-Так что же вы в дверях-то стоите, Ваше Сиятельство, — залебезил Дед, — проходите поближе, мы Вам и креслице персональное приготовили. Не на стульчике же Вам сидеть, невместно это!
-А диван занят! — совершенно другим тоном произнес он, и снова улегся на него, с вызовом глядя на Едунова.
Катя только головой покачала, глядя на жизнерадостную пикировку весьма немолодых людей.
-Яков Афанасьевич, Вам кофе или чай сделать? — спросила она, — ваших коллег не спрашиваю, они уже достаточно выпили и не только чаю, — с легким осуждением в голосе произнесла она.
-А жена у него была строгая, — с тихой печалью в голосе произнес Морозов, — ты иди, Катюша, сделай чайку Якову Афанасьевичу, зеленого, из запасов Сергея Ивановича. А мы пока разговоры разговаривать будем.
Девушка вышла, Сергей Иванович сделал звук телевизора погромче. По комнате понесся рев переполненного стадиона. Морозов поморщился, но звук убавлять не стал.
-Ты что задержался-то Яша? — спросил Старый, поудобнее устраиваясь на диванчике.
Тот сел в пододвинутое ему полковником кресло, и ответил, — Носырев меня к себе вызвал, ему с Лубянки звонили. Между прочим, товарищ Цвигун, лично. Сообщил, что у них снова большие перемены и поблагодарил за весьма своевременно предоставленную информацию.
-А подробнее можно, — Дед явно заинтересовался услышаным.
-Даже нужно, — усмехнулся Едунов, — сегодня днем было расширенное заседание руководства Комитета Государственной Безопасности. Вел его сам товарищ Ивашутин. И по итогам этого совещания два руководителя управлений были сняты с должностей. И в отношении их будет проведено служебное расследование.
Генерал замолчал, давая собеседникам переварить свои слова.
-Тук-тук, можно к Вам, — в комнату заглянула Катя, — ваш чай готов, Яков Афанасьевич, нести?
-Давай, только...— тут Едунов не договорил, с изумлением глядя на маленький столик на колесиках, который девушка ловко подкатила к нему.
-Ваш чай и пирожные, всё как Вы любите, — девушка сделала книксен, — потом в колокольчик позвоните, когда понадоблюсь, и я тут же появлюсь, — с этими словами Катя скрылась за дверью подсобки.
-Да, — протянул Морозов, — у Иваныча всегда здесь было уютно, но с появлением Катерины местный сервис достиг просто небывалых высот.
-Товарищи, давайте не будем отвлекаться, — попытался вернуть разговор в рабочее русло Старый.
-Давайте попробуем не отвлекаться, хотя это и нелегко, — ответил ему генерал, откусывая маленький кусочек пирожного, — так вот, фамилии этих товарищей Крючков Владимир Александрович, начальник Первого управления, и Бобков Филипп Денисович, начальник Пятого управления. Исполняющим обязанности Начальника ПГУ назначен Матросов Вадим Александрович, начальник Главного Управления Погранвойск. Человек Цвигуна, как Вы понимаете. Ну а И.О. Пятого управления назначен Абрамов Иван Павлович, заместитель Бобкова. Но это, скорее всего, временно, так как Семен Кузьмич очень настойчиво спрашивал, не желает ли товарищ Носырев переехать в Москву. На что Даниил Павлович вежливо, но очень твердо ответил, что спасибо за доверие, но он обязательно должен по этому поводу посоветоваться с товарищами, в первую очередь с первым секретарем обкома товарищем Романовым. Но, что самое удивительное, Семен Кузьмич с этим согласился. Единственное, что он попросил Даниила Павловича не затягивать с решением. Сообщить о нем не позднее вторника.
-А вот это все очень интересно, — возбужденно потер руки Старый, — а есть информация, почему были приняты такие решения?
-Есть, как не быть, — усмехнулся Едунов, — разговор Носырева с Цвигуном был довольно продолжительным и весьма обстоятельным. Итак, по порядку. Начнем с товарища Крючкова. Вы же, други мои, в курсе Лондонской операции. Которую сами и запланировали. И знаете, что она неожиданно наложилась на операцию, которую проводило ПГУ. Причем, как выяснилось, та операция была спонтанной и готовилась в дикой спешке, причины которой до сих пор не выяснены. И Крючков на коллегии ответа на этот вопрос дать не смог. А потом вскрылись некоторые подробности, в частности то, что товарищи из комитета не только подставили под угрозу операцию смежников, то есть нашу. Но и вовлекли в эту операцию несовершеннолетних, причем сыграли их втёмную. Ну и финальным аккордом прозвучало, что товарищ Крючков отдал личное распоряжение заблокировать смежникам канал связи через посольство. Этого самоуправства Петр Иванович стерпеть не смог, тем более что времени для согласования этого решения с ним или хотя бы с Цвигуном, у бывшего начальника ПГУ было предостаточно.
-Да крови, нашим ребятам, эта их выходка попортила изрядно, — пробурчал Морозов, — хорошо, что всё обошлось!
-А вот по поводу Бобкова ещё гораздо интересней получилось, — продолжил Едунов, — сначала ему поставили в вину, провал работы с так называемыми диссидентами. Тут всё вспомнили, и Хельсинскую группу, и Шаранского, и провокаторов, которых управление расплодило. Но это были еще цветочки. Ягодки потом пошли, когда сначала начальник Московского управления обвинил Бобкова в слабой организации противодействия распространению различных грязных слухов, про партийное руководство страны. В частности, про Галину Брежневу. А Филипп Данилович попытался стрелки на МВД перевести. Да еще и Чурбанова зачем-то зацепил. А вот тут встал Цвигун и довел до собравшихся информацию, которую он вчера от Носырева получил, по поводу провокации с сервизом из Эрмитажа. С именами исполнителей. И крыть товарищу Бобкову стало нечем. Вот как-то так получилось.
-Понятно, а откуда у Носырева эта информация взялась? — после небольшой паузы спросил Старый.
-Так от товарища Блеера, конечно, — усмехнулся генерал. — Я же вам рассказывал, что он принял мое предложение перейти в команду Романова. Так вот первое, что Владлен Николаевич сделал, так это рассказал Даниилу Павловичу о той истории с сервизом. Оказывается, он был полностью в курсе дела, но пойти против руководства не рискнул.
-А теперь лыко в строку пришлось, — улыбнулся Дед.
-Именно так, подтвердил Едунов, — и еще одну интересную историю товарищ Блеер рассказал. Оказывается он, по распоряжению Цвигуна, недавно ездил в Подмосковье, к товарищу Минцеву. Чтобы склонить того к сотрудничеству и возвращению на службу. И смог это сделать. И теперь Георгий и еще некоторые сотрудники бывшего управления "Ф" снова в деле. Их отправили куда-то на польскую границу. А начальником у них назначили хорошо тебе, Старый, знакомого Алексея Орлова, который уже не майор, а целый полковник.
-Очень любопытно, — удивился Дед, — хорошо, попробую выйти на него. Там, похоже, что-то очень серьезное запланировано, как бы дров не наломали.
-Ну вот, по этому вопросу вроде все, — чуть устало произнес Яков Афанасьевич, — но прежде чем продолжим, может быть, у Вас найдется, чем старому больному человеку горло промочить. Помнится, Катенька на что-то такое намекала.
Старый внимательно посмотрел на него, потом, что-то для себя видимо решив, махнул рукой.
-Ладно, пятьдесят капель хорошего коньяку ни тебе, ни нам с Сергеем не повредят, — сказал он, — но не больше. И никакого кофе потом. Чаем обойдемся!
Морозов понятливо кивнул, убавил звук телевизора и ехидно улыбнувшись, позвонил маленьким стеклянным колокольчиком. Прошло всего несколько мгновений, и из подсобки появилась Катя.
-Чего, барин изволите? — присела она в книксене.
-Значится так, — важно начал Сергей Иванович, — по пятьдесят грамм коньяку, каждому! Лимончик нарежь. Мне и Деду конфет шоколадных принеси. А Якову Афанасьевичу пирожное повтори. Быстро!
Однако девушка не спешила выполнять их распоряжение. Она сокрушенно покачала головой и обратилась к Старому, — как, можно-то! Я понимаю, конечно, что Сергей Иванович мужчина видный, ему эти дополнительные пятьдесят грамм, что слону дробина! Но Вам-то, дедушка! Да и Якову Афанасьевичу со спиртным, тоже надо бы поаккуратнее быть. Не мальчики чай уже!
-Ты еще поучи нас, егоза, — чуть ворчливо произнес Дед, и тут же совсем другим тоном продолжил, — спасибо за заботу, внучка, но нам действительно это нужно. А потом ты нам чайку приготовишь, целебного. Найдется у вас такой?
-Найдется, — согласилась Катя, — и я тогда вам ещё сыру нарежу, чтобы вы не на пустой желудок коньяк глотали.
-Хорошая у тебя внучка, заботливая, — улыбнулся Едунов, — у меня помощница такая же. Все за здоровьем моим следить пытается.
-Это Вы про Чернобурку? — улыбнулся Морозов.
-Про кого? — сначала не понял генерал, и тут же рассмеялся, — надо же, а похожа! Точно Чернобурка.
В это время Катя закончила сервировку столика и быстро подкатила его к офицерам. — Когда чай пить надумаете, позвоните! — и снова быстро исчезла.
-Вот чертовка, — искренне восхитился Едунов, потом посмотрел на собеседников, — ну и о чем Вы меня спросить хотели?
-А хотели, мы, Яша узнать, — вкрадчиво начал Старый, — как у тебя дела с поиском Сенатора продвигаются? Ты, говорят, проверку работы группы Минцева практически завершил. И каков результат?
-А какой там мог быть результат, — неожиданно резко ответил генерал, — почти все фуфлом оказалось! Нет, с точки зрения исследования необычных явлений результат-то очень даже неплохой получился. Много необычного накопали. А вот с точки зрения выполнения поставленной перед ними задачи, результат получился нулевой.
-И что дальше делать собираешься? — продолжил расспросы Старый.
-Как что? — удивился Едунов, — дальше подниму отбракованные ими ранее материалы. Если и там не найду ничего интересного, то начну всё сначала. Задумки есть.
-Вот, что я тебе говорил, — ухмыльнулся Старый, обращаясь к Морозову, — подымет отбракованные ранее материалы. А нам с тобой это надо?
-Так, товарищи, — решительно произнес Яков Афанасьевич, — похоже, я начинаю понимать. Вы не интересовались моим поиском Сенатора, потому что давно его нашли? Так что ли получается?
-Да, Яша, все именно так, — ответил Старый, — но дальше продолжать эту игру нам нет смысла. Время ты нам выгадал, а это на тот момент было самое главное.
Но Едунов его уже не слушал. Вместо этого он о чём-то сильно задумался. Прошло несколько минут.
-Так, — произнес генерал, — похоже, я тоже его вычислил. Всё ведь на поверхности лежало. А я решил, что просто от жизни отстал и не понимаю современной молодежи. А оно вон как выходит.
-Интересно, а нам свои выводы озвучите? — спросил Морозов.
-Да легко, — усмехнулся Едунов, — Соколов Андрей Владимирович, участник недавней олимпиады в Лондоне. Я ведь тоже отчеты о лондонской операции читал, да и товарищ, хм, Чернобурка, мне про него все уши прожужжала, о том, какой интересный мальчик у нас вырос. И в списке предварительном он был. И отец у него в ВМА работает. А самое главное знаете что?
-Что? — спросил Морозов.
-А деньги эти, переданные английскому детдому, — победно воскликнул генерал, — чтобы наш школьник до этого додумался, да не в жисть!
-Подожди, — удивился Старый, — так это же не его была идея, а их куратора.
-Да какого куратора, вы что? Игорек Иванов в жизни до такого не додумается! Он же прямой, как шпала. Вот взять чужую вину на себя, это да. В этом он весь. За что и огребает постоянно! — ответил им Едунов.
-Понятно, — задумчиво произнес Старый, — спасибо за информацию, мы этого не знали.
-Не за что, — отмахнулся от них генерал, — только как я понимаю, хотя вы в своих выводах уверены, и я с вами согласен, но железобетонных доказательств у нас нет. Так ведь?
-Это да, — согласился с ним Дед, — а ты что-то хочешь предложить?
-Конечно, — ответил Яков Афанасьевич, — насколько я понимаю, фотоаппарат у парня есть и это Зенит?
-Да, — подтвердил Морозов, — отцовский.
-Тогда все просто, — объяснил Едунов, — нам достаточно аккуратно проникнуть к нему на квартиру и сделать этим аппаратом несколько правильных снимков. Для этого нам понадобится не больше часа времени. А дальше проверка на идентичность и всё.
-Ну, проникнуть в его квартиру и сделать так, чтобы там никого не было это не сложно, — спокойно произнес Сергей Иванович, — но ведь информация об этом, а главное результат проверки обязательно попадут к товарищу Пуго.
-А вот этого точно не будет, — ответил генерал, — я думаю, что ты у себя в милиции без труда найдешь специалиста, который подберет ключи от квартиры Соколова. А дальше моя забота. Я и раньше фотографией увлекался, а за последнее время вообще специалистом стал. А еще у меня есть помощник, который поможет мне всё правильно сделать и болтать при этом точно не будет. Я имею в виду товарища из фотолаборатории, с которым я документы для генсека готовлю.
-Согласен, — кивнул Старый, — тогда у нас только еще один вопрос. Что с товарищем Лапкиной делать будем. Боюсь, что она слишком близко к Сенатору подошла.
-Вы даже себе не представляете, насколько близко, — неожиданно заулыбался Едунов, — она тут замуж собралась, за дядю его одноклассницы. И по общественной линии они очень плотно пересекаются. Но я думаю, что это даже к лучшему. Она уже настолько привыкла к его выкрутасам, что представить его в роли Сенатора вряд ли сможет. Ну и я со своей стороны, нагружу её работой так, что она в сторону парня и не взглянет даже.
Суббота 15 июля. Архангельская область. Окрестности озера Лача. Вторая половина дня.
Солнце уже перевалило через зенит и сейчас медленно ползло в закатную сторону. Андрей лениво бултыхал ногами в теплой воде озера. На мелководье под жаркими лучами июльского солнца, вода в маленькой, скрытой от посторонних глаз бухточке, неплохо прогрелась, чем не преминула воспользоваться их веселая компания. Наплескались они вдоволь. А теперь девчонки загорали, благо небольшой ветерок разогнал комарье, которого на озере хватало. А Сережка бросал плоские камешки, которые весело скакали по поверхности воды. Андрей бросил взгляд на часы.
-Скоро и дядя Наташин должен вернуться,— подумал парень, — он рыбачит тут где-то неподалеку. А там возвращение в город, обед и выезд в сторону станции. И на этом их поездка закончится. И теперь уже не скорый, а обычный пассажирский поезд повезет их в сторону дома.
"С урожаем, — ухмыльнулся про себя парень, — Тамара оказалась верна себе. Да и он не подкачал".
На лице парня появилась веселая улыбка, когда он вспомнил, как удивились их местные проводники, когда они с Мелкой преподали им урок по сбору ягоды. Так что несколько полулитровых банок с уже готовым вареньем из янтарной морошки разместились в их рюкзаках вместе с парой банок соленых рыжиков. Нет, в лесу им рыжики так и не встретились, а вот подосиновики или как их местные называют красноголовики, они набрали. И тетя Света их сразу же забрала, на обмен, отдав ребятам те самые банки с рыжиками и большой бумажный пакет с сушеными грибами в придачу.
-Домой приедете, сразу в стеклянную банку переложите, — строго сказала женщина, — и крышкой плотно закройте. Иначе моль заведется.
-Белые? — с надеждой спросил парень.
