Записки темного мага. Ведунья.

— Не бойтесь, я вас не заколдую, — но его слова на них никак не повлияли. Он решил поступить по другому, — Давайте я вам лучше одну легенду расскажу. Много путешествую и многие слышу. Вам со мной не так страшнее и мне хоть какое-то удовольствие. Как, согласны? — Спрашивает. Дети прикинули и согласились. Все равно сон к ним не идет, всяк лучше слушать, чем сидеть и ждать от него подвоха, — тогда слушайте:

"Женитьба дракона"

"На первый взгляд море казалось спокойным и манило к себе. Когда восходящее солнце расцвечивало его своими лучами, так и хотелось покататься на лодке. Однако рыбаки окрестных островов неизменно предостерегали неопытных путешественников об опасности, таящейся в морской глубине, где в мрачной и просторной пещере поселился дракон. Увы, не из тех симпатичных и благожелательных драконов, которых так много в этом мире. Это был кровожадный и свирепый дракон, один вид которого внушал ужас. Над его гибким чешуйчатым телом возвышалась уродливая голова, а в огромной пасти торчали ряды острых зубов. Чудовище охотилось на людей и предпочитало нападать на маленьких детей. Увидев на поверхности моря извилистую борозду, рыбаки и крестьяне в ужасе спешили укрыться со своими семьями под спасительный домашний кров. Однако дракон плавал стремительно и быстро передвигался по суше. Поэтому он нередко пожирал замешкавшегося на берегу ребенка. Скорбь царила на всех островах, плач и стоны несчастных доносились до небес. Отчаявшиеся люди возносили молитвы благодетельной и прекрасной богине счастья Бентен. У нее было самое большое и отзывчивое сердце во всем мире. Узнав о горестях и страданиях этих бедных людей, она чуть не расплакалась. Но богиня взяла себя в руки и пообещала избавить жителей островов от угрожавшей им опасности. Затем она уединилась, чтобы обдумать, как победить дракона.Бентен была добра, а потому ей не хотелось пускать в ход силу. Ничего не подозревавший дракон спал тяжелым сном в своей подводной пещере. Во сне его иногда мучили кошмары. Если бы дракон оказался вдруг на поверхности моря, странное зрелище предстало бы перед ним: на ясном небе в погожий день появились тучи. Белые, серые, а потом и черные, они собирались как раз над тем местом, где находилась пещера. На самом верхнем облаке сидела с улыбкой на губах Бентен.Богиня склонилась над океаном и направила всю свою волшебную силу на логово чудовища. Сначала морское дно слегка содрогнулось, потом стало колебаться все сильнее, подземные толчки потрясли пещеру, разбудив дракона. В изумлении он пытался понять, что происходит, но так и не успел: пещера отделилась от морского дна и стала быстро подниматься вверх.Под ужасающий грохот, среди хаоса бушующих волн показалась заросшая водорослями пещера Дракон не отрываясь смотрел на свое жилище, став шее островом. И вдруг то там, то здесь образовались зеленые кочки. Они начали расти, да так быстро, что остров в мгновение ока покрылся лесами. Так по воле Бентен возник остров Эносима.Ошеломленный дракон, которою выставили из собственною дома, в полном недоумении озирался по сторонам. Он вздрогнул, увидев, как с высоты небес: спускается, приветливо ему улыбаясь, богиня Бентен в великолепном уборе. Еще никто и никогда не улыбался дракону, а потому он был ужасно взволнован. Богиня заговорила с ним приятным и ласковым голосом. Очарованный мелодичностью этого небесного голоса, дракон не сразу понял, о чем говорила богиня. А когда, наконец, понял, то чуть не упал в обморок: Бентен предлагала ему вступить с ней в брак, при условии, что он откажется от своих скверных и жестоких привычек. Дракон, плача от радости, согласился. Свадьба состоялась тут же, и вскоре дракон стал счастливым отцом многочисленного семейства. Он навсегда оставил даже мысль о нападении на людей. Под влиянием жены он видел в них теперь приятных соседей и был с ними любезен и услужлив. Так богиня, щедро раздававшая счастье другим, наконец познала его сама."

— Вот такая вот история, — закончил свой рассказ старый маг, но его слушатели вместо восхищенных слов одаривали его посапываниями. Он лишь улыбнулся и ничего не сказал. Пусть спят.

Анарибэт

Случилось то, чего я больше всего опасалась. Меня похитили! И кто? Униженный и оскорбленный предприниматель, и захватчик чужой собственности не законным путем. Нападение я не предвидела и даже не почувствовала, так что теперь буду получать ответное приветствие от похитителя, а им, как я поняла из специальной клетки и маровых браслетов, был тот, кого я чуть не лишила руки, но зато лишила дела, возможно, всей его жизни.

Висела я руками вверх несколько часов. Спина, руки и ноги, так же привязанные к полу цепями, сильно затекли, а из-за этого словно тысячи иголок впились, растекаясь болью по всему телу, но даже к ней я постепенно стала привыкать. Но вот руки придется восстанавливать долго. Маровые браслеты сожгли кожу, практически до мяса, но радовало одно, кровь не текла, иначе давно бы истекла кровью и предстала перед Создателем.

Вися вот так, не зная, сколько прошло времени, ждала визита похитителя, но тот так и не почтил меня своим присутствием. На некоторое время, пару раз я отключалась, но последняя из дрем нарушилась резким ударом в челюсть, от которой пришлось проснуться. Около меня стоял громила с орудием пыток и его заказчик, гражданин с солидной наружностью. С насмешливостью и победным видом он любовался моей беспомощностью. Я же одарив его равнодушным взглядом, чуть улыбнулась. Ведь как только я выберусь, от него мало что останется.

— Чему улыбаешься, ведьма? Жить тебе осталось не так долго как тебе хотелось бы, — и посмотрел на наемника. Тот одарил меня равнодушным взглядом, словно я мясо, а он мясник, и от всей своей любви к работе хлестнул плетью по спине. От прикосновения кожаного хлыста к спине в глазах замерцали черные точки. Давно я не чувствовала боли. Последний раз это чувство я испытала, когда Нат использовал на мне, дабы научить, одно старое заклинание гильдии. Тогда мне было хуже, это по сравнению с тем чувством игра. Боль короткая и быстро забываемая.

— Этого мало чтобы меня сломать и унизить, да и плакать от одного слабенького удара плетью, я точно не стану. Пусть придумает что-нибудь пооригинальнее, — похититель подал знак и наемник взял в руки иглы, которые стал загонять мне под ногти. А вот от этого хотелось выть, но радости я не доставлю. Пусть слюной подавиться, — и этого мало, — смеялась я над ним и его неумелым палачом. Нет, палач он хороший, для простого народа, а не для меня, "тени", пусть и в прошлом. Но одно расстраивало, мне было больно, поэтому я старалась отстраниться от боли и издеваться над похитителем и палачом. Что у меня в принципе получалось. После третьей шутки в адрес криворукости, не профессиональности и мягкотелости палача, тот психанул и вышел, а похититель за ним следом, что-то на ходу тому объясняя. У меня же появилось несколько минут свободного времени, дабы подумать, как выбраться. Но подумать не дала слабость, накатившая с огромной скоростью. Веки сами собой слипались и тянуло в сон. Поэтому, не сопротивляясь, я поддалась и уснула.

Снилось что-то странное. Академия, в которой я училась несколько лет назад, дети-студенты, при чем мои, беременная подруга, молившая о помощи, при этом, угрожавшая оторвать мне при удобном случае голову, да и мастер. Только почему-то он был мертвым, а предо мной предстал его призрак. Ребята из гильдии и разозленный Винсент, восседающий рядом с призраком мастера. И все это завершалось гневом учителя, обратившегося к своей истинной силе. Все перед глазами плыло и горело, в легких не хватало воздуха, кашель вырывался наружу, пришлось просыпаться. Но оказалось горю я на самом деле. Меня решили спалить заживо. Скорее всего, ко мне применили сон-чары, поэтому я и уснула, но сон...

— Придется снимать заклинание, — решила я для самой себя. Для этого заклинание руки не нужны, только концентрация. Это не внешняя магия, а внутренняя, так что источник тут не нужен. Нужно лишь развязать кое-какие ниточки и переплести их по-другому. Этим я и занималась. А когда снова стала сама собой, маровые браслеты стали мне велики и руки, пусть было безумно больно, смогли пролезть сквозь металлический предмет. Но оставался один вопрос, как выбираться. Но на помощь пришло старое академическое заклинание, "Большой взрыв", сметавший на своем пути любые преграды.

Стена от моего заклинания разлетелась в дребезги, отшвыривая стоящих радом с камерой охранников. Пыльная, лохматая, грязная я вышла из камеры, опираясь рукой о стену, ловя ртом воздух. Подходящий к камере палач, увидев, что случилось, понесся на выручку стражам, пытаясь поймать сбежавшую пленницу, но столкнулся он не с ведьмой, а...

— Темный эльф? — Завопил палач. Я не стала развеивать миф о нашем коварстве и мягкими, кошачьими шагами направлялась в его сторону. В отличие от него я умею пытать и делать действительно больно, но, не применяя оружие, лишь собственную энергию, направляемую через прикосновения. Энергия течет и касается болевых точек. Если чуть посильнее нажать и правильно направить поток силы, то от одного прикосновения человек умирает, а экспертиза причину смерти так и не установит. Это и есть умения "теней", а то, как пытал меня он, лишь детское баловство по сравнению с нашим профессионализмом.

— Я отплачу тебе за демонстрацию твоих умений своими, ты показал свое мастерство, а я покажу свое, — для большего устрашения на плечи легла форма гильдии. У палача глаза округлились еще больше, а губы не произнося в слух прошептали: "тень". От осознания того, что с ним будет, он просто рухнул на пол и смирился.

— Я заслужил, — и закрыв глаза приготовился к моей ответной пытке. Не став давать ему, ложные надежды на моё противоположное решение и его смену, нанесла всего один удар в область солнечного сплетения. Удар не сильный, но моя энергия достигла точки, и тот умер от разрыва сердца. Вот и нет того, кто мог раскрыть мою маскировку, так будет лучше.

— С одним покончено, — и сменив снова внешний вид на прежний направилась к похитителю. На моем пути вставали его охранники, но глядя на них мне казалось, что он вообще не переживает о сохранности своей жизни. Охранники его были лишь дополнением мебели и дорогих антикварных принадлежностей. Не оставляя никого в живых, я была просто в гневе за ласковый прием, подошла к самому похитителю, но на пол пути меня остановил магический выброс в мою сторону. Предо мной стояла стена пламени.

— Стой ведьма, дальше не пройдешь, — мне было все равно, что говорит этот маг, поэтому, кинув в него "Золотую ветку" убежала. Лоза обвилась вокруг него, впиваясь кожу шипами, лишался сил, отдавая их мне, все так же через энергетические каналы, между мной и моим заклинанием. Так что к похитителю я подошла уже в полном порядке. Силы мои и раны практически затянулись. Осталось дело за малым. Добраться до него и отплатить за радушный прием.

Он меня уже ждал. Но не один. В кресле сидели двое. Один мне был знаком, а вот про второго я лишь слышала. Он коллекционер, собирает редкости, в том числе людей и не людей, и я, судя по всему, являюсь его выгодным предложением. Но придется развеять их миф о моем скором попадании в его гарем или коллекцию.

— А вот и гостья, — мило улыбнулся похититель, я же не стала сопротивляться и позволив взять меня под локоток, пошла следом за ним, — это та самая девушка, золото, а не маг. Ледяная магиня — это редкость, так что, даря ее, рассчитываю на выгодное сотрудничество, — я же стояла молча, лишь улыбаясь и тихо посмеиваясь, подрагивая плечами. Они, не поняв моего смеха оглянулись и одарив непонимающим взглядом спросили: — Что тебя так рассмешило?

— Ваша глупость, — я хотела было расправиться с похитителем, как дверь резко открывается, а на пороге стоит запыхавшийся Сирин, с мечами в туках.

— Бэт, я не понял, это что, развлечение? И без меня? — Снова играя на публику, поинтересовался вампир. Я же подыграв ему, отвечаю:

— Что ты, Рин, я просто тянула время и ждала тебя, — он подошел ко мне и притянув к себе на ухо прошептал:

— Я думал, что ты умерла, я испугался, — и потеревшись носом о мою шею вздохнул мой запах, на будущее, — а на публику продолжил: — славная добыча, малышка, — и его глаза стали алыми, клыки удлинились, а все десять когтей украсили его пальцы, приобретая прочность и остроту, сравнимую с лезвием клинков.

Похититель и его гость переглянулись и попытались, было убежать, но мы преградили им путь. Понимая, в каком положение они находятся они стали предлагать нам деньги, земли и славу, дабы мы над ними сжалились и отпустили, но мы на то и темные. Отступать от своего пути не в наших правилах. Поэтому их ждало то, что они заслужили.

Из комнаты мы вышли с чувством выполненного долга. На прощанье за радушный прием я кинула еще одно взрывное заклинание, от чего стены разлетелись в дребезги. А когда мы вышли из замка обнаружили, что вообще от него мало что осталось, лишь парочка не разрушенных стен и основа с фундаментом.

Остановившись около входа в город, Сирин притянул меня к себе еще раз. Я не против, но у меня все болело. Поэтому мне пришлось пискнуть и завыть, дабы он отпустил. Взяв меня за руку и приложив к губам, зашептал какое-то заклинание, мне после этого стало немного легче. Магия крови в деле, договорился, и на некоторое время с этим проблем нет.

— Спасибо, — поблагодарила я, на что он снова притянул меня к себе, но уже не причиняя неудобств.

— Я действительно испугался, я хотел поинтересоваться твоим самочувствием, но тебя не было в трактире, поэтому я решил, что тот похититель не остановиться и продолжит попытки поймать тебя и избавиться. Как знал, что нужно было провожать тебя прямо до окна, но...— я посмотрела на него и тихо ответив, что все уже в порядке, получила нежную улыбку и еще одно теплое объятие. Но долго стоять на одном месте не стоит, поэтому мы пошли в город. Стража пропустила нас довольно быстро и без проблем.

Дошли мы до таверны ближе к ночи. Уже погасли все фонари, и в окнах не было света. Видно Маркус уже закрылся и лег спать. Да, понадеялись. Не хорошо конечно будить человека посреди ночи, но делать не чего, еще чуть-чуть и я свалюсь прямо около двери. Поначалу решили просто постучать, потом еще и позвать, одновременно стуча в дверь. Ну а когда поняли что тот просто не слышит или не хочет слышать, начали ругаться, стуча в дверь:

— Маркус, открывай, я голодная и злая и если что, буду дверь магией ломать. Но учти, за ущерб с ремонтом и ломаного медяка от меня не получишь! — Рыкнула так, что ей богу покойники из могил повыскакивают, не считая простого народа, решившего узнать что случилось, раз милая девушка так ругается и проклятиями кидается, да и кто останется равнодушен, когда так просят, тем более подпитывая рык магией.

— Бегу, Ари-сан, — слышался голос приближающегося хозяина.

Открыв нам, дверь трактирщик чуть не рухнул на пол. Вид у меня скажем так, был не сахар, хоть прямо сейчас в могилку закапываться. Растрепанная, бледная, израненная и жутко усталая, но довольная тем, что на одного врага у меня стало меньше. Но я бы с испугу, будь обычным человеком, тоже так себя вела. Маркус даже перекрестился, но все-таки спросил, убеждаясь в моей подлинности.