Насколько Дима знал, преподаватель по Защите от темных искусств был единственным человеком, которого Дроклов называл по фамилии. Что ли снова Гриффиндор против Слизерина?..
— Это все, — профессор быстро развернулся и направился к лестнице.
— Профессор!
— Да? — Дроклов только голову повернул.
— Могу я хоть узнать: куда вы уходите?
Профессор только довольно улыбнулся и начал спускаться по лестнице. Дима недовольно захлопнул дверь. Он — преподаватель!.. Очень смешно! Парень рывком распахнул дверь ванной. 'Просто замечательно!'.
* * *
— А ассистента ты можешь себе взять?
— Будешь как все. Не хватало мне еще за тебя беспокоиться...
— Жаль. Что у нас будет сегодня?
— Скоро узнаешь. Дроклов, подозреваю, специально для меня постарался.
Дима подошел к двери аудитории, по другую сторону которой уже должны были собраться студенты. Последний раз глубоко вдохнув, он отворил дверь. Удивление на лицах стоящих ближе всего было неописуемое.
— Занимайте свои места.
Сам Дима направился за преподавательский стол, где уже успел все подготовить для проведения урока. Сегодня ему зелье готовить не доведется, но зато у других проверять придется.
— Профессора Дроклова не будет, так что занятие у вас проведу я. Можете обращаться ко мне: 'Дмитрий Сергеевич', — он окинул взглядом недоумевающий студентов. — Итак. Начнем. Сегодня мы изучаем зелье Гретхем Зетсуи. Кто может что-то сказать о его свойствах?
Студенты так и продолжали сидеть в нерешительности. Только одна рука поднялась в воздух. Дима все же предположил, что просто не все знают про это зелье.
— Стефи?
— Это зелье сильнейшее из очистителей сознания, его еще называют — Очистительным. Одного его глотка хватает, чтобы полностью сосредоточится на каком-то одном занятии.
— Хорошо. Пять балов Гриффиндору. А что произойдет, если приготовить его неправильно? — ни одного желающего. — Если зелье Гретхем Зетсуи приготовить неправильно, то оно очистит ваше сознание настолько, что вы какое-то время будете подчиняться только телесным порывам. Так что советую не пробовать ваше зелье до того, как я проверю. А теперь, — Дима взмахнул палочкой и на доске проступил рецепт, — приступайте. У вас час.
Урок шел как по маслу. Дима ходил между рядов и наблюдал за приготовлением зелий. Один рейвенкловец успел испортить зелье, и Дима сказал ему начать заново. Балы он не стал снимать, оставив это до проверки результатов. Несколько студентов все же обратились к нему по имени-отчеству, и он любезно прокомментировал нужные действия. По окончанию отведенного времени, Дима объявил о подведении итогов.
— Хорошо. Десять балов Слизерину, — Винс остался доволен собой.
Еще три слизеринца получили свои заслуженные балы, однако с других пришлось снять. Рейвенкловцыи так и не справились. Только один из двух хафлпафцев приготовил все правильно. Гриффиндорцев Дима оставил на потом. Девушки получили свои заслуженные балы. Камистер и Питерсон получили зелья нужного цвета, но запах был совершенно не такой. Балы пришлось снять.
— Как испорчено?! Оно такое же, как и у Элиз! — Питер, однако, считал иначе.
— Питерсон, оно испорчено. Наверное, вы положили слишком много столбняковой травы!..
— Да все с ним нормально! Вот, — Питерсон зачерпнул бледно-зелоно-серое варево маленькой ложечкой и демонстративно проглотил.
— А вот так делать не стоит, — Дима одним движение опустошил котлы двух гриффиндорцев. — Сейчас у вас будет наглядный пример действия неправильно приготовленного Очистительного зелья.
— Да ничего со...
Питерсона резко выпрямило. Он схватился рукой за краешек парты и какое-то мгновение не двигался. После он расслабился. Рука отпустила парту, а веки немного опустились, закрывая затянувшиеся туманкой глаза.
— Поскольку доза была небольшой — действие продлиться всего несколько секунд. Однако не советую сейчас его нервировать, да и... — Дима запнулся, так как Питерсон резко перевел взгляд на него.
Зная, какой может быть эффект, временный преподаватель сделал шаг назад. Потом еще один. Питер тоже подступился и, когда Дима уперся в парту, резко пододвинулся впритык и накрыл его губы своими. Ожидавший совсем не такого действия, Загорный попытался отстраниться, но куда уж там. Толчок и вот он уже лежит на парте, а Питерсон накрывает его сверху, не прекращая грубого поцелуя. Недовольно замычав, Дима пытался отпихнуть навалившегося на него Питера, но безрезультатно. Такой контакт губ продолжался от силы секунд десять. Дима увидел, как гриффиндорец открыл уже не затуманеные глаза, в которых отразилось удивление. Он резко отстранился, хотя вставать со слизеринца пока не спешил.
— Что за?
Дима резко поднялся на руках и двинул озадаченного Питера лбом в лоб. Скорее от потрясения, гриффиндорец свалился на пол, потирая ушибленное место.
— Тридцать балов с Гриффиндора за ослушивание учителя и в последствии нападение на него! — злой до глубины души, Дима перевел взгляд на обалдевших студентов. — Вот что может случиться, если не слушаться преподавателя! Урок закончен. Всем вон!
Загорный спрыгнул на пол и, не обращая внимание на пораженные увиденным взгляды, направился в кабинет профессора, громко хлопнув за собой дверью. Студенты еще какое-то время наблюдали за дверью, надеясь увидеть продолжение, но не тут то было. Дима так и не появился. Собрав вещи, все направились на следующий урок. Винс хотел пойти к Диме (сейчас у него было окно), но посчитал, что лучше пока оставить его одного. Выходя из аудитории, он бросил испепеляющий взгляд на Питерсона и скрылся за поворотом.
— Если честно — я от тебя такого не ожидал, — Том подал руку Питеру.
— Да я тоже, — Питерсон благодарно принял предложенную руку и поднялся на ноги. — Во всяком случае, не сегодня.
— Значит, помыслы все же были... — Элиз удобно устроилась на парте рядом со Сьюзан. — И как?
— Да, я толком и почувствовать ничего не успел. Я помню, что глотнул зелья, а в следующий миг я уже лежу на чем-то теплом и мягком, а губы касаются чего-то мокрого... — Питер провел рукой по ушибленному лбу.
— Ты так говоришь, будто он — бесчувственная колода!.. — Элиз недовольно развела руками.
— Да, со стороны все намного эффектней смотрелось, — Сьюзан опустила глаза, а на щеках вспыхнул легкий румянец.
— Да уж. А теперь он сидит там и дуется на тебя, — раздался звук разбивающегося стекла. — Или злится...
— Круша все подряд. Если он испортит что-то важное для профессора, то ему влетит...
— А виноват в этом будешь ты!
Девушки переглянулись и разом кивнули чему-то.
— Том занесет твои вещи.
— А ты иди и останови его.
— Не забудь извиниться!
— Возможно, заслужишь еще один поцелуй, — Сьюзан снова покраснела и направилась к выходу.
Элиз подхватила вещи Питера, вручила их Тому и потащила последнего за собой в коридор.
Вины Питерсон не чувствовал совсем, только обиду за то, что так и не почувствовал вкуса поцелуя. Он быстро убрал содержимое котлов и поспешил в кабинет преподавателя. Дверь была не заперта, и Питер быстро проник внутрь. Картина была весьма и весьма завораживающая: Дима стоит посреди помещения, заставленного шкафами с разными ингредиентами для зелий, а вокруг него битое стекло; в руках парень держит небольшой сосудик с блестящей розовой жидкостью, будто колеблясь: разбить или не стоит. Только прикрыв дверь, Питер быстро подскочил сзади и выхватил зелье. Дима, резко развернулся и готов был дать оплеуху. Питерсон быстро перехватил приближавшуюся руку и потянул ее вверх, заставляя слизеринца шагнуть вперед. Зелье он поставил на ближайшую полку и освободившейся рукой быстро отвел руку с перстнем.
Дима почти ожидал, что Питерсон последует за ним. Но он слишком отвлекся и не услышал, как открылась дверь. В тот момент ему хотелось только крушить. Он мгновенно разбил все колбы, которые имелись под рукой. Когда легко восстанавливаемые предметы кончились, он схватился за ближайшее зелье и как раз раздумывал: стоит ли оно того. Когда у него выхватили колбу, он уже был готов дать гриффиндорцу пощечину, но его рука была перехвачена, а его самого подтянули, заставляя встать на цыпочки. Руку с перстнем благоразумно отвели в сторону — оно и правильно. У Димы на языке уже крутилось несколько "неприятных" заклинаний. Однако Дима не растерялся. Видя, что Питерсон собирается что-то сказать, он быстро заехал ему коленом между ног. Получив свободу, парень быстро отскочил к полкам. Он наблюдал, как гриффиндорец согнулся почти по палам.
— Не смей меня больше целовать, извращенец!
— А ты говоришь, что это мы страна "традиций", — Питер поднял голову и с необычайной скоростью оказался рядом с Димой, прижав его руки к шкафу за ним. — Не смей мне приказывать. Я же не специально на тебя набросился, — Питерсон придавил слизеринца своим телом и зашептал ему на ухо. — Ты сам должен был меня спровоцировать. В тот момент я совершенно не думал, какой ты привлекательный, так что порыву и неоткуда было взяться...
У Димы мурашки по коже побежали. Загорный попытался вырваться, но физически он значительно уступал Питерсону. Однако в следующее мгновение Питер сам отстранился. Он деловито осмотрел пол кабинета и достал палочку.
— Околос Репаро!
Колбы, мензурки и прочая стеклянная утварь мгновенно начала возвращаться в свое целое состояние. Закончив, Питер еще раз взглянул на слизеринца. Дима не сводил злого взгляда и держал кулаки крепко сжатыми.
— Если тебе от этого станет лучше — прости, — Питер виновато развел руками.
Дима малчал, продолжая сверлить его глазами. Питеру ничего не оставалось, как покинуть кабинет.
* * *
К концу дня, провевший еще три пары, Дима раскладывал оставшиеся компоненты на полки. Как не странно, инцидентов на уроках больше не было. То ли первый, третий и четвертые курсы восприняли его, как достойную замену, или же и раньше случались пропажи профессора Дроклова. Ответа не было среди разных за формой сосудов и высушенных трав. В спальню, дверь которой выходила в кабинет, Дима не заходил — делать ему там нечего. Он и не сомневался, что на замок наложили такое запирающее заклятие, что пришлось бы изрядно повозиться.
В дверь постучали. Надеясь, что это не Питерсон, Дима разрешил войти. Оглянувшись через плечо, он увидел Винса.
— Что было на занятиях? Про меня не спрашивали?
— Да... ничего интересного, — Винс откашлялся и подошел, став у другого шкафчика. — Преподаватели были в курсе твоего отсутствия и ничего не говорили.
— Что было на Уходе? Фаерленс снова рассказывала про василисков?
— Да, она еще сказала, что возможно покажет нам парочку на следующем занятии...
— Вот как?.. — Дима резко развернулся, направляя свою палочку Винсу в горло. — Кто ты?
— Дима, что ты делаешь?! Неужели не узнаешь меня?
— Ты — не Винс. У него голос будет помягче, а ты словно мороженого переел. Да и про василисков нам на прошлом занятии не рассказывали, — Дима пододвинул палочку к горлу псевдо Винсу. — Говори: кто ты, иначе я объявлю тревогу. Ну?
— Дима?..
— Считаю до трех. Раз, два...
Резкое движение и Дима лишился своей палочки. За какое-то мгновение, его руки заломили за спину, а к горлу приставили другую палочку. Загорный недовольно поморщился, а у самого уха прозвучал уже другой, знакомый голос.
— Как не разумно с твоей стороны, Загорный. Я же только посмотреть хотел...
— Простите, но я получил от профессора Дроклова особое распоряжение не пускать вас сюда, профессор Лимпфон.
— Жаль, что я так просто прокололся, но идея была хорошая. Не так ли?
— Идея — хорошая, но плохо продуманная.
— Должен с тобой согласиться. Так что мы будем делать? Ты же не расскажешь Гектору про этот маленький инцидент?
— Профессор, если бы вам предстоял выбор между верностью декану и преподавателю, что бы вы выбрали?
— Я бы выбрал правильный, на тот момент, вариант.
— Вот и я тоже, так что еще раз простите, профессор, — Дима резко развернул кисть правой руки. — Пундус храпундус!
Сам слизеринец не видел, как с перстня сорвалась зеленая искра, но почти мгновенно держащие его руки отпустили. Тихий звук упавшего тела и стук дерева о каменную кладку пола. Дима поправил воротник и недовольно посмотрел на своего преподавателя, выглядящего как Винс Маклакенс. Мелькнула мысль, что он вырубил своего собственного друга, но она быстро улетучилась. Слизеринец наложил сковывающее заклинание (на всякий случай), облокотил тело об один из шкафчиков и написал записку: 'Пришел в обличии Винса и хотел что-то 'посмотреть'. Дима'. Листок бумаги, Дима оставил висеть в воздухе возле преподавателя. Далее он собрал свои вещи, запер кабинет и отправился в свою комнату.
Глава 8. Меткий отбивала
До конца дня Дима так и не увидел Винса. Он попытался поискать своего друга, но поиски увенчались ничем. Хоть об этом пункте маскировки, Лимпфон позаботился, как следует. Когда же, наконец, раздался стук в дверь спальни, слизеринец незамедлительно подорвался со своего места, но за дверью он обнаружил своего декана. Дроклов выглядел необычайно довольным. Не дожидаясь приглашения, он прошел в комнату и занял единственный стул. Дима прикрыл дверь и уселся на кровать, выжидающе поглядывая на декана. Профессор еще мгновение улыбался каким-то своим мыслям и полностью сосредоточил свое внимание на студенты. Поджав одну ногу, удерживая ее руками, Дроклов, наконец, заговорил:
— Молодец, Дима. Ты хорошо выполнил мое поручение и за это тридцать балов Слизерину. Но ты сделал больше — сумел поймать замаскированного шпиона! Еще двадцать балов Слизерину. Моя встреча увенчалась огромным разочарованием, но ты смог поднять мне настроение. За это тебе мое личное спасибо. Но у меня вопрос. Ты написал, что Лимпфон выглядел как Винс. На чем же он прокололся? Да и как ты смог опередить его в заклинаниях? Он же все же выучен на аврора.
— Я подозреваю, что он использовал Оюоротное зелье, а оно не изменяет голоса. Еще я задал контрольный вопрос, на который он должен был не знать ответ. На счет же заклинаний, — Дима поднял на уровень глаз руку с перстнем, — он сумел лишить меня палочки, но не обезоружить. Это мало кто знает, но... я могу колдовать и без палочки.
— Да, я слышал что-то об этом. Кольцо, значит?
— Оно концентрирует в себе магию, как палочка, но оно всегда на мне и отпадает надобность лезть в карман или куда-то еще.
— Тогда все понятно. Ты, кстати, не видел Винса? Лимпфон говорил, что оставил его в своем кабинете. Не мог бы ты пойти его забрать. Не хватало, чтобы мой студент так много времени проводил на территории гриффиндорца, хоть и бывшего, — Дроклов поднялся со стула и направился к выходу, но задержался в двери, будто вспомнив о чем-то. — Дима, пусть этот инцидент останется между нами, хорошо? — профессор одарил Загорного такой зловеще-довольной улыбкой, что студент моментально кивнул. — Вот и отлично. Не забудь забрать Винса.
На часах значилось пол девятого. Дима вздохнул и, набросив свою мантию, заглянул сначала в спальню шестого курса Слизерина, а потом, все же не обнаружив друга, направился в кабинет преподавателя по Защите. Когда он поднимался по последней передвигающейся лестнице, она внезапно пришла в движение, переведя его совсем в другой коридор. Обходной путь, если возвращаться назад, был довольно таки долгим. Хотелось побыстрее вернуться к себе и Дима шагнул в незнакомый коридор. Видимо, из подлости, лестница моментально стала на место, отрезая путь к отступлению.
