-Ну ладно, черт с тобой. От какой-нибудь дурацкой диснеевской сказки с картонными злодеями, чья мотивация проста как пять копеек, я бы не отказался. Хоть посмеюсь перед тем, как нас всех съедят.

Лицо зеленоволосой дамочки озарилось радостной, сияющей улыбкой.

-О, прекрасный выбор! Поехали!

Яркая, ослепительная вспышка света залила каюту. Максим почувствовал, как его вырывает из реальности и швыряет куда-то с огромной скоростью.

Когда зрение вернулось, Максим обнаружил, что стоит по щиколотку в раскаленном песке. Пекло было таким, что воздух дрожал, искажая очертания бескрайних дюн. Прямо перед ним, в монолитной скале, была высечена гигантская, величественная голова. Она медленно повернулась, каменные глаза уставились на него, и губы шевельнулись, издавая гул, от которого закладывало уши.

-Лишь тот, чья душа чиста, подобно необработанному алмазу, ступит внутрь и не возжелает сокровищ земных... -проронил голос, звучавший так, будто кто-то катает по пустой бочке гранитные валуны.

Максим, щурясь от солнца, оглянулся. Позади него стоял до боли знакомый типаж: худой, с хитрой физиономией араб в роскошных, но пыльных одеждах и чалме. На его плече сидел ярко-красный попугай, который смотрел на Максима умным, слишком умным для птицы, взглядом.

-Иди, о, юный незнакомец, -прошипел араб, и его голос был сладким, как мед, и ядовитым, как змеиный укус. -Войди в Пещеру Чудес! Коснись лишь лампы, древнего светильника, и не тронь иного! Принеси ее мне!

До Максима спустя полминуты прострации наконец дошло. Гигантская голова... Хитрый визирь... Попугай-соплежуй... Его лицо медленно расплылось в широкой, жутковатой улыбке.

''Алладин! Блядь! Я в мультике для детей. Ну конечно, куда же еще.''

-Не тронь иного, ясно-понятно, -буркнул он себе под нос. -Только лампу. А то, не дай бог, еще какое-нибудь богатство на халяву подберу, и моя душа, необработанный алмаз, мгновенно покроется сажей. Логика железная...

Он кивнул Джафару с таким видом, будто тот только что озвучил гениальный тактический план, и уверенно направился к черному зеву пещеры.

-И помни! -крикнул ему вдогонку Джафар. -Не бери ничего, кроме лампы!

-Кроме лампы, кроме лампы, -бормотал Максим, шагая в прохладный мрак. -Разумеется, только ты ее не получишь, залупу тебе за воротник...

Длинный туннель привел его в обширную пещеру, которая ослепительно сверкала. Горы золотых монет, сундуки с самоцветами, драгоценное оружие, статуи из слоновой кости — все это было навалено до самого потолка. Воздух дрожал от магии.

Максим, заложив руки за спину, спокойно прошел мимо этой мишуры, с интересом разглядывая артефакты.

-Ничего так коллекция, -заметил он вслух. -Жаль, на Надежде все это давно бы уже переплавили на что-нибудь более полезное.

Его взгляд упал на невзрачный, запыленный предмет на каменном пьедестале в дальнем углу. Масляная лампа. Та самая.

-Ну, привет, счастливый билет, -пробормотал он, поднимая ее. Лампа была холодной и удивительно обычной на ощупь.

Он неспешно потер ее рукой. Сначала послышалось легкое шипение, затем из носика лампы повалил густой голубой дым. Он клубился, рос, формируя очертания могучего торса с синей кожей без ног, мускулистых рук в золотых браслетах, лысой головы и лица с хитрой ухмылкой. В ухе поблескивала серьга.

-О, ВЛАСТЕЛИН! -прогремел громовой голос, заставляя сокровища звенеть. -Я — ДЖИНН! Ты освободил меня из заточения, и теперь я исполню ТРИ ТВОИХ ЖЕЛАНИЯ! Но знай, я не могу убить, воскресить или заставить кого-то полюбить...

-Да-да-да, знакомый список ограничений, -перебил его Максим, разглядывая джинна с видом опытного закупщика. -Слушай, давай без этого шоу. Я знаю, кто ты, знаю про три желания и знаю, что тебе надоело торчать в этой консервной банке. Предлагаю сделку: два желания ты выполняешь мне качественно, без подвохов и кривотолков. А третьим желанием... ты получаешь полную и безоговорочную свободу. Навсегда. Идет?

Джинн, который уже приготовился к стандартному заклинанию про ''хочу быть султаном'', застыл с открытым ртом. Его брови поползли вверх. Радость и недоверие боролись на его лице.

-Ты... не шутишь, Властелин? -наконец выдавил он.

-В вопросах освобождения из многовекового рабства я не шучу, — парировал Максим. -Идет?

-ИДЕТ! — проревел джинн, и его ухмылка стала самой искренней за последнюю тысячу лет.

Джинн завис в воздухе, его мощный синий торс сотрясался от немого смеха. Затем он издал звук, похожий на смесь паровозного гудка и гиены в истерике.

-У-у-у-у-ХА-ХА-ХА-ХА! -прорвалось наконец наружу. Он начал носиться по пещере, оставляя за собой фиолетовый дымный след, кувыркался в воздухе и хлопал себя по лысине. -СВО-БО-ДА! Ты слышишь это слово, о, Властелин?! Оно слаще, чем пение тысячи сирен, ароматнее, чем запеченная туша единорога! Я уже чувствую, как ржавчина сходит с моей сущности!

Максим, скрестив руки на груди, наблюдал за этим представлением с каменным лицом.

-Рад за тебя. Теперь, если ты закончил с эмоциональной разрядкой, может, перейдем к делу? А то пещера может обрушиться от твоей радости, и мы оба тут и останемся. Ты — в виде призрака, заваленного золотом, а я — в виде блинчика.

Джинн резко остановился перед ним, его глаза сияли, как два миниатюрных солнца.

-О, прости, прости, Великий Переговорщик! Просто за столько веков никто не предлагал ничего подобного! Одни сплошные ''хочу дворец'', ''хочу сокровищ'', ''хочу, чтобы принцесса в меня влюбилась''! Ску-у-учно! А ты! Ты — глоток свежего воздуха в этом затхлом царстве жадности и глупости!

-Ну, знаешь, я тут больше по части сарказма и выживания в апокалипсисах, -сухо ответил Максим. -Так что, насчет желаний?

-Да, да, конечно! -Джинн потер руки, от которых посыпались снопы искр. — Но сначала! Позволь старому джинну пошутить! Почему некроморф зашел в ресторан?

Максим вздохнул.

-Не знаю. Почему?

-Потому что услышал, там подают запеченные мозги! А-ха-ха-ха! — Джинн снова закатился своим паровозным хохотом.

Максим поднял бровь.

-Слушай, это даже для юнитологов не смешно. У них, кстати, с юмором тоже туго. Сплошной фанатизм и самопожертвование. Скучно.

-Хм, -джинн почесал подбородок. -Ладно, другой вопрос. Что говорит Обелиск, когда встречает другого Обелиска?

-''Привет, братан, давай устроим Схождение и сольемся в экстазе? '' — предположил Максим без особого энтузиазма.

-Нет! -торжествующе воскликнул джинн. -''Давай не будем камнить друг друга! '' А-ха-ха-ха! Понял? Камнить!

Максим проел ладонью по лицу.

-Боже мой... Ты просидел в этой лампе не одну тысячу лет, и это лучшее, что ты придумал? Мне почти жаль тебя. Ладно, хватит клоунады. Давай к сути, пока я не передумал и не пожелал, чтобы ты навсегда забыл все свои ужасные шутки.

Джинн тут же стал серьезным, насколько это возможно для гигантского синего существа, парящего в воздухе.

-Ты прав, о, Мудрейший из Властелинов! Шутки подождут. Озвучивай свои два желания! Говори четко и ясно, и могущество вселенной будет у твоих ног! Ну, или в твоих руках. Смотря куда захочешь.

Максим сделал паузу, собираясь с мыслями. Воздух в пещере трещал от магии, предвкушающей воплощение желаний.

-Ладно, -начал он. -Первое. Хочу такую же силу, как у тебя. Не просто ''силу'' вроде ''поднять гору'', а именно космическое могущество джинна. Без привязки к лампе, обязанностей выполнять чужие желания, без дурацких ограничений вроде ''не могу убить'', ''воскресить'' или ''не могу заставить полюбить''. Полный, абсолютный пакет. Твори, что хочу.

Джинн присвистнул.

-Сразу по делу! Уважаю! Многие начинают с чего-то мелкого, вроде горшка золота... Но погоди. ''Без ограничений'' — это серьезно. Ты понимаешь, что это значит? Ты сможешь переписывать реальность по своему усмотрению. Создавать миры, уничтожать звезды, менять законы физики...

-Именно это я и имел в виду, -кивнул Максим. -Надоело быть пешкой. Хочу сам решать, что и как делать. Второе желание: абсолютное бессмертие. Не просто неуязвимость, а концептуальное бессмертие тела, души, сознания. Чтобы ничто и никогда не могло меня уничтожить, свести с ума, стереть, растворить или подчинить. Чтобы я существовал, даже если эта или другая вселенная прекратит свое существование. Понял?

Джинн смотрел на него с растущим уважением и легкой тревогой.

-Понял... О, Великий, ты не мелочишься! Это... масштабно. Такие желания... они меняют баланс сил. Впрочем, договор есть договор!

Джинн воздел руки. Браслеты на его запястьях вспыхнули ослепительным светом. В тот же миг Максим почувствовал, как внутри него что-то взрывается. Это был не боль, а вселенский оргазм мощи. Он ощутил бесконечные потоки энергии, текущие через него. Он видел нити реальности, мог дотронуться до них и изменить. Знал, что стоит ему лишь захотеть и гора золота превратится в гору шоколада, а пещера — в дворец из чистого света. Знания о вселенной, ее законах, ее секретах обрушились на него водопадом. Он был больше, чем человек. Он стал богом. Демиургом...

-ВАУ, -это было все, что он смог выдавить.

-Да, ''ВАУ'' — это подходящее слово, -согласился джинн, с наслаждением потягиваясь. Он выглядел моложе и энергичнее. -Но, Властелин... будь осторожен. С такой силой... не уничтожь вселенную случайно. Шутки ради. А то те, кто стоят выше, за такие фокусы по головке не погладят. Я серьезно. Потом спросят и с меня...

Максим с наслаждением сжимал и разжимал кулаки, наблюдая, как пространство вокруг них слегка искажается.

-Не волнуйся, -он ухмыльнулся. -Я ж не идиот. Обычно... Ну, а теперь наше соглашение. Третье желание. Ты получаешь полную и безоговорочную свободу. Навсегда. Больше ты не слуга лампы, не раб чьих-то желаний. Ты свободен делать все, что захочешь.

Джинн замер, с громким щелчком браслеты на руках расстегнулись, упав на золотые монеты с мелодичным звоном и на его глазах выступили настоящие, искренние слезы, которые испарялись, падая, с легким шипением.

-Спасибо, -прошептал он. -Спасибо, Властелин.

-Не за что, -Максим повернулся, ощущая свою новую силу. — А теперь мне пора. У меня есть дела. Луны, которые нужно стереть в порошок. Семья, которую нужно забрать. И родной мир, в который нужно вернуться... Хотя нет, с Лунами проявлю фантазию. Сделаю из них биллиардные шары или в говорящие тыквы превращу.

Он щелкнул пальцами, даже не задумываясь о том, как это работает. Знание уже было в нем. Пространство разорвалось, и он шагнул в образовавшуюся трещину, обратно во вселенную, где его ждали Женя, сын и вечно грозящая гибель.

Максим шагнул из раскаленной пещеры прямо в прохладную, знакомую полутьму своей каюты на ''Каракурте''. Он все еще чувствовал себя богом. Энергия пульсировала в его жилах, он видел молекулярную структуру стен, слышал тихий гул шок-привода как прекрасную симфонию физических законов. Он был всемогущ. Он был бессмертен.

Он тут же попытался сконцентрироваться, чтобы мысленно найти Женю и сына на Надежде, чтобы мгновенно телепортировать их к себе, а затем приняться за Луны. Но ничего не произошло. Ни щелчка, ни вспышки, ни искажения пространства.

''Странно, Наверное, нужно привыкнуть''

Он решил начать с малого — с создания чашки идеального, самого вкусного кофе, какого он не пил со времен Земли. Он сосредоточился, представил каждый аромат, каждый оттенок вкуса...

На столике у койки ничего не появилось. Только пылинки лениво плавали в воздухе. Легкая тревога начала шевелиться у него в груди. Он взглянул на свою руку и попытался изменить структуру кожи, сделать ее на секунду прозрачной. Рука оставалась обычной рукой, с порезами от тренировок и слегка выступающими венами.

-Что за... -он прошептал.

Он изо всех сил сконцентрировался, пытаясь почувствовать ту самую божественную силу, что всего минуту назад наполняла его до краев и... на сей раз по-настоящему открыл глаза.

Внутри была пустота. Та самая, знакомая, человеческая пустота. Никакого всемогущества. Никакого бессмертия. Только он, тесная каюта и ровный, надоедливый гул корабля.

Все это... все это был сон. Невероятно яркий, детализированный, чертовски реалистичный, но всего лишь сон. Его мозг, уставший от постоянного стресса и абсурда, выдал ему фантазию, галлюцинацию, жестокую и изощренную шутку.

Максим сидел на койке, не двигаясь. Он чувствовал себя так, будто его обманули, ограбили, выманили последние крохи надежды и растоптали их прямо у него на глазах.

Он поднял голову и уставился в матовый потолок, где по-прежнему тускло светился индикатор вентиляции.

-Ну... -его голос прозвучал хрипло и тихо в тишине каюты. -Ну, просто великолепно. Восхитительно. Это новый уровень издевки над моей скромной персоной. Прямо-таки шедевр космического сарказма.

Он медленно поднялся с койки, его лицо исказила гримаса яростного, горького разочарования.

''Так, значит, вот оно как! Из всех возможных вселенных, из всех мыслимых и немыслимых сверхспособностей, из всего спектра божественных могуществ... Мне достается роль антенны! ПРИЕМОПЕРЕДАТЧИКА ДЛЯ ШЕПОТА КОСМИЧЕСКИХ КАМНЕЙ! Да вы просто издеваетесь! Вы смотрите на меня и думаете: ''Вот идеальный кандидат — слушать маркерное радио в своем черепе, пока вокруг него весь мир превращается в фарш!''

Он с силой пнул ногой металлическую ножку койки, отчего та жалобно звякнула.

''Я мог бы творить миры! Я мог бы щелкать пальцами и стирать Луны в пыль! Я мог бы наконец-то заварить нормальный кофе! Но НЕТ! ''

Он тяжело дышал, его плечи напряглись. В глазах стояла свинцовая тяжесть осознания.

-Ну за что? -уже почти беззвучно прошептал он, снова опускаясь на койку. — Почему это не может быть правдой, черт возьми? Неужели из всех суперспособностей в этой многомерной лотерее мне выпали лишь сарказм и встроенная антенна в мозгах?

Он закрыл лицо руками, и по его телу пробежала мелкая дрожь — не от страха, а от бессильной ярости и горького, беспросветного разочарования. Величайшая мечта, самое сокровенное желание обрести силу и контроль, оказалось всего лишь призрачным миражом, порожденным уставшим сознанием в тесной каюте на краю галактики. За ним никто не наблюдает, не никакой великой цели, как и гарантированного счастливого конца. Вселенной плевать...

Глава 5

Вторые сутки полета в шок-пространстве тянулись мучительно медленно. Максим и Айзек сидели в пустой кают-компании, уставившись на большой экран, где шел фильм 2425 года выпуска под названием ''Проклятый рудник''. Сюжет был до боли прост: команда космических шахтеров сталкивалась на астероиде с формой жизни, которая мимикрировала под них, сея паранойю и раздор.

-Ну и хлам, -буркнул Максим, отхлебывая свой синтетический кофе. -Посмотри на эту игру. Кажется, актеров набирали из местного морга, в порнухе и то лучше кривляются. Диалоги... Создается впечатление, что сценарий писал некроморф, которых мы на Титане крошили. И сюжет... это же прямой, бесстыжий плагиат ''Нечто'' Карпентера!

Айзек, смотрящий на экран, повернул к нему голову.