Казнить вождя (начало)

— А если бы это было так, кто-нибудь бы поверил нам?

— Вряд ли! Скорее поверят в сновидения. Вон Гришка, уже сколько лет треплет о своих сновидениях! А у вас всё с точностью до часов!

— Тогда, может, пока оставим эту тему? Уверяю вас, вы узнаете всю правду, когда будете к этому готовы! Так что, насчёт Юго-Западного фронта?

— Я сегодня же доложу командованию, но там сидят такие самоуверенные болваны, что результат моих докладов абсолютно непредсказуем!

— Так значит, ждём завтрашней отставки Жилинского и взятия Львова? А что с военно-промышленной комиссией?

— В верхах рассматривается ваш вопрос.

— Как долго он будет рассматриваться?

— Может вечно! Это российская бюрократия! Всё, что касается государственных расходов, окружено чиновничьим чванством и коррупцией!

— За сто лет в России ничего не изменится!

— Что вы сказали?

— Да так, сновидения!

— Я дал команду своим помощникам подготовить для вас список конструкторских предприятий, занимающихся вооружением и военной техникой. Выдам вам предписание Генштаба о вашем допуске, и поезжайте сами к людям. Рассказывайте инженерам о ваших идеях. Только так, пока можно что-то сдвинуть!

— Спасибо! Мы этим займёмся!

— Не смею вас больше задерживать, до свидания!

На следующий день, конечно же, генерал Жилинский был отстранён от командования Северо-Западным фронтом за провал Восточно-Прусской операции. А наши войска на Юго-Западном фронте захватили Львов. Барон Торнау принёс от полковника Раша список конструкторов и офицеры решали, что делать дальше.

— Я думаю, стоит последовать совету полковника и встречаться с людьми на местах, — предложил Алексей, — нужно выезжать на каждый завод и не ждать, пока нам даст добро военно-технический комитет.

— А как мы объясним инженерам, откуда взялись наши технические идеи? Что-то не очень съедобными кажутся сновидения для сугубых материалистов — конструкторов! — забеспокоился Стас.

— Господа, я предлагаю сообщать людям, что такие разработки ведутся на американских заводах, — барон Александр ненавязчиво вклинился в беседу, — тем более известно, что Америка во многом ушла далеко от нас по пути экономического развития!

— А ведь действительно, не стоит нам рассказывать специалистам о разработках конца двадцатого века, не поймут! Надо заглянуть вперёд лет на десять — двадцать.

— Это что, уровень Второй мировой войны?— уточнил Стас.

— Господа, я решительно перестал понимать природу ваших предсказаний. Мне кажется, Станислав не хуже осведомлён о грядущих событиях, чем Алексей! В одинаковые сны я не верю! — Барон с недоумением посмотрел на ребят.

— Александр, ты читал книгу англичанина Герберта Уэльса "Машина времени"?

— Да, когда её перевели на русский язык, она немало шуму наделала в определённых кругах. Многие ринулись создавать что-то подобное. Но это же только фантастика?

— Не такая уж и фантастика! Мы, действительно прибыли из будущего! Только, прошу вас, никому не рассказывайте об этом! Дабы вас не приняли за сумасшедшего! И нас заодно. Полковник Раша уже осведомлён в общих чертах. Больше никому пока знать не следует!

— Невероятно! Я догадывался, что здесь что-то не так. Мы по своим каналам не могли найти ваших следов в Америке. Да и предсказания были настолько точны, как будто во сне вы читали книгу будущего! А где же ваша машина времени? В Кёнигсберге? Вы же там появились впервые?

— Это не совсем машина. Просто мы вошли в какой-то коридор времени в 2008 году, а вышли в 1914. Причём как вернуться обратно — мы не представляем!

— А почему именно германский Кёнигсберг?

— С 1945 года Кёнигсберг принадлежит России!

— А какие ещё изменения на карте нас ожидают?

— Тут сразу и не скажешь! В течении двадцатого века территория России то прирастала, то убывала! Через три года от России отделятся Польша, Финляндия. Потом ещё через год — Латвия, Литва, Эстония. Потом через двадцать два года после этого Латвия, Литва и Эстония вернутся в Россию. Однако, через пятьдесят один год они вновь обретут самостоятельность. А вместе с ними и Грузия, Украина, Белоруссия, Молдавия, Армения, Азербайджан, Казахстан, Узбекистан, Киргизия, Таджикистан, Туркмения.

— Невероятно! Ну ладно, я понимаю, отдать слаборазвитое Закавказье и недоразвитую Среднюю Азию! Но как мы потеряем Украину и Белоруссию? Что опять немцы?

— Да нет, скорее американцы! А насчёт слаборазвитости ты не прав! Россия создаст на этих территориях современную промышленность, науку, культуру.

— И что, так просто отдадут, или войну проиграют?

— Проиграют, но войну холодную, больше экономическую!

— А царь?

— Через три года его скинут, а через год после этого расстреляют вместе со всей семьёй!

— В России семьдесят лет будут править большевики — коммунисты! И называться она будет не Россия, а Союз Советских Социалистических республик! — не утерпел и вмешался в разговор Стас.

— А после них?

— А после них лучше и не спрашивай! Попытаются построить демократическое государство. Но, в 2008 году демократией и не пахнет! Хотя и коммунистов у власти нет!

— А кто же есть?

— Президент.

— Что, как в Америке?

— Да, у нас многое как в Америке! Даже через чур! Ну, ладно Александр! Хватит вам на сегодня уроков будущей истории! А то не уснёте ночью!

— Это точно — переварить всё нелегко! Ну, тогда до завтра! Утром я заеду за вами на авто и поедем на оружейный завод Руссо-Балт!

— До завтра, барон!

Следующие две недели ребята разъезжали по оружейным заводам и инженерным лабораториям. Многие специалисты были на фронте, и ребята, пользуясь мандатом Генштаба пытались отозвать их в тыл для работы. Например Фёдор Токарев, будущий изобретатель пистолета ТТ, служил сотником в казачьем полку в звании есаула.

Ребята рисовали примерные схемы образцов вооружения, тактико-технические характеристики пулемётов, автоматов, пистолетов, миномётов и другой боевой техники. На заводе Руссо-Балт ребята изобразили танк Т-34. Это было очень сложно для понимания оружейников, но многие идеи проронили семена прогресса в головы мастеров. Особенно понравилась ребятам поездка в Калугу в гости к Константину Эдуардовичу Циолковскому. Он очень заинтересовался созданием установки для стрельбы реактивными снарядами. Впоследствии такую назовут "Катюша". Его, конечно, больше интересовал запуск ракет в космос, но для победы русской армии готов был поучаствовать в создании оружия. Ребята объяснили ему какие нужны боеприпасы, какая установка для их пуска, и он пообещал немедленно заняться созданием нечто подобного.

После того, как была сшита военная форма для ребят, им вручили Георгиевские кресты четвёртой степени.

В Петроград тем временем вернулся Распутин. Ребят вызвал к себе полковник Раша.

— Господа, свою часть операции по уничтожению Распутина и Сухомлинова, я подготовил. Встреча их назначена на послезавтра в ресторане "Вилла Родэ". В двадцать два ноль-ноль. Сейчас прибудет есаул Кокшаров, уточним детали.

— А что есаул уже в Питере?

— Да. Господин Краснов, вы как всегда были правы. После отставки генерала Жилинского, его личный конвой был переведён сюда. Сейчас сотня есаула находится в распоряжении коменданта гарнизона, до последующих указаний.

Раздался стук в дверь. Вошёл дежурный офицер и доложил о прибытии есаула Кокшарова.

— Пусть войдёт.

— Господин полковник, есаул Кокшаров по Вашему прика....

— Оставьте это, есаул. Входите! Представлять вас не надо — все уже знакомы.

Офицеры, не вправе изливать свои чувства в присутствии начальника, просто поприветствовали друг друга кивком головы. Полковник вкратце обрисовал обстоятельства организации встречи Распутина с Сухомлиновым. После чего предупредил ребят.

— Господа, убийство этих мерзавцев вызовет необычайный скандал! Расследование будет вестись по полной форме, так что постарайтесь не оставлять следов, ведущих к нашему заговору! Кстати, план операции уже готов? Доложите, Краснов!

— Послезавтра с двадцати одного часа мы с подполковником Грохотовым, а так же есаул с четырьмя своими казаками устроимся в общем зале ресторана "Вилла Родэ" отмечать награждение нас Георгиевскими крестами. Изобразим изрядное подпитие. После того, как приедут Распутин с Сухомлиновым и пройдут в отдельный кабинет, мы выждем некоторое время и начнём из пистолетов стрелять в открытые окна, салютуя Русскому оружию!

В это время, воспользовавшись суматохой в зале, мы с Грохотовым проникним в кабинет и расстреляем объекты, сымитировав убийство Распутина Сухомлиновым и последующее его самоубийство. Тем более повод у него есть прекрасный — его жена Екатерина Викторовна спала с Распутиным. Многие об этом знают, и при дознании это будет явным мотивом для убийства! Нам так же известно, что генерал Сухомлинов — левша. Так что пистолет его мы вложим в левую руку, и стрелять он будет в левый висок! После этого вернёмся в зал и вольёмся в нашу кампанию.

— В общих чертах диспозиция понятна. Но есть вопросы. После первых же выстрелов в окно в ресторан набегут полицейские со всей округи!

— От первого выстрела до окончания нами операции пройдёт всего несколько минут. Всё рассчитано и согласовано!

— Насколько я понимаю из-за сухого закона в ресторанах запрещено подавать спиртное?

— За деньги подают сколько угодно! Просто вместо графинов коньяк и вино подают в чайниках и пьют из чашек. А водку подкрашивают и также подают как чай. Но на "Вилле Родэ" наплевали и на такую конспирацию. Вино там льётся рекой!

— Ясно. И, наконец. У Распутина имеется охрана в виде наружного наблюдения.

— Когда Гришка приезжает в ресторан, наблюдение, проводив его до дверей, отправляется к нему домой и дожидается его в подъезде дома. Но на всякий непредвиденный случай неподалёку будет находиться конный казачий патруль из пяти казаков есаула Кокшарова. Кроме того, в автомобиле нас будет ожидать барон фон Торнау. Он и будет координировать операцию!

— Мне всё ясно! Я доволен подготовкой. Дай нам господь удачи в этом деле!

Через день, ровно в двадцать один ноль-ноль в загородном ресторане "Вилла Родэ" за одним столом собрались подполковники Грохотов, Краснов, есаул Кокшаров, вахмистр Сидоренко и ещё три казака. У всех на мундирах сияли новенькие Георгиевские кресты. Воины заказали ужин и начали бурно обсуждать подробности совместной боевой операции. В зале, кроме наших ребят сидели несколько компаний питерских гуляк. Многие мужчины были одеты в военную форму, и по их не совсем бравому виду было видно, что это далеко не боевые офицеры, а служители тыла. Уже через несколько минут весь зал узнал о том, что среди них присутствуют новоиспечённые Георгиевские кавалеры. На стол ребят официант принёс несколько бутылок шампанского, переданных с других столиков в знак признательности! То тут, то там провозглашались громкие тосты в честь присутствующих героев! Музыканты играли бравурные марши, и время от времени на заказ исполняли "Боже, царя храни!"

В это время в зале появился военный министр Сухомлинов с адъютантом. Они быстро прошли в отдельный кабинет, и через минуту адъютант удалился. Он вернулся в автомобиль и уселся рядом с водителем ожидать шефа. Ещё через несколько минут появился Гришка Распутин. Он был одет в шёлковую рубаху бежевого цвета с красным поясом и в полосатые брюки, заправленные в хромовые сапоги, собранные в "гармошку". Когда он появился, в зале раздался шёпот: "Смотрите, Распутин!" Гришка, кланяясь знакомым в зале, спросил у встречавшего его метрдотеля приехал ли Сухомлинов. Его проводили в нужный кабинет и зал продолжил гуляние с возлиянием.

Через десять минут Краснов встал и прошёл в туалетную комнату. Никем не замеченный он свернул в коридор с отдельными кабинетами и приоткрыл дверь в кабинет, где сидел Гришка с военным министром. Ему необходимо было убедиться, что в кабинете они находятся одни. Извинившись за ошибку дверью, Алексей прошёл к входу в общий зал и кивнул Стасу, сидевшему за столом лицом к нему. Тогда есаул Кокшаров поднял бокал с вином и громко на весь зал воскликнул: "Господа! Выпьем за победу Русского оружия!" Все наши ребята поднялись и, залпом выпив вино, закричали "Ура!" Зал поддержал героев громкими криками и поднятыми бокалами. Есаул первым подошёл к раскрытому окну, достал револьвер и начал стрелять в воздух. Его сразу поддержали казаки, открыв пальбу в окно. Некоторые офицеры в зале, поддавшись общему запалу, тоже бросились к окнам и поддержали салют своим оружием. В создавшейся суматохе Стас прошёл к поджидавшему его Алексею. Ворвавшись в кабинет, Краснов выхватил свой наган и крикнул: "Военная контрразведка! Всем сидеть! Господин Сухомлинов, вы арестованы! Сдать оружие!" Ошарашенные канонадой в зале и внезапным появлением военных, Гришка с министром сидели не шелохнувшись. Распутин сидел на диване лицом к двери, а Сухомлинов за столом, спиной к вошедшим ребятам. Стас подошёл к министру, достал из его кобуры пистолет и, переглянувшись с Алексеем, выстрелил в голову Григория Распутина. Пуля попала точно в переносицу, делая ненужным контрольный выстрел. Не раздумывая ни секунды, Стас поднёс пистолет к левому виску генерала и нажал на спуск. Негромкие выстрелы от небольшого генеральского "браунинга" потонули в общем грохоте, раздававшемся из зала. Стас протёр платком рукоятку "браунинга", вложил его в левую руку лежавшего на полу Сухомлинова и вышел из кабинета вслед за Красновым. Когда ребята подошли к своему столику, канонада была в полном разгаре. Так же выстрелив несколько раз в окно, Алексей со Стасом уселись на свои места. За ними последовали остальные участники застолья. Гульба продолжилась. Не прошло и десяти минут как раздались вопли молоденького официанта. С заметным приволжским окающим выговором он кричал: "Убили! Убили! Григория Ефимовича убили! Батюшки, что теперь будет то!" Весь зал повскакивал на ноги. Многие мужчины ринулись к кабинетам. Наши друзья так же побежали туда. В кабинете, над телом Распутина по-бабьи выл сам хозяин ресторана Адолий Сергеевич Родэ. Его лицо, бородка и фрак были вымазаны кровью из раны Гришки. Он продолжал целовать труп старца и причитать: "Отец родной! Как же он посмел? Изверг! На кого же ты нас покинул?"

И тут раздались громкие голоса городовых: "Расступись! Не напирай! Кому говорят — все по местам!" Появившиеся два дородных полицейских пытались утихомирить толпу. Но не так то просто успокоить разгорячённых алкоголем людей. Перемигнувшись, Алексей и Стас отправились за стол, чтоб не привлекать к себе особого внимания, а казаки во главе с есаулом жёстко принялись разгонять зевак, столпившихся у дверей кабинета. Кокшаров вынул револьвер и выстрелил в потолок.

— Тихо! Ну-ка разойдись! Пошли вон! Кому сказал? Сидоренко! Поставь двух казаков на выход! Никого не выпускать! Сам к телефону! Звони в полицию! Больше к телефону никого не подпускай!

Вахмистр бросился выполнять приказание. Толпа, почувствовав сильную руку, разошлась по своим столикам. Благодарные городовые, ошалевшие от вида бывших влиятельных мертвецов, вытянулись перед есаулом, ожидая его указаний.