"Ни раем, ни адом
меня не смутишь,
в лунном сиянии стою —
ни облачка на душе..." ( Уэсуги КЭНСИН, XYI век )
Элин бесшумно отошла к стене, упруго подпрыгнула и ухватившись за раму, легко выскользнула наружу. По стене шел небольшой бордюр. Хватаясь за незаметные глазу выступы на стене, она быстро пробежала по нему до распахнутого окна на лестничной клетке и мягко спрыгнула внутрь. На мгновение она замерла и прислушалась. Было тихо. На лестнице как всегда никого не было. Здешние доходяги все, как один, пользовались лифтами. Элин презрительно усмехнулась.
Бесшумно пройти через раздевалку было минутным делом. Вот они, эти красавцы. Трое. Отпихивая друг друга, суетятся около двери. Вздохнув, она остановилась в некотором раздумье. Можно конечно дать им по мозгам, но это похоже одно из самых уязвимых мест у будущего цвета космодесанта. Врезать слегка по юношеским достоинствам? Рискованно, не исключено, что тогда они так и не превратятся в мужские...
В это время один из ребят неожиданно оглянулся и вздрогнув, начал неловко выпрямляться, прервав ее недолгое раздумье. Через минуту, несколько смущенные, они стояли перед ней. У первого уши алели так ярко, как сигнальные флажки в старинных видео книгах.
Немая сцена закончилась внезапно. Послышались легкие быстрые шаги, Элин обернулась. В раздевалку влетел высокий ловкий курсант с нашивками второкурсника. Он начал широко улыбаться уже на ходу:
— Лис, я искал тебя в спортзале! Мы только что вернулись с практики и я сразу связался с твоей матерью...
Затем он заметил остальных, которые машинально вытянулись перед ним и удивился:
— А что здесь делает эта мелюзга? Инструктор сказал, что у тебя отдельная раздевалка.
Он на мгновение замолчал, соображая, потом, заметно помрачнев, зловеще произнес:
— Так, все понятно! Отлично. Сейчас от твоих неприятностей не останется и следа. Я всегда славился умением находить убедительные и веские аргументы!
— Остановись, Том, это мои проблемы, — мягко произнесла Элин, но глаза ее опасно сверкнули. — Ты же знаешь, так я вполне могу разобраться и сама.
— Припоминаю... — он задумчиво потер затылок. — Ладно. Все из твоей группы?
— Да.
— Что ж, впереди у них долгая и веселая жизнь. И я им не завидую. Брысь! — грозно бросил он ребятам и те с шумом выскочили в коридор.
2
Инструктор был уже не молод, невысок и худощав, с ленивыми кошачьими движениями. Он внимательно оглядел выстроившуюся перед ним в линию группу первокурсников и медленно прошелся вдоль строя. Говорил он тихо, отчетливо произнося слова.
— Я специально приказал курсанту Халл придти сегодня немного позже, чтобы поговорить с вами без нее. Хочу попробовать вложить немного разума в ваши пока неразумные головы. Мне кажется, что у многих из вас сложились опасные для здоровья заблуждения. Их необходимо рассеять, пока не поздно, чтобы обойтись без ненужных травм.
Он остановился в центре зала.
— Вы все обратили внимание, что курсант Халл занимается в зале одна, без спарринг-партнера, но к сожалению, сделали из этого абсолютно ложные выводы. Кроме того, я постоянно вижу на тренировке иронические ухмылки и слышу посторонние разговоры. Это не только ухудшает дисциплину, но и мешает занятиям. Предупреждаю, что при повторении подобных случаев виновные надолго останутся без увольнительных.
Он сделал паузу. Группа заметно посерьезнела, молодые курсанты стояли навытяжку и внимали.
— Попробую объяснить так, чтобы дошло даже до вас. На следующей неделе начинают занятия старшекурсники и тогда курсант Халл сможет заниматься нормально, в полную силу.
Инструктор оборвал речь и внимательно оглядел строй, стараясь заглянуть каждому в глаза.
— Дело в том, сосунки, что только через два года, наполненных напряженными и усердными занятиями, тех из вас, кто останется в училище и успешно перейдет на третий курс, можно будет поставить с ней в пару. И только тогда я смогу быть уверен, что обойдется без серьезных проблем. Через два года, вы поняли? И то не всех, а самых способных.
Группа напряженно молчала.
— Хорошо. В случае моего отсутствия тренировки вашего курса проводит курсант Халл. В зале обращение к ней: сэнсей, с обязательным поклоном. Всем ясно?
Он еще раз внимательно оглядел застывший строй и закончил:
— Тогда у меня все. Надеюсь, я изложил материал достаточно подробно и доходчиво и больше на эту тему лекций не понадобится. Прошу запомнить: те, для кого требуются повторения, в училище долго не живут. Разбейтесь на пары, начинаем разминку.
3
От ближайшего поселка, где их небольшая группа пересела на местный флайер, до лагеря в горах, было довольно далеко. И хотя маленькая и юркая машина летела очень быстро, ловко лавируя в лабиринте извилистых ущелий, незаметно переходящих из одного в другое, до места они добрались уже поздним вечером, скорее даже ночью.
Пока еще хоть что-то можно было рассмотреть, Хар-раа с деланно унылым видом разглядывала проплывающие внизу нагромождения совершенно голых скал, быстрые горные речушки и поросшие густым лесом пологие склоны, изредка прерываемые глубокими расщелинами. Впрочем, дулась она скорее из упрямства. Она ни за что не хотела признаваться даже самой себе, что места были очень красивыми и на диво живописными.
Хотя Хар-раа и пришлось смириться с неизбежной "потерей" двух месяцев, как она называла любой промежуток времени, когда не могла заниматься любимым делом, однако настроение у нее действительно было довольно кислым. Тем не менее, увидев внизу прилетевшую раньше нее широко улыбающуюся подругу, которая стояла в ожидании у края посадочной площадки и приветственно махала лапой, она заметно оживилась и повеселела.
В отличие от нее, по виду Варг-хаа совсем не было заметно, что будущее длительное пребывание в лагере ее хоть как-то тяготит. Она обладала ровным спокойным нравом и не в пример Хар-раа относилась к подобным вещам намного проще: то, что было неизбежным, следовало принимать, как данность. И уж абсолютно не стоило, по ее мнению, зря тратить на это нервы.
Взяв у подруги сумку, Варг-хаа повела ее за собой, беря немного в сторону и обходя крутой склон. Лагерь расположился в большом ущелье, густо поросшим лесом. Воздух, от которого слегка кружилась голова, был густо настоен на травах и хвое и полон незнакомых ароматов.
— А что там? — Хар-раа мотнула головой в сторону, откуда из-за плотной стены деревьев и высоких густых кустов доносился шум и мелькали неясные огоньки.
— Предыдущая смена. Они скоро уезжают. Еще пару недель и по домам.
— Счастливчики... — Хар-раа громко и тоскливо вздохнула.
Землянка, выделенная им для жилья, была настолько мала, что Варг-хаа без труда удалось договориться с инструктором, что они будут обитать в ней вдвоем. Остальных разместили по трое, некоторых — вчетвером, а в одной большой поместились сразу семеро ребят. Однако, в отличие от летнего лагеря, ребят и девушек разместили отдельно.
Внутри было довольно прохладно и как показалось Хар-раа, немного сыровато, а никакого обогревателя и прочих достижений цивилизации не было и в помине.
— Да, — протянула она, критически оглядывая их жилье на ближайшие два месяца. — И это называется логово. Вот кретины! Они что, моделируют каменный век? Хоть бы один замшелый пень попробовал внятно объяснить мне, зачем и для чего будущего художника надо сразу после третьего курса запихивать в эту дыру! А мыться небось придется в реке?
Варг-хаа утвердительно кивнула и не вступая в бесплодный спор, молча помогла разложить вещи. Она прекрасно знала характер своей подруги и понимала, что ей просто необходимо побрюзжать еще некоторое время, чтобы погасить накопившееся раздражение и выпустить пар...
Первый поход начался сразу после приезда, глубокой ночью. Они едва успели разместить поудобнее свои немногочисленные пожитки и придать землянке обжитый вид, как по комму прошел сигнал общего сбора. Брать с собой розданное снаряжение не полагалось.
Внезапно начавшийся сильный дождь похоже только обрадовал одного из инструкторов, возглавившего группу, который легко и неслышно двигался впереди. Тьма была кромешная. Обе луны в это время не светили, а низкая облачность, хотя и с прорехами, была достаточно плотной. Ночное зрение у пантрян по земным меркам было великолепным, но Хар-раа с большим трудом различала почву под лапами, стараясь по возможности наступать на относительно ровные участки. Однако заметив, что остальные послушно и молча лезут в гору, она тоже не издала ни звука. Хотя сомнение в умственных способностях тех, кто до сих пор считал подобные вылазки подходящим средством для "закалки духа" будущих взрослых жителей планеты, росло с каждым шагом.
Сначала она решила, что они отойдут немного от лагеря, осмотрятся и повернут назад. Поэтому, когда примерно через полчаса инструктор внезапно остановился и собрал всех в кружок, Хар-раа мысленно поздравила себя с правильной догадкой. Но похоже, она сильно переоценила количество здравого смысла у своих новых наставников и уже скоро ей было суждено горько разочароваться.
Бодрый и веселый руководитель вылазки коротко обрисовал задачу. На первый раз они пройдут совсем простенький маршрут, просто чтобы осмотреться. Впереди довольно большая осыпь, но ее они преодолеют без труда. Дальше придется лезть вверх по обрыву, но это тоже не трудно — он весь зарос длинными, прочными и очень удобными лианами. Потом немного по равнине и через лес. И все. Правда почва там очень топкая, так что хоть деревья как-то и ухитряются расти, но их вес болото вряд ли выдержит. Напрямик никак не пройти. Придется забраться на кроны — и вперед.
Главная задача на сегодня не в скорости, внушительно говорил инструктор. Главное — постараться почувствовать ритм общего движения, и уловить свой собственный ритм. Если они смогут этого добиться, прекрасно. Тогда двигаться станет очень легко. Если нет, придется повторять упражнение до тех пор, пока это чувство не придет.
Передвигаться они будут бегом, в шеренге по одному. Рекомендуемое расстояние между обучаемыми — два, три корпуса. По мере возможности нужно стараться не шуметь. Сам он пойдет первым. Маршрут знает только он один, так что основное для участников похода — не отставать от бегущего впереди. Кто отстанет, будет добираться до лагеря в одиночку. Опасных животных здесь нет. Все понятно? Вопросов нет? Отлично. Разобраться в шеренгу! Пошли!
Хотя в последующие два месяца Хар-раа предстояло испытать много всего интересного, эта ночь запомнилась ей надолго. Такого кошмара она просто не могла себе представить! Поскольку все внимание было нацелено на то, чтобы не отстать и куда-нибудь не свалиться, она абсолютно не соображала, где они находятся. Однако боковое зрение автоматически отмечало, что темнота временами становится менее плотной и в пологе густой, пахнущей дождем листвы, мелькают редкие звезды. А однажды она услышала негромкий шум водопада и всю ее, и так уже мокрую, осыпала мелкая и противная водяная пыль. Под лапами замелькали редкие скользкие валуны, которые через некоторое время сменились крупной хрустящей галькой, после нее пошел мокрый песок, потом глина и так до бесконечности...
Возвращение в лагерь было далеко не триумфальным. Все промокли буквально до костей, а замучились так, что от шерсти буквально валил пар. Последние пару километров отряд протопал без преувеличения по шею в жидкой грязи, безуспешно пытаясь не хлюпать. Однако хриплое дыхание разносилось далеко вокруг. Хотя все по-прежнему молчали, Хар-раа понимала, что мысли и ощущения остальных вряд ли сильно отличаются от ее собственных. Она же была вымотана до предела, настолько, что не было сил даже ругаться.
Все лагеря, в которых ей пришлось побывать до этого, а их со времен детства набрался не один десяток, не шли ни в какое сравнение с этим. Она вспомнила, как исхудавший и одичавший брат, давно, еще когда она была совсем маленькой, вернувшись из подобного лагеря, шутливо пугал ее, когда она просила рассказать, что с ними там делали.
Когда они наконец добрались до конца маршрута, дождь закончился и наступил рассвет. На перекличке Хар-раа с изумлением поняла, что никто из группы не отстал и не потерялся. Рядом шумно дышала Варг-хаа, которая всю дорогу бежала следом, прямо за ней. При свете солнца ущелье выглядело просто сказочным. Все, кроме инструктора, с трудом волочили лапы и тяжелые, обвисшие хвосты. Как они никуда не свалились во время этой безумной ночной гонки, навсегда осталось для Хар-раа полной загадкой.
Впрочем, сейчас ей абсолютно не хотелось ни о чем думать. Все тело ломило и она страстно желала только одного: несмотря на грязь, плотно облепившую все тело, найти спокойное местечко, рухнуть и пролежать не двигаясь по меньшей мере сутки. Однако Варг-хаа настаивала на немедленном купании и ей скрепя сердце пришлось смириться с неизбежным и вместе со всеми доковылять до реки.
Перед тем, как распустить группу и разрешить непродолжительный отдых, жизнерадостный инструктор на прощанье вскользь обронил, что хотя они и будут стараться проводить такие разминки по возможности регулярно, но впереди их ждет много других, намного более серьезных занятий и вряд ли останется свободное время на прогулки просто так, для души. Как этой ночью.
4
Вернувшись в капсулу, Элин подумала, что раз вопрос с дыханием разрешился, настало время вплотную заняться ребенком. Судя по показаниям индикаторов аккумуляторы саркофага могли проработать еще пару недель, но было лучше заранее разобраться, в чем дело. Здоровых детей не держат в медицинских саркофагах, а размораживать ребенка рано или поздно все равно придется. Да и зря разряжать аккумуляторы совсем ни к чему. Энергия всегда может пригодиться.
Размонтировав и сложив у стенки кресло, которое поддавалось довольно неохотно, она освободила середину капсулы и перетащила туда саркофаг, постаравшись устроить его поудобнее. Нахождение в теле пантры до сих пор давало значительные преимущества. Мускулы у нее были просто стальные и совсем не женские. Впрочем, кто знает, какие мускулы у настоящих пантрянок.
Так, теперь нужно попытаться состыковать с саркофагом пультовый компьютер. Она открыла корпус и внимательно осмотрела внутренности. В принципе, поломки были не слишком серьезными. В корабельном оборудовании по традиции было полно избыточных элементов и оно проектировалось зверски живучим. Если вытащить несколько ненужных сейчас блоков, а на их место рискнуть переставить вот эти и попробовать потихоньку зарастить... А потом дать чуть энергии... и если сразу не вылетит, то можно попробовать запустить.
Машина должна сама перепрограммироваться. Конечно, она будет работать значительно медленнее, да ведь ей на ней не летать! Главное, что бы вообще заработала. Черт, рановато она взялась хвалить свое тело. Хоть ее пальцы на лапах и были очень подвижными и ловкими, земные руки ей сейчас совсем бы не помешали.
В помощь лапам пришлось использовать зубы, а один раз даже нос. Как ни странно, работа спорилась и постепенно что-то стало получаться. Ну вот, теперь все. Она включила компьютер и подождав окончания тестовых прогонов, полюбовалась нормально работающей машиной. Потом, немного повозившись с программой, сумела наконец вывести на экран данные, записанные на медкарте саркофага.
