуцека в том виде, в каком он был создан — скопление взаимосвязанных светящихся сфер, которые двигались и раскачивались, словно рой блуждающих огоньков.
"Это неизведанный путь к Полям Будущего, — нараспев произнесли кобальтовые сферы, из которых состоял Вуцек, — к Невидимому Миру, который мало кто нашёл, к востоку от солнц, к западу от лун. Но сначала ты должен пройти через Третьи Врата, которые ведут в одно из трёх царств, где ты увидишь всё".
К моему ужасу, я оказался в том мрачном, осквернённом измерении, где холодные, безжизненные оболочки давно умерших миров плавали, словно надгробия на межпланетном кладбище, где угасшие светила превратились в безмолвные печальные факелы. Под этим угольно-багровым небом плыл поток времени, который был Великолепным Апом. Он поведал великую и ужасную тайну, которой я пока не могу с вами поделиться, кроме того, что это было слово обновления, напоминавшее о благоухании озера Сах"от в весеннее время года и произносившееся только в мёртвых землях, которые когда-то были полны жизни. Я вытаращил глаза, когда мне показалось, что я увидел зелёную травинку, пробившуюся сквозь твёрдую, холодную каменистую породу, но эйдолон по имени Вуцек лишь рассмеялся своим раскатистым смехом, от которого засветились его постоянно меняющиеся сферы, и сказал, что это всего лишь видение Реконструкции, которая произойдёт во время Восстановления, в далёком будущем. Но я подумал, не означает ли это, что она произойдёт сейчас...
Мы добрались до огромной спиралевидной дамбы и поплыли вниз, в длинную безлунную впадину, напоминавшую древнюю нору, по которой я ползал, когда был ещё совсем мальчишкой, только гораздо более глубокую и мрачную. Это была шахта той огромной чёрной дыры, которая зовется Старым Данда Сином, но теперь её так называют в честь того, кто больше не холоден. Поток влился в её седое жерло, где древний Вуцек хранил молчание, пока не сказал: "Это называется Бездна Вечности, и именно в неё превратился Холодный Данда Син после своей смерти. Попасть туда можно через Врата Стюарда, но лишь немногие могут вернуться оттуда, как и те, кто достиг дна Озера Ушедших Навсегда или Царства За Пределами Теней под Озером Призраков".
Туннель спускался по извилистому склону, и в залитых солнечным светом мирах это заняло бы целую вечность. Здесь никогда не было солнца, и только сияние неземных, холодно-белых сфер Вуцека, неумолимо плывущих в мрачном сумраке, давало мне надежду на то, что когда-нибудь я выберусь из этого извилистого беззвёздного прохода, уходящего всё дальше в Царство За Пределами Теней.
Наконец мы добрались до величественного каньона, такого огромного, что глаз не мог охватить ни дальнюю стену, ни потолок над головой. Мне сказали, что он предназначен для тех, для кого время остановилось. Тусклое голубовато-серое сияние едва освещало внутреннюю часть колоссальной Бездны Вечности. На расстоянии в миллион километров над и под нами, на миллион километров к северу и на миллион километров к югу, а также на восток и на запад лежали ничком бесчисленные фигуры. Так они были сложены и расставлены, и только поток воды протекал сквозь них, не касаясь ни одной из фигур.
Это напомнило мне священный Зал Сатабов на Вентуине, с той лишь разницей, что здесь была представлена вся разумная и чувствующая жизнь, большая и малая, не только птицы, звери и пресмыкающиеся, но и механические существа. Я открыл было рот, чтобы шепотом задать вопрос, но остановился, потому что мне показалось, что даже самый тихий звук прогремел бы, как гром, в долине, которая никогда не знала дождя.
В Глубинах Вечности не было слышно голосов, кроме журчания ручья, которое эхом разносилось по округе, словно тихая мелодичная песнь далеких колоколов.
Людей здесь было немало. Меня потянуло к одному из них, я хотел коснуться его тела, но моя рука прошла насквозь, и в этот момент я увидел перед собой всю жизнь этого существа от колыбели до могилы. Я с ужасом узнал в нем того, кого когда-то давно любил. Меня охватила глубокая печаль — и по тому, кто умер, и по той жизни, которая могла бы быть, и по бесчисленному центиллиону бесчисленных эпох, в течение которых они пребывали в этой мрачной серо-зеленой бездне. Я гадал, сколько их прибыло за это время и действительно ли их души находятся здесь, на вершине огромной черной дыры, или это всего лишь Зал Памяти и Скорби. И по-прежнему не было слышно ни звука, кроме журчания потока, увлекавшего нас за собой.
"Это не наше место", — прозвучал в моей голове голос Великолепного Апа, и это меня тоже удивило.
После того как мы миновали священные Глубины, Вуцек сказал, что мне лучше скорбеть о тех, кто еще не пришел. Тогда я спросил: "Если это место для тех, для кого время остановилось, то как может существовать поток времени?"
И хранитель, который был моим проводником, ответил: "Потому что время бесконечно движется вперед, и они навеки в безопасности, ибо порча не может проникнуть за эти границы, и сумеречная тень здесь не властна".
"Я попытался дотронуться до одного из них, но моя рука прошла насквозь, и я увидел перед собой всю его жизнь от начала до конца. Я знал его, но не знал, что он умер".
"То, что живет в памяти, уже не потрогать, но ни одна деталь жизни не теряется и не ускользает. Ни одна любовь не умирает незамеченной..."
"А как же звери? А дроиды? — озадаченно спросил я вслух.
Вуцек улыбнулся, но в его словах сквозило неприкрытое презрение: "В своем тщеславии человек мнит себя выше всех остальных, но это Великая Ложь. Он не превосходит никого, ни дроидов, ни зверей, потому что все вы — звери. Все вы вышли из одного источника и вернетесь в один источник, все, кроме мерзких тварей, потому что они не приходят сюда и не уходят на другие берега..."
Затем мы приблизились к искаженной прорехе в пространстве, похожей на рваный шрам, к которой поток не приближался, и Вуцек тоже не решался к ней подлететь. Мне пришло в голову, что эта мрачная червоточина когда-то была чем-то другим. До того как ее переместили и изменили, она называлась Азнак. Теперь мне было велено заглянуть в окно эфирного горизонта, но лишь на мгновение, чтобы увидеть эту жуткую империю Хаоса, место, где заканчивается все мерзкое и неисправимое.
И тогда душа моя покинула меня, ибо я был в великом смятении при виде столь ужасного царства, безмерно огромного, и прошло некоторое время, прежде чем я перестал содрогаться, но Вуцек терпеливо стоял на месте, и корабль, который был "Великолепным Апом", молчал, и даже поток перестал шуметь. Наконец я заглянул в сумрачное окно горизонта событий, страшась даже мельком увидеть шесть непроницаемых врат и шесть змееподобных стражей, падших богов Бездны, но ничего не увидел. Вуцек понимающе кивнул, и корабль вместе с потоком времени понёс нас дальше.
Ап вошел в игривое настроение и сказал, что отвезет нас вниз по течению к великому Озеру Живой Мечты, мимо двери с односторонним движением, через которую возвращались только те, у кого был ключ — духи тех, кто выполнял поручения умирающей старой вселенной и зарождающейся вселенной новой. Мы поплыли в Нижний мир Силы, пронеслись сквозь вихрь тумана, который служил вратами в гавань прохладных, мягких лучей, отражавшихся в разных оттенках и туманных всполохах, и ощутили привкус печали, окрасивший их края. Это был мир глубокого покоя, открытый для царств Сна и Невидимого.
Вуцек сказал, что это место создано извитками Эль"Шуддема и что мы можем пробыть здесь совсем недолго. За пространственным барьером, в укромной долине, залитой желтым и зеленовато-желтым светом, можно было увидеть седовласых пользователей Силы из давно минувших дней, джедаев и представителей многих других традиций, которые использовали Дыхание для поддержания жизни. Они работали бок о бок с М"устами и другими верными Первыми, к которым вернулась неизмеримая радость. В фантазиях моего заблуждения, которое, как я все еще полагал, было реальным, за мерцающими шпалерами мне померещился высохший гном с оливковой кожей, которого я когда-то встретил в болотистой местности, целую вечность назад. Должно быть, мои глаза расширились от удивления, потому что гном весело подмигнул мне, но тут заговорил Вуцек, и старый мастер-джедай растворился в торжественной толпе учеников и коллег: "Это Владыки-Служители, восседающие на рассвете на Полях Будущего, где Небесные силуэты сейчас танцуют в эйфории, готовясь к приходу новых звезд".
Мы двинулись дальше и вышли к гигантской расщелине, за которой возвышалась стена из заряженных частиц, простиравшаяся в ширину, глубину и высоту до самого горизонта и постепенно опускавшаяся под действием собственных часов, ход которых не под силу сосчитать ни одному смертному.
Мы пересекли пропасть, усеянную бесчисленными осколками, похожими на стеклянные, и там существо, излучающее гелиотропное биолюминесцентное свечение в абстрактной и постоянно меняющейся форме, представилось нам как Аватар Безвременья. Он должен был провести нас через портал в то внезвездное Невидимое Царство, ибо время еще не могло забрать нас, хотя я видел, что притоки этого потока все еще многочисленны. Гелиотропная туманность сообщила, что раньше ее называли Хорлисс-Хорлисс.
