— Могла бы и не спрашивать.
— Там маловато света, поэтому перейдите на сумеречное зрение, — сказала Ира, гася "окно" и ставя врата. — Сантор, веди людей. Занять зал и дальше ни шагу.
Она пропустила дружинников и вошла вслед за ними в зал, напомнивший тронный в королевском дворце Малха. Когда врата прошёл брат, девушка их закрыла.
Под потолком зала ярко вспыхнул десяток шаров с радужными демонами, заставив на мгновение зажмуриться и срочно убрать избыточную чувствительность зрения. Когда Ира открыла глаза, она увидела в двадцати шагах от себя на возвышении, где стоял графский трон, ту самую женщину, о которой узнала из памяти солдата, а рядом с ней пожилого жреца с чёрным шаром в руках.
— Надо же! — довольно сказала женщина. — А я уже думала, что ловушка не сработает. Скажи своим дружинникам, чтобы не хватались за оружие. Стоит моему жрецу выронить этот шар, как в тот же миг пробудятся духи земли, и на месте этого замка останется груда развалин! И вы останетесь лежать под ними давлеными лягушками!
— Кто ты? — спросила Ира, лихорадочно ища выход из ловушки, в которую угодила сама и привела своих людей.
— А ты не догадалась? При твоём уме это можно было сделать. Я сестра Малха принцесса Лаша. Чему ты удивляешься? Я не дура, чтобы травиться из-за потери братом трона и армии. У нас была очень похожая на меня служанка. Пришлось пожертвовать своим платьем и хорошим ядом. Немного грима — и уже никто не сомневался в том, что я мертва. Я всё время следила за каждым твоим шагом. Ты доказала кайнам, что женщина может наследовать трон, теперь этим воспользуюсь я! Извини, но для того чтобы я могла взойти на трон Сардии, ты должна умереть. Хорошо, что ты привела сюда своего брата. Пока в Тессоне начнут разбираться и делить власть, я успею хорошо укрепиться.
— Это ты развязала бойню? — спросила Ира. — Зачем?
— А ты до сих пор не поняла? Мне надо было заманить тебя в нужное место, а ты не могла не отреагировать на уничтожение Талимы и толпы беженцев в Тессоне. Зная тебя, я ни капли не сомневалась в том, что ты бросишь всё и сама примчишься разбираться в происходящем. Я специально не скрывалась, чтобы меня могли запомнить люди графа. К сожалению, ты меня не узнала, но всё равно пришла туда, куда мне нужно.
— Я тебя не видела, только гравюру, потому и не узнала. Со столицей понятно, но для чего было развязывать войну в остальном королевстве?
— Обо мне знали многие дворяне Сардии. Тебе никто из них ничего не сказал, но не все желали, чтобы я заняла трон брата, поэтому решила с помощью верных мне людей немного сократить число врагов. К сожалению, кое-где это не получилось. Ну ничего, главное — это убрать тебя, а со своими противниками я как-нибудь разберусь.
— Понятно, — сказала Ира и, максимально ускорившись, начала действовать.
Два выстрела из пистолета — и Лаша запрокидывается назад с простреленной головой, а жрец роняет свой шар и хватается рукой за грудь. Подхватить шар магией не получилось, и он с громким стуком упал на пол. Одно за другим открылись трое врат.
— Все вон! — заорала Ира, понимая, что не успевает.
Где-то далеко в глубинах земли началось движение, ходуном заходил пол, и по стенам зазмеились извилистые трещины. Дружинники дисциплинированно бросились во врата, но они тоже не успевали, а Олес и не думал бежать, бросив сестру.
"Убью, если уцелеет!" — подумала она, зачерпнув всё, что мог дать Арус.
И в этот момент весь второй этаж замка вместе с крышей рухнул вниз.
— Убирайтесь немедленно! — опять заорала Ира Олесу и десятку не успевших уйти дружинников, которые заворожено наблюдали за плавающими в невесомости глыбами камней в трёх метрах у себя над головами. — Вы, идиоты, хотите, чтобы я здесь погибла?
Последний крик возымел действие, и дружинники быстро выскочили во врата, подхватив под руки принца. Она успела в последний момент выпрыгнуть в ближайшее окно, когда всё рухнуло. Братья Ордена помогли подняться на ноги и подали выроненный пистолет. Ира посмотрела на груду развалин на месте графского замка и на огромную тучу рыжей пыли, поднявшейся в высоту на сотню метров, подошла к Олесу и отвесила ему такую оплеуху, что принц с трудом удержался на ногах.
— Он знает за что, — сказала она изумлённой Грае. — Чтобы я ещё хоть раз взяла с собой твоего мужа! Из-за него мы чуть не погибли. Он немедленно возвращается домой. Ты тоже можешь с ним идти. По-моему, вы достаточно встряхнулись.
— Я уйду, — согласился Олес. — Ты-то что думаешь дальше делать? У них здесь свои разборки, а ты даже не знаешь, кто принадлежит к какой партии.
— Схожу к тому, кто может знать. Все остаются здесь и ждут меня. Принца это не касается.
Перед тем как ставить врата, Ира открыла "окно" в кабинет барона Сажа. Жореса в нём не было. Посмотрев в трапезной, она увидела в сборе всё семейство и, как и в прошлый раз, открыла врата за входной дверью.
— Жорес! — позвала она хозяина. — Я могу войти? Есть важный разговор.
На этот раз её появление не наделало переполоха и было встречено более сдержанно.
— Заходите, ваше величество, — вежливо пригласил барон, проигнорировав возмущённый взгляд своей снохи. — Что-то у вас сегодня немного растрёпанный и грязный вид. Может быть, позвать слугу, который поможет вам привести себя в порядок?
— Я как-нибудь потерплю. Послушайте, барон, вы знали о том, что сестра Малха инсценировала свою смерть, отравив вместо себя служанку, и о том, что она хотела взойти на трон Сардии?
— А что с того, если знал? Прав на этот трон у неё больше, чем у вас, а вы уже доказали, что женщины могут править. Уж лучше она, чем бесконечные разборки между знатью.
— Эх, барон! Какая, в сущности, разница, мужчина правит или женщина? Всё дело в самом человеке. Нельзя допускать к власти честолюбивого мерзавца или беспринципную стерву. Она без малейших колебаний отравила девушку, чтобы на время побыть в тени, а в последние дни её люди вырезали всё население вашей столицы. Осталось меньше двух тысяч человек, которые сейчас ютятся в палаточном городке. А ведь в Талиме жили пятьдесят тысяч! И сделала она это только для того, чтобы выманить меня в нужное место и убить! Но и это ещё не всё. Пользуясь тем, что наше внимание приковано к гибнущей столице, она занялась уничтожением тех ваших дворян, которые могли стать препятствием на пути к трону. Только могли! И уничтожались они вместе с семьями! Лаша просчиталась, вызвав у многих возмущение. Я убила её, когда она хотела сделать то же самое со мной. Но ваша столица мертва, а по серединной Сардии идут ожесточенные схватки. Да и у вас, как я слышала, не всё спокойно.
— И что вы от меня хотите? Вам же выгодны неурядицы в Сардии. Глядишь, через полгода мы придём к вам на поклон.
— Вы дурак, барон, и я сильно в вас разочаровалась. Вы не нужны мне в качестве подданных и сейчас, а когда развалите своё королевство, не будете нужны и подавно! Если бы вы не находились в центре моих земель, я вообще закрыла бы границы и предоставила вас самим себе. Только на вашу границу не хватит никаких войск, да и не могу я спокойно смотреть, как мрут от голода дети и всякая гнусь насилует их матерей. Поэтому, если не наведёте у себя порядок сами, сюда придут мои солдаты и маги, и несогласных просто не останется. Наверное, лучше мне один раз устроить кровопускание, чем это ежечасно будете делать вы сами. Советую хорошенько подумать и поговорить со своими друзьями, если они у вас есть. Я сейчас уйду, но если через мои границы опять хлынут ваши беженцы, не обижайтесь, я больше не буду с вами церемониться. Не так уж сложно выяснить с помощью магии, кто мутит воду, и выжечь дотла их замки, как мы выжгли замок одного графа. Что вы побледнели, Жорес? Если бы вы знали, как мне надоела Сардия и сардийцы! Мне надо заниматься побережьем и готовиться к встрече с серьёзным врагом, а я вместо этого вынуждена заниматься вами. Уж на что были упёртыми жители Сенгала, но и их укатала беда. Кстати, все маги Сандера из тех, кто уцелел, принесли мне клятву верности, наследный принц объявил сестрой, а страной правит мой регент. Не знали? А мне от этого мало радости. Приходится переселять в города рахо очень много потерявших кров людей, кормить и обеспечивать их всем необходимым. Но к ним я отношусь с сочувствием: они пострадали от внешнего врага. А вот к вам у меня нет никакого сочувствия. Сколько можно с вами носиться? Вы, по сути, враги. Ваш король тридцать лет готовил против нас армию шуров, а большинство сардийцев и сейчас считают нас источником своих бед. Может, мне дать им основания так думать?
— Я поговорю с друзьями, — сказал барон. — Мы постараемся навести порядок, по крайней мере, здесь, на севере.
— Не скажешь, что у тебя произошло с Олесом? — спросил канцлер, когда они встретились в трапезной.
Ира только что пришла из Сардии и успела помыться и сменить запачканный костюм на платье. Кроме них двоих в трапезной пока никого не было.
— А что он вам сказал? — поинтересовалась она.
— Что устал и пообедает у себя. Но я не слепой и прекрасно вижу, что он сильно обижен. А обидеть его могла только ты.
— Заслужил, — сказала девушка. — Из-за него мы чуть не погибли.
Она коротко рассказала о том, что случилось в графском замке.
— Вот стерва! — высказался Лён по поводу сестры Малха. — Но ты не права. Он принц, а ты при всех отхлестала его по лицу. А подумала о том, что для него это первый боевой выход?
— Со мной и последний. Если хотите, могу перед ним извиниться, но брать с собой больше не буду.
— Извиняться или нет — это тебе решать самой. Я понимаю, что вы были на волосок от гибели, но распускать руки — это слишком.
— Ладно, погорячилась. Я извинюсь, и сделаю это так, чтобы узнали свидетели той оплеухи. Но работать с ним больше не буду. Там был не волосок, а хуже. Я ведь полностью выжала аруса. Малышу теперь декаду восстанавливаться, а мне жить без резерва. Сейчас он лежит в гостиной совсем дохлый. Ещё секунда — и я оттуда не ушла бы. А всё из-за того, что кто-то решил поиграть в благородного защитника. А ведь я его предупреждала и там два раза орала. Он и после этого не ушёл, ребята вытащили. А ведь Сантор сколько вдалбливал в его голову, что приказ начальника должен выполняться без промедления.
— Наверное, ты для него больше сестра, чем начальник.
— Вот поэтому пусть лучше сидит дома или ходит с кем-нибудь другим, чтобы потом на меня не обижаться. Оставим это, я с ним сама поговорю.
— Что будешь делать с Сардией?
— То, что обещала барону Сажу. Они мне осточертели, Лён! Ну сколько можно? Соберу ударный кулак из десяти тысяч армейцев, усилю гвардией и своими дружинниками с реактивной артиллерией и пройдусь по Сардии частым гребнем. Не открывают ворота — выжигаем замок. После показательной порки ещё сами начнут приглашать. А там пусть маги определяют, виновен или нет. У меня навалом своих людей, которым не помешают баронские и графские имения. Мне нужно готовиться к лету, когда решится вообще всё, а они постоянно отвлекают людей и ресурсы и без малейшей пользы!
— Вот тут я с тобой полностью согласен. Конец разговору, пришла молодёжь.
Молодёжь пришла не одна, а вместе с матерью, которой дети увлечённо рассказывали о своём катании на коньках.
— Ура! Рина вернулась! — закричал Серг. — Расскажешь, как сходили?
— Это разговор не для обеда, и вообще болтать за едой вредно. Спроси Веру, она подтвердит.
— А почему нет Нела? — удивилась мать. — Вы поссорились?
— Он на меня немного обиделся за то, что ушла без него.
— Это она ябедничает, пользуясь моим отсутствием, — сказал появившийся в дверях Нел. — Я, может, и обиделся, но не собираюсь пропускать из-за этого обед.
— Мы передумали, — сказал Олес, пропуская в трапезную жену. — В компании есть веселее.
— По какой я тебя? — спросила Ира, поднявшись со стула. — По левой? Дай поцелую.
— Меня и без тебя есть кому лечить поцелуями, — проворчал брат. — Злая ты, поэтому в следующий раз пойду с кем-нибудь другим.
— Вот и прекрасно, — подвёл черту Лён. — Давайте обедать, пока не остыла картошка с мясом, а то пропадёт половина вкуса. Её и так уже повторно разогревали.
Прошло два дня, за которые заметно похолодало. Дожди теперь шли реже и уже не были такими сильными.
— Ещё два-три дня — и конец дождям, — заметил канцлер, когда вдвоём с Ирой после завтрака шёл в свои комнаты. — Но зима обещает быть холодной. Ты придумала, что будешь делать с беженцами?
— Отправлю в города на побережье. Всё равно им некуда возвращаться, а две тысячи сардийцев я как-нибудь вынесу, тем более что среди них половина детей.
Вызов Мара прервал разговор.
— Ваше величество, в замке появился Воронцов и спрашивает, сможете ли вы его принять. Это по поводу возобновления работ и ваших последних заказов.
— Распорядитесь, Мар, чтобы его доставили ко мне, а я сейчас буду. Пойду я, Лён, торговаться. Когда обещаю заплатить, делают так быстро, что диву даёшься. Но это и хорошо. У меня не идут из памяти два даргонских корабля. Надеюсь, что их потопят или хотя бы сильно задержат шторма.
— Закончилась ваша война? — поинтересовался Воронцов, после того как поздоровался.
— Закончилось моё в ней участие, — ответила девушка. — Присаживайтесь, Павел, и рассказывайте, с чем пришли.
— По моим подсчётам дожди должны вот-вот закончиться, — сказал он. — В прошлом году они закончились даже раньше. Геологам в Дароме пока делать нечего, а вот буровики вполне могут начать работу. Но для этого нам нужны ваши люди.
— Как только скажете, сразу же выделим магов и охрану.
— Теперь второй вопрос. У американцев возле каждого из прибрежных городов есть свои врата. Нужны они и нам, чтобы уже сейчас доставлять орудийные башни, вспомогательное оборудование и строительные материалы. Потом нужно подобрать места для баз сторожевых катеров и аэродрома. Вы хотите подстраховаться авиацией из-за того, что мы не сможем быстро прикрыть побережье катерами и артиллерией?
— Вторжение произойдёт не раньше лета, — ответила Ира. — К этому времени, надеюсь, вы закончите. Но есть опасность появления одиночных разведывательных кораблей. Главная задача — не дать им высадится, а то потом замучаемся чистить побережье. К тому же могут протащить вратами какую-нибудь мощную магическую дрянь. Там все будут под защитой амулетов, но лучше не рисковать. А по уточнённым данным длина береговой черты от леса дикарей до пустыни почти тысяча километров. Пока нет ваших катеров, остаётся только авиация.
— Когда вашу заявку рассматривали специалисты, они примерно так и рассуждали. Только патрулировать побережье с помощью истребителей нерационально. У них форсированные двигатели, которые потребляют много горючего. Поэтому обычно разведку ведут высотными всепогодными самолётами, а истребители поднимают в воздух уже при появлении противника, сразу выводя их на цель. Такие же самолёты-разведчики можно использовать и для картографирования. По-2, насколько я понял, вы берёте просто на всякий случай, соблазнившись их простотой и экономичностью. При ваших вратах от них мало пользы.
