Когда моя семья переедет ко мне в Эдвардс, тогда — пожалуйста! Этот истребитель мы отправим в космос!
Подумав, я предложил Герману Мольту следующую альтернативу, сделать так, чтобы в космос поднимались не два челнока сразу, а один, чтобы они сменяли бы друг друга. Такая альтернатива позволяла, пока в космосе работает один из этих кораблей, то второй может ремонтироваться, и наоборот. Но тут Мольту был вынужден признаться в том, что проблема заключается не только изношенности обоих челноков, а также в том, на этих кирианских челноках сканеры и локаторы ближнего и дальнего обнаружения были очень слабыми, что они друг без друга не работали. Я тут же созвонился с Ирреком, попросил его подключиться к работе, помочь нашим военным гениям решить проблему своевременного получения развединформации из космоса.
С генералом армии Мольтом я расстался, как с самым лучшим другом, перед самым рассветом!
4
Когда флайер и глайдеры с гномами охраны приземлились во дворе особняка, то я долго оглядывался по сторонам, стараясь найти и разглядеть ориентиры, к которым успел привыкнуть. Эти ориентиры остались на своем месте, а вот мой двор сильно изменился! Сарай-особняк, по-прежнему, оставался на прежнем месте, он, как и был, так остался прогнившим сараем для дров!
Но теперь мой особняк от других домов Эдвардса был отделен фортификационными сооружениями. Подступы к сараю-особняку перекрывали бетонные надолбы, минные поля. Я собственными глазами увидел вырытые эскарпы, контрэскарпы, доты, дзоты, траншеи, одиночные окопы для снайперов и гранатометчиков, пулеметные гнезда, артиллерийские, ракетные позиции. В траншеях пока еще возились пехотинцы, своими саперными лопатками они что-то поправляли, выравнивали, выбрасывая на бруствер излишки земли. Вдали саперы, натянув на руки специальные перчатки, по внешнему периметру оборонительной линии растягивали знаменитую, пока еще не умершую колючую проволоку.
Свободной оставалась к моему дому одна дорога, на которой был только что уложен асфальтобетон, но и она уже была перегорожена шлагбаумом, рядом с которым высился контрольно-пропускной пункт, КПП.
Глайдеры-БТРы пехоты были закопаны в капониры с тем, чтобы их вооружение использовать при отражении атак противника. Иными словами, они были превращены в долговременные огневые точки. В тот момент я подумал о том, что, слава богу, что мой особняк располагался все-таки на отшибе, на некотором расстоянии от города, от соседей. А то вот бы мои соседи повеселились, наблюдая за тем, как мои охранники устроили эту катавасию, своими действиями меня, превратив во всеобщее посмешищем. Это надо же было устроить так, чтобы на охрану моего сарая-особняка привлекался бы целый панцирный полк!
Когда мы пролетали над этой оборонительной линией, я подумал о том, что зря вчера отказался выслушать полковника Герцега, когда он попытался меня проинформировать о том, что уже сегодня у меня уже не будет спокойной, размеренной жизни. Имея точную информацию своего телохранителя, я бы, по крайней мере, мог бы ориентироваться в том переполохе, который сейчас стоял на дворе моего сарая-особняка. Но теперь было поздно жалеть об этом, понапрасну размахивать своими кулаками! Видимо, кто-то наверху принял решение об усилении охраны моей персоны, только я пока не знаю, кто же именно принял такое решение. Это мог сделать сам император Иоанн, но я сейчас все более склонялся к мысли о том, что к этому приложил свою руку мой ангел-хранитель, полковник Герцег, уж слишком он радел за мою безопасность!
Я не успел далеко отойти от флайера, как на дне вырытого котлована вдруг блеснул огонек электросварки. Видимо, в котловане гном сварщик хотел доделать какую-то авральную работу, но он так ничего не успел сделать. Произошло короткое замыкания, тут же свет погас в моем дворе. От неожиданности моя правая нога скользнула по доске, которых много лежало во дворе, которыми я сейчас шел к сараю-особняку.
Поскользнувшись, я начал медленно, всем телом заваливаться в этот чертов, гномий котлован. Я уже почти перешел в сам процесс падения, уже почти падал в котлован, когда в моем сознании блеснула мысль о том, что утром, когда я улетал на встречу с сенаторами, то никакого котлована в моем дворе еще не было! Так, как же получилось так, чтобы он вдруг оказался в самом центре моего двора?! Вы представляете, я находился на грани смерти из падения на дно котлована, а мои мозги в этот момент занимали совсем дурацкие мысли! Вместо того, чтобы всеми силами бороться во имя спасения своей жизни, но мысль о спасении в тот момент так и не пришла мне в голову!
Спас меня, разумеется, полковник Герцег, который извернулся, исполняя сложнейшее танцевальное па, словно прима-балерина, выступающая на бис на театральной сцене, успел ухватить меня за рукав шинели. Резким рывком руки он вытащил меня, так и позволил мне упасть в эту черную дыру котлована. Мой гном прекрасно видел в темноте, словно кошка в комнате без освещения, он ловко оттащил меня на пару десятков метров от края котлована.
Таким образом, Герцег снова спас меня, но я его за это даже не поблагодарил, я резко оттолкнул в сторону руки своего гнома, самостоятельно поднялся на ноги и, не отряхаясь, весь измазанный в грязи отправился к своему сараю, окна которого почему-то были ярко освещены. Когда я злым и нервным поднялся на крыльцо, открыл дверь, то увидел, что помещение моего сарая-особняка до упора забито гостями!
В этой сараюхе с жалким освещении в одну электрическую лампочку присутствовали мои друзья, приятели и соратники с женами и без жен.
Среди них был генерал майор Дермье, который только что выписался из госпиталя, и он только что вступил в командование 1-й ударной пехотной дивизии. Генерал полковник Филипп, руководитель имперской службы безопасности. Генерал армии Поли Ньювумен, имперский министр внутренних дел. Сэр Гийом, Магистр клана Гномов, имперский министр обороны. Генерал армии Герман Мольт, начальник имперского Генерального штаба, главнокомандующий вооруженными силами Кирианской империи. Генерал лейтенант Докер, руководитель имперской полиции, заместитель имперского министра внутренних дел. Генерал майор Резников, командир 1-й штурмовой бригады. Полковник полиции Докер, начальник столичного управления имперской полиции. Великий и слепой пианист Филидор с мамой! Капитан полиции Нелли с подругой, а также многие другие кириане, с которыми я познакомился, подружился на этой планете Гардель.
В тот момент, когда совершенно неожиданно для себя, я оказался в кругу друзей, соратников. Я сразу почувствовал себя не вполне уютно. Уж слишком неожиданно, без предупреждения друзья нагрянули ко мне в гости! На настроение повлияло и то обстоятельство, что сейчас я и сам выглядел, как настоящий бомж! Был грязно одет, у меня не было жилой площади, где я мог бы принять такое количество гостей! И вообще меня сей переполняла бесперктивность своей жизни! Пока я также не понимал, как смогу принять своих друзей и соратников в столь нищенских условиях, когда моим гостям не было куда и шагу шагнуть, не наступив на ногу, не задев кого-нибудь другого, или не провалившись под прогнивший пол.
К тому же я попросту не знал, чем могу угостить своих гостей?!
Скользнув глазами по помещению, я попытался разыскать своего ангела-хранителя, полковника Герцега, но того и след простыл. Я усмехнулся про себя, этот гном прохиндей так хорошо меня изучил, что он наперед знал о том, в чем я попрошу его помощи. И поступал в зависимости от своего настроения. Его отсутствие сейчас лишь только означало, что в помещение имеется другой кирианин, который может легко справиться с этим моим заданием!
За моей спиной мелькнул хлыщ, которого я в грубой форме ухватил за плечо, развернул лицом к себе. Этот чудак кирианин выглядел вполне деловым мужиком, но совершенно не выспавшимся человеком. Выпусти его из рук я, так он тут же свалится на пол, заснет. Я так и не узнал имя этого кирианина, но времени на знакомство у меня уже не оставалось, поэтому я обратился к нему со следующими словами:
— Полковник, Хлыщ, — позвал к себе этого парня, — как сделать так, чтобы до пуза накормить и напоить всех этих гостей, которые так внезапно нагрянули к нам в гости?! Приказываю вам, полковник, немедленно заняться решением этой срочной проблемы! Нам также понадобятся официанты, которые должны сервировать столы, прислуживать гостям! Сделайте все возможное, чтобы это сборище превратить в настоящий великосветский прием! Что же касается помещения, то решением этого вопроса я займусь сам лично! —
Я снял свою руку с плеча новоиспеченного полковника, посмотрел ему в глаза. Парень ошалело в ответ посмотрел в мои глаза, затем он чему-то улыбнулся, развернулся через левое плечо и, словно шуруп в дерево, ввинтился в толпу моих друзей и приятелей, растворился в ней!
Я отошел в самый дальний и затемненный угол, где приложил ладони к вискам головы, начал нашептывать заклинание превращения.
Императрисса научила меня этому заклинанию в тот вечер, когда родилась ее внучка, моя дочь Лана. Принцесса Лиана долго не могла разрешиться от бремени, а я с ее матерью в тот момент занимался магией, чтобы успокоить свои и ее нервы. В свое время этому искусству меня начала обучать моя мама, Императрисса же закрепила сохраненные мной знания, добавив к ним кое-что из своего дара. Я так и не стал магом, в истинном понимании этого слова, правда, умею произносить отдельные заклинания, применять их на практике. Вот и сейчас, прочитав заклинание превращения, я появился в шумной толпе своих друзей, чтобы тут же в ней же потеряться, так как с нетерпением ожидал результата своего гадания.
Довольно-таки долго с помещением ничего не происходило, но затем стали изменяться его очертания. Сначала оно начала расширяться по своей общей площади, откуда-то появились два ряда мраморных колонн, множества люстр под потолком, верхнее освещение. В ярком освещении перед мои глазами уже предстало не то худое помещение с единственным ложем, прогнившим полом, дырявой крышей.
К этому моменту помещение уже превратилось в большой зал для приемов и придворных балов. Вдоль стен, украшенных золотыми обоями и парчой, стояли кресла. Одна половина этого зала оставалась свободной для танцев, а его другая половина была уставлена столами под белыми скатертями. Столы еще не были сервированы, на них кучками лежали винные бокалы различной конфигурации, столовые приборы. Вдруг появились слуги в красных камзолах с императорскими орлами на рукавах и на спинах, они, казалось бы, суматошно метались по этому залу, но даже и моему глазу было хорошо заметно, как прислуга быстро делала свою работу по сервировке столов.
Появились несколько слуг с подносами, уставленными бокалами с вином, а также минибутербродами. Они разошлись по гостям, стали им предлагать вино, небольшой перекус. Мои гости вполне спокойно воспринимали суматоху, поднятую неизвестно откуда появившимися прислугой и официантами. Они мило переговаривались друг с другом, переходя с места на место, чтобы не мешать работе прислуги. Правда, некоторые из гостей почему-то начали проявлять некоторое беспокойство, они с сомнением посматривали на свою мятую военную форму. Не стоило труда догадаться о том, что мои друзья в таком окружении, в таком зале хотели бы выглядеть несколько по-иному.
Это уже было не трудное задание, я за плечо остановился первого же попавшегося под руку слугу и ему приказал:
— Дорогой, не был бы ты столь любезен! Я бы хотел, чтобы ты кирианам в военной помятой форме показал бы место, где они могли бы привести себя в порядок.
Слуга внимательно осмотрел зал, кириан в зале. Нам на глаза в этот момент попал егерь генерал Резников. Его генеральская форма была помята, а сам он был даже небрит. Слуга одобрительно кивнул мне головой и произнес:
— Ваше Величество, ваше пожелание будет немедленно исполнено. Я выделю специальный слуг, которые за этим делом присмотрят, помогут всем вашим друзьям навести требуемый марафет. Но и вам, Ваше Величество, было бы неплохо принять душ и переодеться в чистую одежду. Позвольте, следовать за мной.
Я сделал всего пару шагов вслед за слугой, как вдруг оказался в ванной комнате, мгновенно разделся, чуть ли не рысью поспешил в душ. Контрастный душ улучшил мое настроение, снял с тела все боли и ломоты. Чистая одежда привела меня в радостное настроение, я поспешил обратно в зал, так как понимал, что гостей нельзя надолго оставлять предоставленным самим себе!
В центре зала появился полковник Хлыщ, который по общему желанию принял должность главного распорядителя бала. Он улыбался одним людям, крепко пожимал руки другим, что-то говорил третьим. Увидев меня, полковник Хлыщ расплылся в широкой и довольной улыбке, демонстрируя прекрасное состояние своих зубов. Он вежливо подхватил меня под локоток, настойчиво вместе со мной стал пробираться к известной только ему цели.
В зале появился мой ангел хранитель, полковник Герцег, неизвестно до этого где-то скрывавшийся. Он совершенно спокойно воспринял все те новшества, которые появились в нашей сараюхе, которую мы с ним делили на троих. Спокойно воспринял мою новую и чистую одежду, но ощерился, как волк, увидев подобие панибратства, проявляемое Хлыщом по отношению ко мне. Полковник Герцег судорожно зашарил рукой по своему правому боку, но кобуры с пистолетом на том боку у него уже не было. Моя магия позволила сделать так, чтобы все гости во избежания распри, смертоубийства свое оружие оставили бы на входе в зал.
Бал набирал силу, приехал император Иоанн с небольшой свитой имперских генералов!
Появился Филидор вместе со своей мама, они подошли к прекрасному концертному фортепьяно. Филидор сел за инструмент, его пальцы некоторое время бегали по клавишам фортепьяно. Затем слепой пианист исполнил "Прощание с Родиной", во всем мире известный как полонез Огинского. Публика пришла в дикий восторг от его игры на фортепьяно, она встала на ноги, аплодисментами, криками бис приветствовала пианиста.
Вскоре в зале появился небольшой струнный оркестр, послышалась танцевальная музыка. Начались танцы, сначала танцевала одна пара, в которой я узнал Нелли Йоркшир и полковника Хлыща. Потом на танцпол вышла вторая, третья пары. Вскоре вторая половина зала танцевала с каким-то радостным самозабвением. Что мне особенно понравилось, кириане танцевали, ухаживали за женщинами, разговаривали между собой, словно вернулись старые времена имперских балов, о которых много вспоминали, говорили, писали в газетах, а фотографии с бала печатали в глянцевых журналах.
Гости все прибывали и прибывали, один за другим подъезжали сенаторы в смокингах, всем известные имперские общественные и политические деятели. Многие приезжали с женами и дочерьми, по крайней мере, в зале появилось много женщин, которые потребовали к себе мужского внимания. Натура полковника Хлыща не терпела статики, она нуждалась в постоянном движении. К тому же, будучи главным распорядителем, давно не проводившегося императорского бала, этот кирианин проявлял чудеса подвижности. Его баритон слышался где-то в центре зала, там он давал указание танцорам, как следует выполнять то или иное "па" танца. Кавалеры недоуменно пожимали плечами, они были готовы этому хлыщу набить морду, а бабы-дуры вешались ему на шею, окружали его со всех сторон, внимательно прислушиваясь к каждому совету или слову.
