'И вправду ведь Всеединый знает что. Как тут разобраться, если сами маги видят это впервые? — терзался он. — И что делать мне? Взять всю ответственность на себя и попробовать разрешить это дело? А если будет провал? Умолчать? Но болтливый маг доперется до своего департамента и все равно расскажет... А не он, так тот хитрый идиот с вроде бы чистыми глазами, но червоточинка-то сидит... Допустим, его мы устраним — нельзя же допустить чью-то нелегальную деятельность. Это подорвет весь бизнес! Конкуренция у гильдии кузнецов может быть только одна — мертвая. Попробовать подстроить как конфликт, в котором молодого кузнеца прибьют в пылу драки коллеги по ремеслу? Можно и так'.
От размышлений ему стало хуже. Пальцы болели; сжимать ингиарию они больше не могли. Окро хотел невзначай будто бы случайно раздавить ее в ладони, но, конечно же, это было невозможно. На словно бы стеклянной поверхности шарика осталиось капли пота, а прозрачный гладкий материал покрылся тоненькой пленкой, как если бы на него долго-долго дышали. Бел Таклам снова подошел к шкафу, достал бутылку и, не церемонясь, хлебнул прямо из горла.
'Так-то лучше!'
Прошло сорок минут.
Пьяный департ снял пиджак, расстегнул ворот рубахи и прогорланил:
— Файя!
Растрепанная девушка не заставила себя ждать.
— Чаггу! Быстро!
Казалось, что Чагга стоял за дверью, и они с девушкой просто поменялись местами.
— Стой. Не проходи. Завтра утром никуда. Отметай все поручения. Скажешь, что по моему поручению. Нет, не скажешь, — зашелся смехом Окро Таклам. — Объяснишь, не маленький! Утром нанесем визит нашему новому мастеру. А с этим, — он подкинул в руке ингиарию, — разберется Энкс-Немаро. к оглавлению
Эпилог
Заседание длилось непомерно долго. Присутствовали все члены Верховного Совета. Большой зал с огромным постаментом у одной из стен — чтобы лучше видеть увеличенную запись с ингиарии. За столом собралось двадцать пять человек, уставших, нервных и обеспокоенных. Они уже два часа вели беседу и никак не могли прийти к общему мнению.
Дольбирг Каратайн, взвинченный немолодой мужчина, мечтал о том, чтобы принялось хоть какое-то решение, но раз за разом оно откладывалось. Вместо этого Верховные Управленцы посчитали нужным перебрать немногочисленные в общем-то версии, надеясь, наверное, на озарение свыше.
— Что мы имеем, — в сотый раз говорил престарелый архимаг Света, Шондри Салезам, негласный председатель собраний, — почему это не магия?
Ответил лейн Цанг, молодой, но опытный маг, самый 'свежий' из Управленцев:
— К сожалению, запись с ингиарии не позволяет нам просканировать Сети для полной достоверности отсутствия каких-либо магических колебаний. Само по себе устройство — продукт явного рукотворного характера. Из наиболее четких и физических предметов принадлежность может относиться только к магии Земли. В частности, максимально допустимое предположение ведет в пользу камня. Но мы отчетливо видим как объект совершает движение пальцем, на что-то нажимая.
Пауза для обдумывания. Лейн Салезам важно покивал и знаком попросил продолжать.
— Получается, что устройство содержит механизм. А это ставит под сомнение изначальное возникновение предмета.
— Отринем версию и о магических предметах, — удивив всех, сказал генерал Ауторн. Ему ли, старому вояке, вести разговоры о чем-то, кроме военного дела? — Продукт, вернее сказать, изделие — творение рук человека. Или кримтов. Видно же там что-то вроде спускового крючка, как на арбалетах. И из трубки что-то вылетело, пробив тело. Метод знакомый, но исполненный по-иному.
— Маг же, как его...
— Трэго Ленсли, — подсказали с дальних мест.
— Да, Трэго Ленсли тоже нечист. Вы не заметили, что запись начала фонить подозрительно точно? Перед деревней и сразу после нее... Что он там творил? Чем занимался?
Шондри Салезам откашлялся и опустил взгляд. Что-то пробубнив себе под нос, он покачал головой и усмехнулся.
— Прошу меня простить, уважаемые. В очередной раз сталкиваюсь с тем, что нужно организовать подразделение по изучению эманации в Сетях. Остаточные следы заклинаний, чтение колебаний и тому подобные важные вещи облегчили бы столько задач, что мне становится грустно.
— Кому как не вам знать, лейн Салезам, что на данном этапе изучения зиалы способностей магов не хватает на это, — ответил Дольбирг Каратайн. — Мы бы и с радостью отдать распоряжение, но где сыскать такие кадры?
Лейн Цанг хмыкнул и поддержал Дольбирга:
— Я писал дипломную на эту тему. Безуспешно. Осмелюсь заподозрить, что никто из присутствующих здесь ни на шаг не приблизится к этому занятию за неимением на то соответствующих сил.
— Может, попробовать переговорить с эзонесами? — спросил Дольбирг, надеясь, что тем самым приблизит конец заседания. Духота, сил нет.
— Говорили. Они сообщили, что городские модификации ингиарий изначально не предусматривают возможности сканирования сетей посредством записи.
— Плохо. Очень плохо.
— Да что плохого, артэним Салезам? Уверяю вас, это рукотворная вещь. И магией там не пахнет.
— И что вы предлагаете, бел Ауторн? — нахмурился архимаг.
— То же, что и в начале, — нашелся старый генерал.
Вот оно! Возможность! Дольбирг поерзал, сел поудобнее и вытянул шею.
— Здравая мысль.
Генерал Ауторн встал, не в силах сдерживаться.
— Артэним Салезм, я уверен, что завладев этой вещью, мы будем в состоянии сотворить ее подобие. Вы только представьте! Новое, никому не известное орудие... И все это у армии Ольгенферка. Да мы не только сможем присмирить дерзких келегальцев, чтобы добиться более выгодных условий торговли, но и гестинги нам не будут проблемой.
— Красиво взялись рассуждать, бел Ауторн, — съязвил лейн Цанг, — и как вы с такой спешкой дослужились до генерала...
— Лейн Цанг, — одернул молодого мага председатель совета.
— Прошу меня простить. Но как можно даже в мыслях планировать что-то, чего даже вживую еще не видел?! А тут вам аж целый план по созданию каких-то непонятных копий непонятно чего... Не слышал, чтобы о вас ходила молва как об отличном механике, бел Ауторн.
— Да, я не кримт и с механизмами не запанибрата. Но вы забыли один нюанс...
— Мальчишка, — прохрипел с задних рядов совсем уже одряхлевший генерал Шарненгел, с мудростью которого всегда считались, а его немногословными фразами никогда не пренебрегали. — Мальчишка нас и научит. А если нет, то ваши чароплетские ухищрения помогут. Я бы не стал отпускать его далеко. Он может очень нам пригодиться.
Зал замолк. Сопит Каратайн, пыхтит Шарненгел, бормочет Салезам, хихикает Цанг, неотрывно смотри Ауторн.
Тупиковая ситуация в очередной раз придавила собравшихся. Под спудом остались предложения и догадки, равно как и желание дальнейших дебатов. Случившаяся поддержка Управленцев вызвана скорее усталостью, но вместе с тем была вполне конструктивной. Под пристальным вниманием двадцати четырех пар глаз архимаг Шондри Салезам встал, уперся ладонями в стол и медленно, никуда не торопясь, промолвил:
— Генерал Ауторн. Общим решением совета поручаю вам и лейну Каратайну организовать поиск объекта с непосредственным личным участием не только на стадии подготовительных работ, но и вплоть до появления его в вашей компании здесь. Срок — месяц. Медлить нельзя! Не хоти же мы, чтобы таинственная игрушка попала в руки Келегальцев. Они и без того озлоблены на нас, а с таким помощником мы рискуем нарваться на войну. Не уверен, что кому-то из вас хотелось бы прийти к ней.
'Я бы так не сказал, — жестко рассуждал про себя старый генерал. — Прожить последние двадцать лет, сидя на кресле в этом душном зале? Уж лучше в одиночку пойти против гестингов. Старые кости просят молодости. Успею ли я до конца жизни еще раз сжать эфес меча на поле боя, раздать команды, ринуться в бой?'
Архимаг довольно посмотрел на собравшихся.
— Пожелания, — взор на Ауторна, — возражения? — на Каратайна.
Конечно же, возражений не последовало.
'Допрыгался, — гневно подумал Каратайн, закипая, — вот тебе и инициатива! Чтобы я в следующий раз вставил хоть слово? Ни за что. Лучше сразу вычеркивайте из списка Управленцев!'
— Заседание объявляется закрытым.
Генералы и маги облегченно повскакивали с мест и поспешили к выходу. Дольбирг тоже направился к двери, но его одернул архимаг.
— Перефразирую без церемониальности, Дольбирг. Найдите этого странника и приведите ко мне! Лучше бы вам поторопиться, клянусь своей должностью.к оглавлению
