В свите дофина

Закончив трапезу, Фредерик поднялся и удалился, наступала его очередь заступать в караул. Уже на пороге, он обернулся и сказал, что вечером нас ждет очередное собрание в общей гостиной, у Нортона есть какое-то сообщение.

'Очень интересно. Какого характера новости ждут нас?'

Размышляя на эту тему, я потихонечку начала собираться к вечернему рауту. Как же не хотелось видеть маму и ее мужа. У меня остались самые противоречивые чувства от нашей первой встречи. Но, по совету Антуана, нужно было к нему присмотреться, что это там за птица такая досталась мне в отчимы? Сильно наряжаться желания не было, но что поделать, работа такая.

Выбрала платье насыщенного винного цвета. Широкие крепдешиновые бретели спускались ниже уровня плеч, тугой корсет украшала черного цвета вышивка на тему растительного орнамента. Юбка с множеством шифоновых воланов спускалась до самого пола. Ряды нешироких горизонтальных оборок чередовались, винные приходили на смену черным. Волосы собрала в слабый низкий пучок. Фамильное колье с рубинами в тон платью и аналогичный браслет поверх высокой черной атласной перчатки, строго и отчасти печально, но и показывать нам собираются совсем не комедию, поэтому выбор наряда и украшений посчитала удачным и уместным.

В вестибюле театра меня встретил герцог Тифис, мама уже заняла свое место в ложе и дожидалась нас там. Вопреки давно заведенной традиции появляться в театре в разгар второго акта, сегодня весь цвет знати начал рассаживаться по своим местам задолго до начала первой части грядущего представления. Возможно потому, что нынешний вечер должен был посетить сам король, а может оттого, что все настолько желали насладиться актерским талантом принцессы.

На данный момент многие оживленно беседовали в вестибюле или наносили визиты в ложи своих знакомых. Обстановка была расслабленной и отчасти наигранной. Почему наигранной? Большинство людей уже сейчас нахваливали Крессиду, хотя, по их же словам, еще не разу не видели ее игры, но с другой стороны, иначе просто и быть не могло.

По дороге герцог не произнес и слова сверх положенного, что позволяло ему балансировать на самой грани между учтивостью и заносчивостью. На второй этаж мы поднимались в полном молчании, что меня вполне устраивало. Исподволь окинула своего провожатого взглядом и ужаснулась. Судя по ауре, мамин муж уже стоял одной ногой в могиле. Аурные нити в большинстве своем разорваны и трепещут от порывистых движений, остальные настолько истончены, что вот-вот исчезнут. Либо герцог еще ничего не подозревает, либо делает хорошую мину, стараясь казаться здоровым и бодрым. Может, стоит его предупредить? Или это не мое дело? Меня смущало то, что он был слишком молод для того, чтобы иметь ауру дряхлого старика, готовящегося встретить вечность. Если это не маскировка, то либо проклятье, либо еще что-то... Вот, только что? Пока я нервно кусала внутренние стороны щек, раздумывая над этим, герцог остановился и распахнул передо мной одну из дверей.

— Прошу простить нас за то, что вид будет не так прекрасен, как из центральных лож. Мы любезно уступили свою для гостей его Величества и на время перебрались в эту. — Возможно, мне почудилось, но в его голосе чувствовался некоторый укор.

— Вам не за что извиняться, скорее это я должна просить прощения, за предоставленные неудобства в связи с нашим приездом.

Он кивнул, принимая мои извинения, я же отметила, что его лоб блестит от выступившего пота, хотя наша прогулка не была долгой и тяжелой. Похоже, чувствует он себя все-таки неважно. Дальше задерживаться в дверях было как-то странно, поэтому я шагнула в приятный полумрак ложи, сделав вид, что ничего не заметила.

— Мама, рада тебя видеть, — сказала я обернувшийся на звук родительнице.

— О, дорогая, я тоже чрезвычайно рада тебя видеть, — продолжая сидеть, она протянула мне тоненькую руку, затянутую в белый атлас, поверх которого на одном из пальцев красовалось кольцо с сапфиром размером с грецкий орех.

Аккуратно пожала ее ладошку за кончики пальцев и села в одно из свободных кресел. Позади нас раздалось легкое покашливание, так герцог пытался привлечь к себе внимание:

— Леди, я ненадолго оставлю вас. Вот-вот должна прибыть королевская чета.

— Конечно, ступайте, — проворковала мамочка и тут же перевела свой изучающий взгляд на меня. Странно, что мама говорила с мужем более официально, чем со мной.

-Дорогая моя, расскажи скорее о себе? Как ты живешь? Когда выходишь замуж?

'Началось', — я едва не закатила глаза, удержавшись в последний момент.

Этот вопрос интересует мою мать с тех времен, когда я еще лежала в колыбели, пуская слюни.

— Спасибо, я хорошо живу. Меня все устраивает.

— Ты достаточно часто появляешься в свете? Напоминаю, что тебе уже не семнадцать и пора подумать о своем будущем, — недовольно проговорила она, поняв, что я специально игнорирую ее вопрос.

— Я бываю в свете ровно столько, чтобы меня в нем не забыли, — ответ поверг родительницу в глубокий шок, но браво этой утонченной леди, она сумела быстро взять себя в руки.

— Ладно, у тебя еще есть почти неделя. Возможно, кто-то из Тернори обратит внимание на мою взрослую нерадивую дочь, — не уверена, что это было сказано лично мне, скорее матушка строила какие-то свои планы относительно моего устройства.

— Мама, я думаю, я сама в состоянии справится с этим. Прошу Вас, не утруждайте себя подбором достойных кандидатов.

Она недовольно фыркнула, но отвечать не стала, демонстративно отвернувшись и начав разглядывать заполняющиеся ложи. Если бы я уже не была так сильно зла, то могла бы сказать, что мама в своем недовольстве выглядит очаровательно. Чуть вздернутый носик, недовольно надутые губки, белая фарфоровая кожа и грация в каждом, даже самом ничтожном, движении. Платье цвета кобальт с низким декольте и большим бантом на бедре, превосходно подчеркивало насыщенный цвет ее синих глаз. Странно, что я пошла не в нее. Внешне мы были двумя большими противоположностями, как день и ночь, жара и холод.

Предоставив маме упиваться своей обидой, осмотрела зал. Королевская ложа все еще пустовала, так же, как и две обе стороны от нее, предназначенные для нашей делегации. Все остальные уже буквально трещали по швам, так как были заполнены до отказа. Дамы конкурировали между собой богатством нарядов и драгоценностей, пышностью султанов в прическах и яркостью макияжа. Мужчины же соперничали в блеске лысин, пышности париков, а так же в количестве и красоте прекрасных дам, окружающих почти каждого из присутствующих. Морозная красота моей матери, шла в разрез с моей яркой и теплой привлекательностью, но зато я не казалась лишь искусно сделанной фарфоровой куклой, на которую разве что любоваться можно.

Сам по себе театр мало чем отличался от театров моей страны. Обычные три этажа лож, огромная сверкающая люстра в центре потолка, тяжелый бордовый занавес с золотой бахромой на сцене. Впрочем, золото тут было всюду. Вообще насколько я успела заметить, это любимый цвет короля, поэтому не удивительно, что его стараются добавить во все: декор помещений, одежду и обувь, тут даже столовое серебро было с позолотой, не говоря уже о посуде, которую украшал золотой орнамент. По мне так полная безвкусица, но каждому свое...

На секунду мне показалось, что в одной из боковых лож стоит мой вчерашний знакомый. Но когда поднесла к глазам бинокль, он уже скрылся из виду, спрятавшись в тени портьер. Долго рассматривать зрителей мне не дали, все присутствующие в зале поднялись и обратились взорами в противоположную сцене сторону. Встали и мы с мамой, через мгновение двери королевской ложи распахнулись и пред очи страждущих явился король Густав во всем своем блеске, за ним следовали Йен с Карлом и остальные члены монаршего семейства. Люди склонились в поклонах, лишь когда царствующие особы расселись, все выпрямились и заняли свои места Свет погас, и тихий шелест разъезжающегося занавеса возвестил о начале действия.

За нами негромко отворилась и закрылась дверь, свое место занял герцог, все вокруг погрузилось в предвкушающее молчание. Продолжалось оно недолго, ровно до тех пор, пока на сцене не появилась принцесса, волной по залу пронеслись шепот и вздохи, кто-то даже попытался аплодировать. Ко мне же наклонилась мама и совсем неожиданно сказала:

— Ваш эмиссар не сводит с тебя взгляда, на твоем месте я была бы к нему более благосклонна.

— Спасибо, мам, но, боюсь, господин Нортон не является тем, кто может составить благополучную партию. Я вообще не уверена, что он намеревается жениться в обозримом будущем. — Ответила, одновременно кинув взгляд в сторону королевской ложи. Нортон, действительно, смотрел на меня, а не на сцену.

— Да? — удивилась мама. — Неужели есть такие люди?

'Святая простота!' — по мнению матери, обзавестись семьей — это желание всех и каждого. Она как-то не берет в расчет, что есть люди любящие и выше всего ценящие не институт брака, а свою собственную свободу, покушение на которую воспринимается чуть ли не как личное оскорбление.

Ответом я ее не удостоила, предоставив самой поразмыслить на эту тему. Сама же вернулась к происходящему на сцене. Честно и откровенно, принцесса играла ужасно, то не доигрывала, то чудовищно переигрывала. Это видели все, но никто не осмеливался открыто смеяться над ее потугами. В спектакле рассказывалось о крестьянской девушке, влюбившейся в сына своего господина. Она имела неосторожность рассказать о своих чувствах подруге, но вот чем это для нее обернется, нам суждено узнать только после антракта. Время первого акта как-то очень быстро подошло к концу, занавес закрылся, множество мелких огней на люстре вспыхнули неярким светом, повинуясь чьему-то приказанию.

— Ах, это было прекрасно, — воскликнула матушка, чуть только в зале стало светло.

— Да, принцесса была прекрасна, — вторил ей муж.

Я благоразумно промолчала, надеюсь, это было воспринято, как согласие с их точкой зрения, а не мое невежество. Герцог вновь покинул нас, оставив наедине, чем я поспешила воспользоваться:

— Мама, скажи, герцог хорошо себя чувствует? Мне показалось, он немного бледен.

-Да что ты? — в голосе присутствовало легкое удивление — Он прекрасно себя чувствует, в самом расцвете сил, — отмахнулась она, улыбаясь кому-то в ложе напротив.

— И все равно, пусть обратиться к целителям, чтобы его проверили на всякий случай.

— Да-да, конечно, — нехотя ответила она, смотря совсем в другую сторону и отмахиваясь от меня, как от назойливой мухи.

Отвлек ее от этого только негромкий стук в нашу дверь.

— Войдите, — звонким радостным голосом, сказала мама, а потом добавила лично мне, — Будь любезна и приветлива.

На мой взгляд, время воспитывать меня давно упущено, но спорить не стала. В дверном проеме показалась чья-то фигура, но так как свет падал из коридора, его лицо пока оставалось загадкой. Некто сделал шаг вперед, и луч, падающий от люстры в зале, озарил лицо эмиссара.

— Герцогиня Тифис, здравствуйте. — Йен поклонился и мазнул губами по протянутой матерью ручке. — Леди Эфрон, — тут он ограничился только поклоном, так как руки ему я не протянула, за что была вознаграждена гневным взглядом матери.

— Господин Нортон, я так рада, что вы заглянули к нам. Не поверите, но мы с Брианой только что о вас говорили, — с нажимом сказала мама, глядя на меня, видимо, чтобы я подтвердила ее слова.

— Вы, должно быть, льстите мне, — разулыбался Йен.

— Ни чуть.

Наверное, они бы так и продолжили обмениваться любезностями, если бы новый стук в дверь не помешал. В проеме вновь появилась темная мужская фигура, но этот человек быстро прошел внутрь.

— Виконт Жюф, — радостнее прежнего воскликнула герцогиня.

У меня чуть челюсть не отвисла от увиденного.

— Герцогиня, — поклонился он.

— Разрешите вам представить мою дочь, леди Бриану Эфрон и господина эмиссара Белавии, Йена Нортона.

— Никогда бы не подумал, что у вас есть дочь, вы так молодо выглядите, герцогиня.

Если бы мама умела смущаться, она непременно бы сейчас это сделала, а так она сказала лишь, что тронута его комплиментом.

'Еще один лицемер', — я почти разочаровалась в своем вчерашнем кавалере после этих слов. Да-да, в нашу ложу вошел именно он.

Он тем временем обратился в нашу с Йеном сторону:

— Рад познакомиться, леди, — на секунду замолчал, окинув Нортона задумчивым взглядом, — господин эмиссар.

И вновь мне этот взгляд показался знакомым, только не могла понять, как такой молодой человек может иметь такой волевой взгляд?

— Рада познакомиться, — все же выдавила я, прерывая свои раздумья.

— Простите, я вчера был так взволнован, что забыл представиться, — оправдался он.

— Так вы уже знакомы? — опередила меня с ответом мама, делая вид, что не заметила, как мы вчера танцевали. Впрочем, если уж она ничего мне не сказала на тему нашего 'приватного' общения с принцем, то чему тут-то удивляться.

В Тернори вообще все делали вид, что произошедший вчера инцидент не выходит за рамки нормального.

— Да, я имел счастье видеть леди Бриану на вчерашнем ужине у короля, — ответил на ее вопрос виконт.

Вставить новую реплику никому не дал Йен. Он обратился к моей маме с просьбой, от которой я пришла в полное замешательство:

— Прошу простить мне, что прерываю вашу беседу, но антракт скоро закончится, а у меня к леди Тифис есть одна весьма щепетильная просьба. — Йен сделал достаточно красноречивую паузу, чтобы все смогли понять, что следующие за ней слова должны произвести ошеломляющий эффект, что достаточно сильно меня встревожило. — Я очень надеюсь, что леди удастся повлиять на свою дочь.

Чувства опасности и тревоги били внутри меня во все колокола, сигнализируя о надвигающейся катастрофе. Сдается, что суть его просьбы мне известна. Виконт Жюф же как-то мгновенно помрачнел и уже не выражал той радости, что была изначально. Он с затаенным вниманием ждал следующих слов эмиссара.

— Ну же, не томите нас, господин эмиссар... — Говоря 'нас', мамочка имела в виду прежде всего себя. Было заметно, что она просто сгорает от любопытства.

— Леди, прошу вас употребить свое влияние на дочь, чтобы она приняла мое предложение.

— Я не понимаю, о чем вы? — сказала мама, уже нарисовавшая у себя в мыслях картинку моего замужества, ведь тон Йена явно не оставлял места для размышлений и вариантов.

— Дело в том, что перед отъездом из Белавии я попросил Бриану изображать мою невесту в этой поездке. Сами понимаете, что человеку, который вот-вот должен сам связать себя брачными узами, более уместно заниматься сватовством других, нежели заядлому холостяку.

У меня в буквальном смысле челюсть отпала до пола. Как он мог заговорить об этом? Шоковое состояние проявилось не только у меня, со стороны виконта я явно расслышала скрежетание зубов, а в его глазах отразилась разгоревшаяся ярость. Мамочка же пришла в полный восторг, и пусть подобное предложение просто унизительно, для нее это было словно бальзам на душу.