Принц обалдел от количества пленных. Их было почти пятьдесят тысяч. Неделю шли сбор добычи и сортировка пленных. Знатных разослали по замкам до выкупа. Граждан, опять же до выкупа, погнали подальшевглубьстранынагосударственныеработы.Анегражданиниже продаливрабство.ВобозеЭстрагонанашлинесколькоящиковсотличной сталью, предназначенной для каких-то южных оружейников. Клингор, усмехнувшись, приказал отделить её и отправить в Колинстринну, Мастеру Тору плата за старые долги и новые обиды.
Король довольно смеялся. Когда послал вино войску, над ним втихомолку издевались, а он оказался умнее своих приближённых: знал ум и характер братца, был уверен, что тот затеял какую-то очередную хитрость, и удачно ему подыграл.
Зинтрисса предпочла побыстрее выкупить своих воинов, чем принц был очень недоволен: думал, что армия уже разбита, а на границе встала возрождённая, правда, размером поменьше: тысяч шестьдесят. Но и у принца осталось столько же с учётом потерь и гарнизонов. Он втайне клялжадинизстолицы:потянулибысвыкупом,такнет,денежкинужны. Конечно же, значительная часть этих денег пошла на дополнительный набор войск и их снаряжение, но всё равно, быстрой и блестящей победы не получилось.
И принц, чтобы не ввязываться преждевременно во вторую битву, предпринял рискованный манёвр, решив использовать осторожность Эстрагона. Он обошёл армию Эстрагона и вторгся на территорию Зинтриссы, перерезав пути снабжения. Правда, при этом он и сам оказался отрезан от снабжения, но несколько перехваченных обозов его на время спасли.
Расчёт оказался правильным. Эстрагон не выдержал, покинул укреплённые позиции и, потрёпанный по дороге принцем, отошёл, перекрывая пути на столицу. Южные приграничные области Зинтриссы оказались отданы на милость принцу. Конечно же, он милости не проявил, беспощадно разграбив их и уведя почти всё городское население к себе в страну (граждан) либо в рабство (всех остальных). Действуя таким образом, принц стремился не столько нажиться или разорить врага, сколько вытащить войско неприятеля из укреплений. А враг стойко оборонялся, но в бой не выходил.
* * *
На других театрах военных действий дела шли не столь хорошо. Жугэ оказался очень крепким орешком. С первой подошедшей армией была проделана классическая операция. Одна из женщин, ходивших между враждующими лагерями, сообщила, что горцы ждут большой обоз с припасами, собранными союзниками. Сводный брат трёх принцев Тиргор,считавшийсяформальномладшим,посколькубылрождёнвторой женой, не был особенно искушённым в военных хитростях человеком, хотя считал себя вполне подготовленным в области полководческого искусства, тем более после военных действий во время рокоша. Он послал разведку, быстро обнаружившую обоз и сообщившую, что его охрана мала. Тиргор подготовил засаду в горной долине, через которую обоз был обязан пройти. Когда он атаковал обоз, обозники подожгли повозки и разбежались, а сверху тоже полетели огненные стрелы. Сухая трава вспыхнула, выходы из долины оказались заперты. Потеряв почти всю армию, очень сильно обожжённый, Тиргор вырвался из ловушки. Естественно, после этого речи ни о каком обходе армии шжи даже не шло. Тиргор умер через неделю.
Узнав, что Тиргор смертельно ранен, Жугэ, следуя древнему обычаю предков, прислал ему гроб лучший из возможных даров умирающему воину, знак того, что противник признаёт в нём равного. Гонец шжи с поклоном поставил гроб у шатра. Старкские военачальники окаменели. Для них гроб был плевком, насмешкой над ещё не остывшим телом. Он глумится над нашей смертью! зарычали они. Жугэ, узнав о реакции, лишь покачал головой: Дикари. Они не понимают красоты ухода. Так две правды разминулись, окроплённые кровью.
Принцу Атару пришлось срочно перебазироваться севернее, а между двумя армиями осталась дыра, куда проникали рейдеры из Зинтриссы и Шжи. Атар занял крепкую позицию, и старый мудрый Жугэ даже не пытался её атаковать, он лишь всячески провоцировал Атара на бой.
Война зашла в патовую ситуацию. Стороны обменялись ударами, которые ничего не решили окончательно.
Словом:
Хитрость и сила
Встретились в поле пустом. Меч и расчёты. Люди решили
Судьбы, что боги сплели..
Глава28
Перелом
Король Красгор был очень недоволен ходом войны. Основная беда, что на западе ситуация тоже накалялась. Три княжества еле держались под натиском Тромы. Надо было бы им помочь... но войсками командует Клингор, согласится ли он отпустить часть войск в княжества и затруднить себе кампанию? Монарх всё-таки решил обратиться с такой просьбой.
Неожиданным оказалось, что принц немедленно согласился и с десятком тысяч конников отправился на запад, оставив вместо себя генерала Кушаку. По дороге два брата встретились около Нотрана.
Король спросил:
Братец, а почему ты с такой охотой отправился в княжества?
Неужели не понятно, брат-государь? Эстрагон до дрожи в коленках боится меня. Станут ли они так же бояться Кушаку? Пусть враг видит перед собой не грозу, а тень страха, за которой маячит неизвестность. Кушаку я наказал: не зарывайся, не лезь на рожон. Угроза сильнее её исполнения.
Брат, ты не просто полководец, ты действительно главнокомандующий!
Клингору очень хотелось продолжить: Так почему же ты не отречёшься от престола в мою пользу?, но, конечно же, вслух он ничего подобного не сказал.
Я постараюсь полностью оправдать твоё доверие, брат.
У нас на границе с княжествами войск немного. Как ты надеешься одолеть войско Тромы?
Просили ли княжества вступиться за них?
Конечно, просили.
Тогда я явлюсь к трём князьям и потребую, чтобы они сделали меня главнокомандующим объединённого войска. Чужака они примут
495
легче, чем кого-то из своих. А войско баранов, возглавляемое львом, порвёт войско львов, возглавляемое бараном. Но для этого мне нужен твой указ, дающий мне неограниченные права вести войну и переговоры с союзниками.
Это будет сделано, с облегчением вздохнул король.
Он подумал, что братец не опасен, пока весь в азарте трудной войны. А потом надо будет сразу сплавить Клингора в лен, и пусть там действует по своему усмотрению. Зато на случай новой войны в запасе будет полководец, как он правильно сказал, при одном упоминании которого коленки дрожат. Так что, может быть, войн после этой ещё долго не будет.
И ещё одно понял король. Братец очень боится встречи лицом к лицу с Жугэ. Один из двух полководцев при этой встрече потеряет ореол гения стратегии и непобедимого. В этом вторая, затаённая, причина его перехода на запад. Там он уверен в победе. А тем временем старик Жугэ может заболеть или даже умереть, да и рассориться могут Зинтрисса и Шжи. Или же в Шжи начнётся очередная внутренняя свара... Словом, братец решил оттягивать встречу со старым лисом как можно дольше.
В принципе кое-что полезное этот Жугэ уже сделал. Принц Тиргор мёртв. Одним мятежником меньше. Теперь бы ещё Атара опозорить или даже прикончить помечтал король.
Через несколько дней после отбытия принца прискакал гонец и рассказал, что состоялось генеральное сражение. Кушака победил, и армия врага отогнана к самой столице. Король порадовался точности расчётапринца.Еслибынасевереувраганебыловторойармии,имеющей репутацию непобедимой, то война бы кончилась уже сейчас. Больше всего Красгор боялся, как бы его кузен-король не доверил в отчаянии пост главнокомандующего Жугэ. Ведь до сих пор два войска вели как будто две отдельных войны, без единого командования. Король Зинтриссы не доверял Жугэ до конца и боялся всяких неожиданностей, если Жугэ станетуправлятьвсемивойсками.Наегоместеятакжеоченьбоялсябы, подумал король Красгор и пошёл молиться за победу старквайского оружия. Для себя он решил, что теперь самое главное выбрать нужный момент и нужные формулировки для скорейшего заключения мира на западе. А потом можно вновь перейти к востоку. В голове роились всякие планы, но вмешиваться в распоряжения коннетабля сейчас было бы гибельно. В истории куча примеров этому, но дураки-короли опять и опять наступают на те же грабли. А я наступить на них не имею права. Помолюсь заодно, чтобы избавиться от такого соблазна, твёрдо решил монарх перед дверями дворцового храма.
* * *
Король Тромы Аритэу Астар лично возглавлял свою армию в кампании против трёх княжеств. Он был уверен в победе и не желал отдавать славу и честь кому-то другому.
Хотя король формально принадлежал к роду, непосредственно происходящему от императора-основателя, уже четыре поколения властители Тромы женились на женщинах из рода Лисью, вождей кочевого племени, завоевавшего королевство Трома и затем ассимилировавшегося. Вождьзавоеватель предпочёл убить не короля, а его жён и сыновей, и женить пленника на своих дочерях. Аналогичный приём хотел проделать канцлер с королем Старквайи. Нынешний король Тромы желал опять взять власть в свои руки, и война была для этого лучшим шансом. Пока всё шло неплохо: даже если бы княжества скоординировали действия полностью, у них было бы мало возможностей устоять. Но у противников единого командования не было, и троминцы спокойно били их поодиночке. Вспоминая прошлое сражение, когда лиуры явились на день позже и он успел разгромить синнов, а затем лиуры отступили без боя, король довольно ухмылялся. Ещё немного, и можно будет проявить благородство, предложив трём практически полностью завоеванным княжествам вассальные договоры. А там уж он постарается, чтобы договоры гарантировали все его интересы. Король не знал, что к границам Лиурии приближается Клингор с отрядом отборной конницы, и что три князя выехали в пограничный старквайский город Малинар для встречи с принцем.
Встреча в Малинаре началась с сообщения принца, что он имеет право либо лично с тысячей воинов-добровольцев помочь князьям как частное лицо, либо пустить в дело весь свой отряд и пограничные войска, но уже от имени королевства Старквайи. Начались препирательства между князьями. Принц терпеливо слушал и лишь изредка ехидно реагировал на самые идиотские заявления, например, когда князь Северной Хирры Стриргон проскрипел:
Всё, что происходит, нарушение имперских порядков. Я предлагаю намвсемтрёмотправитьсянаИмперскийОстровипопроситьИмператора объявить общий поход против Тромы.
А станет ли Император слушать трёх изгнанников, бросивших свои владения на растерзание, которые будут, точно так же, как сегодня, вовсю обвинять друг друга? Вы надеетесь, что Старквайя и Зинтрисса сразу помирятся и вместе отправятся усмирять Трому? спросил принц, потягивая вино. Вдобавок, если вы помните, нынешний Император, всего раз объявил общий поход, и лишь когда он имел на это полное право по договорённостям со всеми королями. Поход этот был направлен на защиту его собственного княжества, а не каких-то окраинных.
Мы не окраинные! гневно воскликнул князь Лиурии Юйрин.
Мы потомки героев Великого Похода и заняли эти места первыми из всех имперских владений. Мы, в отличие от Старквайи и Валлины, никогда не были под властью чужаков!
Всё это было полтысячи лет назад. Теперь порабощавшие старков и валлинцев сами под их властью. А центр Империи во Внутреннем Море. Для всех вы живёте на окраине Империи, хладнокровно ответил принц.
Принц слушал их перепалку с видом скупщика краденого, разглядывающего заведомо негодный товар. Князь Юйрин метал громы и молнии в адрес Старквайи, которая спит с захватчиками в обнимку, но в его голосе слышалась не столько злоба, сколько мольба о помощи. Князь Стриргон цеплялся за имперские хартии, как утопающий за соломинку, пытаясь найти спасение в букве закона, когда меч врага уже занесен над его шеей. Критонг молчал, багровея, и лишь комкал в пальцах перчатку, понимая, что торг здесь неуместен, но гордость не позволяет признать это первым. На второй день он почти ничего не говорил, лишь выразил удовлетворение, что князья наконец-то пришли к единой точке зрения, что добровольцы не спасут, нужна помощь королевства.
На третий день всё изменилось.
Ваши высочества! Вы забыли, что времена не мирные и мы не на Имперском Сейме. Я получил известие, что, пока мы здесь пререкаемся, ещё один город в Северной Хирре сдался троминцам. Вы, достопочтенные князья, вроде бы согласились, что лишь Старквайя может остановить Трому, сразу же перехватил инициативу принц.
Так скажи нам, принц, каковы ваши условия, сказал князь Синнии Критонг, сообразивший, в чем дело.
Нет. Скажу только: условия почётные и выгодные для вас. Но, чтобы мы не теряли время в зряшной торговле и в пререканиях по поводу условий, я прошу вас принять их заранее.
Возмущённые князья кричали ещё полдня, и принц, поднявшись, велел свёртывать лагерь и готовиться к возвращению. Лишь тогда князья с кислыми лицами поклялись, что примут условия, если они не будут задевать их честь и достоинство.
Хорошо,покровительственноулыбнулсяпринц.Первоеусловие. Вы становитесь вассалами Старквайи. В вассальных договорах записано полное сохранение ваших законов и обычаев, вашего имперского статуса, законы королевства будут действовать лишь после вашего утверждения, даньзавассалитет,невпримерпрочим,устанавливаетсявразмереодного золотого в год.
Одного золотого? удивились князья. Ты, наверно, оговорился. Одной тысячи золотых.
Да, одного, подтвердил принц. Вы отказываетесь от права объявлять войну и заключать мир без разрешения сюзерена. Если война с Тромой, вы полностью отдаете свои силы в распоряжение короля Старквайи, если же война с другим государством, высылаете установленные имперскими обычаями отряды в распоряжение короля Старквайи и имеете право лично командовать ими. В мирное время для вашей охраны в крепостях и некоторых городах будут стоять совместные гарнизоны. Их вы содержите сами.
Это несправедливо! воскликнул князь Критонг.
Возражение не имеет отношения к делу. Затрагивают ли условия ваши честь и достоинство? оборвал принц.
Нет, один за другим, скрипя зубами, согласились князья.
Тогда вот вам подготовленные вассальные договоры. Я немедленно вступаю в командование всеми вашими войсками и всеми войсками Старквайи на ваших границах и границе Тромы. Я сейчас же отправляю вестникаккоролюТромысизвестием,чтовыотныневассалыкоролевства Старквайи и с категорическим требованием немедленно очистить земли наших вассалов.
Король Тромы, удивлённый полной сменой декораций, два дня обсуждал всё с советниками. В итоге он предложил принцу поделить спорные княжества пополам. Принц, естественно, отказался, да он и не имел полномочий на дипломатию с королём Тромы (он предпочёл этого обстоятельства не уточнять: лично он был заинтересован в войне, а переговоры об её окончании благородно оставил старшему брату).
ТакСтарквайяоказаласьвовлеченавовторуювойну.Повсемправилам Империи, принц объявил, что Старквайя находится в состоянии войны с Тромой,напавшейнаеёвассаловиотказавшейсяочиститьихтерриторию.
Через месяц войну Троме объявила и Линна. Правда, король Линны допустил большую ошибку. Он не вступил в союз со Старквайей, так что эта война формально не имела ничего общего с войной Старквайи. Король хотел сохранить свободу действий для себя, но он забыл, что свобода всегда неразрывно связана с ответственностью.
