Открывающая

Не прошло и пяти минут, как долгожданное такси прибыло. Хмурый водитель недовольно оглядел мою кладь и кивком указал на багажник. Выйти из машины и помочь даме он даже и не помышлял. Тяжело вздохнув, так как чемоданы успели не только оттянуть мне всю руку, но и больно ударить пару раз по ноге, потащила их к машине. Напротив дверцы водителя театрально вздохнула, надеясь что у того проснётся совесть, но как видно её у него и в помине не было, и я потащила чемоданы к багажнику. Стоило мне только схватить за ручку один из них, как возле уха прозвучало тихое, но твердое:

— Не надо.

Возле меня, возникнув из ниоткуда, стоял тот самый амбал, которого я уже удосужилась встретить ранее, имея столь неприятную мне беседу. Играючи он перехватил мою поклажу и, приподняв, поставил по правую руку от себя. От его неожиданного появления я не успела испугаться, а только шокировано взирала, на выскочившего как черт из табакерки мужчину.

— Вы не сможете уехать, — так же тихо, как и в первый раз произнес он, участливо посмотрел на меня.

Это не правильно! У меня все как не у людей. Качок должен быть тупым, без грамма интеллекта в глазах, а этот смотрит своими карими глазками так понимающе и сочувствующе, что хочется плакать. Блин, такого как он вряд ли удастся провести.

— Пустите!— упрямо заявила я, попытавшись забрать чемодан.

— Я не держу, — он поднял руки вверх, показывая, что отпустил,— но повторяю, вы не сможете выехать из города.

— А кто меня удержит? Вы что ли?

-Девушка, вы едете или так и будете выяснять отношения? — раздался недовольный голос таксиста.

— Не еду,— зло ответила я.

— А деньги? — возмущенно спросил водитель, открывая дверь машины.

— Какие еще деньги!— возмутилась я.

— За вызов и простой.

— А вы у него востребуйте, это он мне не дает уехать, — кивнув головой, указала на амбала.

Водила взглянул на него, оценил бицепсы, распирающие рукава в обтягивающей водолазке, зрительно измерил рост гиганта, а напоследок посмотрел в лицо, на котором ничего нельзя было прочесть, и сплюнул на землю, смачно выругался и укатил.

Я горько хмыкнула, даже этот тип не пожелал с ним связываться, куда уж мне тягаться, но из чистого упрямства не отступила, а гордо выставила подбородок вперед и, посмотрев в лицо мужчине, повторила вопрос.

— Так кто меня удержит?

— Если будете пытаться покинуть город, то я,— серьезно подтвердил он. — Простите, но у меня приказ.

— Вы мне не кажитесь плохим человеком,— немного лести не помешает.— Неужели прихоть вашего хозяина так много значит для вас?

Качок громко рассмеялся, как будто я сказала что-то смешное.

— Ваша оценка ситуации неправильна. Вам никто ничего не сделает, просто хотят с вами поговорить.

— Поговорить о чем?— спросила я, надеясь, что он прольет свет на неизвестное.

— Это не моя прерогатива.

— Значит, из города вы меня не выпустите?

— Нет,— улыбнувшись, подтвердил он и подхватил чемоданы.

— Эй, что вы делаете?

— Я вам помогу отнести их домой. Женщинам такие тяжести вредно таскать, кто знает, может в будущем вы захотите еще раз родить.

— Угу... какая забота, — ехидно подметила я. — Вы случайно не Тимуровец? А то, смотрю, женщин одиноких охраняете, чемоданы таскаете, прямо образец для подражания. Не понимаю, чему вы скалитесь!

— Простите,— убрав улыбку, произнес он.

— Делайте что хотите,— равнодушно заметила я, останавливаясь возле дверей квартиры. — Вы и ваш хозяин сумасшедшие. Надеюсь, я не увижу вас в ближайшем будущем.

На мои слова он пожал плечами и со словами "До скорой встречи", удалился.

Стоило мне закрыть входную дверь, как у меня задрожали коленки. Добравшись до ближайшего кресла, я осела в нем, чувствуя себя до ужаса беспомощной. В животе всё замёрзло от осознания того, как же я попала. Попала — это еще мягко сказано, вляпалась, увязла по самую макушку, и как выбраться из этой непонятной ситуации — одному богу известно. Обложили меня со всех сторон. За город пути нет, полиция отпадает, так что как ни крути, не получится избежать встречи. Вытащила из сумки письмо и внимательно перечитала, "аудиенция" назначена на завтра. Времени мало, и единственное что я могу сделать, найти безопасное место для детей. Я решительно встала, распаковала чемоданы и, выбрав оттуда пару детских вещей, отложила в сторону. Затем взяла две книжки, планшетку и все упаковала в рюкзак. Взвалив его на плечи, вышла из квартиры.

— Тимуровец!— прокричала, стоя у подъезда, уверенная, что тот ошивается поблизости.

— Можно потише? — раздалось за спиной.

-Что, головка бо-бо?— вконец обнаглев, поинтересовалась я, заметив, как он болезненно морщится.— Может не стоит так налегать на алкогольные напитки?

Я не пью. Просто голова болит.

— Понятно. Это тебя совесть замучила,— ехидно заметила я. Жалко его не было, кто бы меня бедную пожалел!?— Нечего за бедной женщиной следить.

— Я не слежу, а оберегаю.

— От кого?— скептически посмотрев на него, поинтересовалась я. Поражаюсь, как этот шкаф со мной разговаривает, другой давно бы нахамил в ответ. А этого, ничем не проймешь.

— Не важно.

— А что тогда важно? — почти прокричала я, чувствуя как теряю самообладание. Шумно выдохнув, уже более спокойно продолжила: — Я выполню вашу просьбу; город не покину, на встречу приду и даже выслушаю ваши бредни. Но учтите, это все. Ничего большего от меня не ждите. Как я понимаю, до завтрашней встречи ты все равно вынужден за мной следить, так что буду хорошей и напоследок облегчу тебе задачу. Сейчас мы с тобой поедем на машине...— замерла на полуслове, заметив его офигевшее лицо.— Так, ты чего на меня так смотришь? У тебя что, машины нет? А как же ты бедненький тогда следил за мной? — ехидно поинтересовалась я, чувствую как меня заносит. За такие слова я могла и по шеи получить, но я устала жить в страхе. — А... поняла, хозяин — скряга, пожадничал? Н-да, нелегкая доля у рабочего класса.

— Есть у меня машина, — обижено произнес он, с трудом приходя в себя. Мужик не знал, как реагировать на мои слова и слегка растерялся. А что, до сих пор я была предсказуема, ведя себя как трусливый заяц, а теперь во мне проснулась ехидна. Я устала бояться и пытаться предугадывать будущее.

— Раз так, тогда мне нет надобности тратиться на такси и маршрутки. Ты же все равно за мной последуешь, так что одним махом убьем двух зайцев. Отвозишь меня по делам, а я от тебя не скрываюсь и даю возможность в открытую следить за мной. Короче, мужик, на сегодня ты мой водитель.

Мужик с минуту смотрел на меня, пытаясь понять, шутка ли это, а затем громко рассмеялся.

— Ты оказалась намного забавней, чем я думал. Куда едем?— поинтересовался он, указав рукой на стоящую недалеко "ауди".

— В школу. Забираем детей и отвозим к маме. Я не позволю впутывать детей в эти игры и не советую вам меня ими шантажировать. Они для меня все. Если надо будет, за них я порву любого, даже тебя. Надеюсь, я высказалась достаточно ясно?

Мои слова он воспринял на удивление серьезно. По крайней мере, не рассмеялся, а только коротко кивнул, как бы говоря, что принял к сведению.

Я же, расположившись на заднем сиденье, съёжилась как сдувшийся мячик, вдруг ощутив сильную усталость, а вслед за ней и неуверенность. Теперь он знал мое слабое место, и куда я везу детей. Правильно ли я сделала, раскрыв перед ним свои карты, и не аукнется ли мне это потом? Подняв глаза, заметила, как он через зеркало наблюдает за мной.

— Дети не пострадают. Обещаю, — сказал он, не поворачивая головы, а я, почему-то сразу и безоговорочно поверила. На душе стало легче. Расположившись поудобнее, расслаблено откинулась назад, надеясь, что оставшееся время поездки проведу в спокойной и комфортной обстановке. И правда, всю дорогу он меня не трогал и не задавал вопросов, а я была рада временной тишине.

У детей, в отличие от взрослых, все намного проще : они открыты, непосредственны и прямолинейны и самое главное не заморачиваются лишними вопросами и домыслами. Обнаружив меня возле открытой машины, обрадовались, а заметив рядом со мной водителя, удивленно покосились и завалили вопросами. Машуня вела себя сдержаннее, а Сашка возбужденно щебетал, все время обращаясь к моему спутнику. Ну как же, зачем ему мама, когда перед ним такой колоритный персонаж вырисовался: здоровый, накаченный бык, с руками как кувалда и каменным прессом. Разговаривая с мужчиной, сын обратил внимание, что тот охотно отвечает ему как взрослому и восторгу от этого не было предела. Я все ждала, когда мужику надоест, и он остановит "словесный понос" моего отпрыска, но на удивление они довольно прилично общались, и мне даже показалось что ему это не в тягость. Это открытие неприятно поразило меня. Было проще думать о нем как о субъекте отрицательном и не имеющем никаких человеческих качеств. Поэтому, когда сын, наконец, удовлетворил свое любопытство, я была безумна рада. В дороге я быстро ввела детей в курс дела. Новость о посещении бабушки они встретили на ура, но узнав, что им придется там спать, огорчились. Бабушку ребята любили, но выдерживали в "малой дозе". Людмила Андреевна, преподаватель английского, была человеком старой закалки. Хвалила редко и по большим праздникам, считая, что излишняя похвала делает человека заносчивым и высокомерным, а пилила часто, надеясь изменить в лучшую сторону. Внуков она обожала, но от своих правил не отступалась и при любой возможности старалась их воспитывать и направить на путь истинный.

Выйдя с детьми из машины, я обернулась к водителю.

-Э...— только сейчас осознав, что так и не удосужилась узнать его имени. М-да, не хорошо получилось и спрашивать как-то неудобно.

-Виталий,— помог догадливый охранник, высунувшись в окошко.

Я благодарно кивнула. Раньше он был просто "амбал", а теперь даже мысленно язык не поворачивается его так назвать. Мужик с виду хороший, на провокации не ведется, детей выдержал и до мамы подвез, хотя мог и отказаться. Короче, проверку на вшивость прошел и при других обстоятельствах мы вполне могли бы подружиться. Использовать его на свои нужды почему-то перехотелось.

-Виталий. Вам не следует меня ждать, скорее всего это займет время. Так что лучше езжайте по своим делам, а я обещаю, что потом сразу вернусь домой. На сегодня это будет моим последним передвижением.

— И все же я подожду.

— Как вам будет угодно,— сказала я, пожав плечами. Хозяин барин, хочет тратить свое время — его право, я предупредила. Пока мы разговаривали, дети убежали вперед и к тому времени, когда я поднялась в квартиру, они уже успели не только раздеться, но и умчатся вглубь дома. Переступив порог, я сразу заметила маму. Она аккуратно и педантично складывала вещи ребят.

-Привет! — нежно обняла я её.

-Ась, ты почему не позвонила?

-Эй, ты не рада нас видеть?

— Да бог с тобой!— всплеснула мать руками. — Ты прекрасно знаешь, что ваши визиты для меня всегда как праздник. Просто обычно ты звонишь, а тут без предупреждения. Что-то случилось?

— С чего ты взяла?— я как можно беззаботней пожала плечами, поражаясь её интуиции.

-Анастасия, не темни! — повысила голос мама.

— Мам, у меня все в порядке,— заметив её инквизиторский взгляд, я потупилась и тихо призналась: — Мы с Валеркой поругались.

— Ничего, помиритесь, дело молодое.

— Не думаю, — поджав губы, призналась я,— он мне изменял.

— Так, а ну иди сюда!— строго произнесла мама и, потянув меня за локоть, усадила на диван, а сама устроилась напротив. — Ты что это, надумала разводиться? Я тебя прошу, глупостей не городи и не принимай решение сгоряча. В жизни по-всякому бывает. Валерка мужик хороший, работящий и до сих пор был отличным отцом и мужем. Неужели ты готова все это перечеркнуть?

— Не знаю,— призналась я.

— Вот видишь!— обрадовалась она.— Ты думаешь, одной будет легче? Сомневаюсь. Если не подсуетишься, то Валерку быстро к рукам приберут. Таких мужиков днем с огнем не сыщешь. Не пьет, деньгами не разбрасывается, детей любит и зарабатывает хорошо, с ним ты как за каменной стеной. А если разведешься, то придется как белка в колесе крутиться с утра до вечера и так до глубокой старости.

-Ну, спасибо тебе мама, утешила. Значит Валерка — парень хоть куда, а я получается бракованный товар? По твоему, мне не полагается счастья в этой жизни?

— Глупая, — обиженно произнесла мама. — Я о тебе беспокоюсь. Сама подумай, кому ты нужна с двумя детьми? А Валерка тебя любит и, в конце концов, он отец твоих детей. Так неужели ты готова лишить их отца, а себя удобства и благополучия?

— Я НИКОГО НИЧЕГО НЕ ЛИШАЮ,— процедила я, вскочив. Её точка зрения выводила меня из себя.— Он может видеться с детьми, сколько пожелает, хоть с утра до вечера. Я всего лишь хочу быть рядом с человеком, который будет меня любить и не изменять при любой возможности. Если мы вернемся друг к другу, то всю оставшеюся жизнь я буду его подозревать во всех смертных грехах и видеть в каждой знакомой его подстилку. Прости мама,— покачала я головой и вытерла выступившие слезы,— не хочу полумер в отношениях, мне подавай все или ничего. Вот такая у тебя неправильная дочь.

— Доченька...— ласково проговорила она и попыталась меня обнять, но я отстранилась.

— Мам, не надо. Если ты не против, то я оставлю детей у тебя на пару дней, а сама попытаюсь всё спокойно обдумать.

-Конечно,— обрадовалась та, в душе не теряя надежды, что я одумаюсь.

Попрощавшись с детьми и крепко обняв и поцеловав на прощанье, я покинула дом.

Вскочив с утра пораньше, я бесцельно слонялась по дому. И чего мне не лежалось в теплой и мягкой постели? Всю неделю мечтала, как бы выспаться, а при первой же возможности встала с восходом солнца, и это не смотря на то, что вчера полночи ворочалась с боку на бок.

Тревога не отпускала меня, я удручённо ходила из угла в угол, нервно поглядывая на стрелки часов. Черт, ну когда же полдень! Медленно и монотонно тикали часики, продвигаясь вперед черепашьим шагом, а тем временем в обратной пропорции от них набирало темп беспокойство. Что принесет вынужденная аудиенция и во что это мне выльется? Налив в кружку черный кофе и, взяв её в руки, я задумалась. По хорошему, мне стоило обдумать тактику поведения. Как вести себя на встрече и что отвечать? Быть солидной женщиной или поиграть в глупышку? Вот только как выбрать правильно, если данных с гулькин нос...

Настроение, и без того паршивое, скатывалось в пропасть. Нет, сдаваться на милость дурацкой общине я не собиралась, но и не знала, как выбраться из этой западни. Я в нетерпении ожидала встречи. Мне хотелось одного — определенности. Тайны, загадки, недомолвки — я больше не желала их терпеть. В конечном итоге я рассудила так: лучше быть самой собой и никого другого из себя не строить. Быть сдержанной и, по мере возможности попытаться разрулить ситуацию. Не пытаться играть чужую роль и не обращать внимания на то, что встреча проходит в самом фешенебельном районе города. Хрен с ними со всеми, не буду забивать голову глупостями или подстраиваться и специально выряжаться в элегантные платья. Подумаешь, велика честь... Нет, разумнее облачится в то, что дарит уверенность. А для такой цели джинсы в самый раз: комфортны и удобны. К тому же не стоило забывать и о варианте быстрого отхода — бегства, а для этого не было ничего лучше, чем удобная одежда и кроссовки. Исходя из тех же побуждений, я закрутила волосы на голове в тугую ракушку, а на плечи накинула кожаную куртку. Покрутилась перед зеркалом. Неплохо... И плевать мне, что я не выгляжу модной, это не светский выход в люди, а я не дама высшего общества.