Фадж злорадно улыбнулся и, посмотрев на лицо Амелии, прорычал:
— Сейчас мы собираемся пойти и напомнить одному бородатому акромантулу, что магическая Англия не его персональная песочница, где он может делать всё, что ему взбредёт в его больную голову. В особенности с нашими детьми. Мы, знаете ли, тоже не последние люди в магическом мире и с нашим мнением следует считаться.
Амелия Боунс воинственно кивнула головой.
— Вы не против, если я буду присутствовать при Вашем разговоре с директором школы? — однако вопрос Делакура не застал Корнелиуса врасплох, более того, он ждал его.
— Конечно, месье Делакур, мы не против, даже более того, мы настаиваем на Вашем личном присутствии, когда мы будем объяснять нашему "многоуважаемому" директору, кто он есть, — с этими словами вся компания встала и направилась на выход из кареты.
-Кхе, кхе, миссис Боунс, как я помню, в Хогвартсе учится Ваша племянница, и даже на том же курсе, что и Гарри Поттер? — Амелия утвердительно кивнула. — Я просто подумала, что Вы, наверняка, хотели бы встретиться со своей племянницей, поговорить о том, о сём. Ведь вы очень заняты на работе. Времени, чтобы уделить внимание семье, всегда не хватает, а письма это не то. Вот я и подумала, что было бы неплохо, если Вы поподробнее расспросите её о том, чем сейчас, так сказать, дышат наши ученики. Ведь в письмах не напишешь того, что можно сказать с глазу на глаз.
Амелия и сама думала об этом, и упускать такую возможность не собиралась. Однако для себя она сразу решила, что присутствовать посторонним при её разговоре она не позволит. Она не собиралась смущать свою любимую племянницу. Поэтому следовало сразу поставить всех на место.
— Разумеется, именно так я и поступлю, миссис Амбридж. Однако, как Вы понимаете, для доверительной беседы разговор должен проходить с глазу на глаз.
Амбридж не была дурой и прекрасно поняла, что именно имела в виду Боунс.
— О, конечно, мы всё понимаем и ни в коем случае не будем мешать Вам.
Выйдя из кареты и направляясь к замку, Фадж задумчиво посмотрел на Корабль из Дурмстранга.
— Я вижу, что ученики Каркарова так же, как и Ваши ученицы, не пошли в Хогвартс на завтрак. Я так понимаю, причины у них те же, что и у Вас.
Мадам Максим улыбнулась кораблю и сказала:
— И да, и нет, господин Министр.
— А поподробней? — не удержалась Рита Скитер.
— Вчера вечером мои студентки стали свидетельницами очень неприятного разговора. На данный момент Габриэль является самой младшей студенткой в нашей группе. Она у нас что-то вроде всеобщей любимицы. Когда мои студентки узнали о благородном поступке мистера Поттера, — лица Фаджа и Амбридж вновь скривились, что не ускользнуло от Делакура, — то, естественно, захотели лично поблагодарить его. Однако они не хотели привлекать к себе внимание раньше времени, и потому, наложив на себя заклятия "хамелеон" и "тишина", решили подождать его у ворот к замку. Вот тут-то они и услышали разговор между Поттером и его рыжим другом. Не буду дословно пересказывать тот неприятный разговор, скажу только, что этот рыжий студент в очень оскорбительной форме высказался в адрес девушек нашей школы. Нужно признать, что мистер Поттер проявил сдержанность, достойную аплодисментов. Он не стал раздувать скандал, и как истинный джентльмен, встал на защиту не врагов, как утверждал этот рыжий мальчик, а будущих друзей, как утверждает он сам, с которыми, по его словам, у него дружеское соревнование. Как Вы понимаете, после того разговора авторитет мистера Поттера в глазах наших студенток поднялся на невероятную высоту.
— Полностью с Вами согласен. — Делакур не мог не вставить свои пять кнатов.
— Возмущённые таким отношением рыжего парня не столько к себе, сколько к самому мистеру Поттеру, они решили в этот же вечер на празднике узнать, как к Поттеру относятся остальные студенты. Спустя двадцать минут разговора со студентами Хогвартса, мои студентки выяснили следующее. Вместо того, чтобы извиниться перед мистером Поттером за своё отвратительное отношение к нему, Ваши ученики сами ждали от него извинений, считая его обманщиком. Мы слышали, что между Гарри Поттером и студентами Вашей школы есть определённое недопонимание. Однако, мы даже представить не могли, что травля студента зашла настолько далеко. Что самое удивительное, Ваши профессора вместе с Альбусом Дамблдором молча поддерживают эту травлю. По этой причине не стоило ждать прихода Гарри Поттера и Гермионы Грейнджер на праздничный вечер.
У Риты Скитер фанатично горели глаза.
— Гермионы Грейнджер?
— Да, Гермионы Грейнджер. Эта храбрая и умная девушка ни на секунду не усомнилась в невиновности своего друга, поэтому вместе с Поттером также стала изгоем. Возмущённые таким отношением к мистеру Поттеру мои студентки покинули праздник, а сегодня отказались идти на общий завтрак, проходящий в Хогвартсе.
— А что болгары? — от записей прыткого пёрышка уже шёл лёгкий дымок.
— С учениками Дурмстранга всё ещё проще. Сразу после испытания к нам пришёл Виктор Крам в сопровождении Игоря Каркарова. Как Вы понимаете, школа Дурмстранга делает уклон не только на боевую магию, но и на моральное воспитание студентов. Иначе они на выходе из школы получат отмороженных боевиков. Поэтому Крам принёс официальные извинения перед всеми студентками в целом и семьёй Делакур в частности за то, что он несколько увлёкся во время испытания и не уделил безопасности заложников должного внимания. Когда же студенты Дурмстранга увидели, что мои студентки покидают праздник, они поинтересовались о причине нашего ухода. Узнав об отношении к Гарри Поттеру и, главное, к Гермионе Грейнджер, Виктор Крам заявил, что можно ещё понять отношение к самому чемпиону, которого он, по его словам, глубоко уважает как соперника, но гнобить девушку... В общем, они также решили, что в той компании им не место, так что...
В этот момент замок содрогнулся, и от Хогвартса во все стороны прошла волна тёмной энергии. Маги скривились от запаха тлена и разложения.
— Что, во имя Мерлина и Морганы, происходит в этой школе? — присутствующие маги решили, что вопрос Делакура был риторический, так как в этот момент уже бежали к замку с волшебными палочками в руках.
Примечание к части
Serena-z. Отредактировано.
Расследование.
У входа в замок к ним присоединились студенты из Дурмстранга с Игорем Каркаровым во главе.
— Что это было? Я был уверен, что в Хогвартсе не практикуют некромантию. Тем более, некромантию высшего круга. — Каркаров посмотрел на Фаджа ожидая ответа.
— Понятия не имею. — Фадж явно был растерян. Боунс наколдовала "Патронус" и, отправив его в Министерство, решительно взяла власть в свои руки.
— Мистер Каркаров, пусть Ваши студенты перекроют выход и дождутся помощи. Министр, отправьте сообщение в больницу Святого Мунго. Пусть высылают всех, кого могут, слышите, всех. Нам может потребоваться их помощь.
Пока Министр диктовал сообщения своему "Патронусу", Боунс наколдовала ещё одного и отправила его в Отдел Тайн.
— Пока к нам не пришла поддержка, соблюдаем максимальную осторожность, а сейчас выдвигаемся к главному залу, возможно, там нужна наша помощь.
Войдя в Большой зал, все увидели учеников и профессоров, лежащих без сознания. Лёгкие взмахи палочек и диагностирующие чары показали, что студенты живы, но находятся в глубоком обмороке.
— Вы чувствуете, такое впечатление, будто в зале дементоры устроили для себя вечеринку, — однако ей никто не ответил. Присутствие дементоров почувствовали все.
— Никого не трогаем до прихода колдомедиков и людей из Отдела Тайн. Мы не знаем, что здесь произошло. — Амелия склонилась над своей племянницей, взмахнула палочкой и, спустя мгновение, облегчённо выдохнула.
Начав осторожно продвигаться к столу преподавателей, один из авроров заметил:
— Обратите внимание, большая часть студентов столпилась у выхода и вдоль стен. Кстати о стенах, — на стенах уродливыми шрамами красовались трещины толщиной в палец.
— А вот и Дамблдор, — в голосе Фаджа сквозило отвращение. — Должен заметить, что видок у него не ахти. — Дамблдор лежал безвольной куклой. Его бледный вид выдавал сильнейшее магическое истощение. Было очевидно, что совсем недавно из носа и ушей старого мага шла кровь, которая, к счастью, остановилась, ну или к несчастью.
Амелия бросила диагностирующие чары.
— Жив стервец, но очень сильно магически истощён.
— Кхе, кхе. Может нам всем повезёт, и он отбросит копыта?
Фадж разочаровано вздохнул.
— Не надейтесь, Долорес. Драконий навоз не тонет. Помяните моё слово, этот Паук ещё всех нас переживёт и выпьет чаю с лимонными дольками на наших могилах.
В этот момент в зал ворвались авроры из министерства. За ними по пятам шли колдомедики. Боунс вышла вперёд.
— Господа колдомедики, учитывая определённые обстоятельства, я прошу Вас оказать помощь, однако ни в коем случае никого не трогайте. С минуты на минуту должно прийти подкрепление из Отдела Тайн. Пока они не подтвердят, что опасность минимальна, я прошу Вас не рисковать понапрасну ни своим здоровьем, ни здоровьем наших детей.
— Не стоит беспокоиться, миссис Боунс, мы уже здесь. Прошу дать нам несколько минут. — Волшебники в серых мантиях и затемнённых капюшонах, из-за которых не было видно лиц, оперативно разошлись по всему залу и начали вести диагностику пространства.
— Хорошо. Авроры, внимание. Разбейтесь на боевые пятёрки. Каждая группа должна взять под защиту одного колдомедика и оказать ему не только защиту, но и помощь. Учитывая количество пострадавших, пройденные Вами курсы полевой медицины окажутся весьма кстати.
Спустя десять минут, один из невыразимцев сказал.
— Всё в порядке. Непосредственной опасности нет. Можете переносить учеников в больничное крыло.
Амелия Боунс увидела, что один из авроров подошёл к её племяннице и, подняв её заклятием "Локомотор", бегло глянул на свою начальницу. Та, в благодарность, чуть кивнула и вернулась к разговору с невыразимцем.
— Что здесь произошло?
— Невероятно большой выброс некроэнергии. Очевидно, в последний момент Дамблдор заметил опасность и попытался минимизировать угрозу. Однако в симбиозе со всей магией школы он лишь слегка снизил магический выброс, — невыразимец посмотрел на трещины в главном зале. — Защита замка почти рухнула, но практически чудом удержалась от полного разрушения.
— Защита замка восстановится?
— Она уже начала восстанавливаться. Правда, я не знаю, сколько времени это займёт, слишком сильный был магический выброс.
Делакур задумчиво смотрел на лежащего Гарри Поттера. Затем, посмотрев на невыразимца, спросил:
— Это сделал маг?
Невыразимец задумчиво покачал головой.
— Нет. Не в одиночку. Для этого нужен большой круг некромантов, плюс Большой Ритуал Боли по отнятию жизни у детей, лучше у младенцев, — посмотрев на зелёные лица магов, растерянно сказал. — Прошу прощения, профессиональная особенность учёного. Говорим, что думаем, и не думаем, что говорим. Я хочу сказать, что некроэнергия вырабатывается из боли и страданий. Объёма высвободившейся энергии было достаточно, чтобы поднять несколько кладбищ с мертвецами. Обычный некромант в одиночку не в состоянии удержать в своём магическом ядре такое дикое количество некроэнергии. Он либо сойдёт с ума, либо превратится в высшего лича. Так что, либо мы имеем дело со смертью высшего лича, что маловероятно, либо с уничтожением накопителя некроэнергии огромной мощи. Проблема в том, что мы не видим ни останков тела лича, ни остатков артефакта. В пользу артефакта говорит ещё и остаточная энергия, которая явственно родственна энергии дементора, и то, что её так много, меня здорово беспокоит. Единственное, что мы можем сделать, это расспросить самих участников этого происшествия.
Боунс обратилась к целителям:
— Господа, каковы ваши прогнозы?
Один из целителей разочарованно покачал головой и сказал:
— Они пробудут в таком состоянии по меньшей мере сутки.
Делакур вновь задумчиво посмотрел на Гарри Поттера.
— Миссис Боунс, Вы не будете против, если мистера Поттера и мисс Грейнджер положат в нашей карете? — Посмотрев на задумчивое лицо главы авроров, он поспешно сказал. — У нас имеется свой колдомедик, и уверяю Вас, я лично прослежу, чтобы эти два студента были в полной безопасности.
— Хорошо, месье Делакур. Учитывая то, что мы узнали за сегодняшний день, я думаю, это будет лучший выход из сложившийся ситуации.
Спустя минуту, два парящих подростка в сопровождении месье Делакур и мадам Максим отправились в гостевые комнаты кареты Шармбатонской школы.
Примечание к части
Serena-z. Отредактировано.
Невероятная удача Крауча младшего.
Барти Крауч возвращался в Хогвартс после встречи с Тёмным Лордом. Его господин не желал ждать новостей и всегда стремился стать обладателем информации одним из первых. А информация была более, чем интересной. Либо старик стал страдать маразмом, что весьма сомнительно, либо он затеял настолько грандиозную игру, что не побоялся выставить себя не в самом лучшем свете. Учитывая, что своей репутацией старик дорожил, его действия заставляли нервничать. В течение всей ночи Барти Крауч подробно рассказывал своему господину о событиях прошедшего дня. Оставив Лорда размышлять о дальнейших возможностях столь необычной ситуации, Барти под мантией невидимкой телепортировался к школе.
Дементоры, это была первая мысль, которая пришла к Краучу после аппарации. Их присутствием был пропитан воздух. Запах разложения и тлена. Выхватив палочку, он судорожно обернулся, в поисках этих тварей. Их присутствие он помнил слишком хорошо. Убедившись, что старых знакомых поблизости нет, и успокоив сердце от накативших воспоминаний, Крауч задумался.
"Мне срочно нужна информация. Сначала следует понаблюдать за школой издалека. В крайнем случае, возьму заложника и обо всём подробно расспрошу".
Встав на безопасном расстоянии, он заметил целую делегацию из невыразимцев, авроров и колдомедиков. В первые мгновения он решил, что его присутствие в школе раскрыто. Барти даже не представлял, каким образом Грюм смог выбраться из своей темницы в сундуке. Однако присутствие колдомедиков и невыразимцев не вписывалось в эту версию.
"Это конечно риск, но мне жизненно необходима информация".
Выпив оборотное зелье, Крауч подкрался к молодому аврору и, встав за его спиной, снял мантию. Взмахнув палочкой и невербально вырвав палочку у соперника он рявкнул.
— ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ!
Молодой аврор от неожиданности подпрыгнул, однако не на месте, а ушёл в сторону от возможного полёта заклятия. Лёгкий перекат и, вот спустя мгновение, аврор стоит в боевой стойке с запасной палочкой в руках, и мощным щитом перед собой.
— Хуже, чем я думал, но лучше, чем могло бы быть, — выразительно посмотрев на палочку, уставленную ему в лицо, он добавил. — Сколько можно вас, лоботрясов, учить, цельтесь в грудь или лучше в живот: так врагу будет тяжелее увернуться от заклятия, — видя, что аврор переместил прицел своей палочки на уровень его живота, но убирать не спешил, Крауч хмыкнул и проскрипел. — Во всяком случае, ты не безнадёжен.
