В этом набеге в сотне оказался один убитый и один тяжелораненый, которого вывезли обратно, собрали ему в дополнение к его доле добычи выходное пособие и отправили в тыл, как покалеченного. В принципе он был ещё способен воевать после пары месяцев лечения (сложный перелом ноги, что влекло сильную хромоту), но не в таком элитном и тяжёлом подразделении, а право на отставку после ранения имел.
Действительно, потери сотня несла минимальные. Но в войске Атара она была всего одна такая.
* * *
Однаждыднёмвсехсобралсигналобщейтревоги.Войсковыстроилось, готовое в меру своих умений отразить врага, но вместо этого появился принц Атар и произнёс краткую речь.
Граждане! Доблестные воины королевства! Мы стоим лицом к лицу с теми, кто хуже варваров. Шжи готовы уничтожить всех, чтобы насадить называемое ими своей культурой. Не боялись бы они гнева Победителей и Всевышнего, они бы и крестьян подчистую вырезали. А с городами они не церемонятся. Даже монахов и священников они убивают без всякого стыда, ведь половина у них заблуждающиеся в гордыне своей Единобожники.
Мы стояли крепко, сдерживая натиск коварного и искусного вражеского полководца Ляна Жугэ. Он собирался завоевать это княжество для своего сына, но мы никак не давали ему полностью овладеть Ликангсом и вырвать его из сердца Империи. А король Зинтриссы в постыдной гордыне и в излишней жажде победы был готов отдать имперское княжество чужакам, лишь бы избежать разгрома. Вы знаете, как его ограбил догола, согнул в три погибели и выставил напоказ в неприличной позе принц Клингор. Теперь осталось только раму подставить и приковать опозорившегося властителя. Вот он и держится за свою последнюю надежду воинственных и коварных шжи.
Такой солдатский юмор повеселил войско. Подождав, пока смех утихнет, принц продолжал.
Коннетабль королевства прославленный принц Клингор вернулся с запада, где он блестяще победил подло напавшего на наших друзей и соседей короля Тромы, ввёл в состав нашего королевства ещё три братских княжества. Он прибыл довершить разгром Зинтриссы. Их король в панике собирает все силы, чтобы иметь хоть какую-то надежду противостоять Клингору. Я получил достоверные сведения, что наши длительныеусилия,стойкость,мужество,лишенияитерпениеувенчались успехом. Старый ворон Жугэ отчаялся овладеть княжеством и уходит на юг, померяться силами с тем, кто начал превосходить его славой. Мы не должны дать шжи унести добычу и в порядке прийти на соединение с Зинтриссой. Настал час двинуться вперёд, освободить княжество. А затем вторгнуться на земли врага и как следует вознаградить себя за перенесённые лишения.
Армия взревела от радости. Наконец-то наступление! Элитный манипул Истирона и личная охрана принца под предводительством его тестя А Тронарана лишений не испытывали. Попробовали бы им не выдать жалования полностью или поставить порченые продукты! А все остальные были на грани голода. Теперь впереди маячила перспектива добычи.Предстоящиебоиказалисьлегчеунылоговыжиданиявголодных грязных лагерях. А принц закончил.
Я рад вашей жажде битвы и славы. Надеюсь, что скоро все вы её утолите. Но помните, что полководец врага искусен и коварен. Его военачальники восприняли искусство обмана и внезапного подлого удара от своего учителя. Я запрещаю вам вырываться вперёд без приказа. Стремясь быстрее нажиться, вы потеряете жизни, причём без славы. Будем сохранять порядок и покажем шжи, что войско граждан сильнее войска подданных!
Войско стало стучать оружием в щиты, кричать, воины плясали от радости.
Выступаем завтра утром. Сегодня собирайтесь и празднуйте. Мы идём на великие дела и великую славу.
И весь вечер в лагере шла гулянка с оргией. Воины пропивали, прогуливали последние гроши, надеясь, что скоро захватят богатую добычу. А вот манипул Истринона был настороже. Выпить воинам выдали строгой мерой. Командиры ожидали внезапного нападения коварных шжи, но его так и не последовало.
* * *
Восемь дней армия Атара осторожно продвигалась вперёд вслед за Жугэ, заставляя его двигаться быстрее, разбивая отставшие отряды и захватывая брошенную добычу. На девятый день они обнаружили, что Жугэбросилвсехзахваченныхиприсоединившихсякегоармиивпоисках приключений женщин, причём не причинив им никакого вреда, кроме как ограбив догола. Заодно был оставлен обоз с едой и вином. И то, и другое против ожидания оказалось не отравленным. Объятия тех, которые желали отблагодарить своих спасителей, поневоле задержали армию на пять дней: принц просто не мог заставить воинов двигаться дальше, пока провиант не был съеден, вино не выпито, а объятия не утомили. Тем самым Жугэ сумел оторваться от Атара и занять крепкую позицию в горном проходе. Если бы принц не знал от лазутчиков доподлинно, что Жугэ должен идти на юг на соединение с королевской армией Зинтриссы, он бы занялся разбивкой постоянного лагеря и подготовкой к новой позиционной войне, на что и рассчитывал Жугэ. Но вместо этого принц на следующий же день повёл своё жаждавшее битвы войско на штурм укреплений шжи и после трёх часов кровавого боя взял их. Однако пленных было мало, а добычи почти никакой: Жугэ этим утром увёл свою армию дальше, оставив лишь боевое охранение. Пришлось затратить ещё день на приведение войска в порядок и сбор провианта в окрестных деревнях, а затем уж двигаться вслед за ускользнувшим хитрецом.
Единственные, кто по-настоящему действовал в эти дни, был манипул Истринона. На второй день его послали в обход по горным тропкам. Три дня Урс вместе со всеми тащился вверх-вниз по горам, а на четвёртый манипул занял оборонительную позицию на гребне перевала, через который шла главная дорога из Ликангса в южные провинции Зинтриссы. Со стороны княжества были невысокие горы, а с другой уже открывалась равнина. Стоявшая здесь застава была разрушена. Её обломками и деревьями из окрестного леса быстро укрепили позицию, другиевоинынатаскаливодынаслучай,еслипридетсядолгообороняться. Неясно было, прошли ли шжи и полностью ли. После конца работ удалось отдохнуть полтора часика, пожевать остатки еды. И тут появились дозорные, сообщившие, что со стороны Зинтриссы идут шжи.
Это оказался небольшой дозор узкоглазых. Они почти сразу обратились в бегство, их немного преследовали, а затем командир отозвал бойцов, дав возможность убежать нескольким шжи.
Пленников сразу приставили на работы по дальнейшему укреплению лагеря и как водоносов. Найденную в их сумках еду частично оставили пленникам (не станут же старки есть червяков), а вот что-то более приличное: мясо и хлеб разделили между собой, молясь, чтобы это была не собачатина. На всякий случай договорились считать мясо крольчатиной.
Квечерупоявился,теперьужесостороныкняжества,отрядпобольше. Он потоптался, заметив укрепление, отряд обстреляли и бросились на вылазку Узкоглазые сбежали, удалось захватить ещё пленных. Истринон велел их обобрать. Затем командир вдруг приказал отпустить их на волю, но, как только они отошли шагов на десять, велел расстрелять и перебить их.
Еды у нас и так мало. Мы не можем держать лишние рты, пока не разжились едой, объяснил он воинам.
Урс молчал, глядя, как падают отпущенные было люди. В ватаге Ворона такого не делали пленника либо брали в долю, либо продавали, либо сразу резали в бою. Здесь же была не горячка сечи, а холодный расчёт. Не есть же их, подумал Урс, отворачиваясь. Мысль была верной, но на душе остался осадок, будто он притронулся к чему-то липкому, что не отмыть ни водой, ни потом.
Ночью шжи попытались атаковать укрепление. В схватке манипул потерял трёх человек, и ещё несколько были тяжело ранены. Ещё пару раз желтолицые пытались подобраться ночью, но часовые открывали стрельбу на шум, и они не осмелились больше полезть. Утром осмотрели убитых шжи, но еды у них тоже почти не было.
Атака пошла ближе к полудню. Волна за волной накатывались шжи, но, оставив сотни трупов, так и не смогли взять лагеря. А затем старки сделали вылазку и захватили немного провианта, обратив в бегство устроившихся ужинать узкоглазых. Ночью командир вдруг велел перебить пленных, за исключением нескольких самых крепких, которых заставили нести носилки с тяжелоранеными, и быстро уходить горными тропами, оставив в лагере четырёх конников, чтобы отбивать стражи и трубить утром побудку.
Голодные и страшно уставшие, воины заночевали на берегу горной реки. Тяжелораненые, не желавшие задерживать отряд и попадать в руки шжи, сами попросили о смерти. Им помогли. Ночью к отряду присоединились оставленные всадники и сообщили, что утром появились разъезды шжи, посмотрели, послушали, удалились. В обед то же. А затем конники, согласно приказу, отправились догонять своих. Переночевав со всеми, они утром умчались вперёд: сообщить о выполнении задания высшим командирам.
Теперь можно было двигаться помедленнее. Выловленной рыбы и подстреленных птиц еле хватало на одну еду в день, но через три дня отряд встретили ещё две сотни, посланные им на подмогу и вёзшие три повозки с провизией. Наконец-то удалось как следует поесть, а вскоре уставший, но лишь чуть потрёпанный, отряд догнал войско принца, двигавшееся по малой дороге к ущелью, ведущему на городок Ликонай.
* * *
На следующий день Атар настиг армию Жугэ, которая застряла в ущелье. Незадолго перед этим прошедший ливень привёл к тому, что обозы тонули в грязи, и шжи пытались разгородить дорогу. Генерал Син Улигар быстро построил свое войско в боевой порядок. Как и полагается, в авангарде и в арьергарде стали лучшие части. Поскольку манипул Урса только что вернулся с опасного задания, его поставили в арьергард. Авангард завязал бой с отставшими шжи, а через пару часов по сигналу генерала ринулся в ущелье в общую атаку.
Капитан Истринон велел своим подойти к ущелью и занять оборонительную позицию. Видимо, ему было приказано прикрывать на всякий случай возможный отход. Но через каких-то четверть часа он не выдержал, оставил сзади лишь отборную сотню Урса и бросился в бой с остальными. Как только его отряд вошёл в ущелье, сверху полетели брёвна, зажигательные стрелы и факелы, и всё ущелье озарилось огнем. Оттуда доносились истошные вопли заживо горящих. И сразу же сотня оказалась атакована вдесятеро превосходящими силами шжи, которые затаились неподалеку в засаде, а теперь должны были заткнуть выход из адского ущелья.
Сотня быстро заняла оборонительную позицию, но вырывавшиеся из геенны огненной обезумевшие воины разбили строй. Впервые за всё время боев она понесла значительные потери. В строю осталась едва половина, а раненым пришлось повернуться назад и бить тех, кто в панике выскакивал из ущелья.
Правда, отдельные воины, заметив дерущихся своих, становились в общийстрой.ДралисьонинамногохужеоднокотельниковУрса,нолюбой человек был дорог.
Урс,раненыйвплечо,отошёлназад.Нанегомчалсясвытаращенными глазами воин, кое-как затушивший горящую одежду. Урс огрел его древком копья, воин упал, вдруг вытащил меч и с отчаянной храбростью труса бросился на Урса, желая пробить дорогу к шжи, которые с удовольствием убивали таких беглецов. Пришлось размозжить ему голову палицей. И Урс стал бить своих бегущих по чему попало, лишь бы эти горящие или просто обезумевшие не расстраивали строй. То, что некоторые из них падали мёртвыми, его уже не волновало. Перевязав рану, он вернулся в строй, где оставалось человек сорок. Из них половина были сохранившие головы спасшиеся воины. Почти все такие оказались гражданами-ополченцами, а не завербованными наёмниками.
Когда силы уже совсем иссякали, из ущелья вышел весь обгоревший, но из последних сил держащийся капитан Истринон, выведший примерно тридцать воинов, проследил, чтобы они встали в строй, упал и попросил прекратить мучения. Сотник отрубил ему голову, а через пару минут сам пал от копья шжи.
Спасение пришло с неожиданной стороны. С гор появилось полсотни всадников. Это был рыцарский отряд армии. К сёдлам многих из них были приторочены отрубленные головы шжи. С криками: Здесь головы вашего царя и Жугэ! они бросились на торжествовавших победу узкоглазых. Командир их истошно завизжал и обратился в бегство. А за ним рассыпались в разные стороны и все остальные. Один из всадников подъехал к паре десятков уцелевших воинов, всё ещё стоявших в строю, и похлопал каждого из них по плечу. Это был сам принц Атар. С двух сторон его коня колыхались головы царя и Жугэ.
* * *
Всего день удалось отдохнуть после такой кошмарной битвы. Все остатки войска были собраны, участникам сражения в огненном аду раздали награды. Урс был награждён бронзовой пластиной и пятью золотыми. Это было как компенсация: шжи, разграбившие лагерь Атара, забрали всё его имущество и раба. Зато Урсу выдали коня. И сразу же Атар вновь обратился к воинству, в рядах которого теперь стояла всего тысяча бойцов, половина из которых были обожжены или ранены.
Доблестные воины! Мы победили. Враг лишился голов всех военачальников и бежит в панике. Но теперь узкоглазые ещё страшнее для мирных жителей, поскольку их не сдерживает никто. Преследуйте их, захватывайте, убивайте и, главное, не давайте задерживаться для грабежа. Все вы получили коней, но драться лучше вам в строю, к которому вы привыкли. С вами пойдёт полусотня рыцарей. Гоните врага в Зинтриссу и дальше! Присоединяйте к себе уцелевших граждан княжества Ликангс. Получите награду богатой добычей за свои раны и потерю друзей. А я отправляюсь к коннетаблю Клингору с радостной вестью, что подкрепления королю Зинтриссы ждать неоткуда. И ничтожный отряд двинулся на свою очередную авантюру.
Расчёт принца оказался правильным. Шжи бежали. Их войско распалось на отдельные отряды, а то и шайки. Осмелевшие жители деревень стали присоединяться к отряду. Столица княжества, вконец разорённая, была взята без боя. И на землю Зинтриссы вступило уже пять тысяч воинов.
Несчастная Центральная Зинтрисса оказалась между двух огней. Отступавшиенасвоиземлисоюзники,большейчастьюпревратившиеся в неорганизованные банды, беспощадно грабили местное население. Ещё хужевелисебянемногиеотряды,по-прежнемувозглавлявшиесякнязьями и сохранившие порядок. Князьки желали теперь одного: утащить в горы побольше добычи, рабов и женщин. Они были уверены, что отомстить за такую подлость у Зинтриссы не хватит сил и воли. А с другой стороны шли тоже отнюдь не ласково настроенные старки и ликангсцы. Урс практически ежедневно участвовал в стычках, грабил врагов и ощущал себя почти что вновь разбойником, только в законе. В одной из стычек к его стремени вдруг бросился невысокий шжи. Это оказался раб Урса, освобождённый в ходе огненной битвы своими, который теперь решил спасаться у хозяина.
Ты же наших убивал, пёс! рявкнул кто-то из сотни, замахиваясь.
Я не убивал! Я воду носил! заверещал Кутур, закрывая голову руками. Господин знает, я не убивал!
Урс остановил замахнувшегося воина жестом. Трус и вонючка, но свою работу делал исправно, не крал и не сбежал, пока его не увели силой. Такой скарб не бросают.
А в один прекрасный день прискакали два всадника с белыми флажками на копьях и объявили всем, что заключено перемирие и начались переговоры. Отряд встал лагерем в сравнительно уцелевшей деревне, наложив на неё и на соседей дань в виде провианта, а после известия о заключении мира двинулся назад в Ликангс и затем в родную Старквайю. Из элитной сотни уцелело всего одиннадцать человек. Среди этих счастливчиков был обладатель двух бронзовых пластин, своего коня и оружия, а также тугого кошелька с деньгами Урс Ликарин, вновь полноправный гражданин, но проходящий покаянное служение на профессиональной военной службе.
