— Неужели только сказать? — размеренные спокойные шаги приближались, и я лениво повернулся.
— Видишь ли, — Зелретч цокнул, посмотрев на меня, я почти поверил в его сочувствующее лицо, — Грааль не будет исполнять твое желание.
— Как неудачно для меня, — протянул я, смотря, как мои ноги медленно тают, стекаясь в черную лужу. — Раз уж я умираю, расскажи...
— Кто ты? — старик фыркнул, присаживаясь рядом. — Это ведь так банально, когда главгад говорит герою все свои планы.
— Но мы оба знаем, что я не превозмогу смерть, ведь этот мир не аниме, — я вздохнул, посмотрев на вампира. — Фьоре Игдимилления. Она занималась магическими кругами и, я полагаю, именно она организовала призыв Героических Душ?
— Она даже написала круг для призыва фальшивого Слуги, — одобрительно кивнул Швайнорг. — Как учитель, не могу не гордиться ей.
— Она нужна была тебе для создания круга в сарае Широ.
— Для того чтобы переписать его после Котомине, — поправил Пра-кто-то там.
— Спорю, я не настоящий нечеловек.
— Даже не настоящий попаданец, — фыркнул старик, отряхивая невидимые пылинки со своей темной мантии. — Ты ведь не думал, что простой человек сможет подавить такую сущность, как настоящая Сейбер? — добавил Апостол, ткнув своим колючим пальцем мне в лоб, козел. — Клан Реги. Все поголовно профессиональные убийцы. Ты не можешь знать о них, но дети в нем с рождения обладают второй личностью, как правило, крайне хладнокровной и жестокой. У нынешней главы, Реги Шики, не так давно родилась дочь, и я с помощью ритуала сделал маленькую Ману совершенно обычной жизнерадостной девочкой.
— Ближе к делу, старик, — сказал я, чувствуя, как распад дошел до пояса, а левая рука исчезла по локоть. Жаль, я бы много чего запихнул ему кое-куда.
— Ты программа, код, вписанный на основе второй личности Маны Реги и присвоенный наиболее подходящей Артурии Пендрагон перед ее смертью. Если тебе станет легче — это было обоюдовыгодной сделкой.
— Для тебя и нее, — в голове все тяжелело, а мысли текли все медленнее. Теперь мне стало все понятно. Вот откуда начальные боевые навыки — клан профессиональных убийц. Вот почему я ничего не чувствую от смертей, вот почему так быстро могу анализировать — я что-то типа искусственного интеллекта с ограниченным программным обеспечением. И почему я не удивлен? Где-то в подсознании, копаясь во всем этом дерьме, я уже подозревал нечто подобное. Не может нормальный человек вот так убить ребенка, пусть даже злобного гомункула и совсем ничего не почувствовать. Даже если бы я чувствовал наслаждение от убийств, это означало, что я могу чувствовать... что я живой, а не механизм.
Все мои воспоминания о прошлом — ложь. Все знания — лишь закачанные файлы... Я сам всего лишь фальшивка... Какая ирония, да, Арчер?
— Эмоции, — кусочки воспоминаний о прошедшей неделе пронеслись в угасающем разуме, тело почти не ощущалось, мне даже было почти не страшно, — они все же были моими.
Кого я обманываю, было до боли обидно и страшно, я умирал, и я хотел жить. Цепляясь за остатки, своего рассудка, я проклинал мироздание, судьбу и одного определенного старика. Тьма медленно, но верно стягивалась, а Ангра-Манью тихо смеялся и одновременно кричал в ярости.
— Да, эти чувства были твоими. Настоящими, — старик медленно поднялся.
— Я нужен был лишь для этого?.. — мир медленно сужался, для меня не будет ни рая, ни ада. Лишь немного любопытства перед концом, я все еще не сдался, все еще проявлял непокорность, но как никогда отчетливо осознавал, что это конец...
— А кто сказал, что моей целью являешься ты? — усмешку Апостола я уже не увидел, лишь услышал ее в голосе...
Ты думаешь, что победил старик?..
* * *
Проклятая рыцарь была лишь специальным катализатором, способным максимально раскрыть талант мальчонки. Ферзем, что довела нужную пешку до конца поля. Сейбер и Арчеры были лишь катализаторами, способными запустить определенную реакцию — создать в Широ необходимый Исток и помочь ему развить его до необходимого уровня.
Зелретч, убедившись, что опасный инородный объект исчез безвозвратно, развернулся к выходу из остатков башни Висячих Садов...
* * *
Широ с трудом добрался до разбившейся крепости Ассасин. У входа его ждало неприятное зрелище: Тоно Шики с оторванной рукой, Атласия, перевязывающая ему рану, и разрубленная монахиня в очках.
— Агент пыталась остановить Сейбер, — сказала Сион, прикладывая ладонь холодеющему лбу Тоно. — Но куда там, Слуги прошлись, как танк по консерве.
Эмия выдохнул и вытащил кинжал, подаренный Рамзесом.
— Это остановит кровотечение и восстановит внутренние органы, — Широ приоткрыл скрытое отверстие в рукояти и высыпал в раскрытую ладонь Атласии две капсулы, красную и синюю, — Кастер сказал, что ты поймешь, что с этим делать.
Это было лекарство. Ее спасение от вампирских импульсов, она снова могла стать человеком. Эльтнем улыбнулась, вторая должна была излечить сестру Шики.
Порой Оззи был очень сентиментален. А еще он был говнюком, который мог бы дать эти таблетки сразу!
— Спасибо, — тихо прошептала Атласия.
* * *
— Что ты хочешь загадать, Эмия-кун? — спросил Зелретч, задумчиво облокотившись об уцелевшую стену.
— Вы хотите мне помешать? — напрягся хромающий парень.
— О, что ты, совсем наоборот, — поднял руки в мирном жесте Швайнорг, — я тут для того, чтобы сделать тебе подарок.
— Что с Сакурой и Рин? — спросил Широ, медленно подходя к вампиру. — Вы обещали защиту.
— О, поверь, сейчас они в самом безопасном месте, и их физическому здоровью ничего не угрожает, — заверил Апостол, и ведь в каком-то смысле он даже не лгал. Вытаскивая из-под темной мантии, надетой поверх белоснежной рубашки, небольшую магическую книгу, вампир продолжил. — Ты и сам в этом сможешь убедиться... или.
— Или что? — подозрительно спросил Эмия.
— Или, мой юный ученик, ты можешь стать Героем Справедливости, — Зелретч раскрыл книгу, освещаемую лишь светом его другой ученицы Юстиции фон Айнцберн, ставшей первым сосудом для Грааля. Помещение заполнили различные диаграммы и схемы, вырисованные в пространстве.
Это были миры, миллиарды миров, бесконечное количество вариаций будущего и прошлого. Благодаря структурному анализу и познаниям, приобретенным от Арчера, парень совершенно точно знал, что в руках Маршала-Волшебника.
Артефакт, способный видеть судьбу и изменять ее к лучшему или худшему, можно было спасти целые страны, остановить конфликты еще до их начала, предотвратить катастрофы... но артефакт был незавершен.
В нем не хватало лишь силы Истока. Хотя бы слабой едва заметной и ограниченной связи с Акашей.
— В этой битве остался лишь один принадлежащий шестой войне Слуга — Ассасин, — Швайнорг вынул из кармана красную шахматную фигуру и бросил ее парню. — И это ты, Эмия-кун. Ты закончишь либо шестую войну за Грааль, либо предотвратишь миллионы, миллиарды войн в других мирах.
Широ посмотрел на раскрытую книгу. Одна жизнь в обмен на несчетные.
Он очень любил Рин и всей душой желал счастья Сакуре. Перед глазами пронеслись их добрые улыбки, их нежные голоса и звонкий смех. Он хотел бы остаться с ними.
Фуджимура, кто же позаботится о голодной Тигре? Кто защитит любимых девушек, если его не будет рядом, как Арчера?..
Если он останется с девушками, то каждый день будет подвергать их опасности лишь своим присутствием. Его новый Исток — его дар и его проклятье. Маги пойдут на любую подлость ради того, чтобы захватить его...
Сомнения и желания разрывали его изнутри. Он не мог просто уйти и не мог отвернуться от спасения миллиардов и более жизней.
Что же делать? Как поступить?
Широ бессильно упал на колени, его взгляд опустился на собственные руки. Пальцы сжались в кулаки.
— Я стану Героем, отец. Настоящим Героем...
После того, как Широ добровольно стал частью книги и растворился в воздухе, Зелретч облегченно выдохнул.
— Я постараюсь сделать так, чтобы ты никогда не пожалел о своем решении, — обложка одобрительно и решительно мигнула, — но этот мир нам придется оставить, — Швайнорг знал, что парню это не понравится, — этот мир, в котором ты появился, единственный, где твои силы не будут работать.
Вампир немного помолчал, давая возможность своему ученику самостоятельно проверить его слова.
— Без сомнения, Сила Противодействия не оставит этот мир, — к Граалю медленно подошел Директор. — Я скорблю о каждой жизни, но есть цель — и она превыше всего, Эмия Широ.
— Мы хотим остановить Шестую Программу до того, как она будет запущена, — Апостол грустно улыбнулся. — Спасение всех миров ляжет тяжелейшей ношей на наши плечи.
— А теперь идите, — Директор помог раскрыть круг перемещения, книга несколько раз моргнула синим светом и мужчина усмехнулся. — Нет Широ, для создания столь мощного артефакта, мне пришлось принести в жертву и себя, это лишь последние отголоски моей силы.
— Прощайте, Учитель, — Иуда преклонил колено и поцеловал руку, своего наставника. — Я обещаю, что эта жертва не будет напрасной...
* * *
Великий Грааль потух, золотое сияние медленно собралось вокруг маленького и неприметного кольца, незаметно брошенного в недра огромного артефакта.
Желтые змеиные зрачки показались из открывшихся век, прочный золотой доспех покрывал ее тело, а тонкая рука сжалась на рукояти меча.
Он умер. Исчез бесповоротно и навсегда. Но его цель еще не была достигнута. И Сейбер бы не был собой, если бы не выкинул что-то в своем стиле даже перед смертью.
Артурия Пендрагон, Иная Слуга, Иной Король Рыцарей — воплотилась в этом мире, чтобы продолжить.
— Ты знаешь, кто я? — сначала возник трон, а лишь затем появился Арчер, сидящий на нем. Золотая Сейбер кивнула, такой же золотой трон возник за ее спиной, и она присела напротив Короля Героев.
— Ты помнишь его?
— Наши души почти полностью совпадали, — кивнула мечница. — Его память — моя память. Его чувства — мои чувства. Почти.
— Хорошо, — Гильгамеш позволил себе легкую улыбку, когда Сейбер подняла левую руку и посмотрела на кольцо. — С этого момента я приказываю тебе делать все, что посчитаешь нужным.
— Даже так? — удивленно приподняла бровь женщина, все же помнить и знать человека — это было совершенно по-разному.
— Я поклялся тебе, что исполню любое твое желание, — серьезно сказал Древнейший Правитель.
— Даже если я собираюсь бросить вызов всему миру или... — Артурия медленно поднялась с трона.
— Да, — Гильгамеш весело рассмеялся, — я знал, что ты никогда не заставишь меня скучать... Но бросить вызов Алайе!?
Золотая Сейбер медленно подошла к краю холма из мертвого тела огромного демона и кучи черного мрамора. Расплавленные металлические детали обломанными пиками возвышались над телами мертвых к алым небесам, чистым и тихим, потому что она всех уничтожила. Огненные всполохи контрастно играли вдали, освещая женскую фигуру. Артурия полной грудью вдохнула горячий, пропитанный кровью воздух и, чуть обернувшись к спинке трона, на котором продолжал сидеть довольный Король, ответила:
— Ведь я страшная лицемерка, — ее губы слегка изогнулись в адской усмешке...
* * *
Бартомелой, откашливаясь, выбралась наружу. Как она и ожидала, четыре верхних уровня просто смело. По крайней мере, все самое ценное сохранилось на нижних, но радоваться было особо нечему. Даже от одной мысли, как ей придется разгребать все это дерьмо и как остатки фракций Ассоциации постараются повесить всех дохлых собак на нее, Лорелей скривила жутчайшую гримасу. Но потом, сообразив, что она все еще аристократка, женщина прикрыла лицо, сделав вид, что откашливается от пыли.
— Помнишь историю о Берсерках? — раздался голос сзади. Все инстинкты закричали об опасности. Быстро развернувшись и выставив мифриловую перчатку перед собой, Бартомелой напряженно посмотрела на стоящую чуть поодаль Слугу. Часть выбравшихся магов из нижних этажей тут же среагировали и стали на защиту Лорелей. Другая часть решила, что самое время подсидеть ту, кто защищала их, и отошли в сторону.
— О том, что они были побеждены религией? — сейчас нужно было быть очень осторожной в словах, Бартомелой прекрасно осознавала, что шансы не в ее пользу.
— Настойку из грибов пил лишь первый берсерк, остальные пили его мочу, — сказала Золотая Слуга, и за ее спиной раскрылись золотые порталы. То, что появилось из них, заставило отшатнуться даже самых стойких силовиков. Одно присутствие такого количества фантазмов давило на магов не хуже гидравлического пресса.
— Настойка имела ряд негативных последствий, — сказала Лорелей, вновь готовя Магические Цепи. — Они использовали тело первого в качестве фильтра, — закончила она, прекрасно понимая, к чему клонит Слуга.
— Правильно, — кивнула Золотая Сейбер, — даже дикари умели использовать других для своих целей.
Последующая волна просто стерла кусок земли, где стояла Бартомелой...
* * *
— Вот значит как? — протянул Кухулин, почесав лоб, и вновь посмотрел на своего противника. — Хочешь, чтобы мы оставили роль Стражей?
— Именно, я предлагаю тебе присоединиться ко мне, — кивнула Золотая Сейбер. — Ты и подобные тебе уже исполнили свой долг, вы заслужили покой.
— А если я откажусь, убьешь меня? — указал пальцем на себя Лансер и усмехнулся. — Не для того я стал Героем, чтобы обречь людей на гибель.
— Моя цель не в уничтожении человечества, — не согласилась Король Рыцарей.
— Но она ставит его под угрозу, и ты это прекрасно осознаешь, а значит мой долг Героя — остановить тебя, — пожал плечами Кухулин. — Хотя признаю, мне импонирует твоя цель.
— Значит, я никак не могу переубедить тебя, — кивнула Артурия, вынимая меч. — Мне будет жаль убивать героя Ирландии, — блондинка усмехнулась, — но я все равно подарю тебе покой.
— Но могу я сначала попросить о маленьком одолжении? — сконфуженно спросил Сетанта, показывая двумя почти сомкнутыми пальцами насколько мала просьба.
— Я постараюсь ее выполнить из уважения к тебе, Кухулин, — немного подумав, согласилась Золотая Слуга.
— Не одолжишь мне оружие, — очаровательно улыбнулся копейщик. — Я своим Зверя Гайи закол, и теперь оно как бы немного вне зоны доступа.
— Конечно, Лансер, — весело улыбнулась мечница, и из золотого портала в руку мужчины упало знакомое копье. — Надеюсь, Гунгнир не оскорбит тебя?
— Ха! — задорно выкрикнул Кухулин, профессионально прокрутив копье и встав в атакующую стойку. — Сейчас я покажу тебе, как оно станцует в моих руках.
— Ну тогда вперед, — поманила рукой Король Рыцарей, выставляя вперед меч...
Король Героев пригубил еще вина и закинул ногу на ногу.
— Какая ирония, Иуда, ты искренне желал искупить свой грех и создал сильнейшее оружие, чтобы не допустить активации последнего оружия против человечества, — Гильгамешу нравилось наблюдать за боем Слуг, за выверенными и отточенными движениями мечницы и дикими и быстрыми атаками копейщика.
Но еще больше Короля веселило то, что именно Зелретч положил начало концу, создав Сейбер.
