Тамара чуть яблоком не подавилась, — ты что подружка, не в себе что ли? Твой Мыкола чуть ли не ко всем девушкам в деревне клинья подбивать пытается. Не взирая, на возраст, кстати. И его понять можно, ему осенью в армию идти. Вот он и пытается нагуляться, напоследок.
-Да врёшь ты все, — неожиданно резко вскочила со скамейки Ганна.
-Ганнусь, ну ты чего, — обняла ее за плечи Тома, — мне не веришь, у Любы спроси или вон у Оксаны. Так что ты с ним поосторожнее, ладно? А то он в армию сбежит, а ты здесь с проблемами останешься.
-Да он на меня и не смотрит, — призналась девушка.
-Да кто бы сомневался, — ухмыльнулась Афанасьева, — у тебя отец кто? Правильно, председатель колхоза. Он, если что, вас моментально поженит, и ни в какую армию его не отпустит.
-Это да, — согласилась Ганна и снова взялась за свое, — ну хорошо, пусть не Мыкола, но есть же и другие парни, не то, что твоя мелкота.
-Опять двадцать пять, — вздохнула Тома, — да не нужны мне твои взрослые парни, вот совсем не нужны. И кстати, ты совсем не права по поводу моей компании. Они тоже уже девушками интересуются. И тоже норовят по возможности ко мне в вырез купальника заглянуть или прижаться поплотнее, особенно когда в речке в салочки играем. Но это, как ты правильно подметила, еще детские, в общем-то, выходки, целоваться они ко мне точно не полезут. А вот если я с вашими взрослыми парнями в кино пойду или на танцы, да даже просто прогуляться за околицей, как некоторые из них мне предлагали, то могу просто поцелуями и не отделаться. Я так своим родителям вчера прямо и сказала.
-Да ты что, — в изумлении раскрыла рот подружка, — прямо так и сказала?
-Да достали они уже, особенно бабушка. Твоими словами, кстати, мол, девушка взрослая, а всё не наиграется никак. Нет бы, в кино сходила или на танцы! — передразнила она кого-то.
-Ну а ты что? — продолжила расспросы подружка.
-Что— что! Сказала им открытым текстом, что вы Андрея от меня чуть ли не палками отгоняли, а здесь, на танцы с взрослыми парнями отправляете! И не боитесь, что какой-нибудь комбайнер меня в кустики после клуба потащит. А ведь ни Андрея, ни дяди Вадима здесь нет, заступиться за меня некому будет! — резко ответила девушка.
-А дальше что? — с замиранием сердца спросила Ганна, — если бы я своему отцу так сказала, ох и влетело бы мне.
-Мой папа не твой отец, — тихо ответила Тамара, — мягкий он очень, мама из него веревки вьет. Он обиделся, конечно. На последние слова, наверно. А вот маму с бабушкой, похоже, проняло. По крайней мере, они ко мне больше не пристают. Да и уедем мы скоро. А перед отцом я сегодня извинилась.
-Да, дела, — тихо произнесла подружка, — а Андрей это твой парень, да? Это с ним ты в понедельник на почте по межгороду почти полчаса болтала?
-С ним, — улыбнулась Афанасьева, — и в следующий понедельник тоже пойду!
-А ты с ним целовалась? По-настоящему? — тут же с любопытством спросила подруга.
-А вот этого Ганнуся, я тебе точно не скажу, — улыбнулась Тамара, — а то ты обязательно по секрету расскажешь какой-нибудь своей подружке. И завтра всё село об этом знать будет.
-Значит, целовалась, — с явной завистью в голосе произнесла Ганна, — а вот я еще ни разу. Чтобы по— настоящему!
-Да куда же ты так торопишься, — удивилась Афанасьева, — наоборот радуйся, что у тебя все впереди. Я вот почему еще с этой своей компанией хоровожусь. Да потому, что это у меня последнее лето детства, понимаешь? Последние летние месяцы, когда я могу себя вести как девчонка, а не как взрослая девушка.
-И знаешь, что? — решительно произнесла она, — пойдем со мной завтра на речку. Ребята еще одной девушке только рады будут. У тебя тоже есть на что посмотреть, и за что подержаться, — показала она взглядом на высокую грудь подруги. — И учти, эти парни тоже очень скоро повзрослеют. А ребята они хорошие, не чета твоему Мыколе! Так что будет тебе с кем целоваться, по-настоящему!
Архангельская область. Вечер.
Первый день пребывания в Каргополе для Соколова сложился весьма насыщенно. Во-первых, Андрей перезнакомился почти со всеми родственниками Натальи, а их, к его немалому удивлению, оказалось действительно много. И к парню они действительно поначалу отнеслись с весьма серьезным недоверием. А её дядя участковый так и вовсе устроил Андрею аккуратный такой допросик. Но потом, видя, что отношения парня с девушкой не выходят за пределы дружеской пикировки, и что основное внимание Наталья уделяет всё-таки не Андрею, а своей подруге, все успокоились.
-Ты, парень, не серчай на нас, если что, — пояснил такое внимание к его персоне дядя Андрей, — она же здесь считай, выросла. И мы ее все любим и гордимся ею, если честно. И в пример своим оболтусам ставим. А тут ты такой красивый нарисовался. И кто ты для Натальи, непонятно. А мы люди простые, непоняток не любим. Вот и стали тебя проверять.
-И что, прошел я проверку? — усмехнулся парень.
-Безусловно, — подтвердил мужчина, — то, что ты к ней хорошо относишься, это заметно. И то, что ты её не обидишь, это тоже видно. А это важно. Ты же в курсе истории с её отцом?
Андрей кивнул.
-Вот и хорошо, — спокойно сказал дядя Андрей, — тогда завтра я с Вами в лес за морошкой съезжу. Лето жаркое нынче, ягода на неделю раньше срока поспела. Тем более твоя запасливая сестренка даже банки с собой не забыла прихватить. Интересно, она что, варенье тоже сама варить будет?
-Конечно, — усмехнулся Соколов, — и по своему рецепту. Она у кого-то из своих знакомых его разузнала.
-Интересная девочка, — задумчиво произнес мужчина, — и симпатичная и компанейская. Вон как с Сережкой общий язык быстро нашла, а это я скажу тебе весьма непросто.
Андрей снова согласно кивнул. Мальчишка действительно примкнул к их компании. Безусловно, по поручению взрослых, чтобы присматривать за ними. И пацана это поначалу явно тяготило. Но Мелкая быстро его растормошила и дальнейшая их прогулка прошла весело. Сережка оказался прекрасным гидом, город он знал гораздо лучше Натальи. А еще, что удивительно, его везде пускали. Ну и их компанию с ним заодно. Так что и в подвалах старинного собора они побывали, и на колокольню слазили, и даже в пару любопытных особнячков заглянули.
-Все дело в его маме, — тихо пояснила Андрею Наталья, воспользовавшись тем, что Мелкая с мальчишкой снова убежали вперед, — она в нашем роддоме ведущий специалист. По разным женским болезням. И врач тетя Света действительно очень хороший. Её и в Плисецк на консультации приглашают и к военным. За ней даже на вертолетах прилетают. Я сама видела. Так что её все женщины нашего городка знают и уважают. А Сережка, паразит, этим пользуется.
-Так вот, — продолжил дядя Андрей, — завтра мы в лес. На рыжики особо не рассчитывай, дождей нормальных не было. Но красноголовики должны попасться. Так что корзинку бери. Ну, а в субботу я лодку возьму, на Лаче порыбачим с утречка, а вы потом позагораете. Главное, чтобы погода не подвела. Она у нас тут переменчивая. А потом в город вернёмся, и я вас на станцию отвезу, прямо к вашему поезду. Как тебе такая культурная программа?
Парень только молча развел руками. Такого сервиса он явно не ожидал.
...После ужина компания отправилась гулять к реке. Прошлись мимо причалов, нового и старого, пообщались немного с местными. Наталью тут действительно знали хорошо и на Андрея смотрели с легкой завистью, так как девушка сдержала свое обещание и прошлась с ним вдоль берега Онеги под ручку. Но тут и Мелкая отличилась. Решив не отставать от более взрослой подруги, она взяла Сергея под руку, и так и шла с ним рядом всю дорогу, о чём-то, весело болтая.
В общем, вечер прошел хорошо и без особых сюрпризов. Если бы не одно но. Уже в подъезде дома, где жила сейчас Наташа, Соколов, воспользовавшись тем, что Мелкая с Сергеем остались на улице, Андрей осторожно привлек девушку к себе. А та вдруг охнула, и крепко прижалась к парню. Их буквально затопила такая волна нежности друг к другу, что они несколько минут стояли, буквально не дыша.
И стояли бы ещё дольше, если бы не вмешался внутренний голос, — всё Андрей, отпускай Наталью. А то спалитесь. Я слышу, чьи-то шаги, женские. Похоже, это её тетя в квартире, она уже в коридоре.
Парень выпустил девушку из рук, — всё я побежал, — и указал глазами на дверь квартиры пролётом выше.
Та понятливо кивнула, быстро чмокнула Андрея в щеку и пошла вверх по ступенькам. Щелкнул входной замок, скрипнула растворяемая входная дверь. Но парень был уже внизу.
Уже в квартире тети Светы, воспользовавшись тем, что Мелкая умчалась в душ, Соколов решил произвести допрос с пристрастием одного очень подозрительного субъекта.
-Ну и что это сегодня такое было? — строгим голосом начал он. Нет, конечно, эти слова он вслух не произнес. Только подумал. Но в эту мысль он постарался вложить максимум эмоций.
-И не делай вид, что ты меня не слышишь! — продолжил он.
-Это ты о чём хозяин? — прикинулся невинной овечкой его внутренний голос.
-Не прикидывайся, — Андрей был неумолим, — думаешь я не почувствовал, какая от меня к Наташе волна пошла.
-Надо же, какие мы чувствительные, — донеслось в ответ, — подумаешь, выплеснул на неё немножко сконцентрированных эмоций. Твоих, между прочим!
-Не паясничай, — парень решил выяснить все до конца, — я тебя серьезно спрашиваю.
-Значит, хочешь серьезного разговора, — тон его второго "Я" резко поменялся, — хорошо. Итак, ты должен знать, что мысль материальна. Это я тебе, как наверно самый лучший на сегодняшний день специалист в этой области говорю! Дальше, есть такая пословица, что глаза это зеркало души. Я ее немножечко перефразировал. Глаза есть зеркало мысли, точнее мыслей. То есть, любой, глядящий тебе в глаза, может увидеть ход твоих мыслей. Точнее не так. Ты способен через взгляд транслировать свои мысли, смотрящему на тебя человеку. Но верно и обратное. Ты можешь сделать свой взгляд "пустым", когда в нем не только твоих мыслей не будет, но и эмоции пропадут! Так что никакой, самый крутой специалист тебя прочесть не сможет. И гипноз ему не поможет, и медикаменты разные тоже. Так как ты просто закроешь доступ к потокам своего сознания и всё. Но это, безусловно, надо тренировать. Пока ты на такое не способен. А это плохо. Кольцо вокруг тебя сжимается. Ты это и сам отлично понимаешь. Так что две недели в Ташкенте тебе с Тамарой, будет, чем заняться.
-Ты сдурел, — искренне возмутился парень, — на фига девчонку-то в эти игры втягивать.
-У нас разве есть выбор? — усмехнулся внутренний голос, — тем более, что ты её все равно уже втянул в свои заморочки. И, кстати, учти, что когда с тобой начнут работать, обязательно попытаются воздействовать на тебя через неё. Ибо она, на сегодняшний день, твой самый близкий человек, после родителей, конечно. Так что ей научиться прикрывать по необходимости свои мысли и эмоции, тоже очень важно. И ещё, я тут подумал, и решил, что ей очень полезно будет узнать, что ты про неё реально думаешь! Потому что слова, это слова. Эмоции тоже. А вот мысли подделать невозможно, даже не пытайся!
Тут открылась входная дверь, в комнату впорхнула раскрасневшаяся после ванной Мелкая. Увидев застывшего в легком ступоре парня, она тут же метнулась к нему. — С тобой все в порядке?
-В полном, — произнес, выходя из оцепенения парень, — пойду-ка я тоже душ приму, а то я, похоже, несколько переборщил с медитацией.
Четверг 13 июля. Москва. Кремль. Объект Высота. Полдень.
-Можно, Леонид Ильич? — в дверь кабинета Брежнева заглянул министр внутренних дел Щелоков Н.А.
-Заходи, Коля, рад тебя видеть, — генсек встал из-за стола и пошел навстречу генералу, — как здоровье? Как Светлана, себя чувствует, а то вроде болела недавно?
-Да всё теперь вроде в порядке, — пожал плечами Николай Анисимович, — выписали ее, завтра на работу пойдет.
-Это хорошо, что у тебя все в порядке, — задумчиво произнес Леонид Ильич, — а вот у меня всё не очень хорошо.
-Что, опять плохо себя чувствуешь? — не на шутку встревожился генерал.
-Да нет, со мною то, как раз все в норме, насколько это возможно, конечно, — ответил Брежнев, — Галина моя мне покоя не дает. Вроде замуж вышла. Муж мужчина видный, моложе её намного, вроде бы должно было все в норму прийти, а не получается. Слухи, знаешь ведь какие, по Москве ходят?
-Не всем слухам можно верить, — попытался успокоить его Щелоков.
-Ты хочешь сказать, что никакого Бориса Буряце в природе не существует, и его отношения с моей дочерью, это просто выдумки? — зло прищурился генсек.
Щелоков замялся, явно не зная, что ответить.
-Что же ты замолчал? — ехидно спросил Брежнев и тут же продолжил, — а замолчал ты, Коля, потому, что знаешь, что слухи эти правдивые. И тогда объясни мне, старику, как такое возможно, чтобы какой-то актёришка погорелого театра, на глазах у всех, лезет в постель дочери руководителя государства, замужней женщины, между прочим. И не только не скрывает эту связь, а, наоборот, везде ее афиширует. И почему этому не препятствуют те, кому по долгу службы это положено делать. И заместитель твой, цельный генерал, между прочим. Он-то, куда смотрит, или ему все равно с кем его жена развлекается. Получил погоны и должность, а всё остальное его не волнует, получается? Так я их ему дал, я же могу и назад забрать, раз такое дело.
Выговорившись, Леонид Ильич вернулся к своему креслу во главе стола и тихо произнес, — ты присаживайся Николай. И я жду от Вас ответа на поставленные мною вопросы, товарищ министр внутренних дел.
Щелоков присел в кресло рядом с Брежневым, некоторое время молчал, явно собираясь с мыслями, потом осторожно начал, — милиция не занимается подобными вопросами, Леонид Ильич. Это дело специального отдела Комитета Государственной безопасности. Они же должны пресекать порочащие Вашу семью слухи. А в семейные дела товарища Чурбанова я не лезу, считаю их его личным делом.
-Во, как завернул, — искренне восхитился генсек, — я не я, и хата не моя. А ничего, что твоя жена лучшая подруга моей дочери. И что она неоднократно, вместе с Галиной, в компании этого красавчика тоже была. И что, она тебе про это ничего не рассказывала? Вот не верю я в это! Неужели нельзя было этого актёришку пугнуть, как следует, чтобы он хотя бы не на публике с моей дочерью шашни водил?
-Пытались, — пожал плечами Щелоков, — но Вы же знаете этих цыган, Леонид Ильич. Народ горячий, ничего не боятся. Чуть что, всем табором на защиту своего встают. Да и Галина Леонидовна такой скандал тогда всем закатила.
-Чудны дела, твои господи, — неожиданно истово перекрестился Брежнев. — Что смотришь, не ожидал такого? И не вздумай никому про это рассказать, не прощу!
-Так вот, тут мне совсем недавно, ту же песню пел товарищ Ивашутин, по поводу руководства некоторых закавказских республик, — продолжил он. — А до этого товарищ Громыко про наших друзей из стран Варшавского договора. Что, мол, нельзя их трогать, а то они обидеться могут. Теперь ты мне про цыган подобное поешь. То есть они будут творить что хотят, а мы им только пальчиком грозить и уговаривать, так что ли?
