— А у тебя? — она взяла его за руку и потянула к дальней кровати, пока Джеймс и Гретта громко обсуждали магию следопыта и как она работает. Чего это они?
— Что со мной будет, — хмыкнул Лектус. — Больше не злишься?
— Злюсь, — пожала девушка плечами и села на кровать. Принц опустился рядом, привалившись к стене и обняв её. Она вдруг осознала, что он очень устал, как и Гретта, просто не показывал. — Что в итоге случилось? — она кивнула на Истера: в этот момент Ксения медленно опускала тому на нос маленький синий шарик. — Кто сломал ему нос?
— Фауст, — тихо ответил парень, и в его голосе была довольная усмешка. — Кровь из носа хлынула на могилу Эймира, а ёще он таскал с собой камень Предков, и тот в нужный момент упал на надгробие. В итоге первый Узел самоуничтожился, как и говорила Эва.
— Краткое содержание всех ваших приключений? — Алексис водила пальцами по обнимающей её руке и была счастлива, ведь они опять все вместе, целые и невредимые. Никуда не бегут, не скованы страхом, хотя за окном армия Легатов, и Правящие хотят их всех уничтожить.
В общем, ничего нового.
— Нет. Потом за Истером пришли Конде.
— В смысле? — она села, посмотрев на Лектуса.
— Они хотели, чтобы я захватил для них весь мир, — Истер услышал их разговор и решил поддержать, лишь бы девушки отстали от него с лечением. — Но я отказался.
— А я дождалась Ярика и Лектуса и провела их по следу Истера. Мы забрали его и вернулись сюда, — резюмировала Гретта.
Алексис рассмеялась:
— Как вам удаётся захватывающую историю превратить в три скупых строки? — и остальные тоже заулыбались.
— И я так и не понял, как ты прошла по следу, — вклинился Джеймс, и стало понятно, что он так бурно обсуждал с Фауст пару минут назад. — Как можно просто переступить — и оказаться чёрт знает где?
— Я просто чувствую, где конец шагов того, на чей путь встаю. Ну, то есть не вообще конец, а конец той дороги, что началась в месте, где я с ней пересеклась. Ну, помнишь, твоя сестра ушла в пещеру? — девушка подмигнула Алексис, а та чуть поёжилась, чувствуя, что рядом напрягся Лектус. Не самые приятные воспоминания, для них обоих. — Ну, вот, я знала, что из комнаты она шагнула на берег реки, это была конечная точка этой части её пути. Если это близко, то я просто бегу по следу, а если далеко, то...
— Делаешь шаг в пустоту и подчиняешь себе пространство, — закончил за неё Ярик, сидевший на подоконнике, довольный и тоже уставший. Интересно, когда они с Лектусом в последний раз спали? — Умножаешь расстояние на ноль с помощью магии. Как-то так.
— Всё равно непонятно, — проворчал Джеймс, сложив руки на груди.
— То есть то, что ты из воздуха можешь сделать непробиваемый щит, — это тебе очень понятно? — фыркнула Гретта, вставая и подходя к Истеру, разглядывая его уже вылеченный нос. Парень нахмурился, чуть сощурив глаза, словно ждал, что она снова его ударит.
— Что мы теперь будем делать? Раз первый Узел, о котором говорил Эймир, уничтожен? — тихо спросила Кристин, присаживаясь рядом с другом. Гретта отступила в сторону.
— Искать второй, и при этом уворачиваться от хищных лап Правящих, моего деда и Конде, я так полагаю, — пожал плечами Ярик, обводя взглядом всю их компанию, пока Ксения садилась рядом с Джейсом. Все замерли, глядя на эльфа.
Алексис только теперь осознала, что они действительно могут это сделать: победить Правящих, изгнать их из мира. Закончить всё это безумие. Но только как и какой ценой?
— Да, интересно, — вдруг кивнул Ярик, глядя на Лектуса и пытаясь пригладить растрёпанные волосы, видимо, прочитав какие-то его мысли.
— Что? — Алексис пихнула друга в бок, и тот насмешливо поднял бровь. — Что там интересного?
— Что Эва не зря называла нас принцами, — пожал плечами Лектус. — В какой-то мере.
— Я принц эльфов, Истер — наследник Конде, как они считают, а Лектус...
— ... наследник Правящих, — закончила за них девушка. — То есть мы тут собрались в обществе тех, кто будет править миром через какое-то время? Типа представительство народов?
— А я типа от людей, что ли? — фыркнул Джеймс.
— Ты спутник принцессы, так что считай, почти принц, — улыбнулся Ярик. — Да и почему бы и не наследник человечества? У людей и за много лет до падения камней и Хаоса не было единого правящего дома, а сейчас Племя Огня — одно из последних человеческих племён.
— Было.
— Вы с Алексис живы, значит, всё ещё есть, — мягко отметила Ксения, погладив друга по руке. — Возможно, кто-то ещё выжил, и однажды вы встретитесь.
— Это даже хорошо, — вдруг сказала Гретта, которая, как подумала Алексис, дополнила их группу, сделала её цельной. Даже когда разбивала нос Истеру. Может, это хотя бы ненадолго отвлечёт парня от страданий. Ярик хмыкнул, и девушке показалось, что он услышал её размышления. — Хорошо, что вы не разделяете планов тех, кого представляете.
— И правда, — рассмеялся Джеймс. — Какие-то неправильные вы наследники.
— Ладно, всё это лирика. Что дальше? — Лектус сел прямо, и Алексис казалось, что он двигался только для того, чтобы не отключиться от усталости.
— Давайте вы сначала отдохнёте, хотя бы немного? Пожалуйста, — последнее она добавила шёпотом, глядя в глаза другу. — Если вы сляжете от изнеможения, то ничем никому не поможете.
— Мы всё равно не знаем, что дальше, — кивнула Кристин.
— Нам, по идее, нужно искать место, помеченное символами стихий, — вдруг сказала Гретта. Все удивлённо на неё посмотрели. — Старый Конде показал Истеру две схемы: круговорот магии и связь стихий, я их знаю, да и вы, насколько я поняла, тоже. Так вот магический треугольник я видела на могиле Эймира. Он заполнился кровью Истера, засветился красным маревом перед тем, как та взорвалась. Логично предположить, что второй Узел, о котором рассказала Ксения, помечен кругом стихий.
— Кажется логичным, — после минутной тишины откликнулся Ярик, спрыгивая с подоконника.
— Эймир говорил, что второй Узел — это четыре покорённые стихии, — кивнула Ксения.
— А Эва — что три созданных ей анти-ключа помогут их уничтожить, эти Узлы. Камень же упал на могилу перед взрывом, — напомнила Кристин. Алексис нащупала ключ, который уже давно носила на шнурке под одеждой.
— Значит, будем искать. Но Алексис права: сначала нам всем нужно отдохнуть. Успокоить родителей. Поговорить с ними, — эти слова эльф адресовал Истеру.
— Мы привели с собой его приёмную мать, — тихо проговорил Лектус на ухо Алексис, — она сейчас с матерью Ярика.
— Я бы ещё поесть не отказался, — отметил Джеймс, поднимаясь, словно этим заканчивая их совещание и обмен новостями.
— А не будет сегодня пищи, — в стене вдруг появились глаза и рот Фрея. И Алексис вдруг уткнулась лицом в плечо Лектуса, чувствуя стыд.
— Почему это? — возмутился её брат.
— Потому что кто-то так торопился пообниматься, что бросил суп на огне, — фыркнул Фрей, выразительно посмотрев на Алексис. Она почувствовала, как Лектус сильнее её обнял, и при этом беззвучно смеялся.
Глава 2. Матери
— Опять себя жалеешь?
Он вздрогнул, когда в тёмный класс, где Истер прятался полночи, проник луч света из коридора. В двери прошла Гретта Фауст. Никак не отвяжется, неугомонная.
— Что опять? — парень спрыгнул с парты.
— Ты пообещал Ярику, пока он спит, поговорить с матерью. И когда мы с Кристин закончили варить ужин, она предположила, что ты так не нашёл в себе сил это сделать.
— И где Кристин?
Гретта вздохнула, подходя к парню почти вплотную и глядя на него в темноте. Она сложила руки на груди и некоторое время молчала.
— Я ей запретила за тобой бегать, она пошла к Ярику. Всем нужно отдохнуть, — пожала плечами девушка, отводя взгляд куда-то в темноту. — Ведёшь себя, как трус.
— Хватит лезть не в своё дело! — рассерженно буркнул Истер, тоже складывая руки на груди. Фауст фыркнула, обошла его и села на парту, с которой он только что слез.
Истеру пришлось развернуться, чтобы видеть её: ощущать девушку за спиной было некомфортно. Был ещё вариант: уйти, но в классе было тихо и спокойно, а там, в коридорах, можно наткнуться на кого-то из его семьи. Слишком много родственников теперь бродило в Академии. Даже матери две.
Брат — ха, брат! — скорее всего, тоже спит, где-то рядом с Алексис, пока Джеймс охраняет их общую сестру. Всем хорошо, все счастливы. Хоть ненадолго.
— Я не знаю, где мой отец, мой дядя, — зачем-то вдруг сказала Гретта, и парень вздрогнул от интонации её голоса. Обычно Фауст говорила с вызовом, уверенно, а тут словно что-то в ней дрогнуло. И уже как-то было неудобно спросить, зачем она это ему говорит. Но следующая её фраза всё прояснила: — Я бы многое отдала, чтобы их увидеть. Ты получил шанс не только увидеть, но и выслушать дорогого тебе человека. И не говори мне, что вдруг начал любить Электру, а женщину, что тебя воспитала, не считаешь матерью. Это глупости.
— Я вообще молчу, — фыркнул Истер, садясь рядом с Греттой и повернувшись к ней. — Я не знаю, что ей сказать. Я же уже привык, что она умерла. Что её убили кровососы.
— Ну, так радуйся. Сейчас мало кому выпадает такой шанс! У большинства из нас уже нет надежды.
— У тебя она есть, — упрямо заметил парень. — Ты же не знаешь точно, что случилось с отцом.
— А ты знаешь, что мать жива. И можешь просто встать — и пойти к ней. Она тебя любит. И не надо со мной спорить: я её видела. Ярик был прав, что приказал взять её с собой. Ты бы себе не простил потом, что бросил её. Вы должны поговорить. Она твоя мама, — горячая ладошка Гретты опустилась на его руку, и Истер вздрогнул. — Думаю, она единственный человек, которому ты позволял прикасаться к тебе.
— Кристин...
— Ой, мать-Природа! — фыркнула Гретта, резко вскакивая с парты. Она почему-то разозлилась. Посмотрела на него странно, сощурившись. — Фрей! Отведи нас к его матери.
— Фауст, я ... — он попыталась возразить, но в свете открывшегося прохода увидел её полный ярости взгляд — и замолчал. Он совсем её не понимал.
Она подтолкнула его в плечо.
— Хватит уже, а? — не выдержал он и сделал шаг в открытый проход. Наверное, если бы он задержался ещё на минуту, она бы его снова ударила.
В комнате, куда они попали, он, кажется, никогда не был. Впрочем, он много где не успел побывать в Академии. Обычная жилая комната. Но в ней не было его приёмной матери, зато была настоящая, биологическая, так сказать.
— Надо было уточнить Фрею, — хмыкнула Гретта, пришедшая за парнем и почти на него налетевшая. Она вцепилась в его руку, чтобы не упасть, да так и осталась стоять, глядя на явно предупреждённых о визите Электру и Эйлин.
Вот как им удалось подружиться? Эльфийка и Правительница Водного мира, кровосос. Уму непостижимо. Этот мир, кажется, действительно переворачивался с ног на голову, как говорила Эва. Или что она там предсказывала?
— Хорошо, что ты пришёл, Истер, я собиралась тебя искать, но не хотела тревожить ночью, — мать Ярика поднялась, поправляя тёмное платье. Парню казалось, что она вся светится и лучится, рядом с ней была странная атмосфера ощутимой магии. Было ощущение, что её можно коснуться руками. — Мне нужна твоя помощь. Хотя не мне.
— Анна умирает от заклятия, наложенного мальчиком, что притворялся тобой, — заговорила Электра. От неё магией не веяло, скорее, силой и ледяным холодом. Она была словно анти-версией Эйлин. Истер до сих пор не понимал до конца, как к ней относится.
— А я тут при чём? — нахмурился парень, выдерживая пристальный взгляд Электры. Ох, Фауст, заманила его. Он оглянулся на девушку, они лишь смущённо улыбнулась. Действительно, она не виновата, что у него завелось сразу две матери.
— Многие заклятия Конде могут снять только Конде, — проговорила Эйлин мягко. — Поможешь?
— Я не Конде, я даже не маг, — фыркнул парень, но старался смягчить свой тон.
— Попроси свою мать, — проговорила Электра, и Истер даже вздрогнул от её слов. Она никак не отреагировала, хотя наверное почувствовала его реакцию на эти слова. — Анна спасла твоих друзей от смерти, ты ей должен.
— Ага, особенно если вспомнить, сколько раз она до этого пыталась нас убить, — парень зло усмехнулся и еле удержался от чертыхания, когда тонкие пальцы Гретты впились в его предплечье. — Больно же!
— Хватит вести себя как баран, а? — попросила девушка, но без злобы. — Она действительно ведь помогла вытащить кучу народа с Арены.
— Почему баран? — фыркнул Истер и получил ощутимый удар в плечо. — Да хватит уже меня бить!
— Сам хватит, — огрызнулась Фауст.
— Истер, у Анны мало времени, — мягко заметила Эйлин: обе женщина с какой-то снисходительностью наблюдали за их спором. — Попроси свою маму помочь.
— Где она? — спросил Истер.
— В другой комнате, под присмотром Фрея, — Электра встала и пошла к дальней двери, словно только этого и ждала. Красивая, совершенная, опасная. Сложно поверить, что она выносила и родила его и, наверное, даже любила. Хотя что это за любовь, когда ты отдаёшь своего сына в руки незнакомым колдунам в надежде, что эльфы сделают из него оружие против Правящих? Или не эльфы.
— Твоя мать не научила тебя терпимости к людям, — пробормотала Гретта, пока они ждали. Эйлин деликатно отошла к окну, словно рассматривала там что-то. На что там смотреть? Сгоревший двор, чёрный снег, пепел — и иногда появляющиеся Легаты.
— Она не человек.
— Баран, — Гретта тоже отошла от него, как от прокажённого, но в этот момент в комнату вернулась Электра в сопровождении его приёмной матери.
Две матери. Блеск.
— Как ты? — колдунья, которую он привык звать мамой, внимательно ощупала его взглядом и, кажется, успокоилась. Видимо, он выглядел не очень паршиво.
— Нужна твоя помощь. Будущей Правящей. Она спасла много людей, моих друзей.
— Что с ней случилось?
— Какое-то заклятие Конде. Его наложил мальчик, который выдавал себя за моего старшего сына, — сдержанно ответила Электра и посмотрела на Истера. Он сделал вид, что речь не о нём.
— Если я помогу, ты меня выслушаешь? — приёмная мать тоже смотрела на него, нервно перебирая пальцами край тёплой кофты. Странно смотрелась эта эльфийская одежда на ней, непривычно.
— Выслушает, — ответила Гретта. Пришлось проглотить. — Мы как раз вас искали.
— Если я смогу помочь, я помогу, — кивнула его мать. Тогда Истер обернулся к Эйлин.
— Я пойду, — вдруг засобиралась прочь Электра, и парень удивлённо поднял бровь. Что за бегство? — Силе Правящих и магии Конде лучше не соприкасаться, тем более среди магии эльфов. Не будем ставить эксперименты.
Она ушла в обычную дверь: прямая, уверенная в себе, непоколебимая. Истер поморщился от каких-то неприятных ощущений, но задавил их в себе и посмотрел на мать. Да, вот его мать, глупо думать ещё как-то.
В этот момент их окутал туман, и Истер сразу его узнал: магия эльфов ощущалась по-иному, чем простое природное явление. На островах Некрополя жил именно такой туман, именно жил. Он был живой, парень это теперь чувствовал. Словно слышал дыхание и даже ощущения этой Силы. Ей было неприятно, она словно подрагивала.
