— Да мы красили! — Леша замахал руками. — А что толку? Все равно облезла. Ремонт ведь был зимой, к приезду командующего округом, вот и лопухнулись — летом все потрескалось... Ты надолго? Зайдешь ко мне?

— Пошли, — Голубкин опасливо потер плечо. — Сильный ты, зараза. Чуть кости мне не поломал. А вообще — бардак тут у вас. Ремонт зимой! В этом вся наша армия!.. Я не о тебе говорю, ты у нас орел, но в целом... Я не жалею, что ушел. Загнали бы вы меня в гроб.

Леша суетился. Ему хотелось показать и себя, и все остальное в лучшем виде, но он не знал, как это сделать и где самый лучший вид у лохматого от облезающей краски здания казармы первого узла связи. "Внутри!" — справедливо рассудил он и повел бывшего шефа в свою канцелярию, завешанную вопреки уставу плакатами с Миком Джаггером и группой "Роксетт". Суетился несчастный прапорщик и там, не зная, куда усадить дорогого гостя и чем его угостить, кроме сушек, месяц провалявшихся в столе.

— Уймись, — наконец, попросил Юрий Евгеньевич. — Хватит мелькать, сядь ты спокойно. Что случилось? Что ты маешься? Подумаешь, майор запаса в родной полк приехал. Я, между прочим, в гробу этот полк видел. Меня здесь только один человек интересует. Ну, если с тобой, то — два.

Леша, который уже приготовился вывалить разом все новости, скопившиеся в части за семь лет, застыл с открытым ртом:

— А... а кто второй?

— Угадай с трех раз, — бывший начальник как-то мечтательно вздохнул и взъерошил свои здорово поседевшие волосы. — Угадаешь — ничего тебе не будет.

— Крюгер? — неуверенно пробормотал Алексей.

— Тьфу, не к ночи будь помянуто! Знаю я про Крюгера, все знаю. И ничего ты мне не рассказывай, неинтересно мне это.

— Господи, неужели — Голубка?.. То есть, Сашка?

— Надо же, угадал со второго раза.

— Но, Юра... товарищ майор... ведь семь лет... — Леша захлопал глазами. — Я думал, уже все... — он вдруг обрадовался и заулыбался, как ребенок. — А не все, да? Не зря она ждала, выходит!

— Что, все семь лет? — Голубкин покачал головой. — Вот оно как бывает, видишь...

— Она уволилась от нас, сейчас вроде служит в Академии Жуковского. Я могу домашний телефон дать, а рабочего у меня нет, ее там все равно не поймаешь...

— Давай, — Юрий Евгеньевич достал из барсетки маленький блокнот и ручку. — Я весь внимание.... Представляешь, смылась из больницы по-тихому, слова не сказала! Просыпаюсь, на тумбочке письмо, а ее нет — выписалась и уехала. Причем письмо такое, что аж слезу вышибает. Мол, умереть с тобой хочу в один день и тому подобное.... Ну, думаю, опять чудит мое чудо, надо меры принимать...

— И что ты сделал? — тихо спросил Леша.

— Да, наверное, то, что давно надо было сделать.... Дай, думаю, подарю человеку сказку, она же до сих пор в них верит. Решил все свои проблемы и вот, приехал.

— А она тебя искала. Спрашивала у меня, когда и где ты родился — для справочной. Да я не сказал. Думал, лишнее это...

— Думал он. Мыслитель, понимаешь... Ладно, давай телефон. Позвонить от тебя можно? — Голубкин записал номер и придвинул к себе аппарат. — Вдруг она дома, попробую...

— А что она в больнице-то делала? — Леша задумчиво наблюдал, как он вертит диск, и недоверчиво качал головой.

— Меня спасала, — Юрий Евгеньевич чуть заметно улыбнулся. — Знаешь, взяла и приехала. Просто, чтобы я не умер. Хочется ей, глупой, знать, что я где-то жив.... Алло! Добрый день. Я могу Александру услышать?.. Сашка! Господи, у тебя голос какой-то не такой... Привет. Кто, кто... можно подумать, не узнала, — он засмеялся. — Да, это товарищ майор. Да, ты правильно поняла.... Нет, я тебе не снюсь. Ты почему не на службе?... Что-что? А чего так, надоело?.. Саш, ты там опять ревешь?.. Нет, я не из Германии звоню, не поехал я ни в какую Германию. Сижу с Лешей в канцелярии узла, он мне чай обещал, только, кажется, забыл. Что?.. Милая, да я к тебе приехал, я ж не знал, что ты из полка уволилась!.. Конечно, встретимся. А зачем я, по-твоему, приперся?.. Говорю же русским языком: к тебе приехал, чучело, прощайся со своим Женей, собирай ребенка и жди меня! Так — доходит?.. Ну-ну, Сашкин, не плачь...

Леша сидел, подперев кулаком щеку, смотрел на бывшего начальника и чувствовал себя совершенно счастливым, таким счастливым, каким не был уже несколько лет. Надо же, как все бывает в жизни.... Вот и Сашке, наконец, повезло. И Голубь, хоть и постарел, все равно держится на лету, никакая зараза его не берет. Татьяна тоже, тьфу-тьфу, вроде ожила, лет пять сбросила и разговаривает совсем как раньше — словно щебечет. Все хорошо.

Лишь один вопрос мучил его и не давал полностью расслабиться и наслаждаться летним днем. Начальнику штаба, подполковнику Морозову, так до сих пор и не придумали кличку, и вот тут без помощи товарища Голубкина было ну никак не обойтись. Человеку гражданскому подобные проблемы могут показаться чушью, но для прапорщика Устинова (а равно и для остального личного состава) окрестить, наконец, мерзкого маленького подполковника было делом чести и принципа.

Бывший шеф закончил разговор, добавил с улыбкой: "Я тебя тоже" и положил трубку.

— Уволилась из Академии, — с деланным равнодушием буркнул он. — Вот чудо. Работает в каком-то магазине два дня через два, нашла себе, понимаешь, призвание.... Вот сделаю ей сейчас козью морду, сразу мозги на место встанут.

— Юр, — смущенно поморгал Леша, — а ты видел нашего нового начальника штаба? Он вообще-то не новый, но мы его по привычке так зовем. Он у столовки стоял, когда я на тебя набросился...

— А, этот-то сувенирный вариант подполковника? — Голубкин махнул рукой. — Видел. А что?

Леша моментально расцвел:

— Нет! Ничего! Ты уже все сказал!..

— Слушай, я побегу, ладно? Чай — в другой раз, все равно у тебя его пить не с чем.

— Да! Как хочешь! Как скажешь! — прапорщика разбирало, и он уже не мог сидеть на месте. — Юрка, ты только приходи еще! Ладно? Придешь?..

— Придем как-нибудь, — пообещал Голубкин и неуверенно похлопал его по плечу. — Обниматься не будем, а то ты меня раздавишь. И не провожай, сам дойду. Я на чужой машине, друг привез — я у него временно поселился.... Пока, Алексей. Беги, делись, я же вижу, что тебе не терпится...

И Леша побежал. Несясь в столовую сообщать офицерам радостную новость, он увидел краем глаза, как бывший начальник шагает к КПП, не оглядываясь и весело крутя на ремешке свою барсетку. Потом открылась и закрылась тяжелая деревянная дверь, мелькнул за стеклом темный силуэт, и все исчезло, будто приснилось. Остался только жаркий день, пестрая зелень, знакомые до боли здания и чувство, что иногда история все-таки поворачивается так, как мы того хотим.

Конечно, если мы хотим достаточно сильно.

к о н е ц

* Текст песни "Городок под луной" принадлежит Андрею Грибанову, написан в 1993 году, приводится с разрешения автора.

219

123 ... 646566

Предыдущая глава

↓ Содержание ↓