План "Б"

Аргументы были серьезными и требовали внимания, особенно после разговора с потенциальным отчимом.

После скандальной выходки — накануне свадьбы Тата сказала бабушке, что беременна от Вадима — Череда вышел из себя:

— Тата, ты — дрянь. Маленькая наглая эгоистичная дрянь.

Воспитательная беседа происходила в парке, подальше от ушей Ларисы и Любови Андреевны. Потому Череда не очень подбирал выражения.

— Я — терпеливый человек, но своим идиотским поведением ты достала меня до печенок. И не только меня. Бабушка сейчас пьет лекарства и молит Бога, чтобы твои слова оказались ложью, и чтобы о них не узнала Лара. Представь на минутку, как она отреагирует на подобные новости?!

— Мама возненавидит и бросит вас. Вернется домой. Тогда я скажу правду и успокою ее.

— А если она возненавидит тебя?

— За что?

— Но ведь ты лишаешь ее любви, разрушаешь счастье, сиротишь будущего ребенка.

— Ваше счастье построено на моих слезах!

— А ты не плачь. Ты порадуйся за маму.

— Не могу я радоваться.

— Конечно, ведь приходится, отдавать, а не брать. Каждый заплачет.

— Что я брала? Что?

— Все, деточка, все. Каждый день, все семнадцать лет кряду ты получала от мамы любовь, заботу, душевное тепло.

— Я не просила.

— Зато сейчас требуешь. Мама только шаг сделала в сторону, а ты уже верещишь! "Не сметь! Стоять! На место!", а на месте-то — пустота. И никого рядом.

— Вы, Вадим Петрович, говорите правильные слова, только бросать детей непорядочно. Даже ради такого замечательного человека, как вы.

— Никто тебя не бросал. Мама тебя любит. Я, если станешь себя прилично вести, тоже буду обожать. Хочешь, живи с нами.

— А бабушка?

— Не держите меня за врага народа, и будем жить вместе. Хочешь?

— Нет, — гордо отказалась Тата, — мне одолжений не надо.

— Тата, — Вадим смотрел на нее серьезно и строго, — ты же сама станешь женщиной. И должна чувствовать цену моим словам. Не отбирай у мамы ни дня, ни минутки счастья. Кто знает, что случится завтра? Жизнь коротка.

— Счастье — это вы?

— Да! — в ответе звучала непоколебимая уверенность.

Тата даже смутилась. И чуть-чуть позавидовала.

— Вы ее и вправду любите?

— Люблю.

— И не обидите никогда?

— Никогда.

— Поклянитесь. Чем-нибудь важным.

— Я клянусь будущим ребенком, что люблю Ларису и сделаю все для ее счастья.

— Конечно, у вас ребенок, любовь, счастье, а я одна осталась.

Зеленые глаза полнились такой болью, что череда растерялся.

— Тата, я предлагаю тебе дружбу.

— Зачем она мне? — спросила девочка тоскливо.

— Не скажи. На свете легче живется, если есть плечо, на которое можно опереться. А за мое можно и спрятаться.

— У меня папа есть.

— Чем больше человека любят, тем он богаче. Папа — папой, я на главные роли не претендую. Но ты должна знать, что рядом с мамой — твой друг. Настоящий и верный.

— Я пойду, — попросила Тата. Плакать при Вадиме она стеснялась.

— Тата...

— Пока...

Глава 16. Шалости судьбы

Он, она, многолетнее знакомство и одна судьбоносная встреча. Такой Ларе и Вадиму виделась история их любви.

Однако у событий имелась другая подоплека.

Едва Лара развелась, Любовь Андреевна развила бурную деятельность по поиску потенциального жениха. Кстати двоюродная сестра рассказала об одном очень положительном парне, живущем по соседству с подругой ее детства. О другом славном и симпатичном холостяке поведала приятельница Любови Андреевны. Третий претендент на роль Лариного возлюбленного возник в телефонном разговоре со Стелой Степановной, бывшей коллегой по элитной спецшколе, где Любовь Андреевна была завучем. Приблизительно на сорокой минуте, между обсуждением положения в стране и рецептом нового пирога, Стелла Степановна вспомнила, что на именинах у брата в прошлом году присутствовал разводной приятный мужчина подходящих лет. Кто он и где обитает неизвестно, но поиск — дело техники и времени. И если надо, то она с удовольствием займется устройством Ларочкиной судьбы.

По мере развития проектов "кураторы" докладывали об итогах.

Сестра, посетив с подругой детства, объект номер один получила от потенциального жениха категорический отказ.

— Он не хочет ни с кем знакомиться.

Неутешительный результат нисколько ни обескуражил дам. Обе решили продолжить осаду.

Приятельнице тоже не повезло. Ее протеже, а заодно и дальний родственник, решительно попросил не лезть в его личную жизнь.

— Я не опускаю рук. Мы еще посмотрим, кто кого, — задетая грубым ответом, приятельница расстроилась, но пообещала не сдаваться.

Не было известий лишь от Стеллы Степановны. Любовь Андреевна позвонила сама, спросила как дела, получила невнятный ответ и поняла — перспектив мало. Однако бывшая коллега скрытничала. Работа кипела полным ходом.

Сначала Стелла Степановна позвонила брату:

— Помнишь, у тебя в прошлом год был день рождения?

Брат задумался. Зная неуемный темперамент ближайшей родственницы, каждый из ответов грозил непредсказуемыми последствиями. Поэтому базар следовало фильтровать с особым тщанием.

— Ну, я еще была в синем платье с оборкой в горошек. А тетя Люся опять напялила старый свитер...

Врать воткрытую было рискованно. День рождения имел место и по обыкновению праздновался ежегодно. Но признавать это брат не торопился.

— ...Твоя Катерина еще отбивные пересушила...

— И что? — короткая реплика давала возможность для осуществления маневра.

— Кто был у тебя из мужчин?

— Не помню. Тебе зачем?

— Надо, — отмахнулась Стелла Степановна и приказала: — Зови Катю, склеротик.

Невестка тоже далеко не сразу выдала список приглашенных. Оно и понятно: гуляли полтора года назад. Однако холостого мужчины средних лет, который интересовал Стелу Степановну, среди гостей не было.

Через неделю упорных допросов возникла версия: искомое лицо мог привести с собой кто-то из гостей. Кто именно Катерина пообещала выяснить в ближайшие сроки. И, действительно, через два дня открылось: сосед, Анатолий Петрович, привел с собой племянника. Но за столом парень сидел минут пятнадцать не более.

— Стеллочка, может ты, что-то путаешь? Может, это было не в прошлом году, а раньше?

— Я еще из ума не выжила! — отрезала Стела Степановна. — Брюнет, карие глаза, выше среднего роста...сидел напротив меня и Ирины. Мы обсуждали новый французский фильм. Там герой разводится с женой и прыгает с моста. Ирина заявила: мужчины очень тяжело переживают подобные события. Я возразила и спросила у этого типа: вы как считаете? Он ответил: после своего развода я год приходил в себя. И что, поинтересовалась я, утешились в новом браке? Он засмеялся, нет, сказал, пока холостякую.

Катя с сомнением в голосе произнесла:

— Не помню. Наверное, я тогда за горячим выходила.

— Ладно, давай телефон Анатолия Петровича.

Новый звонок...

— Добрый вечер. Вы меня не знаете. Я — родственница ваших соседей. А скажите, пожалуйста, племянник ваш еще не женился? Тот, с которым вы в гости приходили.

— Нет, — растерянно произнес Анатолий Петрович.

— Тогда, адресок его дайте, пожалуйста. И уточните имя-отчество.

— С какой стати?

Потребовалось полчаса более чем настойчивой аргументации, прежде чем сопротивление было сломлено. Услышав: "Вы меня не знаете. Но в меня узнаете. Сейчас я приеду к вам! Тогда держитесь!", представив, как громогласная назойливая особа вваливается в его тихую и мирную квартиру, как учиняет шумную разборку, мужчина предпочел капитулировать и сдать координаты племянника. Впрочем, держался он достойно, героем, а напоследок попросил:

— Пообещайте, что Вадим не узнает, кто его предал.

Возбужденная полученной победой, Стелла Степановна отправилась к молодому человеку немедленно и, невзирая на довольно позднее время.

Нужный адрес располагался в районе частной застройки, пугающе малолюдном и темном. Но нам нет преград на суше и на море. Поэтому, обнаружив закрытую калитку, бывший профсоюзный лидер школы с углубленным изучением трех иностранных языков решительно ударила по стальному полотнищу кулаком. О правомочности своих действий и произведенном шуме Стелла Степановна не думала. Зачем? Она свершала доброе дело и рассчитывала исключительно на положительную реакцию как будущего собеседника, так и его соседей.

Однако за забором частной постройки не торопились приобщаться к новостям. И дабы привлечь внимание к собственной персоне, Стелле Степановны долго и упорно колотила по двери сначала рукой, потом ногой, а затем, устав, и весьма обширной пятой точкой.

Как водится, настойчивость была вознаграждена. За стальным полотнищем раздался угрюмый голос:

— Кто там?

— Вы — Вадим?

— Да.

— Извините, вы меня не знаете. Мне надо срочно с вами поговорить.

— О чем?

— Вам сейчас тяжело, но надо жить дальше...

— Что вам надо?

Стелле Степановне хотела сущей мелочи: быть услышанной, а заодно привести к бывшей завучке согласного на все мужичка и уронить победно: вот я какая. То есть, вот он — жених для Ларочки. Но знать об этом Вадиму не следовало. Ему достало облегченной версии.

— Вам надо жениться!

— Что?

Возможно, в силу позднего времени — все-таки, дело к десяти; возможно, с устатку — потенциальный жених где-то чем-то руководил, но соображал парень плохо. Ему четко и внятно сказали: есть тема, надо перетереть. А он с вопросами лезет.

— Пустите меня, — почти попросила Стелла Степановна. Обычно она приказывала.

— Не пущу, — отрезал хозяин. — И вообще я сейчас милицию вызову.

— Вы рехнулись, — гостья искренне возмутилась. — Я приличная женщина и требую уважительного к себе отношения.

За дверью разлилась настороженная тишина. Только чтобы разрядить ее, Стелла Степановна напомнила о себе парой новых ударов.

— Что вам от меня надо? — обреченно повторил потенциальный жених.

— Вы можете открыть дверь?

— Об этом не может быть речи, пока я не пойму какого черта вы приперлись.

Стелла Степановна засомневалась. Кажется, первое впечатление о приятном холостяке было обманчивым. Собеседник явно не отличался умом и сообразительностью.

— Я ведь уже объяснила: вам надо жениться. Сколько можно жить одному? Я нашла вам невесту. Симпатичная женщина, из хорошей семьи и ребенок уже большой, не придется возиться...

Калитка приоткрылась, но ровно настолько, чтобы явить гостье возмущенную физиономию хозяина.

— Отстаньте от меня. Мне не нужна ваша невеста. Идите к черту.

К конструктивной части диалога Стелла Степановна была готова и мгновенно вставила в образовавшийся проем ногу. Затем попыталась втиснуться и остальными шестью пудами.

— Может быть, вы все-таки пригласите меня в дом!

Предложение отнюдь не предполагало вопрос. Да и напор, оказываемый на дверь, исключал консенсус. Проблема стояла жестко: кто — кого?

Однако мужчина устоял:

— Нет.

Серьезные победы не достаются легко. Стелла Степановна сконцентрировалась и выдавила для себя еще немного пространства.

— Сколько можно талдычить одно и то же: вы — холостяк, а у меня невеста на примете. Я хочу вас познакомить.

— Спасибо, не надо, — сообщил хозяин, изо всех сопротивляясь будущему счастью.

— Вы не знаете, от чего отказываетесь.

К сожалению, живописать Ларины достоинства сваха не могла, так как последний раз видела дочку Любови Андреевны лет десять назад. Но разве это повод? Наскоро состряпанный идеальный женский образ получился столь колоритным, что мужчина невольно заинтересовался.

— Что ж, такая славная барышня до сих пор одна? — спросил он, не прекращая удерживать дверь.

— Потому, что только дуры бегают за своей судьбой. Умные ее ждут. Я пять раз была замужем, и знаю, что говорю.

— Но я тут причем? — почти спокойно спросил Вадим.

— Об этом мы потолкуем у вас за чашкой чая.

— У меня нет чая.

— А совесть у вас есть? Почему вы заставляете пожилую женщину, как кого-то десантника, штурмовать вашу резиденцию?

Польщенный тем, что его дом обозвали резиденцией, хозяин дрогнул. Чем немедля и воспользовалась пожилая женщина, взбудораженная собственным сравнением с десантником.

Отжав могучим телом полотнище калитки, Стелла Степановна смело зашагала по направлению к дому.

Проигравшему сражение Вадиму пришлось идти вслед, угощать непрошеную гостью чаем, и слушать описание прелестей потенциальной невесты.

Покидала Вадима Стелла Степановна усталая, но довольная. Вадим, кажется, проникся и даже пообещал позвонить завтра — продолжить обсуждение. Однако на следующий день мужчина сказал совсем не то, что надеялась услышать сваха.

— Я вам очень благодарен, — заявил молодой человек. — И за настойчивость, и красноречие. Ваш визит не был напрасным. Я задумался и понял, что, и в правду, живу неправильно. Мужчина не должен быть один.

— Я вам это говорила.

— Спасибо еще раз. Но я понял еще кое-что. Мне всегда нравилась одна женщина. Сейчас она в разводе. И я попробую построить с ней отношения.

— А как же...— от огорчения Стела Степановна потеряла дар речи.

— Простите, что не оправдал ваших надежд. Но у меня свои планы.

— Что ж, позвольте, я буду звонить. Вдруг что-то не склеится...

— Склеится, — пообещал Вадим и простился.

Спустя неделю он очень довольным голосом поведал, что у него роман с той женщиной. Через три попросил больше не беспокоить. Через полтора месяца послал Стеллу Степановну подальше.

На этом неудачное сватовство можно было считать законченным. О чем огорченная Стелла Степановна честно и доложила:

— Любочка, я проиграла. Он нашел другую.

— И, слава Богу, — ответила Любовь Андреевна. — Ларочка сама справилась. Она выходит замуж.

— Что ж вы меня не предупредили?

-Я ведь и не знала ничего о ваших хлопотах.

Стелла Степановна только вздохнула. Рассчитывая на максимальный эффект, она, действительно, держала операцию в секрете.

— А можно посмотреть на вашего жениха?

— Почему бы, нет.

К огромному удивлению всех, Ларин избранник и протеже Стелы Степановны оказался одним и тем же человеком, Вадимом Чередой. Но еще большее изумление вызвала другая новость. Мужчина, которого все это время донимали настойчивыми предложениями познакомиться с симпатичной блондинкой, другие свахи: подруга детства двоюродной сестры и приятельница Любови Андреевны, тоже был не кем иным, как Вадимом.

— Значит, нас свела судьба? — усмехнулся Череда, выслушав историю о тройном совпадении.

— Да, — подтвердила теща и улыбнулась загадочно.

Любовь Андреевна знала, что умным колдуньям совсем не обязательно нарушать запреты и колдовать любовь. Всегда можно придумать план "Б" и создать ситуации, которые, если не прямо, так косвенно, приведут к нужному результату и

Глава 17. Радикальное решение

— Мама, раньше ты любила меня одну, а теперь будешь любить только его? — Тата кивнула на слегка округлившийся живот.