Повинности тех и других обычно фиксировались в фуэрос. Они состояли главным образом из разного рода денежных и натуральных взносов, десятины в пользу церкви, государственных налогов, обязанности предоставления постоя как королевским должностным лицам, так и сеньору и его агентам, а также отдельных платежей, ущемлявших личную свободу крестьянина (брачные пошлины, посмертный оброк и др.). Барщина ограничивалась несколькими днями в году. Вотчинники обладали и баналитетными правами. В то же время кольясос и хуниорос могли приобретать в собственность новые земли, иногда сами владели сервами, имели право обращаться в королевский суд с жалобами на незаконные поборы со стороны сеньоров. К XIII в. можно констатировать некоторое смягчение в положении наследственных зависимых держателей и сервов, облегчение условий их ухода из вотчины, освобождение от ряда повинностей, связанных с подчинением личности крестьянина. К XIII в. многие крупные вотчины еще более сокращают пашню на домене и все большее внимание уделяют перегонному скотоводству.
В XI—XIII вв. происходило оформление феодальной знати Кастилии и Леона как привилегированного сословия. Высший слой знати — рикос омбрес («богатые люди») составляли крупные землевладельцы. Они входили в королевскую курию, многие из них являлись королевскими вассалами и обладателями широких иммунитетных привилегий. Рикос омбрес имели сотни собственных вассалов. Со второй половины XII в. был введен майорат: имущество магната становилось неотчуждаемым и переходило к старшему сыну. Знатные люди, а также духовенство были освобождены от налогов, должны были судиться только в королевской курии, их не могли подвергать телесным наказаниям и тем более пыткам.
Наиболее многочисленными были феодалы низшего разряда — инфансоны и идальгос («дети из хороших семей», «люди особого достоинства»). Их привилегии и благородный статус передавались только по наследству или в результате королевского пожалования.
Кабальерос («конные воины») первоначально не принадлежали обязательно к знати, но с X в. все больше сливались с инфансонами и идальгос. Этот термин иногда стал обозначать всех знатных вообще, несших конную военную службу. В XII в. распространяется обычай посвящения в рыцари. Вместе с тем в фуэрос фиксировались и такие случаи, когда с помощью определенной процедуры представители низшей знати могли отказываться от знатности, объявлять себя рядовым членом общины с обязательством выполнять соответствующие повинности. Однако знатность можно было и вернуть публично, в заседании консехо, заявив об отказе от крестьянского звания. Это говорит о нестабильности и подвижности границы между низшим слоем рыцарства (кабальерос) и крестьянством. Вассально-ленные отношения и их основа — феод (сходный с франкским) оформились в Кастилии сравнительно поздно — в XII—XIII вв.
В Арагоне и в Каталонии, где Реконкиста завершилась значительно раньше, чем в Кастилии, крестьянско-сеньориальные отношения были мало сходными с кастильскими, итальянскими и северофранцузскими. В Каталонии, как и в Южной Франции, наряду с развитием феода, как у светских и духовных феодалов, так и у горожан и крестьян, долго сохранялась аллодиальная форма собственности. Однако основная масса крестьянства состояла из зависимых держателей земли феодалов. В XI—XII вв. это были держатели манса, имевшие право быть присяжными и участвовать в судебных тяжбах об имуществе стоимостью до 7 солидов, и держатели более мелких участков — баккаларии, которые могли быть присяжными в делах об имуществе не свыше 2 солидов. Кроме них, имелись еще байюлы — наследственные арендаторы, уплачивавшие долю урожая (от 1/4 до 2/3).
К XIII в. положение основной массы крестьянства и в Арагоне, и в Каталонии значительно ухудшилось. Уже с XI в. немало крестьян должны были выполнять так называемые «дурные обычаи» (mali usitaci). Главные из них: интестия — право сеньора на наследство крестьянина, умершего без завещания, экзоркия — право сеньора на имущество держателя, не оставившего прямого потомства, кугусия — право сеньора на часть имущества крестьянина, жена которого совершила прелюбодеяние, арсина — право на имущество крестьянина, в усадьбе которого по его небрежности случился пожар.
В XIII в. происходит законодательное прикрепление к земле части зависимых крестьян — ременсов (от remensa — первоначально выкуп за пленного мавра, позднее, в XII в., — выкуп держателя манса за уход с него). В результате ряда постановлений кортесов сеньоры фактически приобретают права распоряжения жизнью и имуществом ременсов. В XIV в. ременсы составляли не менее четвертой части всего крестьянства. Их освобождению путем выкупа сеньоры чинили всяческие препятствия: признанное еще в XIII в., на практике это право не могло быть реализовано.
В XI—XII вв. в Арагоно-Каталонском королевстве складывается феодальная иерархия, более разветвленная, чем в Кастилии. Это вельможи (магнаты) (виконты и комиты), вальвассоры и низшая знать — простые рыцари. Феод был близок к франкскому.
В Португалии влияние Реконкисты не было столь многоплановым, как в Кастилии. Хотя на севере сохранялась мелкая земельная собственность, основная масса крестьян находилась в личнонаследственной зависимости. Они платили оброки натурой и несли небольшую барщину. Крестьянские общины пользовались известной автономией согласно дарованным им обычаям (форалам). На юге — к югу от р. Доро (Дуэро) преобладали лично свободные крестьяне — колоны, держатели на основе заключенного с сеньором договора, которые платили фиксированную ренту (или из доли урожая) и могли уходить от сеньора или выкупать свою землю в собственность. В XIII в. в связи с быстрым развитием городов возрастает роль денежных платежей и происходит расслоение крестьянства, распространяется использование феодалами и богатыми крестьянами наемного труда. Развивается невыгодная для крестьян краткосрочная аренда, ухудшаются их держательские права.
* * *
Политические структуры на Апеннинском полуострове, как отмечалось, отличались большой пестротой. Попытки германских императоров после образования Империи (962) подчинить своей власти Италию окончились безуспешно. С тех пор политические судьбы Северной Италии и Тосканы, Папской области и Южной Италии были весьма различны.
В Северной Италии и Тоскане господствовали самостоятельные города-коммуны, по существу отдельные мелкие государства-республики, часто враждовавшие между собой. Они объединялись лишь тогда, когда им угрожала опасность извне, и прежде всего от германских императоров, которые с середины XII в. резко активизировали свою итальянскую политику. В 50-е годы XII в. начались походы в Италию германского императора Фридриха I Гогенштауфена (Барбароссы), главной целью которого было подчинить своей власти северные и тосканские города-республики, а также папу и Папское государство. Сначала он добился некоторого успеха, вынудив в 1158 г. представителей городов коммун, собранных им в Ронкальской долине, согласиться признать его право утверждать их консулов и — более того — назначать в города императорских наместников. Милан, который этому воспротивился, был взят им в 1162 г. после двухлетней осады, разрушен, территория его была запахана плугом в знак того, что здесь никогда не будет города, жители выселены, их обязали нести повинности императору. Эта жестокая расправа, однако, вскоре вызвала восстание 22 городов, которые в 1167 г. создали против императора союз — Ломбардскую лигу. Папа Александр III, также опасавшийся императора, поддержал ее. Совместными усилиями лиги и Папского государства Фридрих был разбит при Леньяно в 1176 г. и вынужден отказаться от своих притязаний. Немецкие конные рыцари потерпели поражение от пехоты ломбардских городов.
В 30-е годы XIII в. эти притязания возобновил внук Фридриха I — Фридрих II, одновременно бывший германским императором и королем Сицилии. Но и он в 1248 г. потерпел поражение около Пармы от возродившейся Ломбардской лиги, снова действовавшей в союзе с папством. Вскоре, в 1250 г., Фридрих II умер, и вместе с ним потерпела полный крах итальянская политика Германской империи. В период борьбы итальянских городов с Империей в них сложились две партии: сторонников императора — гибелинов (от названия одного из замков Гогенштауфенов в Германии — Вайблинген) и противников императора и союзников папы — гвельфов (искаженное имя германской герцогской фамилии Вельфов, врагов императоров в Германии). Эти партии сначала имели и социальную окраску: к гибеллинам примыкала в основном знать, гвельфы опирались на пополанов. В дальнейшем, однако, эта социальная основа утратила значение: гвельфами и гибеллинами стали называться любые враждующие партии в том или ином городе.
Папская область представляла собой феодальное княжество, политическое влияние которого и степень внутренней консолидации во многом зависели от положения папы как главы католической церкви в тот или иной момент. В XI — начале XII в., когда папство усилилось в ходе борьбы с Империей, расширилось и Папское государство, присоединив Сполето, Беневент и часть Тосканы. Однако политическая власть папы в государстве оставалась слабой, там командовали крупные феодалы. С конца XII до начала XIV в., когда папство переживало расцвет после победы над Гогенштауфенами, Папское государство расширилось за счет Романьи, Кампаньи, Умбрии, Анконской марки.
Сицилийское королевство было единственным относительно централизованным государством на Апеннинах. С 30-х годов XII в., когда норманский герцог Рожер II Гвискар был коронован антипапой Аналектом II «королем Сицилии и Италии», до середины XIII в. там шел процесс централизации, кульминацией которого было правление Фридриха II Гогенштауфена. Королевская Большая курия — ранее высший судебный трибунал — постепенно превратилась в частный королевский совет. Входившие в него крупные дворцовые чиновники (адмирал, сенешал, канцлер, камерарий и др.) ведали отдельными отраслями королевской администрации. Все королевство было разделено на 11 округов, во главе которых стояли юстициарии, обладавшие там верховной судебной властью. Однако в землях, переданных королем в феоды, практически вся полнота власти сосредоточивалась в руках баронов и графов. Особые меры были приняты против городской автономии, так как Фридрих II (и не без оснований) боялся «дурного примера» североитальянских городов. В каждом городе была учреждена должность королевских чиновников — баюлов, в руках которых сосредоточивалась полнота власти. Вместе с тем Фридрих II, стремясь заручиться поддержкой (прежде всего финансовой) городов, допускал их представителей к участию в заседаниях курии баронов и высших церковных сановников, составлявших своего рода «парламенты». Однако права городских «парламентариев» были ничтожны: королевские чиновники лишь информировали их о законах, одобренных королем.
После смерти Фридриха II ему наследовал сын Манфред, вскоре погибший в войне с Карлом Анжуйским — братом французского короля Людовика IX, который в 1268 г. завладел Сицилийским королевством. Иноземный гнет вызвал в 1282 г. восстание на острове Сицилия (так называемая «Сицилийская вечерня»), в результате которого Сицилийское королевство стало независимым. Неаполитанское же королевство (в его состав входила теперь только Южная Италия) осталось под властью Анжуйской династии, а в 1302 г. оно перешло в руки арагонского короля Педро, дяди Манфреда, который присоединил его к своим владениям в Испании.
На Пиренейском полуострове в X—XIII вв. происходила (сначала в региональном масштабе) постепенная консолидация трех государств: Леоно-Кастильского, Арагоно-Каталонского и Португальского. Немалую роль в этой консолидации сыграла Реконкиста, требовавшая объединения усилий всех слоев общества в борьбе с внешней опасностью. В процессе Реконкисты и складывались, как отмечалось, все три королевства. В XII—XIII вв. Реконкиста становилась все более успешной: в 1085 г. был взят Толедо (ставший столицей Кастилии), в 1118 г. — Сарагоса (вошла в состав Арагона). В 1212 г. в битве при Лас-Навас-де-Толоса объединенное войско Кастилии, Леона, Арагона, Наварры при участии европейского рыцарства нанесло решающее поражение арабам. Позднее они потеряли Кордову (1236 г.), Севилью (1248 г.), Кадис (1262 г.), область Альгарви на юге Португалии (середина XIII в.). К концу XIII в. весь полуостров освободился от владычества мавров, кроме Гранадского эмирата на самом юге страны. В атмосфере постоянных войн, передвижений, колонизации отвоеванных земель складывались все Пиренейские государства.
В руках королей Кастилии и Леона, власть которых приобрела наследственный характер уже в X—XIII в., было сосредоточено право издания законов, обязательных для всех подданных королевства. После образования единого Леоно-Кастильского королевства в конце XIII в. был создан свод законов «Сиете Партидас». В нем уже нашла отражение тенденция к усилению королевской власти, подкрепленная рецепцией римского права в стране. Согласно этому кодексу, формально законодательные функциии признавались лишь за королем, «наместником бога на земле», но вместе с тем допускалась и важная роль в этом деле сословных собраний — кортесов (что больше соответствовало практике).
Начало более или менее постоянному сословному представительству в Леоне было положено в конце XII в. В борьбе с мусульманами и крупными феодалами внутри страны в 1188 г. Альфонс IX созвал в Леоне епископов, магнатов и «выборных граждан от отдельных городов» и поклялся на этом собрании (Curia, cortes), что впредь не станет объявлять войну или заключать мир без согласия епископов, знати и «добрых людей». Епископы, магнаты и горожане также принесли клятву в верности королю. Вскоре кортесы появились и в Кастилии. С тех пор кортесы играли в этих королевствах, а затем в объединенной Кастилии весьма значительную роль. Фактически вместе с городскими депутатами в них заседали и представители свободных сельских общин. Эта третья палата в кортесах до конца XIV в. пользовалась значительным влиянием, иногда в ущерб крупным феодалам, что было одной из особенностей кастильских кортесов. С конца XII в. кортесы переняли функции прежней королевской курии: избирали короля, провозглашали новые законы, даровали городам и селениям новые фуэрос, решали вопросы войны и мира. Курия же оставалась высшим судом. Местное управление сосредоточивалось в территориальных округах, сначала — графствах, а затем мериндад, во главе которых стояли подчинявшиеся королю должностные лица меринос.
Сходным во многом было развитие Арагона и Каталонии (большую ее часть составляло графство Барселонское), которая и после создания объединенного королевства в 1137 г. пользовалась большой автономией. В Арагоне и Каталонии при едином короле были отдельные кортесы. В Каталонии они складывались в конце XII — начале XIII в., в Арагоне — в начале XIII в. В Каталонии города в кортесах поддерживали крупных феодалов, в Арагоне заправляли магнаты (ricos ombres). Арагонские кортесы распадались на четыре палаты: духовенства, магнатов, мелких рыцарей и городских представителей (бесправные в королевстве крестьяне в них не участвовали). Если в Кастилии кортесы укрепляли в целом власть короля, в Арагоне они ее ограничивали.
