— Территория?
— То же самое! Все как у всех, обычный участок. Мы, кхм... — солдат извиняющимся взглядом коротко посмотрел на Селенаба, — перекопали поле в нескольких местах. Под дождем плохо видно, но свежих вскопов не обнаружили.
— Сколько закопанных трупов вам удалось найти? — любезно спросил Селенаб.
— Мой командир, все чисто, — верный солдат не обратил внимания на язвительный настрой одного из братьев.
— Вольно. Ждите за воротами.
— Есть!
Солдат отдал честь и удалился. Бел Бурдор тяжело вздохнул и повернулся к нам.
— Да, не думал я, что...
— Что это окажемся не мы? — продолжил Селенаб, лучезарно улыбаясь. — Про поле разговора не было, но так даже лучше — и нам возни меньше, и руки чисты. В обоих смыслах. Ха-ха, — бесцветным тоном сообщил он.
— Прошу... Прошу прощения за беспокойство и подозрения, — бел Фаронай склонил голову, — простите нас, братья Коу. Мы благодарны за проявленное содействие.
Он протянул руку Селенабу; тот пожал ее с легким кивком. Фрилу, все еще плачущему, мэр положил руку на плечо и приобнял. То ли в порыве отеческих чувств, то ли в приступе вины, однако тем не менее мэр прижал громадного Коу к себе, что шокировало окружающих.
— Давайте не будем расслабляться, белы, игра подходит к концу, — решительно сказал я. — Остался только маг и, я уверен, через час-другой мы решим этот вопрос раз и навсегда.
— А мы, пожалуй, пойдем с вами, — поднялся Селенаб, жестом предлагая брату сделать то же самое. — Хочется уже прочувствовать нервную отдушину, так сказать, за все произошедшее. Не для того же я терпел вторжение целой армии в свои владения, чтобы пропустить триумф...
...Опять знакомые дороги. Опять ноги топчут те же тропы. Вообще я заметил, что за все время пребывания в Тихих Лесах круг наших маршрутов очень ограничен, а конечные точки можно пересчитать по пальцам одной руки. Те же пункты назначения, те же лица; диалоги и те похожи. Шаблоны с варьирующимися именами и данными. Словно игра во флембы, не иначе. Мне удалось свыкнуться с недомоганием, и оно ушло на второй план.
— И что вы планируете ему сказать? — задал вопрос Макс.
— А... Ничего... Нечего с такими... Говорить... — одышливо ответил алеминат, быстро шагая по дороге, совсем не следя за чистотой своих сапог и мундира. Видно, насколько он устал от всего, как ему хочется во всем разобраться.
Я же чувствую разочарование. Вполне понятно, что сегодняшней ночью все решится. Кое-какие мысли я решил озвучить:
— В сотый раз напоминаю, что исключение возможных вариантов — не повод для полноправного обвинения... Да идите же вы помедленнее! Без доказательств наши действия будут незаконными. Помните, что сегодня возможен ритуал Алого Сияния. Все, что от нас требуется — пережить ночь вместе с белом Йесдумом.
— При страже? — с надеждой спросил стэр Босмо.
— При страже! — рявкнул Бурдор.
— Разумеется, — согласился я. — Более того, к полуночи мы должны быть наготове — мало ли какими силами владеет этот маг.
— А потом что? — спросил мэр.
— А ничего. Если все будет тихо и спокойно, если он не выкажет никаких эмоций, не испепелит нас или не расплачется от досады, то отметем и эту версию.
Селенаб расхохотался.
— Интересно. Ну просто отлично! Вы готовы купиться на эмоции потенциального убийцы? И если он встретит ночь с каменным лицом, то мы ему простим все убийства, я правильно понимаю?
— Все верно, — невозмутимо подтвердил я.
— Вам самому-то не смешно от таких заключений? — съехидничал Селенаб.
— Понимаете ли, бел, я маг...
— Выпускник... — поправил он.
— Да, выпускник. Но от этого мои знания не теряют актуальности. И поверьте мне как магу, что человек, работающий над подобным, никогда не станет апатично встречать провал ритуала. Просто представьте, что вы отправились на другую часть материка, в Келегал, за каким-нибудь ростком, которого не встретишь в наших краях. Вот захотелось вам выращивать, например, стягивающую паутину. Проделали долгий путь, нашли росток и благополучно вернулись домой. Поставили росток на стол, а сами отошли, извините, помочиться. Возвращаетесь и видите, как кошка обронила горшок, и ваше растение погибло. Вы к этому отнесетесь спокойно?
Кажется, что небольшая заминка Коу была связана не с раздумыванием, а с нежеланием капитулировать.
— Есть в этом доля правды, — согласился Селенаб. — Но что ему мешает вновь воспроизвести подобную цепочку убийств? А ждать сытного не так долго, всего год.
— Да, отличное предположение, — пришла пора съехидничать и мне. — Но получится ли у него? Он должен благодарить Богов за столь удачные стечения обстоятельств. За такое место — ведь где еще возможен подобный исход событий с непресекающимися убийствами? За такую крепчайшую подстраховку, как вы и ваш брат. Пока все указывали на вас как виновных, он тихо-мирно резал еще одну жертву. Да, возможно и так, что ему придется повторить. Но он будет под неусыпным контролем. Я не уверен, что психика сможет выдержать такой удар.
Селенаб кивнул, принимая мои слова к сведению и прекращая беседу. Разговоры притихли, все напряглись и невольно замедлили шаг — в поле зрения попал дом мага. А возле него несколько солдат; среди гвардейцев имелись также те, кто орудовал у братьев Коу.
— Что там? — спросил одного из них Бурдор.
— Мой командир, маг внутри. Не выходит. Пускать домой отказывается.
— Я же просил не спешить с этим делом! — разъярился Бурдор.
— Да, но мы... Мы хотели помочь... — промямлил солдат.
— Вы бы помогли, -недовольно рявкнул глава алемина. — Как отреагировал на ваше появление?
— С пониманием, — пожал плечами солдат. — Ни злости, ни удивления. Улыбается только ходит да на чай зовет.
— Отлично. Пошли пару человек за продовольствием, вам сегодня здесь ночевать.
— Что, всем что ли? — потупился солдат.
— Да, всем! Исполнять!
— Есть!
— Ну, пошли? — неуверенно предложил Макс.
Наша процессия двинулась к крыльцу.
— Лейн Йесдум! — крикнул я. — Будьте добры!
Из дома нашего слуха достиг приглушенный оклик, но никто его не разобрал. Мгновением позже улыбающийся маг вышел на порог.
— Добрый вечер, уважаемые белы! Ох ты, какие гости. Чем обязан такому визиту? — радушно сказал маг.
Он так располагал к себе, что захотелось улыбнуться в ответ, но необходимость придерживаться делового тона брала верх.
— Лейн Йесдум, мы по делу. Разрешите войти?
Тот поспешил посторониться и жестом пригласил всех нас войти в дом.
— Пожалуйста-пожалуйста. Пойду чайник поставлю. Нет, два.
— Надо бы обыскать и этот дом, — задумчиво проговорил Бурдор, протискиваясь в дверь.
— Да погоди ты! — отмахнулся бел Фаронай. — Куда сходу-то?
Вернувшись, маг сел за большой стол, поежился и укутался в неизменный серый плащ.
— Что-то прохладно.
— Это нервы, — не мешкая среагировал Библиотекарь.
— Если только ваши, молодой человек. К сожалению, печка не спасает, мне нужно много тепла. Итак, я вижу братьев Коу и первых лиц города, в том числе уважаемых гостей со столицы и промокших солдат, которым я бы посоветовал отдать приказ войти в дом. Честно говоря, я звал, но они были непреклонны, — он с ожиданием посмотрел на главу администрации. Тот все понял правильно, и нужные команды не заставили себя ждать. Йесдум облокотился на спинку и оглядел всех поочередно. — Правильным ли будет посчитать, что вы пришли поговорить по поводу последнего исчезновения?
— И не только последнего, — заметил Макс.
— И не только поговорить, — добавил алеминат.
— О, — улыбнулся маг. — Действия тоже запланированы в сегодняшней программе. Невероятно, очень хорошо. Люблю представления.
Бел Фаронай кашлянул в кулак.
— Бел Йесдум, в профилактических целях... Позвольте обследовать ваш дом.
— Как вам будет угодно, — спокойно ответил маг.
Бел Бурдор отдал приказ.
— Однако! — дополнил напутствия Бурдора старик. — Вы найдете нечто... Подозрительное, скажем так. Прошу вас ничего не трогать и предоставлять на наш суд в самом что ни на есть доподлинном виде.
— Выполняйте, ребята, — одобрил Котри.
Солдаты удалились.
— Любопытно, очень любопытно. А что там могут найти? — поинтересовался мэр.
— Ну, возможно то, что очень понравится стэру Босмо. Компрометирующие вещи.
Священник зло посмотрел в глаза магу. Между ними ощущается незримая нить напряжения; она накалена и продолжает накаляться, воздух около нее дрожит — до того ненавистные взгляды этих двух сошлись сейчас в противоборстве профессий, конфессий и самого жизненного уклада. Хотя насчет лейна Йесдума можно было бы поспорить. Его дружелюбие выглядит правдоподобным. Но отношение истинное не скроет ни одна маска, какими бы профессиональными актерскими навыками ни обладал человек.
— Пойду сниму чайники.
Вновь заморосил дождик. Не будь я вовлеченным в 'игру', горячий напиток был бы особенно кстати и пришелся бы в удовольствие. Однако служебное задание перебивает весь вкус. Совсем не хочется ни беседовать, ни думать, ни расследовать — дайте мне книжку или мягкую кровать, тогда я покажу всем вам, как следует подыгрывать такой погоде.
— Все стрелки указали на меня, да? — без вступления начал маг. — Вы пришли с братьями Коу, значит, они невинны. Как я вам и говорил, — последние слова предназначались мне и Максу.
— Это так, — согласился мэр. — И поэтому я хочу объяснений. Или признания.
— Хорошо, — смиренно сказал маг. — Признаюсь: я ничего не делал.
— Как предсказуемо, — брякнул Макс.
— А что? По-моему мы с вами в тот раз вполне мило поболтали. Мне казалось, что мы достигли взаимопонимания, не так ли, лейн Трэго?
— Ну, как сказать... — замялся я. — С одной стороны да, и то, что вы сказали — вполне разумно и обоснованно. Но смотрите сами — братья Коу непричастны, Хила свое получила, фургон ее поставщиков пуст. В деятельности своей она призналась, но ее масштабы стократ меньше, чем общее число пропавших людей. Жители никого и ничего не видели.
— Так, может, это кто-то из них? — поднял бровь маг.
Бурдора возмутило сказанное.
— Исключено! Дома проверены, погреба проверены, сараи и бани проверены. Ничего.
— Тогда да, — закивал Йесдум, вытащив нижнюю губу. — Тогда все правильно, не на кого больше думать. Что, и каждую печку понюхали? Вдруг сожгли? А дно Тихой прошерстили? А озеро? А омуты? Нет, да? Ну что ж вы так...
Котри Бурдор сжал кулаки.
— Осторожнее, бел Бурдор. Среди нас нет мага-целителя. Поберегите руки.
Глава алемина засопел и раскрыл рот. Сейчас пойдет лавина...
— Проверено все! У меня больше служащих и помощников, чем вы можете себе представить!
Йесдум учтиво кивнул.
— Однако чем больше друзей сегодня, тем больше врагов может быть завтра.
Сверху раздалось победное восклицание.
— О, вот ваши сыщики и нарвались на что-то, — довольно констатировал маг крови.
— Бел Йесдум, давайте на чистоту — кто вы? — настороженно спросил мэр.
— Я простой старик, приехавший в тихий городок отдохнуть, провести в нем остаток своей жизни, составить книгу, пописать мемуары, изучить интересующие меня дела.
— И все? — недоверчиво поинтересовался стэр Босмо.
— Ну... По совместительству я маг Крови.
— Вот оно! — тыкнул пальцем священник. — Я же вам говорил, говорил! Мерзкий грешник, убийца...
— Стэр Босмо! — одернул я победоносно кричащего священника. — Соблюдайте субординацию. Причастность лейна Йесдума к магии Крови не дает никаких оснований так себя вести. Это еще ничего не означает.
Снизу спустился ошарашенный солдат.
— Мой командир, почтенные белы, вы должны это видеть.
Солдат привел нас в ту самую комнату с двумя столами, где мы с Максом некогда ожидали чай. Как я и предполагал, солдат смутила полка со склянками, заполненными чем-то красным.
— Но я же просил ничего не трогать, — строгим тоном сказал маг.
— Так ничего и не трогали, — захлопали глазами солдаты.
— Ну-ну, как же, — презрительно скривил губы Йесдум и бережно поправил один из флакончиков.
— Что здесь? — пробасил Бурдор.
— Кровь, — невозмутимо ответил Йесдум.
— Э! — Макс ударил меня локтем под ребра. — Ты же мне говорил, что там вино!
— Чтобы не пугать тебя! — отшутился я, но на уровне недовольства моего товарища это никак не сказалось.
— Чья кровь? — побледнел стэр Босмо.
— Моя, — пожал плечами маг.
— То есть как это? — мэр сдвинул брови. — Вы позволите?
Йесдум кивнул, и бел Фаронай взял один из флакончиков.
— Легко. Я — маг Крови, если вы забыли. Оружием не владею, а дом защищать как-то надо. Вот, подготовил себе запасы на всякий крайний.
— Очень смешно, — заметил Селенаб, — интересно, сколько ушло времени, чтобы придумать такое?
— Это не выдумки, — вмешался я. — Любой уважающий себя красный маг первым же делом создаст себе запас крови. Архив.
— С целью?
— С целью самозащиты, бел Коу, — ответил маг. — К сожалению, специфика профессии привлекает заинтересованность людей, а среди них бывают донельзя любознательные виды. Некоторые так и норовят узнать поболее других, вот и совершают несанкционированные вторжения. А некоторые, — взгляд Йесдума стрельнул в священника, — по роду своего призвания не терпят таких как я. И стремятся поскорее прикончить. А жизнь дорога́, чтобы пренебрегать защитой.
— Можно говорить сколько угодно, — не сдавался Коу. — А где доказательство, что это ваша кровь?
— Будь вы кровопийцей, я бы вам предложил отведать ее из этих флакончиков, а в довершении любезно предложил бы вкусить мою. Но вы вряд ли являетесь таковым. Если угодно — каждый из флаконов пронумерован и датирован, соответствующие записи внесены в мою книгу, — маг посмотрел на меня и Макса: — Да-да, ту самую.
— Покажите, — потребовал Бурдор.
Записи были предоставлены. Однако не всех они удовлетворили. Селенаб не хотел оставлять мага в покое:
— Где гарантии, что записи не сфальсифицированы?
— Во имя крови, бел, так нельзя! — взмолился Йесдум. — Посмотрите на интервал между записями! Я бы не успел понаписать столько за день, за неделю или даже за месяц!
— Бел Селенаб, правда, — поддержал мага бел Фаронай. — Посмотрите, дата первой пу...
— Пункции, — с улыбкой подсказал маг.
— Ей самой. Так вот, дата первой вот этой стоит гораздо раньше, чем пошла серия убийств.
— Вы принимаете за аргументы непонятно как датируемые записи? Может, он вообще осуществлял первые разы в ином месте? Он же чародей! Что ему стоит навести иллюзию?
— Вы ошибаетесь, — устало вздохнул маг. — Какой же из меня иллюзионист? О них только слухи ходят, и те недостоверны...
— О, Ливон, смотри! Ха-ха! Рождение моего сынульки! О, да тут и град тот описан, с куриное яйцо размером. Я уж и позабыл о нем, — молвил Бурдор, перебегая глазами со строчки на строчку.
— А зачем вы это вносили? Я гляжу, тут такие записи, которые редкий житель-то вспомнит.
— Просто своего рода дневник. Кровь бралась в разное время, в разную погоду, при разном состоянии организма. Это и радость, и трепет, и волнение, и страх.
