Этого парня Кеалор знал и без подсказки ЛЭТа. Они с Дживом лечили его от последствий мозголомки года полтора назад.
— Прости, Фрид, это я виноват, — повинился он. — Мне нужно за четыре месяца сделать из вас головорезов, которых можно сбрасывать с летающего корабля на батареи счалковской планетарной обороны. Поэтому у меня нет времени рассусоливать. Я теперь вас все четыре месяца ещё и гонять буду, как не гонял новобранцев в морской пехоте у тал Сиола. Потому что хочу, чтобы вы после войны вернулись домой живыми. А значит, вам предстоит усвоить не только боевые навыки, но и весь образ мышления народов, умеющих летать среди звёзд. Они этому учатся всю жизнь, с первого глотка материнского молока, а вам придётся это осваивать за четыре месяца. Поэтому мне и понадобилось заранее знать о вас всё, что только можно. И я попросил профессора Пурра узнать о вас всё, что может пригодиться.
— Значит, говоришь, боевые навыки, образ мышления, всё, что их собственные дети впитывают с молоком матери и учат в школе? И они нам это готовы дать только для того, чтобы получить пару тысяч солдат, которые будут воевать только на одной планете? Где-то здесь подвох, вроде тех ножей, которыми счалки завалили Ирганто, почти разорив местных кузнецов.
— Про подвохи в торговле и ремёслах я тебе потом расскажу, отдельно. Если после занятий у тебя на это ещё силы останутся. Там не только мы с Кэт головы сломали, но и люди заметно поученей и поопытней. Если ты оказался достаточно сообразительным, чтобы понять смысл кошачьей анкеты, ты нам в этом деле пригодишься.
* * *
— Ну что, познакомился? — спросила Кэт.
— Познакомился. Не думаю, что это знакомство многое добавило к результатам анализа анкет, но всё же личное впечатление — это важно.
— Есть там хоть люди, у которых при слове "полёт" загораются глаза? Мне бы человек десять. Из них половина отсеется, а остальных я хоть чему-нибудь успею научить. Не гравиподсечке, конечно, это нам с Иррой вдвоём придётся всю команду пропускать через несколько выбросок.
Кеалор уже привычно настроил фильтр и скинул Кэт десяток анкет.
— Так, а этот откуда здесь взялся? — удивилась она. — Он же вообще не иргантиец. Я и планеты-то такой не знаю — Ферреш.
— Ну и что? Джив вот тоже не иргантиец, а его теперь от Фиэла не оттащишь. Некоторые люди после пребывания в рабстве у людораков готовы сражаться с ними где угодно и за что угодно. Но Кэрт Ракеш — особый случай. Это он был первым человеком, которого мне удалось излечить от последствий мозголомки. Пойдём, что ли, я тебя с ним лично познакомлю.
— Вот это да! — сказала Кэт, увидев Ракеша. — Вам бы в кино сниматься!
— А я и снимался, — пожал плечами тот. — В роли благородного дикаря, который попал в цивилизованное общество. Фильм имел бешеный успех, сняли два продолжения, мне предлагали пойти на постоянную работу в кино. Но я отказался сниматься дальше. Это не моё.
— А летать? Я буду обучать пилотов.
— А летать — это мечта с детства. Но пилотскую лицензию всё не было времени получить. То соревнования, то тренировки, то съёмки. А уж управлять космическим кораблём — мечта и вовсе несбыточная. То есть это я раньше так думал.
— Слушай, Кэрт, — сказал Кеалор, — я на плацу спрашивать тебя об этом не стал, спрошу сейчас. Ты же прирождённый лидер. А в Корпусе будешь рядовым, по крайней мере поначалу. Тебя это не смущает?
— Вовсе нет! — ухмыльнулся Ракеш. — Знаешь, я чемпионом мира и капитаном сборной стал далеко не сразу. Когда-то же я начинал. И умею смотреть немножко дальше, чем на ближайшие цели. За твою планету я повоюю в качестве рядового. Это мне нормально, я не против. Но свою планету я буду освобождать уже не меньше чем капитаном!
Подготовка десанта
— Кэрт, я одного не понимаю, — сказала Кэт, устало стянув с головы обруч дублирующего биоэлектронного управления. — У меня все хнычут. Даже Ирра. Даже Фиэл. А с тобой я сама хныкать готова! Я не понимаю, кто из нас кого загоняет до полусмерти.
Ракеш выглядел усталым, но абсолютно спокойным.
— Кэт, а разве можно по-другому? Я не умею. Стать чемпионом мира невозможно без смертельных, а иногда и сверхсмертельных нагрузок. Чтобы прыгнуть выше собственной головы, не говоря уже о всех остальных головах, и нужно загонять себя до полусмерти или дальше. Так и должно быть. Спроси у Кеалора, как он в обморок упал, когда мне мозги собирал.
— Кеалор тогда делал то, чего никто раньше не делал. Чемпион мира тоже достигает некоего результата, которого до него никто не достигал. Но сейчас ты просто учишься летать. Пилотов, умеющих работать с биоэлектронным управлением, в Федерации много.
— А на Ферреше нет ни одного. Вообще ни одного космонавта на Ферреше нет. Я первый.
Кэт неожиданно задумалась.
— Знаешь что? Найди время, возьми в сети биографию Коренда Артроэ и почитай. Я думаю, тебе будет... полезно.
В лётное звено, которое курировала и обучала Кэт, вошли Ирра, Джив, Ракеш, трое его спутников-феррешиан, четверо имперцев и один бывший моряк с Архипелага. В последний момент всё-таки записался в пилоты Фиэл. Он долго колебался между "я страшно хочу летать на биоприводе" и "я пацифист, а это военная учёбка". Кэт объяснила Фиэлу, что никто не ожидает от него участия в бою и тем более высадки десанта на гравиподсечке. Научиться просто водить гравишлюпку и работать в качестве транспортного пилота вполне достаточно. Фиэл решил, что такой подход с его пацифизмом совмещается, и присоединился к пилотам-курсантам.
Пилотам предстояло натренировать бойцов корпуса на высадку на гравиподсечке. Кэт это умела и довольно быстро научила Ирру. Учила, конечно, не на людях. По приказу Лиада для корпуса изготовили несколько сотен соломенных чучел, и кошка сбрасывала их с километровой высоты на плац, сначала разгоняя до скорости пули гравидвигателем, а за несколько метров до земли — затормаживая. Три первых чучела она разбила вдребезги, что и ожидалось, но только три! После сотни благополучных приземлений Кэт разрешила Ирре десантировать человека. Кого?
Внезапно вызвался Ракеш.
— У меня реакция получше будет, чем у остальных, — объяснил он.
Вообще-то от десантника при высадке на гравиподсечке мало что зависит, но всё-таки сгруппироваться перед приземлением надо успеть. А высадка длится всего около секунды, чтобы враг не успел сбить летящий десант. Для человека у Ракеша скорость реакции действительно была огромной, с мышцами всё в порядке, так что Кэт дала добро и феррешианин благополучно приземлился. Спокойно кивнул и сказал:
— Теперь, я думаю, я готов учиться этой вашей гравиподсечке.
Кэт поняла, что влипла. Боялась она учить этому людей, бо-я-лась! От десантирующего пилота при высадке на гравиподсечке жизнь десантника зависит целиком и полностью. И на все действия у пилота есть буквально десятые доли секунды. Не случайно Майкл, когда Кэт, ещё школьница, просила его обучить её гравиподсечке, отрезал, что его за такое спишут на землю вчистую. Но в Рипатском университете на кафедре лётного мастерства был факультатив для желающих, и там Кэт научилась и десантироваться, и десантировать. Строго в таком порядке, потому что в Федерации было железное правило: тот, кто хочет учиться десантировать на гравиподсечке, обязан сначала десантироваться сам.
Ирра, конечно, радостно прыгала на гравиподсечке и ещё и гравизахват просила на ней выполнить, но она кошка, с ней вопросов нет. У кошек просто-напросто импульсы по нервам в несколько раз быстрее бегают. Вот и на десантировании она всего тремя разбитыми чучелами обошлась. А людей Кэт собиралась готовить просто как транспортных пилотов. Но с Ракешем спорить было сложно. Кэт попыталась увильнуть, сказав, что ей сначала нужно посоветоваться с командующим.
— А в чём проблема-то? — не понял Кеалор.
— Да боюсь я, вот в чём проблема! Вот угробят недообученные мной пилоты кого-то из ребят...
— А ты уверена, что вы с Иррой никого не угробите? От обыкновенной усталости? Вам же потребуется за несколько дней пропустить через десантирование по тысяче человек.
— Ну в общем-то да... Думаешь, Ракеш справится?
— Примерно двадцать зверски убитых чучел, и справится. Ещё я бы предложил дил Утара попробовать. Он был капитаном быстроходного шлюпа, это тоже своего рода десантное судно. И фехтует неплохо. Думаю, что сочетание этих двух навыков как раз и даст на выходе нужный результат. И знаешь что? Предложи Фиэлу. Он влюблён в биоинтерфейсное управление, для него гравиподсечка будет одновременно и вызовом, и проверкой уровня психического слияния с машиной.
— Он же пацифист! Я его на простое пилотирование-то еле уговорила.
— Так ты ему боевое десантирование и не собираешься предлагать. А пятеро пилотов — это уже не по тысяче десантников на каждого, а всего по четыреста.
Ракеш разбил только дюжину чучел. Будучи чемпионом своей планеты по биатлону, он оценивал дистанцию и ветер на чистой интуиции. Фиэл на предложение попробовать гравиподсечку чуть было не отскочил. Но когда ему объяснили, что девчонок на ответственном этапе разгрузить нужно будет, и прыжок на подсечке выполнил, и на десантировании чучел неплохие результаты показал. Всё-таки он с биоинтерфейсом с детства был на "ты". И у дил Утара хорошо получилось. Жизнь фехтовальщика часто зависит от доли секунды, а капитану быстроходного парусного судна необходимо уметь чувствовать ветер как биение собственного сердца. Как и предполагал Кеалор, сочетание этих двух умений дало дил Утару возможность освоить гравиподсечку.
Но Ракешу всегда было нужно больше, чем остальным. Он вообще не понял, как это — остановиться на уровне подготовки тренировочного пилота. Он собирался десантировать людей в бою, и никак иначе! Вот тут Кэт сдалась.
— Значит, так. На полёты в сложных метеорологических условиях я тебя натаскаю. Тут как раз рядом горы, часто бывают осадки, это то, что нужно. Такие полёты по сложности и нужным навыкам мало отличаются от боевых. Но боевому десантированию я тебя научить не смогу. Потому что сама не умею. Это к Майку и его инструкторам. Пока готовься, а когда дойдёт до дела, поговори с Майком. Думаю, если ты ему сдашь боевое пилотирование, он тебе инструктора по боевой гравиподсечке найдёт.
В результате Кэт гоняла лётное звено по обычному пилотированию и тренировочной гравиподсечке, а Ракеша по расширенной программе, хотя очень быстро стало непонятно, кто кого гоняет. Наверно, жестоко заставлять начинающего пилота маневрировать по извилистым ущельям хребта Даллнар? А заставлять инструктора заставлять пилота всё это проделывать не жестоко? Ракеш так не считал. Какие-то высокие материи вроде "тяжело в учении, легко в бою" были не для него. Он просто знал цену прыжку выше головы.
* * *
Оказывается, скафандр — это не просто костюм, который защищает от вакуума. Это вполне самостоятельная технологическая единица. И нужно научиться не только носить его, двигаться в нём и сражаться, но и пользоваться рацией, навигатором и ещё целой кучей высокотехнологичных устройств, которые в него встроены.
Кеалору-то было не слишком трудно: с продвинутыми технологиями он начал знакомиться ещё в Доме Звёздных Купцов. А вот его подчинённым было гораздо сложнее. Правда, к его изумлению, движение в скафандре девушки из Империи и Архипелага почему-то освоили почти сразу. На недоуменный вопрос, как у них так получается, они посмеялись и сказали "это ты корсетов не носил". Потом Андис виннэ Аргато объяснила подробнее. После того, как тебя с раннего детства приучают носить жёсткий корсет с талией, затянутой раза в два относительно её естественной ширины, элегантно двигаться в нём, есть, пить и часов по шесть-семь танцевать, скафандр — это милые мелочи.
Навыки стрельбы из лучевого оружия тоже сильно отличались от привычных Кеалору. Ему и его товарищам по равнинам Телагу было немного проще, чем остальным иргантийцам: они умели работать с нарезным оружием, а это всё-таки уже не кремнёвые ружья. Важна была не техника стрельбы как таковая, а понимание, что кремнёвые ружья — это вовсе не венец оружейных технологий. Магазинное или лучевое оружие — уже второй вопрос. Научились стрелять из того, из этого тоже научимся.
Лучевые пистолеты, в отличие от пулевых, могли испускать поражающие лучи непрерывно. Это оказалось непривычно и по-своему опасно: был риск случайно задеть своего. Зато можно было брать поправку на прицел прямо во время стрельбы. Курсанты по-детски пришли в восторг от учебных задач, где требовалось выжигать лучами на мишенях различные фигуры, круги, восьмёрки и так далее. А ещё у лучевого оружия вообще не было отдачи. Никакой. Тактические приёмы тоже отличались. Например, такое понятие, как "огонь на подавление", в эпоху кремнёвых ружей было совершенно немыслимо. А с более совершенным оружием, хоть нарезным, хоть лучевым, оно оказывалось даже не основой всей тактики, а какой-то мировой константой вроде силы тяготения.
Физическая подготовка выматывала, но зато отвлекала от тревожных мыслей и приводила в порядок нервы, которым изрядно досталось в рабстве. Иргантийцы были не слишком довольны тем, что заниматься приходится в эластичных тренировочных костюмах: как и Кеалор поначалу, они на современную одежду смотрели косо. Особенно плохо было девушкам, которых с раннего детства натаскивали на приличия. Попробуй, надень на общую тренировку штаны, когда у тебя в подсознании сидит, что показать постороннему мужчине ноги выше щиколоток — это позор и поношение, и замуж в приличную семью после такого уже не возьмут? В дамские охотничьи костюмы штаны входили, но широкие, и сверху обязательно надевалась разрезная юбка. И ведь не отвертишься от того факта, что парни глазеют. Поначалу. Потом выяснилось, что на тренировках с полной выкладкой не до разглядывания девушек, но до этого "потом" ещё надо было дожить.
Положение спасла... молоденькая оперная певица. Задорному сопрано не раз приходилось петь на сцене "брючные" роли. К тому же лёгкие у вокалистки были железные, попробуй-ка петь каждый день на весь театр безо всякого микрофона! Понятно, что аристократки поглядывали на артистку без особого уважения, но когда она спокойно надела утеплённый синтетический спортивный костюм, два часа бегала вместе с парнями и солнце на землю не упало, остальным стало как-то легче.
* * *
— А зачем нам вообще эта тактика? — в упор спросил дил Шинсет. — Командирам — понятно зачем, вот пусть они и изучают. А нам-то на кой Кармагул мозги сушить? Дело рядового в бою — приказы выполнять, а не умничать.
Лэн Рамиц задумчиво посмотрел на группу курсантов, которым он пытался объяснить основы федеральной боевой тактики. Эти несколько десятков "талов" и "дилов", как и все остальные их товарищи, неплохо отрабатывали на тренировках, даже те, кто физически был слабее остальных, не жаловались. Всем было вполне понятно, зачем часами бегать с полной выкладкой, стрелять из лучемёта или осваивать скафандр. А вот идея изучать что-то теоретическое интереса у них не вызывала. Лэн не слишком хорошо представлял себе образование типичного иргантийского дворянина и для начала пошёл стандартным путём, предполагая, что курсант учит всё, что ему дают, а зачем и куда — разбирается сам. Похоже, на Ирганто военное обучение выглядело несколько по-другому. Вспомнив кое-что из военной истории, старшина Рамиц кивнул.
