Большую проблему в первые послевоенные годы для руководства страны и республики представляли люди, возвратившиеся с фронта. Они возвращались победителями и обоснованно рассчитывали и на уважение к себе, и на улучшение условий жизни — своей и своих семей. И хотя фронтовики-победители пользовались всенародным уважением, многие из них по возвращению в родные места столкнулись с бедностью и неустроенностью, чиновничьим произволом, разгулом преступности.
В украинском обществе в первое послевоенное время надежды и разочарования, возможности и их реализация, достижения и провалы, старое и новое тесно переплелись. Реальная зарплата рабочих и служащих. доходы колхозников в это время были в два раза ниже не слишком благополучных довоенных лет, продуктов не хватало, не говоря уже о товарах первой необходимости. И все же преобладало ожидание того, что теперь, после победы в войне, с большим желанием миллионов людей обустроить свою новую мирную жизнь, все наладится.
Несмотря на потери, интеллектуальный, человеческий потенциал УССР был очень велик. Его нужно было с умом использовать. Именно здесь в первые послевоенные годы были сделаны заявки на лидерство в таких областях знаний, которые в недалеком будущем стали определять уровень страны. В 1946 был запущен первый экспериментальный атомный реактор. В 1948—1951 годах изготовлена первая вычислительная машина. Была предложена технология автоматической сварки металла, примененная при сооружении первого в СССР магистрального газопровода Дашава — Киев и моста через Днепр.
Зазеленело и выжженное почти дотла репрессиями 30-х гг. поле литературного и художественного творчества. Во второй половине 40-х годов увидели свет произведения О. Гончара. М. Стельмаха. Ю. Яновского. В. Некрасова. О. Вишни. П. Тычины и В. Сосюры. Развивались украинские театральная, живописная школы, кинематография. В УССР работало три киностудии — в Киеве. Ялте и Одессе.
Наверху, в высшем партийном руководстве растущая самооценка народа-победителя и духовный подъем в нем вызывали не радость, как. казалось бы, должно было быть, а тревогу, подталкивали к использованию испытанных средств интеллектуального и физического террора.
В 1946—1947 гг. в УССР, как и во всей стране, была развернута кампания, призванная вернуть интеллектуальную жизнь в «прокрустово ложе» сталинской версии социализма. Критике подверглись произведения литераторов О. Вишни. М. Рыльского. В. Сосюры, Ю. Яновского, А. Довженко. И. Сенченко; историков М. Петровского. С. Белоусова, К. Гуслистого. М. Супруненко. «Идеологически вредные моменты» были обнаружены даже в опере К. Данькевпча «Богдан Хмельницкий». В августе 1946 г. пленум ЦК КП(Б)У обнаружил признаки буржуазного национализма в «Очерках истории украинской литературы». В ходе кампании по борьбе с генетикой, начатой в 1948 г., лишились возможности продолжать свои исследования ряд ученых генетиков и селекционеров: И. Поляков, С. Делоне, Н. Гришко и др. С 1946 по 1951 гг. ЦК КП(б)У принял 12 постановлений по вопросам идеологии.
Изменения происходили и в партии. Поговаривали, что самые честные и самоотверженные коммунисты были в первых рядах сражавшихся на фронте и первыми погибали в борьбе. ВКП(б), потерявшая за годы войны 7 млн. своих членов и сама была обеспокоена притоком приспособленцев и карьеристов, пыталась очиститься от них. В УССР тоже была проведена «чистка» партийных рядов. «В течение 1945—1947 гг. из ВКП(б) было исключено несколько сотен тысяч ее членов: 37,8 % — за взяточничество и присвоение государственной собственности, злоупотребление служебным положением, бытовую распущенность и пьянство; 29,2 % — за пребывание на оккупированной территории; 9,3 % — за нарушения партийной и трудовой дисциплины; 2,7 % — за антисоветские настроения, измену Родине, сокрытие фактов биографии».
Какие-то результаты это, конечно, дало, но, как показали последующие события, проблемы были не столько «внизу», сколько «вверху». С приближением неизбежного ухода И. Сталина в высших эшелонах партийного и советского руководства началась скрытая борьба за власть, которая вот-вот должна была выпасть из его ослабевших рук.
Однако в первые послевоенные годы это еще не ощущалось, да и не до того было. Авторитет И. Сталина в стране был высок, как высоки были ожидания улучшения условий жизни и готовность перетерпеть любые житейские неудобства и одолеть разруху. Это и неоспоримые мобилизационные возможности централизованного управления хозяйственной жизнью, которые уже не раз выручали социальных экспериментаторов в СССР позволили даже в условиях отказа от внешней помощи (предполагавшей большую открытость страны миру, на что советское руководство по идеологическим и политическим мотивам не соглашалось) в короткие сроки восстановить в республике промышленной производство и инфраструктуру, хотя и на не слишком высоком технологическом уровне. В том числе и по причине массового ввоза морально устаревшего производственного оборудования из побежденной Германии. Восстановление сельскохозяйственного производства потребовало значительно больше времени.
Уже в 1945 г. была восстановлена треть довоенного промышленного производства в УССР. Перевод экономики республики на работу в мирное время был в основном завершен в 1946 г. Довоенного уровня производства удалось достичь лишь в пятой пятилетке (1951—1955 гг.). В годы войны действовали годичные военно-хозяйственные планы. В августе 1945 г. Госплану СССР было поручено составить четвертый по порядку пятилетний план восстановления и развития народного хозяйства на 1946—1950 гг.
В августе 1946 г. сессией Верховного Совета УССР был принят «Закон о пятилетием плане восстановления и развития народного хозяйства Украинской ССР на 1946—1950 гг.». В нем ставилась задача довести объем промышленного производства УССР в конце пятилетки до 103 % по сравнению с 1940 г. Прежде всего нужно было восстановить работу «всесоюзной кочегарки» — Донбасса. К 1950 г. было запланировано довести общую добычу угля по республике до 86,1 млн. т. Для этого нужно было закончить восстановление угольных шахт украинской части Донбасса в 1949 г., полностью завершив работы на 182 основных шахтах и дополнительно построив 60 новых, мощностью 17,5 млн. тонн в Сталинской и Ворошиловоградской областях.
Из затопленных шах Донбасса было откачано 650 млн. куб. м. воды — озеро площадью 70 кв. км. десятиметровой глубины. За годы четвертой пятилетки было восстановлено и построено 380 новых копров, введено в эксплуатацию 700 подъемных машин, 300 компрессорных установок, 1600 км. подземных путей, возведено 5,5 млн. м кв. производственных зданий и сооружений, подготовлено 139 новых участков для разработки. К осени 1946 г. было завершено восстановление всех действовавших до войны шахт в Никопольско-Марганецевом бассейне.
План также предусматривал восстановление металлургических предприятий, ввод в эксплуатацию 30 доменных печей мощностью 9 млн. т чугуна в год, сталеплавильные агрегаты мощностью 8,4 млн. т стали. 58 прокатных станов мощностью 6,5 млн. т проката, производить 9.7 млн. т чугуна. 8.8 млн. т стали. За пятилетку намечалось на 2,574 тысячи кВт повысить мощность электростанций, на 1 млн. кВт превзойдя довоенную. Объем капиталовложений в четвертой пятилетке составлял по республике 65.1 млрд. руб.
Символом восстановления, как в 30-е гг. — социалистической индустриализации. стала Днепровская гидроэлектростанция — Днепрогес. При отступлении германской армии здесь были взорваны машинный зал. шлюзы, быки плотины. Предстояло не только быстро восстановить станцию, но и увеличить ее мощность. Работой руководил Ф. Г. Логинов. В начале 1947 г. вступила в строй первая турбина. В июне 1947 г. началось сквозное судоходство по Днепру. А в июне 1950 г. электростанция была полностью восстановлена.
В первые три года пятилетки были введены в эксплуатацию самые мощные тепловые электростанции Донбасса: Зуевская, Штеровская и Кураховская, восстановлен металлургический гигант «Запорожсталь». Производство электроэнергии в 1950 г. составляло 14,7 млрд. кВт-часов по сравнению с 12. 7 млрд кВт-часов в 1940 г.
Четвертый пятилетний план в УССР предполагал ускоренное восстановление и развитие машиносторения: заводы угольного, металлургического и энергетического оборудования, электромашиностроения, сельскохозяйственного машиностроения. Если в 1945 г. его продукция составляла 29 % довоенной, то в конце четвертой пятилетки — уже 144 %.
Были быстро восстановлены Новокраматорский машиностроительный, Ворошиловградский паравозостроительный. Харьковские турбогенераторный и тракторный, киевский завод «Большевик». Одновременно создавались и новые производства. Так, например, до войны в УССР не было автомобильной промышленности. После нее были построены завод грузовых автомобилей в г. Днепропетровске мощностью 60 тыс. автомобилей в год, а также два автосборочных завода в Одессе и Львове. Первенцем автомобильной промышленности стал Одесский автосборочный завод, введенный в 1945 г. В 1946 г. началось строительство Львовского автосборочного завода, который в 1951 г. был преобразован в автобусный.
Началась реконструкция старых и строительство новых транспортных магистралей: Москва-Харьков, города Украины — города Кавказа и Крыма, Киев-Одесса, Киев-Днепропетровск-Сталин, Киев-Сумы-Харьков и Кременчуг-Кировоград-Первомайск-Балта-Котовск, организация регулярного автобусного движения в 80 городах республики. В 1950 г. грузооборот железных дорог УССР на 17 % превысил довоенный уровень. В 1946 г. была восстановлено гражданское воздушное сообщение. С марта 1948 г. в гражданской авиации начал широко использоваться, созданный украинскими авиастроителями АН-2 — легендарный «кукурузник».
Всего же в четвертой пятилетке выпуск промышленной продукции в УССР увеличился в 4,4 раза. И хотя в целом, в связи с возникшими в годы войны новыми промышленными районами на Урале, в Сибири и Средней Азии, удельный вес УССР во всесоюзном промышленном производстве сократился, в 1950 г. республика давала 47,8 % общесоюзной добычи угля, 54,2 % кокса, 47,8 % чугуна, 30,6 % стали, 38,4 металлургического оборудования. В то же время именно тогда в УССР утвердился отрицательный внешнеторговый и внешнеэкономический баланс. Около 80 % промышленной продукции, производившейся в республике, требовала доработки и дорабатывалась в других республиках.
Впервые в республике было собрано 18 тыс. грузовых автомобилей. Украина оставалась энергетической и промышленной базой СССР, основным производителем сельскохозяйственной продукции. Но сдвиги в территориальном размещении промышленности продолжались. В экономике страны заметно возрос удельный вес восточных районов РСФСР. Быстрыми темпами здесь развивались топливно-сырьевая, металлургическая и энергетическая базы. Если в предвоенные годы УССР давала примерно 18 % валовой продукции промышленности страны, то в 1945 г. — уже только 7 %. Снизился удельный вес некоторых отдельных видов промышленной продукции Украинской ССР по сравнению с довоенными годами, в частности по производству чугуна — с 64,7 % в 1940 г. до 47,8 % в 1950 г., стали — соответственно с 48,8 до 30,6, добычи угля — с 50,5 до 29,9, электроэнергии — с 25,7 до 16,1 %..
На территории УССР активно велись геологоразведочные работы и работы по освоению месторождений природного газа. Открытие в Дрогобычской области в 1946—1949 гг. мощных Угерского, Бильче-Волыцкого и Рудковского газовых месторождений дали возможность увеличить добычу природного газа в Прикарпатье в семь раз по сравнению с 1938 г. и довести ее до 1,4 млрд, м куб. В 1948 г. завершилось строительство крупнейшего на то время в СССР и Европе магистрального газопровода Дашава-Киев, а 1951 г. украинский газ получила Москва.
Украина в 1950 г. не только восстановила довоенный уровень промышленного производства! 1940 г.), но и превзошла его на 15 %. Однако выпуск некоторых основных видов продукции отставал. Меньше, чем до войны, добывалось угля, производилось чугуна, металлорежущих станков, товаров легкой промышленности. Отголоски войны — разрушений и перемещения промышленных предприятий из УССР в другие республики — по-прежнему давали о себе знать. Появились также признаки исчерпанности потенциала республики, как главной энергетической базы России и Советского Союза, за счет которой, в первую очередь, были осуществлены и промышленная революция, и социалистическая индустриализация.
Украина сохраняла свое значение как своеобразный демографический генератор, обеспечивавший планы восстановления и развития хозяйства главным людскими ресурсами. Но именно в этот послевоенный период явственней чем когда бы то ни было проявилась ущербность экономического и политического мышления партийных и советских руководителей сверху до низу. Людей, как и в войну, не щадили. В восстановлении страны основной упор делался не на восстановлении человеческого потенциала — условий жизни и труда людей, что было бы справедливо по отношению к ним и целесообразно с экономической точки зрения, а на восстановлении и наращивании производственных мощностей.
Так, с 1940 по 1953 г. производство средств производства увеличилось в три с лишним раза, а производство предметов потребления только на 72 %. Думать о людях советские руководители, как правило, начинали лишь тогда, когда под ними начинало качаться номенклатурное кресло. Именно в такой момент вспомнил Л. Берия о несправедливости и жестокости по отношению к новым гражданам СССР в западных областях Украины и в Прибалтике. Попытка Г. Маленкова изменить экономическую политику в сторону «народосбережения», была в январе 1955 г. осуждена и стоила ему поста Председателя Совета Министров СССР.
В силу понятных причин, как уже отмечалось выше, много внимания уделялось западным областям Украины — Волынской, Дрогобыцкой (в 1959 г. объединена со Львовской), Закарпатской, Львовской, Ровенской, Станиславской (с 1962 г. Ивано-Франковская) и Тернополь-ской. Восстановление хозяйства происходило здесь одновременно с перенастройкой всей хозяйственной и общественной жизни на советский социалистический лад.
Только в 1945 г. у «кулаков» во Львовской области было изъято 6300 га земли, изымались церковные и монастырские земли. Ломался весь социальный и хозяйственный уклад жизни села в Западной Украине. Уже в 1947 г. общее количество колхозов в регионе составляло 725. К середине 1948 г. в Черновицкой, Волынской, Дрогобыцкой областях в колхозы были объединены 87—90 % крестьянских индивидуальных хозяйств. При таких темпах коллективизации сельского хозяйства, она, как и в большой Украине до войны, обречена была происходить «в условиях невероятно жестокой классовой борьбы». Тем не менее, к началу 50-х гг. коллективизация в западных областях Украины была фактически завершена, К середине 1950 г. в колхозы было объединено 93 %, а к середине 1951 г. — более 98 % крестьянских хозяйств. Из 1,5 млн. их было создано 4594 коллективных «социалистических» хозяйств с вовлечением в них 5 млн. крестьян. В резолюции XVII съезда КП(б) У, состоявшегося в сентябре 1952 г. отмечалось, что «крупной победой партийной организации республики является завершение сплошной коллективизации в западных областях».
