Первая тень

Несмотря на свои сомнения, она любила этого ребенка, но ее не покидала мысль...

Прошло больше десяти лет, когда до нее дошли слухи о Сетанцах, странные перешептывания о немыслимо аморальных поступках и злодеяниях, которые они совершили. Все, что ей удалось выяснить, — это то, что они с кем-то воевали. Но это были Эмпирейские войны. Все с кем-то воевали, и ни один мир не был полностью невиновен. В конце концов, в этом и заключается зло войны — в том, что она в значительной степени развращает порядочных людей и оправдывает себя необходимостью.

Но Лорна не просто так дала ей эту монету. Она пыталась ей что-то сказать. Было очевидно, что она несчастна. Другие, может, и не замечали этого, но она замечала. Как и их мать. Что, если она хотела сказать, что семья, в которую она вошла, не так проста, как кажется? Что, если дело было в чем-то зловещем?

Лорну было уже не спасти, но это не значило, что уже слишком поздно все выяснить.

Делайя отправила телеграмму Авишан, которая теперь правила Атрисией вместе со своим мужем, императором Джар"каем, с сообщением о том, что хотела бы навестить их по важному делу.

Атрисийцы — искусные и дисциплинированные воины и мудрецы, родом из Раваата. В их исторических книгах говорится, что когда-то они сражались с древним злом, обрушившимся на их мир. Хотя зло было побеждено благосклонным духом и его союзниками, некоторые сочли это дурным предзнаменованием и решили отправиться в Атрисию, Тао и другие нетронутые земли. Несколько воинов и одарённых последовали за ними, а также те, кто был не столь благороден и увидел в этом возможность продвинуться по службе.

Поэтому, когда королева Делайя пересказала эту историю императору Джар"каю и показала ему монету, он подтвердил её худшие опасения: "Мой отец встретил твоего деда на Паксе много лет назад, когда тот был ещё совсем юным. Я запомнил это, потому что он внушил мне такую мысль: "Из всех лжецов на Паксе больше всего остерегайтесь сетанцев, которые подобны змеям в человеческом обличье". — Лицо Делайи помрачнело, но он продолжил рассказывать о слухах, которые до неё доходили. — "Сетанцы — подстрекатели к войне до мозга костей. Под предводительством чудовища по имени Звёздный Ворон они уничтожали целые цивилизации! Эмблема на этой монете древняя. Это знак Хранилища Бездны, дьявольского культа, о котором чем меньше сказано, тем лучше. То, что твоя сестра доверила тебе эту монету, скорее всего, означало, что она раскрыла их тёмную тайну".

Делайя и Авишан не скрывали слёз, но взяли себя в руки и решили пощадить мать, опасаясь, что она тоже поддастся слабости, как их отец. Видя их горе, император Джар"Кай дал им обещание: "Мы, атризианцы, отомстим за вашу убитую сестру, которая была и нам как сестра!" Затем он и сам не смог сдержать слёз.

Возглавляемые к'Джтари, величайшими мастерами боевых искусств своего королевства, атризийские войска вскоре были мобилизованы и выступили в поход, чтобы отомстить за королеву Лорну. Была и другая фракция, с которой император Джар'Кай советовался — та, которая, по его мнению, могла бы присоединиться к их начинанию. Но, не желая давать им ложную надежду, он не стал говорить об этом.

Империя Сетан все еще находилась в ослабленном состоянии после поражения Звездного Ворона от рук Соломона Катара, но теперь, когда они были связаны кровными узами с ситхами, а часть их была задействована на Дроменкасе в качестве селекционеров для выведения человекоподобного потомства, они начали восстанавливаться. На Сете шла подготовка к захвату земного мира в системе Сол. Но, несмотря на всех своих хваленых прорицателей, гаруспиков и астромантов, они были совершенно не готовы к полномасштабному нападению атризийцев с армией звездных драконов за спиной!

Возмездие дуинуогвуинов было быстрым и беспощадным. Они перебили всех, кроме нескольких, развращенных сетанских колдунов, оказавшихся на свободе, и многих из их кровожадных эурнийских приспешников. В результате их разгрома Морское хранилище превратилось в Каши Мер из Пакса, а джентараджи из Джентауи остались лишь с горсткой космических магов и их прислужников. Они и сами по-своему доставляли немало хлопот, но Империя Сета прекратила своё существование.

Королева Дуинуогвуин, сменившая их матриарха, предала огню всё проклятое поместье Хайад и прилегающий к нему город, уничтожив большую часть их истории. От их духовного наследия почти ничего не осталось, кроме Тёмной рощи и преданий Сета, сохранившихся в "Легенде о семи вратах".

Ситхи узнали о роли Алдераана в этой истории и решили отомстить, так что уже следующее поколение, взрослые дети королевы Делайи, были вынуждены присоединиться к своему народу в изгнании. Хотя они и были готовы сражаться с проклятыми ситхами, они предпочли покинуть свой мир, чтобы не ввязывать в войну килликов.

Так алдераанцы обосновались на Аквилее и Офучи (позже — Офдераане), но королевский дом всегда помнил о своих корнях, и было предсказано, что однажды они вернутся.

Колдуны в черном

СТРАЖИ ГУННИНГАНА

Среди наиболее хищных подданных Древних были раката. Выведенные из Онгри, похищенных у Скустелла, и гунганских бойцов, захваченных на Лехоне, раката-сапиофаги были умелыми и воспитанными в духе жесткой иерархии.

В отличие от своих бивалльских собратьев, которые придерживались строгого нейтралитета на Протобранче, раката захватили Лехон у гунганов, которые тогда были известны как гуннинганы, поскольку Гуннинга в то время была не царством зла, а самой удаленной точкой от Ядра точкой Галактики — физический и метафизический "конец галактики", за которым ничего не было.

Задолго до вторжения темных сил в Небесную реку и до создания Иллатуриона из ничего, Гуннинга считалась Целестиалами местом, где Враг мог бы одержать верх, и поэтому за ней всегда следили.

Когда Старейшие объявили уничтожение гуннинганов, раката прибыли с жаждущими крови мечами и могильным ветром, пахнущим смертью. Они не ожидали, что стычка будет лёгкой, но появление кумумганских крестоносцев, которые были предками гуннинганцев и первыми жителями Тунита, застало их врасплох.

Благородные галактические воины, кумумга, изматывали силы противника в системах по всей галактике, укрепляли союзные армии и помогали вернуть утраченные позиции. Как и сефи, салластанцы, джерни и мууры, кумумганцы принимали у себя людей и гуманоидов или находили для них безопасные миры. Именно так они впервые подружились с атрисианами.

И вот с гордыми сердцами и крепкими клинками защитники-перворождённые, плечом к плечу с гуннинганскими гвардейцами, почти покончили с ракатанами. Затем крестоносцы обратились к своим союзникам-атрисианам с просьбой помочь гуннинганцам найти новый дом, потому что старый был захвачен силами зла, которые пришли с ракатанами с этой целью.

Атрисианские воины, недавно покорившие сетанцев, откликнулись на призыв, но обнаружили, что ракатаны лишь притворились побеждёнными. Их было очень много уже тогда, и, поскольку им было приказано уничтожить всех гуннинганцев до последнего ребенка, они тайно последовали за своей добычей в их новый мир, жестоко наблюдая и выжидая удобного момента для нападения.

Атризианцы, почувствовав, что что-то не так, остались с изгнанниками, чтобы помочь им обосноваться на бывшей столице Сетана, которую они переименовали в Набу. Другую помощь оказали оссерианцы, которые дружили с гуннинганцами. Помощь пришла в виде сандо"джир, которые проникли через подводные врата в их океан. Когда ракатаны напали на гуннинганцев, водные монстры Сандо вырвались из воды, чтобы сокрушить и поглотить ничего не подозревающих захватчиков, а затем снова ушли в моря Набу.

Барон Балмтоп не собирался мириться с поражением. Ракатанец-претор носил на себе череп Гримвальда, боворианского герцога, которого он убил в бою. Это стало его последним испытанием перед тем, как он стал лидером. Для претора или консула признать поражение или не принять вызов означало потерять лицо, что гарантировало бы его скорое убийство и смену власти. Итак, они вернулись на Набу с легионом ночных пауков, вирмоков, нарглатчей, титавианцев и других существ, в том числе нескольких подводных хищников. Они даже отправили своих агентов на Луну, чтобы захватить её.

Атризианцы тщательно оберегали свои секреты и в те времена владели редкой магией, унаследованной от Раваата и отточенной их самыми искусными адептами. Они прибегали к ней только в случае крайней необходимости. Старшие мастера атризианского к'Джтари, известные как Киосутокира, вышли вперёд. За ними стояли их подданные, ожидавшие своей очереди. Взяв священные одеяния, которые хранились в их сосудах именно для этой цели, они вознесли молитву, чтобы защитить свой народ во время проведения этого опаснейшего ритуала. В считаные мгновения атризианцы на Набу и на его спутнике выросли до размеров деревьев заэла!

Правитель Гуннинганов вождь Балам не собирался оставаться в стороне и потребовал, чтобы старейшины дали ему подходящее оружие, чтобы он мог сражаться вместе с ними, ведь он не мог позволить им защищать его народ без него. И они дали ему копьё с наконечником из редкого аквамарганита мангана. С его помощью он мог бы нанести большой урон!

Атризийцы, словно великаны, двинулись вперёд, сокрушая и сбивая с ног раката и их чудовищ, заставляя их перепуганные армии бежать от них.

Но барон Балмтоп привёл с собой своё секретное оружие. Словно предвестник смерти, в небе появился ужасный облик ксотианца Мекамока, парящего на перепончатых крыльях и отравляющего сам воздух. Его бесформенная голова с щупальцами выискивала добычу, где бы та ни находилась, и превращала гигантских атризийцев одного за другим в камень!

Раката торжествующе взревели, но вождь Балам, взобравшись на окаменевшие плечи одного из атризийских старейшин, обмотал голову туникой, чтобы закрыть глаза, и метнул копьё в Мекамока, который как раз пролетал над ними. От пронзительного крика пронзённого ксотианца головы атризийцев рассыпались, а сам он рухнул вниз и раскололся, как раздавленная шуура.

Проклиная такой поворот событий, барон Балмтоп бросился вперед с мечом наперевес, чтобы отрубить голову вождю Баламу, но гвардия Гуннинганов последовала примеру своего предводителя. Подняв камни из обломков павших старейшин, они принялись яростно швырять их в ракатанов, чего те прежде не видели, и в конце концов убили Балмтопа, заставив остатки ракатанов бежать обратно в свой забытый мир.

В ту же ночь вождь Балам возглавил траурную процессию, в которой шли гуннинганцы, атрисийцы и оссерийцы, направляясь в Отох-Д'ин, сад, спрятанный посреди болот, который до сих пор служит местом упокоения для мертвых. Во время заупокойной службы оссерийская делегация утешала скорбящих, обещая им загробную жизнь в Стране мертвых, которую гуннинганцы позже стали называть Оссорусом.

Подобно тому, как маджаны из Барунды почитали и обожествляли своих спасителей-салластанцев, как это было показано в "Руинах Назвы", гуннинганцы позже создали пантеон во главе с ОмаОмой — так звали их верховную правительницу. Таким образом они могли увековечить память о тех, кого считали достойными. Атризианским старейшинам, пожертвовавшим собой, дали имена в соответствии с их жизненными качествами: Доббис (воительница, которая любила танцевать под дождем); Коббл (шеф-повар); Нододо (любитель подшучивать над друзьями и врагами); Вамка Пол (научившая гуннинганцев спортивным играм); и Гобба (жених Доббис, который научил гуннинганцев черпать магию в природе).

Когда вождь Балам умер, его тело поместили в Отох-Д"ин, где, как считалось, он присоединился к старейшинам в загробном мире.

Копье и драгоценный камень, подаренные ему, стали одними из самых ценных артефактов, которые, как видел босс Ругор Насс, были украдены (и впоследствии возвращены) во время Галактической гражданской войны. Что касается злодеев Мекамока и Балмтопа, то их провозгласили богами зла и разрушения.

ЗАПРЕТНЫЕ КНИГИ

Если бы не война, Перворожденные и их союзники давно бы помешали древнему Врагу и его планам, но в пылу сражений множились и процветали многие порождения зла, питаясь хаосом, неразберихой и клеветой, присущими конфликтам. Тайные заклинания, зашифрованные тексты, магические артефакты и проклятые произведения искусства создавались под руководством Совета Теней, и в грядущие годы они должны были сыграть свою роль. То же самое можно сказать и об адских порталах: некоторые из них служили приманкой для Девяти кругов ада или призывали оттуда злобных сущностей. Помимо порталов, они принимали форму пространственных разломов, нефритовых колец, амулетов, огненных опалов, гобеленов, книг заклинаний, шкатулок-головоломок, Мерцающего камня и Эйдолона. Чтобы их не уничтожили ненавистные слуги света, их и секреты их создания спрятали и передавали из поколения в поколение, чтобы будущие поколения могли открыть их заново.

Самыми печально известными из жутких артефактов были девять Запретных книг Эфира — гримуары, которые, как считалось, обладали зачатками разума. Они состояли из Текстов Третьего Порядка, каждый из которых был написан представителями одной из рас Змеиного народа, включая в себя Малатриум, также известный как Чёрная книга; Каменная книга, также известная как Божественная септенарная книга; и Девятнадцать проклятий, также известные как Книга невыразимых слов. Первый текст однажды явился злой колдунье Бавморде, когда она была ещё молода, и она потратила всю свою жизнь и целое состояние, чтобы заполучить два других. Среди остальных шести инкунабул были "Золотой король", который, как говорят, доводит непосвященных до безумия или смерти; "Ключ Рехобостара", составленный помощником самого Тифоджема, требует пролития крови для открытия каждой главы; "Книга мертвых" содержит кощунственную историю и генеалогию Внешних богов, а также инструкции по воскрешению мертвых и созданию Врат преисподней; "Манускрипт Тохнича", также известный как "Древние скрижали", составленный в предсмертном трансе дочерьми Ужасной Матери, представляет собой нечестивый текст Ямм"ки и Лотана; "Кодекс откровения" открывает детям Айона путь в мир иной; как и "Каменная книга" и "Древние скрижали", "Теневой манускрипт" (также известный как "Призыв призрачного света") претендует на небесное происхождение, но содержит опасные заклинания, в том числе spiritus praesidium, malefic itsu-ashmûd и summonitum saticon.

Согласно легендам, все девять книг вместе раскрывают тайну девяти Врат Царства Теней, девяти адских миров и девяти Темных богов, которые восстанут со своих тронов и поведут свои темные легионы в Темный крестовый поход.

ТАЙНЫЕ ВОЙНЫ

Как и было приказано, в первые дни ситхи вели тайную войну, изображая горячую поддержку Конклава Перворожденных, но используя полученную там информацию для нанесения ударов по своим собратьям — это была проверка на верность, устроенная их хозяевами.

Эрутросы явились в миры своих потомков, чтобы спасти их и заручиться их лояльностью. Такова была судьба дрейтосов, ксесто, гивинов, ботанов и других. Но когда лидеров гивинов поймали на том, что они собирались бежать со своим народом, Лорды из Совета Теней в назидание остальным изменили их внешность, сделав их устрашающими. То же самое произошло и с их планетой Яг"Дул, разрушенной сложной системой приливов и отливов, вызванной резкими изменениями в атмосфере и океане. Некоторые