На поле высыпала целая толпа школьников, которые, подняв палочки вверх, пытались остановить падение. Вдруг сбоку взмыла на метле крошечная фигурка в школьной мантии, устремившаяся к уже подлетавшему к земле человеку. Поймать летящую с огромной скоростью тушу было невозможно — Гарри понял это сразу. Он пришпорил свою метлу, но добраться до них все равно не успевал. Перед глазами мелькнуло лишь, как школьник на метле на полной скорости врезался в падающего человека, угол падения того изменился, а в следующее мгновение в эту кучу врезалась Джинни. Палочки в ее руке уже не было. Гарри успел заметить лишь, что она словно пыталась обнять падающих, и как с ужасным грохотом все трое рухнули на землю. Тут Гарри понял, что сейчас и сам врежется в эту кучу. Он рванул метлу вверх. От резкого толчка метла выскользнула из-под него и улетела вверх. Сам же Гарри тяжело рухнул на траву и потерял сознание.

...Когда возглавляемые Роном и Гермионой школьники ворвались на стадион, они увидели, как сверху летит что-то черное, за которым гонится маленькая фигурка верхом на метле — Гарри они вначале и не разглядели. Все кинулись к предполагаемому месту падения, на ходу выхватывая из карманов палочки.

— Что-то падает!

— Разобьется!

— Тот не успеет поймать!

— Вингардиум Левиоса! Вингардиум Левиоса! Вингардиум Левиоса!..

Несмотря на совместные усилия учеников, скорость падения предмета не замедлялась.

— Бесполезно!

— О! Смотрите! Это же человек!

Пока вся толпа бессильно наблюдала за падением, Невилл, который прибежал на стадион позже всех, услышал крики о том, что какой-то человек валится с неба без метлы. Бежать туда, к предполагаемой точке падения, сил у Невилла уже не было. В висках пульсировала боль, в горле стоял комок, грудь стянуло после пробежки. Он пытался хоть немного отдышаться, когда увидел, как из стоявшего неподалеку от входа сарайчика выходит местный служитель с метлой в руке. 'Не можешь бегать? Ну так лети!', мелькнула мысль. О том, что до сих пор полеты ему не очень-то удавались, Невилл даже не подумал. Он из последних сил метнулся к служителю, выхватил у него из рук метлу, оседлал ее и ринулся наперерез падающему телу. Метла плохо слушалась его, но подгоняемая диким воплем юноши, все же набрала скорость достаточную, чтобы Невилл успел со всего маху врезаться в опутанного веревками человека, когда до земли тому оставалось не более пяти футов...

Гарри довольно спокойно слушал рассказ о том, что случилось после его ухода на экзамене по Защите от темных искусств. Он и раньше подозревал, что Волдеморт успел внедрить своих шпионов повсюду, даже в ряды авроров. Что же удивляться шпиону в рядах обычных преподавателей! Зато поступок Невилла его поразил. Если бы Гарри спросили, кто это взлетел на метле и столь мастерски спас жизнь жертве, Невилл стоял бы в ряду кандидатов на последнем месте.

Не менее шокирующим для него оказалось известие, что пленником Пожирателей, совершившим столь стремительный полет и спасенным столь удивительным способом, оказался... его дядя, Вернон Дурсль.

— Дож думает, что твой дядюшка был под заклятием Империус. А Фред утверждает, что такого идиота и не стоит заколдовывать, чтобы он выделывал номера, которых от него никто не ждет, — прокомментировал это Рон.

— Фред? Он что, здесь?

— Да все они здесь, целая толпа родственников сбежалась, как услышали про этого Коха, — пожал плечами Рон.

Они лежали в просторной палате, залитой лучами закатного солнца. Хуже всех пришлось Невиллу, сломавшему ногу и два ребра и которому теперь предстояло провести ночь в компании с 'Костеростом' — Гарри хорошо помнил, насколько противное это зелье и как мучительно больно наращиваются кости. Впрочем, ему еще повезло. В тот момент, когда он врезался в мистера Дурсля, а Джинни вцепилась в его пиджак, Рон направил свою палочку на падающую кучу: 'Левикорпус'! Удержать летящих с огромным ускорением людей ему не удалось, но сила удара о землю оказалась гораздо меньше, чем без этого заклинания.

'Везучесть' Невилла подтвердила и вошедшая в палату мадам Помфри, которая сообщила, что срастить кости гораздо проще, чем вырастить новые. Когда друзья увидели, как она входит в палату, они очень удивились и обрадовались. Она же ворчливо объяснила им, что на время экзаменов ее попросили подежурить в местном лазарете, поскольку 'она лучше знает своих пациентов'.

Гарри и Джинни отделались довольно легко — вонючие мази, которые втерла в них мадам Помфри, да легкое успокаивающее зелье практически сделали свое дело и они остались в палате лишь потому, что целительница беспокоилась об их моральном состоянии. Дяде Вернону пришлось гораздо хуже. И не только из-за удара о землю. Он испытал нервное потрясение и в плену, и при полете через пол-страны, привязанным между трех метел, а затем и при стремительном свободном падении... Простого успокаивающего для него было мало, пришлось силой влить в него двойную долю снотворного зелья, прежде чем он затих. С помощью Колпака Дурака, снова сотворенного Луной, он был доставлен в Госпиталь Святого Мунго через два часа после падения.

— О, представляете, завтра экзамен у вас будут принимать прямо тут, в лазарете! — радостно объявила вернувшаяся с ужина Гермиона изумленным пациентам, Гарри, Невиллу и Джинни. — И я буду сдавать с вами!

— Здесь?

Гарри огляделся. Несмотря на то, что здесь было гораздо больше места, чем в их палате в госпитале Святого Мунго, но затащить сюда всю министерскую комиссию для Джинни, да еще и МакГонагалл...

— Да! Потому что сегодня ночью у меня астрономия, а завтра утро должно было остаться совсем свободным! И МакГонагалл сказала, что мне следует выспаться, а потом, после того, как закончат сдавать все остальные, она придет сюда и примет экзамен у тебя, Невилла и у меня!

— Лучше бы засчитали нам победу над этим Кохом. Кто им разоблачил Пожирателя? — буркнул недовольный Рон.

Его плохое настроение было легко объяснимо: сегодняшний экзамен так и остался не сданным. Плененный Кох не проставил оценок никому, даже Гарри. Поэтому шестикурсникам объявили, что завтрашний экзамен по Трансфигурации переносится на утро, а после обеда Защиту от темных искусств у них будет принимать министерская комиссия. Рисковать с поиском нового преподавателя на эту должность расстроенная МакГонагалл не решилась.

— При Дамблдоре учителя по Защите держались хотя бы несколько месяцев, а при ней, глядите, учитель и одного дня не протянул, — язвили слизеринцы.

=============== Глава 39. Подслушанный разговор ===============

Солнце село. В палате стало совсем темно, но ни посетители, ни пациенты, увлеченные беседой, этого не заметили. И лишь когда в комнату вошла мадам Помфри со светильником, все стали щуриться на показавшийся слишком ярким свет.

— Давайте, расходитесь, мне еще этих страдальцев лечить, — ворчливо погнала Рона и Гермиону целительница, зажигая факелы, висящие на стенах.

Однако когда посетители ушли, она не стала ни потчевать пациентов настойками, ни натирать их мазями, а лишь огляделась по сторонам (словно хотела убедиться, что никого лишнего в палате не осталось) и торопливо вышла. А через несколько секунд в палату заглянули мистер и миссис Уизли.

— Фред и Джордж отчаянно рвались к вам, но мадам Помфри была непреклонна, — сообщил мистер Уизли, усаживаясь на тумбочку возле кровати Джинни. — Да и нас тоже не хотели пускать сюда: 'ах, посетители могут находиться лишь в гостевой зоне, вход на территорию университета закрыт'. Но мы все же уговорили Элфуса с Минервой, чтобы они дали нам просочиться сюда под покровом темноты...

Несмотря на тревогу за детей, гости были в явно хорошем настроении. Даже миссис Уизли улыбалась — пожалуй впервые после битвы в Норе. И подросткам вскоре объяснили причину.

...Когда Гарри посылал вдогонку удиравшей троице в небе над квиддичным стадионом заклинания , одно из них все же попало в цель. К счастью, оно оказалось заклинанием щекотки, поэтому двое остальных Пожирателей не сразу поняли, что их подельник не просто веселится после удачно проведенной операции, а поражен заклятием. А когда поняли, было уже поздно — от хохота он начал терять высоту, извиваясь как уж на сковородке, в результате он начал все сильнее отставать и, в конце концов, не смог удержаться на метле, да еще и выронил при падении свою волшебную палочку. Спасла его огромная ель, на которую он свалился. Оттуда его и сняли подоспевшие дежурные авроры, охранявшие университет.

Пойманный Пожиратель оказался торговцем, державшим небольшой магазинчик в Лютном переулке. За ним числилось немало грешков, поэтому аврорам удалось быстро разговорить его. Всего за час он выложил все, что знал о деятельности Пожирателей, назвал множество имен, в том числе и несколько человек, которые находились под заклятием Империус — сейчас авроры мечутся по всей стране, пытаясь разыскать и задержать всех, о ком тот успел рассказать.

Но одна информация оказалась действительно сенсационной. Причиной такой повышенной активности Пожирателей в последнее время оказалось то, что Волдеморт собирается покинуть страну, если уже не покинул! И все эти акции устрашения были лишь прикрытием. Пленник не знал подробностей, но, по-видимому, где-то в Центральной Европе у Волдеморта появилась возможность захватить власть — все последнее время он был занят подготовкой к этому захвату.

Сегодня вечером и ночью авроры постараются арестовать максимальное число выявленных Пожирателей, Министр уже издал приказ о тотальных обысках всех домов, где они проживали, и даже изоляции их семей. Таким образом, есть надежда подавить наиболее активную часть Пожирателей, ну а Волдеморту, пожелай он вернуться в страну, придется начинать все практически заново.

— Это действительно хорошие новости! — возбужденно проговорила миссис Уизли.

— Да, особенно для жителей той центрально-европейской страны, — буркнул Гарри, но его никто не услышал.

В палате снова появилась мадам Помфри и погнала гостей прочь. Оставив целую кучу переданных Фредом и Джорджем сладостей, миссис Уизли расцеловала всех троих подростков, вручила Невиллу посылку от его бабушки, Августы Лонгботтом, после чего посетители удалились. Мадам Помфри и местный целитель принесли ужин, затем провели необходимые процедуры... Потом в палату заглянул Элфус Дож, справившийся о самочувствии пациентов и пожелавший им успешной сдачи экзаменов. Наконец суета улеглась и трое пострадавших, наконец, остались одни.

Невилл выпил оставленный на тумбочках каждого из пациентов успокаивающий напиток и вскоре в палате послышалось его размеренное сопение. Гарри и Джинни не торопились принять зелье. Они лежали, вглядываясь в тени деревьев, слабо различаемые за окном. Одна большая ветвь равномерно и убаюкивающе покачивалась, однако сон не спешил накрыть юных возлюбленных — слишком много событий произошло за сегодняшний день.

— Теперь у нас есть время, чтобы уничтожить все хоркруксы...

Голос Гарри прозвучал неожиданно. Джинни встрепенулась, но продолжения не последовало. Казалось, он просто озвучил одну из бьющихся в нем мыслей.

— Хоркруксы? — тихо переспросила Джинни.

— Да... Думаю, что теперь искать их будет проще...

Тут до Гарри дошло, что он высказывает свои мысли вслух. А в следующее мгновение вспомнил, что Джинни ничего не знает ('и не должна знать') о хоркруксах. Прикусив язык, он попытался найти выход из положения.

— Вы все время о них думаете, — протяжно сказала Джинни. — Гермиона часто повторяет это слово во сне...

Гарри встрепенулся. Как же так! О них никто, никто не должен знать! Почему же ни ему, ни членам Ордена Феникса не пришло в голову, что нельзя селить с ними тех, кто не посвящен в их планы? Несколько секунд он в ярости кусал край простыни, а потом вдруг вспомнил, что и в Ордене Феникса никто не знает о тайных хранилищах души Волдеморта...

Мысли подростка метались. Как бы перевести разговор на другую тему?

— А что ты испытал, когда узнал о своей способности говорить со змеями?

Вопрос Джинни застал его врасплох. Вначале он не мог уловить связи между этим вопросом и хоркруксами. Но потом на него накатила волна воспоминаний. Он отвержен, от него шарахаются в коридорах, странный взгляд Малфоя — то ли зависть, то ли вопрос, то ли ненависть...

— Мне было плохо. Потому что... И еще Сортировочная шляпа... Я думал, что она права, что мое место в Слизерине... а я не хотел...

Слова скакали вслед за мыслями, но он даже не замечал, насколько сбивчив его рассказ. Джинни слушала молчала. Гарри, не отрывая глаз от качавшейся за окном ветки, внезапно начал говорить обо всем, что накопилось за последние недели, последние годы...

Нет, не все. О хоркруксах он упоминать не стал...

Внезапно Джинни спрыгнула со своей постели и подбежала к нему, присела рядом с кроватью и уткнулась головой в его руку, спрятав лицо в простынях. Гарри повернулся и подтянул девушку повыше. Теперь она уже сидела рядом с ним. Он облокотился на прислоненную к спинке кровати подушке, а она положила голову ему на плечо.

Гарри почувствовал, что девушку сотрясает мелкая дрожь. Он подтянул одеяло и укрыл ее.

— Ну что ты, что... Извини, вывалил на тебя такой воз... Я не имел права...

Он замолчал. Ветер за окном усилился. Теперь его заунывное завывание стало слышно даже в комнате. А, может быть, они только сейчас обратили на него внимание?

— Нет, Гарри, ты правильно сделал... Я... я... не думала, что это так тяжело... Теперь понимаю, через что тебе пришлось пройти... только когда сама...

Джинни всхлипнула. Гарри торопливо прижал ее голову к своей груди, нашептывая слова утешения. И вдруг до него дошло: она же пытается рассказать ему о событиях в Норе! Как же он сразу не понял! Голос его затих, лишь губы монотонно касались ее волос. Он и сам бы не смог объяснить эти движения: то ли попытка поцелуя, то ли стремление защитить, то ли страх услышать продолжение — она так долго отказывалась говорить о своем разговоре с Волдемортом, что ему стало казаться, что речь идет о чем-то постыдном.

Но вот она собралась с силами и снова заговорила — быстро и сбивчиво, словно боясь, что, если остановится, то уже не сможет продолжать. Гарри слушал ее, накладывая свои воспоминания о Норе и произошедшей там битве на ее рассказ.

...Во время нападения Пожирателей Джинни убежала вместе с Биллом и Флер. Но потом они разделились и ей пришлось выкручиваться самой. Но не очень-то хорошо это получилось, потому что на нее налетел Пожиратель, они принялись метать друг в друга заклятия... А потом вдруг оказалось, что перед ней уже двое врагов — не подоспей вовремя Крам, ей пришлось бы совсем худо.

— Крам? — не удержавшись переспросил Гарри.

— Ну да, он выскочил в тот самый момент, когда какая-то Пожирательница направила на меня палочку со своим 'Круцио'. Я упала и вообще ничего не видела от боли. А потом боль куда-то исчезла и я увидела Крама... Он уже разделался с тем Пожирателем и погнался за этой ужасной женщиной... Но она метнула в него какое-то странное заклинание, сиреневый луч, и он упал... Я подбежала к нему, но ничего не смогла сделать, только закатила его под смородиновый куст, чтоб не наступил кто-нибудь... Потом побежала к тому Пожирателю, который остался лежать... А он уже был мертв... Наверное Крам убил его...