Итак, сожжение долговых обязательств, изъятие имущества у богатых и физическое их преследование, освобождение рабов на волю, призывы к отказу от уплаты податей Риму, непримиримая борьба с римским владычеством и проримски настроенными гражданами — вот характерные черты социально-политической программы сикариев и зелотов.
Кумранская община.
В 1947 г. стало известно о случайной находке юношей-бедуином в одной из пещер района Кумрана на северо-западном побережье Мертвого моря рукописей на коже на еврейском и арамейском языках. По месту нахождения этих рукописей они получили название «кумранских». В последовавшей за этим «цепной реакции» новых открытий, продолжающихся по сию пору, только в районе Кумрана были обнаружены около 40 тыс. фрагментов различной величины (до мелких и мельчайших клочков) — остатки примерно 600 книг — и памятники материальной культуры владельцев этих рукописей.
Большая часть найденных рукописных фрагментов еще не издана, поэтому время для окончательных выводов не наступило.
По палеографическим данным, большая часть кумранских рукописей датируется периодом между второй половиной II в. до н.э. и Иудейской войной с Римом 66—73 гг. н.э. По своему содержанию кумранские рукописи делятся на три основные группы: библейские рукописи, апокрифические произведения и, наконец, собственные произведения общины, условно называемой кумранской(Кумран — не единственный район подобных находок. В 1963— 1965 гг. при раскопках крепости Масады в юго-западной части побережья Мертвого моря помимо огромного множества памятников материальной культуры было найдено несколько фрагментов библейских рукописей и апокрифических произведений, в том числе значительные по своему объему и научной ценности отрывки «Книги Премудростей» Бен-Сиры, рукописи кумранского происхождения и 759 хозяйственных документов, написанных на черепках (остраках). Кроме того, были найдены фрагменты документов на греческом и латинском языках. Раскопки подтвердили известие Флавия о том, что весной 73 г. н.э., после длительной римской осады, повстанцы-сикарии подожгли крепость, а сами покончили с собой; окончательно она была разрушена римлянами. Таким образом, документы из Масады освещают эпилог Иудейского восстания 66—73 гг. н.э. Находка в Масаде фрагментов рукописей кумранского происхождения и точно известная дата разрушения и гибели крепости придают документам из Масады важное датирующее значение для кумранских рукописей. Эти находки ставят также сложный вопрос об отношениях между кумранитами и сикариялш. В пещерах Вади-Мурабба'ат и других районов пустынного западного побережья Мертвого моря на протяжении 1951—1961 гг. обнаружены следы скрывавшихся там во II в. н.э. последних участников Второй Иудейской войны — повстанцев Вар-Кохбы. Здесь помимо скелетов и памятников материальной культуры обнаружены письменные памятники на шести языках: еврейском, арамейском, греческом, латинском, иабатейском и арабском. В Вади-Мурабба'ат, Нахал-Хэвер и др. помимо библейских и прочих литературных текстов оказались также датированные хозяйственные, юридические, административные документы, и среди них несколько подлинных писем самого Бар-Кохбы.).
Сейчас уже раскопан центральный кумранский комплекс сооружений — Хярбет-Кумран; другой, находившийся неподалеку от него комплекс строений, где, по-видимому, было сосредоточено сельскохозяйственное производство; а в 15 км оттуда — ещё одно поселение кумранского типа. Комплексы построек были разделены дворами. В Хирбет-Кумране внутри дворов находились семь больших каменных водоомов-цистерп, сообщавшихся с разветвленной системой акведука, а также гончарные мастерские, прачечная, красильня и др.
Основное строение состояло из ряда помещений, самое большое из которых (22 X 4,5 м) было, вероятнее всего, местом собраний общины и в то же время трапезной. К этому помещению примыкала небольшая посудная. Другие помещения служили, по-видимому, писцовой и комнатой для совещаний Совета общины. Имелись кладовые, ямы-зернохранилища, мельницы, хлебопекарня, обширная кухня. Анализ всей структуры археологического комплекса приводит к выводу, что это был центр совместного труда и потребления при общей кассе (все монетные клады обнаружены в центральном строении, и ни одна монета не была найдена в мостах обитания членов общины). Члены общины проживали в окрестных пещерах, под тентами у входов в пещеры и, по-видимому, также в шатрах.
Поселение просуществовало с 40-х годов II в. до н.э. до 68 г. н.э., когда было разрушено римским легионом (археологические находки в этом отношении полностью совпадают с сообщением Флавия). Найденная в трех археологических комплексах керамика идентична той, что обнаружена в пещерах с рукописями. Установлено также сходство надписей на сосудах из Хирбет-Кумрана с начертанием знаков в рукописях из пещер. Таким образом, здания одновременны находкам в пещерах.
Совокупность всех данных заставляет считать кумранитов ессеями. Одним из решающих доводов в пользу этого сближения является точное совпадение данной Плинием Старшим и Дионом Хрисостомом географической локализации ессеев и фактического местонахождения поселений кумранской общины. Рукописи показывают, что их создатели и владельцы действительно предприняли в уединении пустыни поразительную для своего временя попытку осуществления смелой социальной утопии — организацию коллективистского строя жизни.
Основными признаками социальной организации общины, отраженной в кумранском «Уставе», являлись общность имущества, обязательный совместный труд и коллективный быт. Так, в «Уставе» говорится: «Все те, кто добровольно изъявляет готовность придерживаться истины Бога, должны принести в общину Бога все свое знание, всю свою силу и все свое имущество». Из общности имущества и обязательности совместного труда закономерно вытекали также совместные трапезы.
Условия отбора и приема новых членов были весьма строгими. О социально-имущественном положении будущих членов общипы нам ничего не известно. Римский писатель Плиний Старший в весьма общей форме замечает: «Изо дня в день число их увеличивается благодаря появлению толпы утомленных жизнью пришельцев, которых волны фортуны влекут к обычаям ессеев». Каждый вновь вступающий в кумранскую общину подвергался проверке его внутреннего совершенства и преданности основам ессейского учения, затем проходил двухлетний испытательный срок, во время которого его имущество ещё «не смешивалось» с имуществом общины, Лить после всесторонней проверки новички решением собрания общины зачислялись в полноправные ее члены, их имущество поступало в распоряжение общины, а сами они начинали принимать активное участие в её жизни.
«Уставом» предусматривается строгая субординация во всех вопросах труда и имущества: «Пусть младший слушается старшего относительно труда и денег».
Должностное лицо, ведающее трудом членов общины, названо в тексте «надзирателем (меваккер)(В раннехристианских общинах ауалогичное должностное лицо называлось синонимичным греческим термином — episcopos (букв, «надзиратель»).) над работой» полноправных членов общины. Подобная универсальная коллективность была, однако, характерна не для всех общин кумранского толка. В другом важнейшем кумранском тексте, «Дамасском документе», характер социальных отношений выглядит совсем по-иному. В нем в отличие от «Устава» отчетливо выступают черты индивидуального хозяйства и частной собственности («свое поле», «свой ток», «своя давильня», «собственный скот» и т. д.). Как нам представляется, «Дамасский документ» не мог быть составлен применительно к условиям жизни в кумранской общине. Он находится в противоречии как с природными условиями Кумрана, так и с характером и структурой кумранских археологических памятников. Как было уже сказано, палестинские ессеи в описании Филопа принципиально отрицали рабство и торговлю. Такой же была и позиция общины египетских терапевтов. В кумранском «Уставе») о рабстве и об отношении к нему ничего не говорится, но в социальной организации общины «Устава» для рабства и места не было. Между тем в общине «Дамасского документа», члены которого вели частное хозяйство и владели частной собственностью, засвидетельствованы также рабовладение и занятие торговлей. Надо полагать, что кумранская община была своего рода центром ессейского движения и наряду с пей существовали общины, различавшиеся по своей социальной организации.
Высшим органом управления всеми делами кумранской общины, как явствует из «Устава», было общее собрание её членов, на котором избирались общинные должностные лица. «Устав» упоминает также «Совет общины», состоящий на «двенадцати человек и (или: в том числе) трех священников». Общее собрание занималось также судебными долами.
Несмотря на демократическую процедуру избрания должностных лиц, священниики — цадокиды, оппозиционные к нецадокидскому иерусалимскому храмовому священству, находились в привилегированном положении и пользовались большой властью в общине.
Сутки кумранитов, судя по «Уставу» и параллельным сведениям античных авторов о есееях, заполнялись общеобязательным совместным трудом, совместным питанием, выполнением религиозных обрядов и ночными бдениями, когда «треть каждой ночи» посвящалась изучению и комментированию священных книг и документов общины. Жизнь всей общины в целом и каждого ее члена в отдельности регламентировалась дисциплинарным уставом. Например, за сокрытие части имущества от общины при вступлении в нее виновный наказывался лишением части рациона— от 1/4 до 1/2 За жалобы на устои общины предусмотрено полное отлучение от общины. Все полноправные члены общины проходили ежегодную проверку, проводившуюся по тщательно разработанной процедуре.
О семейной жизни в кумранском «Уставе» никаких указаний нет. Это молчание тем более знаменательно, что в других документах брак признается основой творения и регламентируется брачный возраст. Можно поэтому допустить, что кумранская община «Устава» была общиной монашеского типа.
Члены общины считали иудейское храмовое священство нечестивым, а Иерусалимский храм — оскверненным через него. Отказываясь в силу этого от традиционных жертвоприношений животных в храме, кумранская община искала заменителя жертв в виде добрых дел и чувств. Мысль о том, что праведность и добрые дела важнее жертв, уже давно высказывалась в пророческой литературе, однако кумранская община впервые практически отказалась от жертвоприношений.
Другим, еще более существенным показателем отхода от официального культа было наличие у кумранской общины своего собственного календаря, отличного от общепринятого, по которому между тем справлялись иудейские религиозные праздники.
Это свидетельствует о разрыве и деловых и культовых связей общины с внешним миром. О том же свидетельствуют также новый характер ритуальных омовении, особый обряд захоронения, собственные молитвы и гимны, резкие выпады против нечестивых стяжателей — иерусалимских священников. Основой идеологических воззрений кумранской общипы является дуалистическое учение о двух изначально возникших и противоборствующих лагерях или царствах: царстве света, добра и правды, к которому кумраниты относили только самих себя— «сынов света», и царстве тьмы, зла и кривды, или царстве «сынов тьмы», к которому кумраниты относили весь остальной мир. Вековечная борьба между этими двумя царствами должна завершиться в «конце дней» сокрушительным поражением лагеря «тьмы» и победой «сынов света».
Целью вступления в общину они считали отделение от «сынов тьмы» и создание в пустыне скрытого от постороннего взора, замкнутого религиозного и трудового коллектива, который будет деятельно готовиться к «последним дням» и решающим сражениям с лагерем «тьмы»).
С дуалистическим учением тесно связано учение о предопределении, согласно которому вес происходящее в мире предрешено заранее, в том число и принадлежность людей к тому или иному лагерю. Отсюда вытекает и концепция избранничества: кумраниты, как позднее и ранние христиане, называли себя «избранниками бога», а свою общину — «общиной Его избранников». Дуализм, учение о предопределении и избранничестве,— это форма протеста против общественного зла, осуждение существующих земных порядков, отмежевание от них вплоть до ухода в пустыню. В кумранской литературе встречаются резкие выпады против основных общественно-политических и религиозных течений того времени — саддукеев и фарисеев.
В одном кумранском фрагменте, в котором утверждается идея торжества общечеловеческого добра («и как рассеивается дым и нет его больше, так исчезнет нечестие навеки, а праведность откроется как солнце... Тогда знание заполнит мир, и никогда не будет в нем больше безрассудства»), весьма реалистически рисуется картина всемирного социального зла: «Разве не все народы ненавидят кривду? И тем не менее она среди них водится. Разве не из уст всех народов раздается голос истины? Но есть ли уста и язык, придерживающиеся ее? Какой народ желает, чтобы его угнетал более сильный, чем он?
Кто желает, чтобы его достояние было нечестиво разграблено? А какой народ не угнетает своего соседа? Где народ, который не грабил бы богатства другого?» Из этого обличения присущего всем народам зла и взаимной ненависти вытекает также идея общечеловеческой значимости этических, гуманных принципов, независимых от этнических различий.
Идеологические воззрения и социальная направленность у кумранской общины нашли свое выражение также во множестве самоназваний кумранитов. Из этих самоназваний особо обращают на себя внимание следующие:
«Новый союз» (или «Новый завет»), «сыны света», «община избранников бога», «простецы» (или «малые»), «община бедных».
Название «Новый завет» («Новый союз») говорит о том, что, по представлениям кумранитов, «Ветхий (старый) завет», заключенный, по учению «Пятикнижия», между Яхве и иудейским народом, утратил свою силу и начался период Нового завета, договора, заключенного богом с кумранской общиной[84].
Наконец, в самоназвании «община бедных» отчетливо проявляется тот аспект идеологических воззрений кумранитов, который можно назвать «идеологией нищеты». Называя себя «общиной бедных», «бедняками» (Так впоследствии называлась одна из иудео-христианских сект — эейоним, по-гречески «эбиониты».) и «простецами», они не только превозносили бедность и простоту, но обещали беднякам все блага в будущем мире после окончательной победы «сынов света».
