— Ну, ты как всегда звонишь во время! Как видишь, я пока в своем кабинете, провожу очередное совещание по твоему заговору. Тут ребята кое-что нового накопали...
— Подожди, Филипп, подожди! У меня к тебе другое предложение! Ты сейчас с этими людьми, если им доверяешь, проведешь совещание на тему "чистка императорской службы безопасности". Первым делом, арестуешь генерала полковника Кранце, а также всех сотрудников департаментов ИСБ, которые он курировал. Тем четырем джентльменам, с которыми я в свое время познакомился, поручишь проведения этого расследования, а также допросы арестованных твоих сотрудников. Плюс дополнительно установишь постоянное внешнее наблюдение за некими господами Лео Сомона и сенатора Бронке! Об исполнении приказа доложишь, когда мы встретимся.
На этих словах я положил трубку, полковнику Филиппу я доверял больше, чем самому себе, поэтому не поверил бы ни единому слову любого кирианина, кем бы тот не был, который стал бы плохо о нем отзываться! Поэтому я даже не стал слушать о том, в чем же именно кириане, окружавшие императора Иоанна, его обвинили, так как это была бы пустая трата времени. Некоторое время посидел за столом, размышляя о том, как мне было бы лучше выбраться из окруженного дворца. Позвонил коменданту дворцового комплекса, полковнику Сочневу:
— Добрый день, полковник! Как твои дела?
— Добрый день, ваше высочество! Дела идут, только неинтересно во дворце стало. Ребята Валдиса на линии фронта сражаются, а ты сидишь у себя в кабинете, поплевываешь в потолок, делать абсолютно нечего!
— Я тебе, полковник позвонил, так как хочу с тобой посоветоваться! Ты не мог бы мне подсказать, как сегодня из дворца можно было бы незаметно выбраться?
— У вас, принц, такого никогда не получится, вы не сможете незаметно выбраться из дворца, или из самого города! Даже если я вам помогу пересечь линию фронта, то на улицах Сааны, вас любая собака узнает, вас, принц, первый же патруль остановит, арестуют! А ведь для того, чтобы покинуть город, еще нужно будет пройти еще почти его половину. Помимо центра города, в нем больше никаких сражений не ведется. На окраинах горожане по вечерам выходят на улицы для того, чтобы перед сном прогуляться, размять свои кости. Там на окраинах всегда много гвардейских патрулей. Они не хватают кириан на улице, не бросают их в тюрьмы, но аккуратно и предупредительно у всех прогуливающих горожан проверяют документы! Так что вас, принц, они точно мимо себя не пропустят!
— Да, похоже, полковник, этот вариант для меня отпадает! Может быть, еще чего-нибудь у вас в голове имеется по поводу того, как бы мне вырваться из города?
— Я думаю, принц, вам следует поступить гораздо проще! Запланировать на определенное время авианалет на столицу. Этот первый авианалет вызовет определенную панику среди гражданского населения, некоторую растерянность у военных. Под шумок авианалета вы покинете дворец на простом глайдере, никто на это даже не обратит внимания!
Последнее предложение Сочнева меня заинтересовало, это был реальный шанс для меня покинуть имперскую столицу в скором времени, не попав при этом в руки бунтовщиков. Не теряя времени, я тут же перезвонил генерал полковнику авиации Брюсу Расселу, но на мой вызов ответил его помощник, который спокойным голосом доложил о том, что генерал полковник Рассел вместе с имперским министром обороны, сэром Гийомом, осматривает строительство некоторых объектов, ведущихся под городом. Я попросил помощника передать Брюсу, что звонил Барк, что я был бы Брюсу глубоко признателен, если он мне найдет время перезвонить.
Валдис негромко поинтересовался:
— Что-нибудь не так, принц?
— Да, нет, Валдис, все в порядке! — А затем через некоторое время я произнес. — Через пару дней я тебя покину!
— Да, принц, я понял, что вам здесь больше нечего делать! — С грустью в голосе согласился генерал майор.
Снова замигал своим дисплеем коммуникатор, мне звонила самая прекрасная женщина на свете, моя жена Лиана:
— Дорогой, а почему ты мне с утра не позвонил?
— Но мы же обычно созваниваемся по вечерам перед сном, когда дети спят!
— Но я чувствую, что у тебя на душе тяжело, ты обязан был мне перезвонить утром, мы могли поговорить по этому поводу. Одна моя подруга...
— Лиана, давай, не будем говорить о твоей подруге, лучше расскажи о самой себе! Как ты провела вчерашний день?
— Ну, ты же не выслушал меня до конца, дорогой! Говорить же о самой себе мне не интересно, да и не стоит. Дети проснулись, я их покормила, потом мы вместе пообедали, немного времени провели в бассейне. Кажется, дорогой, я немного пополнела!
— Ты имеешь в виду, что скоро...
— Да не выдумывай, Барк! — Послышался довольный смешок Лианы. — Для этого нужны месяцы! Я же имела в виду, что я мало двигаюсь, много ем, ну вот и пополнела! Мне же этого нельзя делать, пополнеть всегда легко, а вот сбросить вес — это всегда очень трудно. Слушай, почему отец на тебя дуется. Он говорит, что ты забросил все дела... Ведь, ты у меня совершенно не такой, всегда все доводишь до конца, не то что я!
С Лианой мы проворковали минут тридцать. Говорить с ней было легко и просто, а время всегда пролетало незаметно. Когда с ней разговариваешь, то успеваешь поговорить обо всем, об ее скучной жизни в тюремном заточении имперской резиденции. Об Артуре и Лане, что они делают и как хулиганят! О ее матери, но только не о ней самой, так как Лиане всегда это было неинтересно. Но главное, разговор с женой, почему-то мне всегда приносил какое-то внутреннее успокоение. В течение этого времени Брюс Рассел несколько раз пытался со мной соединиться.
— Принц Барк, вы уж меня извините! Когда помощник мне заявил о том, что мне звонил, по его словам, какой-то там полковник Барк, то я едва его не убил на месте!
— Спокойно, Брюс, спокойно! Ничего страшного не случилось! Ты был занят делом, поэтому я набрался терпения, подождал, когда ты освободишься, сможешь переговорить со мной! Переговорил с женой! Краем уха я слышал о том, что твои только что состоявшиеся выпускники летной школы, в один из своих тренировочных полетов в небе столкнулись с вражескими истребителями?!
— Да, принц, это случилось позавчера. Четыре пары наших фронтовых истребителей летели вдоль линии фронта, они знакомились с местностью, где они должны будут воевать. Там неподалеку в двухстах километрах от линии фронта был расположен их аэродром. Над самой линией фронта их перехватил вражеский воздушный патруль, шесть вражеских "Беркутов" атаковали наших сосунков с задней полусферы, со стороны солнца. Среди наших парней нашелся способный пилот, он вовремя заметил противника, предупредил своих товарищей. Одним словом, "Беркутам" эта атака не удалась, ну, они и вызвали к себе подкрепление. Двенадцать ультрасовременных истребителей против восьми наших, я бы сказал, что это не очень хороший расклад. Словом, мы потеряли двух пилотов, а тому пареньку удалось сбить свой первый вражеский "Беркут".
— Да, я с тобой вполне согласен в том, что это был неудачный расклад для твоих летчиков-истребителей, да еще в их первом бою! Но надеюсь на то, что в будущим они будут вовремя вызывать на подмогу своих товарищей! Брюс, и меня к тебе имеется еще один вопрос. Сколько времени тебе потребуется время для того, что организовать и провести авианалет на имперскую столицу Иоанну?
Да, после разговора с генерал полковником Расселом мне стало ясным, что послезавтра станет днем, когда я покину Саану. Я поднялся на ноги, направился к лестнице, чтобы подняться на поверхность. Мне хотелось покурить на свежем воздухе, посмотреть, как работают снайперы панцирников. В углу тут же зашевелилась какая-то фигура, на свету мелькнуло заспанное лицо полковника Герцега, этот мой ангел-хранитель всегда на страже, даже когда спит. Гном опять меня поразил, все эти три дня он проспал, не просыпаясь. Теперь я хорошо знал о том, что когда мой Герцег спит, то я могу быть спокоен, кругом все спокойно.
— Послезавтра мы вылетаем в Эдвардс, полковник, так что готовьтесь, собирайте наши вещи! — Мыслеречью я обратился к своему начальнику охраны.
— Собирать-то нечего, сир, после того, как ваши покои разбила вражеская артиллерия, ни у вас, ни у меня ничего не осталось. Можем лететь, куда угодно, хоть сию минуту! А куда вы, сир, между прочим, сейчас собрались?
— Покурить, посмотреть, что там на фронте.
— А не можете вы, сир, покурить, где-нибудь в уголке этого бункера! Да смотреть, что на фронте нечего. Два часа назад вы курили, за это время на фронте ничего не изменилось!
Так, слегка перебраниваясь между собой, мы выбрались на первый этаж, повернули направо, прошли к лестнице в дальнем углу этого помещения. По лестнице поднялись на третий этаж, где нас остановил дежурный пулеметчик, тяжелый пехотинец из полка Валдиса. Я его сразу же узнал, это у него журналистка Поли брала интервью о солдатской жизни панцирника. Тогда его физиономия красовалась на обложке глянцевого журнала для любителей мужской любви!
— Ваше Величество! — Обратился ко мне этот пехотинец. — Может быть, вы покурите где-нибудь в другом месте. Тут снайпер гвардейцев вдруг объявился, постреливает, друга моего ранил. Вот я на него со своим пулеметом решил поохотиться.
Услышав слова пехотинца, в меня обеими своими руками тут же вцепился мой гном, полковник Герцег, и потащил куда-то вбок. Когда мы оказались в каком-то помещении, я освободился от рук гнома, посмотрел ему в глаза, хотел пальцем повертеть у своего виска, но в последнюю минуту передумал. Как ни говори, Герцег был замечательным и умным гномом, последнее время он мне много помогал.
В этот момент на меня в мысленном диапазоне вышел полковник Филипп, который спросил:
— Барк, у тебя есть время послушать меня!
Я осмотрелся кругом, в том помещении, куда меня с большого испуга затащил мой гном телохранитель, на полу валялось несколько кресел. Одно из них я поднял, отряхнул от грязи и с большим комфортом расположился в нем. Достал пачку сигарет, прикурил одну из них и, выпуская табачный дым через нос, мысленно ответил Филиппу:
— Теперь я готов к долгому разговору с тобой, Филипп!
— Хочу поделиться с тобой срочной, только что поступившей информацией. Вчера бунтовщики провели совещание трех магистров кланов Ястребов, Медведей и Муравьев. На этом совещании обсуждался один только вопрос, а именно консолидация сил кланов в вооруженной борьбе с принцем Барком. Магистры договорились о том, что в самое ближайшее время они создадут единый координационный штаб, в подчинение которого поступят все подразделения вооруженных сил Кирианской империи. Словом, они договорились создать свой собственный Генштаб. Долорес Марса, Магистр клана Муравьев, предложила на этот пост назначить маршала имперской авиации Игнасио Солана
Я хорошо знал этого маршала имперской авиации, не раз с ним встречался, разговаривал. При каждой такой встречи меня раздирали противоречивые чувства, как только Игнасио Солана приближался ко мне. Он был кирианином малого роста, настоящим грибом сморчком, в котором все было морщинистое — кожа лица и рук, губы даже лысина. Внешне он очень походил на городского алкаша с трясущимися по утрам руками от желания, скорей бы выпить!. Но под черепушкой этого якобы алкаша работала могучая вычислительная машина, которая на двадцать шагов вперед просчитывала все его действия.
К тому же этот морщинистый сморчок кирианин с детства любил небо, немало сделал для того, чтобы стать имперским летчиком-истребителем. Шестнадцатилетним парнем пришел поработать вольнонаемным техником в имперское летное училище, а через три года окончил это училище, был выпущен лейтенантом с красным дипломом. Но главное, Игнасио летал, как бог, ему попросту не было равно среди имперских пилотов. Император Иоанн обратил внимание на капитана Игнасио Солана, в результате он начал быстро подниматься по служебной лестнице, стал командиром истребительного полка. Затем десть лет прослужил командиром штурмовой дивизии в имперском Приграничье. Летчики-истребители его дивизии находили, атаковали и уничтожали противника, где бы он не находился, когда он этого совершенно не ожидал.
Два года назад при большом стечении народа император Иоанн в торжественной обстановке собственноручно вручил генералу лейтенанту Солане маршальский жезл. А сейчас выходило, что Игнасио Солана, маршал имперской авиации, перешел на вражескую сторону, решив стать во главе вооруженных сил бунтовщиков, тем самым он предал императора Иоанна.
Голос же полковника Филиппа продолжал звучать в моей голове:
— По твоему приказу произвел арест генерал полковника Курта фон Кранце, при обыске в его служебном кабинете был обнаружен список сотрудников ИСБ, которые в той или иной степени симпатизируют заговорщикам. Приказал взять под стражу только троих из этого списка, за остальными мы решили установить внешнее наблюдение. Что касается кирианина Лео Сомона, который вращается в ближнем окружении императора Иоанна, то мы уже сегодня установили, что он поддерживает тесные контакты с неким майором Агильо Гилерас в отставке, который по нашим данным является руководителем разведки и контрразведки клана медведей.
Филипп показал мне фотографию этого майора Агильо Гилераса в отставке. Это было ничем не выдающееся лицо простого кирианского интеллигента с умными глазами. Лицо этого кирианина показалось мне хорошо знакомым, но в тот момент я никак не мог вспомнить, где же, когда я с ним встречался.
В заключение Филипп мне сообщил о том, что верхняя палата имперского Сената уже переехала в Эдвардс под крылышко императора Иоанна, нижняя палата Сената пока колеблется, сенаторы решают, на чьей стороне им будет лучше, но уже сейчас в ней наблюдаются сильные про монархистские тенденции. Это была хорошая, приятная новость, я поблагодарил Филиппа за информацию и отключил коммуникатор. Несколько минут я просидел, молча, продолжая курить, раздумывая о складывающейся ситуации в Кирианской Империи.
Уже сегодня можно было сказать, что клановым заговорщикам так и не удалось обмануть кирианский народ, вывести его на улицы имперских городов, чтобы потребовать от императора Иоанна добровольную передачу им верховной власти. Теперь им предстояла долгая борьба за власть, которая называется "гражданской войной".
5
Бригадный генерал Иоганн Сольнах стоял на высоком пригорке, в бинокль он внимательно осматривал окружающую местность. Неподалеку от него находились начальник штаба бригады подполковник Егор Разуваев, командир разведроты капитан Павел Кнорре, а также несколько автоматчиков из моторизованного батальона.
Ниже, у подошвы пригорка стоял генеральский командный танк "ЛеоИс", который внутри больше походил на небольшой офис, а не на боевую машину. В таком танковом офисе с большим удобством могли работать два-три клерка. Рядом с генеральским танком стояли еще два танка комендантского взвода, танкисты которых вылезли на броню, передохнуть от духоты в танках от жаркой погоды, которая последние дни стояла в этих краях. Несмотря на работу кондиционеров в танках все же было душновато!
