"Черствое сердце"_Третья книга цикла

— Эм, — замялась я, выронила свое орудие и обернулась. Рядом стоял доктор: халат зеленый, рост — метра два, на вид — лет сорок, глаза — злющие, подтянут, моложав, суров. Он внимательно осмотрел мое творчество и по-детски хихикнул.

— Я их звала, звала, а они тут сказки травили... — оправдывалась я, шаркая ножкой медсестры (так как своими шевелила с трудом).

— Так им и надо! — похвалил врач, и еще разок скользнул по мне взглядом с чисто профессиональным интересом. — Да тебе помощь нужна!.. А ну-ка, пойдем со мной!

Подхватив меня под локоть, потащил вдоль по темному коридору.

— Рассказывай, как это произошло? — потребовал он.

— Не знаю. Со мной такое часто случается. Я разговариваю с друзьями, а в следующую секунду у меня из носа, из ушей кровь течет. Вот в этот раз всю кровать кровью залила. Высосали из меня море анализов, просветили насквозь, ничего не нашли!

Доктор резко остановился. Подозрительно так на меня посмотрел, задумался о чем-то, оглянулся на двери собственного кабинета. А потом заявил:

— Стой здесь! — после чего скрылся за дверью.

Я потопталась на пороге. Потом поняла, что с этой беготней по коридору, дико устала и прислонилась к стеночке. Как только соприкоснулась с камнем спиной — ощутила странную тягу ослушаться приказа врача, и все-таки сунуть свой любопытный нос в тайную комнату. Магия во мне или что-то совершенно другое, просто вопили о присутствии в том помещении еще кого-то. И мне просто необходимо было на него посмотреть! Но когда я уже решилась дернуть за ручку, на пороге появился доктор. Еще раз смерил меня взглядом и протянул стаканчик с трубочкой. Знаете такой, как для кофе, с крышечкой.

— Пей! — сказал он, и повел меня обратно к палате, по дороге рассказывая. — Значит так! С этого момента твоим лечением буду заниматься я! Дина, запомни мое имя — Карл!

— Сомневаюсь, что у меня хватит денег. Ваши услуги, наверняка, очень дорогие! — ответила я, решив, что информацию обо мне он получил от коллег.

— Тебе это ничего не будет стоить! — рассмеялся от души Карл. — Поверь! Считай, что мне нравится помогать таким, как ты...

У меня закралось подозрение, что если с меня не возьмут денег, то либо отнимут почку, либо будут проводить опыты. Доктор, уловив ход моих мыслей, еще задорнее расхохотался.

— Ты пей, пей! — приговаривал этот Карлсон без винта, и направлял меня в полумраке коридора. Я сделала один глоток, второй — и содержимое стакана показалось мне просто таки целительным эликсиром. Слабость и дрожь из тела ушли, появилась бодрость. Сразу захотелось жить. А еще лучше — собрать шмотки и слинять домой.

— Никто, кроме меня тебе не поможет, — вздохнул Карл.

— У меня такая жуткая болезнь? — поперхнулась я, и доктор аккуратно вернул мою руку со стаканом обратно к губам, чтобы я не забывала пить лекарство.

— Каждый воспринимает это по-своему. Некоторые считают даром. Не знаю, как воспримешь это ты. У тебя только начальная стадия. Да и то могла бы еще долго не проявляться, если бы не одно обстоятельство... — Он замолчал, стиснул зубы и заговорил совершенно о другом. — В общем, лечить тебя будем так: никаких стрессов, обязательна физическая нагрузка, вроде зарядки, пробежки...

"Да! — подумала я. — Интересно, зарядкой погоню по парку за психами и маньяками, с молниями на гало, можно считать?".

— А по поводу стрессов? — прервала его я. — Имеется в виду, что я не должна нервничать, или чтобы я не нервировала окружающих?

Карл рассмеялся, глянул на усатых медсестер и сложился пополам от хохота.

— Ух, юмористка! Окружающим придется потерпеть! — выдал он, выровнявшись уже около моей палаты. — Значит, на чем я остановился? Спишь больше, бесишься меньше, занимаешься спортом и питаешься правильно. Ах да! И раз в недельку (на протяжении месяца) пьешь немного крови.... — как бы между прочим, совершенно будничным тоном заявил мужчина.

— Чего? — я чуть не подавилась лекарством. Протерла уши и уставилась на дяденьку врача. А он нахмурился. Вся несерьезность с его лица слетела. Карл посмотрел мне прямо в глаза и повторил с ударением на каждом слове:

— Раз в неделю — совсем немного крови, если, конечно, не хочешь сойти с ума!

— Кажется, я уже того... — брякнула я.

— Заметил, — жестко ухмыльнулся он, и ушел.

Лечиться у такого доктора мне расхотелось. Автоматически я потянула в себя лекарственный сок через трубочку и, видимо, так сильно это сделала, что крышка открылась. Внутри стаканчика еще оставалось несколько капель багровой жидкости, окрасившей густыми уже подсохшими разводами стенки. И что-то подсказывало, что это не томат! Меня едва не стошнило...

Больше с доктором Карлом мне общаться не довелось. Теоретически меня закрепили за ним, но буквально на следующий день выписали. Все возвращалось на круги своя. И в будничной суматохе, я как-то стала привыкать к мысли, что врач мне привиделся. Тем не менее, момент сумасшествия таки настал. Как сейчас помню, это был мрачный день. На небе фиолетовые, нервирующие тучи. Погода, в общем, не ах! Мне дико чего-то хотелось. Настолько, что я готова была требовать это, отбирать, вырывать из чужих рук. Перед глазами маячил злосчастный стаканчик с крышкой и трубочкой. Я буквально ощущала во рту вкус его содержимого. Попробовала отогнать навязчивое видение. Выпила три кружки с кофе, закусила селедкой с зеленью, наорала на Вову, все еще убежденного, что его невеста беременна, а врачи просто соврали. Отправилась к подруге жаловаться на парня.

— Он достал меня своей навязчивой идеей о детях! — бубнила я, сидя на кухне и косясь на холодильник.

— Что плохого в его стремлении сделать из тебя нормальную жену? — не понимала оборотниха.

— Рим, я же ведьма! А если я ему вместо супа оборотное зелье случайно приготовлю? Ты ж меня знаешь. Я могу.

Она, конечно, рассмеялась, но потом полезла в холодильник за творогом, а обнаружила там сушеных летучих мышей в прозрачной коробочке, странную коричневую субстанцию в баночке и три флакончика с зельями, увенчанные угрожающей надписью: "НЕ ТРОГАТЬ! ЭКСПЕРИМЕНТ!".

— Вот же гад! — ругала мужа подруга.

Я перегнулась через ее плечо, чтобы рассмотреть содержимое холодильной камеры, и так ненавязчиво поинтересовалась:

— Слушай, а баночки крови у вас там случайно не найдется? Ну, хоть кружечки? Ну, пару капелек хоть нацедишь?

Реакция Риммы была просто неописуемой. Сначала она перекрестилась, потом засветила мне в лоб какой-то железной крышкой и забаррикадировалась в ванной.

— Рим! Ну, что тебе чашечки крови для подруги жалко? — я скреблась в двери, не отдавая себе отчета в том, как это выглядит со стороны.

Тут пришел с работы, помянутый злым тихим словом супруг оборотнихи. Сашка проигнорировал вопли Римки, и прошагал на кухню, намереваясь быстро чего-нибудь схарчить. На ходу только поздоровался со мной и спросил:

— Чего ты творишь?

Я увязалась за ним.

— Прикалываюсь! — пояснила я. — Она ж сама меня донимала своим этим: "Чувств в тебе нет!". Вот я и показываю ей чувства!

— Какие? — он достал из холодильника кефирчик и сделал глоток.

— Голод! Чем не чувство? — хихикнула я и кокетливо протянула. — Ты ведь не такой жадный, как твоя жена? Полстакана крови нацедишь???

Сашка только сейчас отважился посмотреть мне в лицо. Он подавился, облился, побледнел и дрожащим голоском проблеял:

— У тебя опять глаза красным светятся!

— Ай, просто не выспалась! — махнула рукой я и, понимая, что здесь живут дико жадные люди, отправилась искать счастья в другом месте. То есть вернулась домой, рухнула на кровать и уставилась в одну точку. Кот на меня шипел. Он забился в угол и боялся показываться. Домовой искренне старался не нервировать своим присутствием. А потом Маринка привела Митю...

Племянник проявил ко мне особый интерес. Ходил вокруг, будто я — новогодняя елка. Сестра бормотала о том, как ей надоели тошнота и прочие прелести беременности. Ребенок уселся на пол, вытащив из-под стола свои старые игрушки, и принялся возить добротными металлическими машинками по ковру. Семейная идиллия могла бы продолжаться бесконечно, если бы малой не оцарапал палец. Он не ревел. Задумчиво уставился на выступившую каплю крови и показал мне. Вот тут и началось самое страшное.

Мое дикое звериное шипение до чертиков напугало не только Маринку, но и меня саму. Понимая, что я могу наделать глупостей, слетела с кровати и забилась в угол между столом и шкафом. Еще и неосязаемый щит выставила без функции входа и выхода. А Митька, как специально, со своей раной подошел ко мне.

— Марина, миленькая, уведи его! — взмолилась я.

— Что с тобой? — не понимала бледная сестра и, ухватив за ворот кофты, дернула ребенка на себя. Однако Пельмень остался стоять, как вкопанный, еще и истереть начал. Он был твердо намерен накормить родную тетку своей кровью.

— Звони Сашке, пусть что-то сделает! Я так долго не смогу!

Через полчаса в нашей квартире собрался весь клуб. Даже Дашка с Димкой после института примчались. Марк подошел к моей вынужденной клетке ближе всех. Присел на кровать и принялся раздражать своим внимательным взглядом.

— Голод! — заключил демон. — Ей нужна кровь! Не найдем сейчас, — к ночи станет хуже.

— И что делать? — озадачились маги-подростки.

— Во-первых, вывести беременных. — Заявил Саня.

— Я останусь с подругой (сестрой)! — естественно беременные выводиться не собирались, и завопили в один голос. Я чуть не прослезилась.

Димка с Дашкой переглянулись и побежали на кухню за стаканом и ножом. Уж не знаю, что они собирались с этим набором делать, но очень надеялась, что не массовое сцеживание. Меня стошнило при одной мысли. В прямом смысле слова. И детям пришлось сбегать еще и к кладовке за тряпками, ведрами и прочими принадлежностями.

— Может к Руслану сходить? — выдала гениальную идею оборотниха.

— Ага, — кивнул Саня. — И что мы ему скажем? Русь, у нас там Дина в гигантского комара превращается, ей бы крови нацедить. Не подсобишь? Представляешь, что с ним будет после этого?!

Все расхохотались, а потом замолчали. Таки представили.

— Ну, — подал голос Марк. — Я могу махнуть по-быстрому в одно злачное местечко и поймать кого-нибудь.

Меня опять стошнило. Демон скривился, бросив на меня какой-то снисходительно-брезгливый взгляд.

— Какие мы нежные! — скривилась Лизка. — А чем раньше думала, когда...

Осеклась, сцепила зубы крепче, чтоб не сорвалось продолжения, и выдохнула.

Тут раздался звонок, и вся толпа товарищей-садистов высыпала в коридор. Я старалась игнорировать племянника и обратила весь слух к прихожей, где развивались примерно такие события: в гости пришел (судя по голосу) доктор Карл. И заявился он не с пустыми руками, ведь тарахтел какой-то пластиковой или железной коробкой.

— Добрый день, я Карл, лечащий врач Дины. Я могу войти?

Друзья медлили. Личность доктора доверия в них не вызывала.

— Он же вамп... — хотела поделиться наблюдением Лиза, но Марк прикрыл ей рот ладонью и сунул в руку блокнот с карандашом.

— У нее сейчас слух обострен. Лучше напиши. — Пояснил демон. Мне стало интересно, чего такого важного от меня пытаются скрыть.

— Нет! Пускать его нельзя! — замотали головами друзья, увидев записку.

— Но он же помочь ей хочет! — вступилась за гостя Маринка, которой было плевать на все записки — она не особо хорошо в школе училась.

Бог мой, как же они обо мне заботятся! Правда, с такой опекой, я скоро копыта отброшу. Меня скрючило. Похоже, сначала я лишусь желудка. Казалось, что он собирается превратиться в сморщенное нечто.

— Ей совсем плохо, пропустите меня! — потребовал Карл.

— Нет! Иначе мы поставим под угрозу хозяев этой квартиры! — отказался Саня.

— Клянусь, что никому не причиню вреда! — взмолился последователь Гиппократа. — Я должен ей помочь. Я обещал.

— Кому? — в один голос озадачились друзья, но гость не собирался отвечать, и подбрасывание монетки на "пустить — не пустить" продолжилось.

Пока взрослые спорили, племянник вынырнул из моей спальни и сделал выбор за медлительных старших. Он взял дяденьку за руку и перевел через порог. Друзья онемели.

— Жуть! Жууууть! — покачал головой Митька, упрекая их в нерешительности, и повел врача в спальню.

Увидев меня Карл вздохнул. Отпустил руку малыша и подошел ближе. Поставил свой кожаный чемоданчик-холодильник на кровать, раскрыл его и достал оттуда медицинский пакет с кровью.

— Тебе лучше закрыть глаза! — сказал он, выглянул, чтобы позвать демона и попросил его подогреть содержимое пакета. Марк всего лишь прислонил руку к нему и кровь стала теплее... И пахучее. У меня, наверное, слюни потекли, потому что Карл мигом сунул мне "багровое лекарство", выпроводил всех из спальни, включая и племянника. Сам сел на стул и провел небольшой ликбез, пока я утоляла голод.

— Таким, как я иногда нужно пополнять запас крови, когда нас ранят, когда нам плохо или испытываем серьезный стресс. Этой бесценной жидкости достаточно немного. Не литрами, конечно, пить... Хотя бывают случаи, когда раны слишком тяжелые и даже смертельные, — тогда приходится чем-то жертвовать: совестью или чьей-то жизнью. Запомни! Раны не залечатся, если не выпьешь это. Я считал и считаю происходящее с нами вирусом. Пытался разобраться, как он действует, хотел узнать, как излечиться. За это меня воспринимали ненормальным, но!.. Зато не лезут со своими правилами.

— Во что я превращаюсь? — перебила доктора я, и не дождавшись ответа, предложила свой. — В комара?

Карл расхохотался.

— Да, твои друзья подобрали очень красочное сравнение. — Веселился он. — Нет. Длинный нос у тебя не отрастет, крылья тоже. Возможно, удлинятся некоторые зубы. Но то, что ты — ведьма, сильно осложнит дальнейшую жизнь. Даже не знаю, как помочь тебе. Ведь последствия непредсказуемы. К тому же, выяснить все от начала и до конца я тоже не могу. С тобой не на все темы поговоришь. Чуть что — и кровь во все стороны...

Он замолчал, я сосредоточилась на питье, пока болезненно обостренным слухом не уловила шепот друзей на кухне. Карл, судя по всему, тоже прислушался.

— Фиговые дела! — заключил Саня.

— Если так и дальше будет продолжаться, она все равно будет терять кровь, стоит только кому-то упомянуть что-то, что касается Его! — путано бормотал Марк.

— А чем чаще ассоциации будут возвращать ее память к блокированной информации, тем больше крови она будет терять, — соглашался маг.

— А чем больше крови она будет терять, — продолжил логическую цепочку Димка.

— Тем чаще будет увеличиваться доза потребляемой! — авторитетно подытожил демон. — Надеюсь, все понимают, чем это грозит и, что есть возможность потерять ее.

— И еще кого-то... — окинул всех прищуром Василий, прикидывая, кто из друзей подходит на роль моей жертвы. Мне самой стало страшно, от одной мысли — причинить им зло. В ту секунду, я возненавидела себя.

— То есть, вшить? — провела пальцем у горла Дашка.

— Нет. Скорее. Кхе-хе-ехе, — изобразила удушье и мгновенную гибель Римка.