* * *
Едва Джинни более-менее пришла в себя, парни решили, что пора меняться. Блейз опустил ее бедра на пол и вышел из нее. Нотт плюхнулся на диван и поманил взмокшую после бурного оргазма Джинни пальцем.
— Беги сюда, — тяжело дыша от возбуждения произнес он.
Секунду спустя, попутно избавившись наконец от трусиков, она уже сидела на нем, опустившись на его член и обеими руками раздвигая собственные ягодицы. Нотт подался бедрами вверх и сжал руками ее груди. Джинни, пошире разведя колени, чтобы член погрузился в нее на всю глубину, начала двигаться. Нотт вторил ей, чуть подталкиваясь снизу. Поймав удобный ритм, оба получали неземное удовольствие.
Джинни двигалась все быстрее, прыгая на его члене, как на батуте. Нотт, упираясь ногами в пол, не отставал. Схватив ее за пояс для чулок одной рукой, другой он завладел ее волосами, намотав их на кулак, будто трос и запрокинув ее голову назад.
Вдруг Джинни почувствовала, как Блейз просунул в ее анальное отверстие кончик палочки, и ощутила, как задний проход оказался заполнен теплой смазкой. Это было очень приятно. Еще приятнее стало, когда он вставил туда конец смазанной свечи.
— Да-а-а, — застонала она, чувствуя, как свеча вползает все глубже.
Блейз, с улыбкой глядя на Джинни, оседлавшую его приятеля, вынул из канделябра еще одну свечу и, ухмыляясь, приподнял ее над пружинящей от бедер Нотта попкой девушки.
— Ай! А-а-ай! — завизжала Джинни, ощутив, как капли горячего воска стали падать на ее ягодицы.
Она зажмурилась в ожидании очередной капли и замедлилась. Воск обжигал нежную кожу, но эти ощущения только еще больше распаляли ее.
— О да, глубже! — заголосила она, когда Блейз, вынув из ее попки свечу и просунул внутрь головку.
Слизеринец не стал нежничать и сразу же, с усилием продвинулся вглубь, растягивая тугой сфинктер. Джинни закусила губу и поморщилась от боли: чернокожего слизеринца был слишком большим, чтобы тот мог действовать сходу. По мере того, как плоть Забини все глубже и глубже врезалась в ее попку, первое время доставляя ей только боль, она стонала все громче и громче, уткнувшись лбом в плечо Нотта и зажмурившись.
Вскоре, когда она более-менее привыкла, Забини начал двигаться. Толстый член с трудом скользил в невероятно тугой заднице, но слизеринец увеличивал амплитуду и скорость невзирая на болезненные стоны девушки. Нотт тоже начал двигаться. В то время как он оказывался в ее влагалище, Блейз выходил из ее попки — и наоборот. Ритмичные, словно рассчитанные по метроному, движения мужчин стремительно несли Джинни ввысь, в самые небеса. Она практически кричала, испытывая невероятное смешение чувств. Будучи уже на грани оргазма, она почувствовала, как Блейз схватил ее за волосы, оттянул ее голову назад и дал ей легкую пощечину. Продолжая толкаться в ее задницу, только уже гораздо быстрее, чем прежде, он зашептал ей что-то в самое ухо, но в ее ушах стояли беспрерывные стоны всех троих, и расслышать, что именно он шептал, она не могла.
Движения слизеринцев стали беспорядочными и совершенно безжалостными. Оба жестко вбивались в нее, каждый в свое отверстие. От мощных толчок у нее уже кружилась голова. Нотт несколько раз больно шлепнул ее по попке, а потом ухватил зубами один из торчащих сосков. Блейз, не отпуская ее волос, положил свободную руку на ее горло. Сжав его несильно, но достаточно для того, чтобы добавить в ее ощущения остроты. Минуту спустя Джинни кончила. Встретив оргазм по-настоящему громким криком, она забилась в сладостных конвульсиях, словно пытаясь вырваться из сильных рук парней. На самом же деле она готова была отдать все на свете ради того, чтобы они не отпускали ее никогда. Казалось, оргазм длился не больше нескольких секунд, ей было мало, но на деле она извивалась в объятиях Блейза и Нотта минуты две-три. Оргазм всегда кажется слишком коротким.
— Давай к нам, приятель! — воскликнул Блейз, обращаясь к другу.
Ее мышцы все еще сокращались в оргазменных судорогах, а он уже менял позу. Подхватив девушку под коленками и нечаянно задрав отцепившийся от пояса чулок, он поднял ее на руки и, чуть отклонившись назад для равновесия, опустил ее на свой член. Подоспевший Нотт встал позади нее и вставил член в ее анальную дырочку. Вместе удерживая девушку на весу они продолжили совокуплять ее, не останавливаясь ни на миг. Джинни обхватила Блейза за шею и прижалась к нему грудью. Озорная поза и пыл двух крепких слизеринцев не давали ей успокоиться, и она, не успев даже отойти от оргазма, снова в наслаждении стонала. Ее анус, поддавшись-таки натиску ребят, окончательно расслабился, и теперь она не испытывала никакой боли, ощущая, как два члена одновременно врываются в ее нутро.
— Ч-черт! Я кончаю! — задыхаясь, прохрипел Блейз.
Он вышел из Джинни, Нотт опустил девушку на пол. Она уже знала, что делать. Стоя перед Забини на коленях, она открыла рот и приготовилась принять на лицо все, чем он был готов ее угостить, хотя и прекрасно понимала, что потом нужно будет как-то смывать этот макияж, чтобы добраться до спальни. Блейз несколько раз дернул член кулаком и, ухватив Джинни за волосы, навис над нею, поставив одну ногу на сиденье дивана, и кончил.
— А-а-агрх! — хрипло стонал он, глядя на то, как тяжелые капли горячей спермы падают на лицо девушки, залетая в раскрытый рот, и стекают по щекам.
Подставляя лицо под этот град, она испытывала какое-то особенное, греховное и грязное удовлетворение. Проглотив все, что попало в рот, она открыла глаза и начисто вылизала темную головку. Раскрыв рот, она позволила Блейзу загнать туда член чуть ли не на всю длину, а потом, сплюнув остатки себе же на грудь, обернулась к Нотту.
Тот, оказавшись парнем с фантазией, устроил ее в необычную, но, как ей казалось, очень сексуальную позу: согнутые в коленях ноги лежали на сиденье, а сама она свесилась вниз и, опираясь на локти, опустила голову на сложенные руки. Встав над ее отставленной попкой, Нотт протиснулся в ее тугую вагину по самое основание и начал двигаться. Сжимая в руках ее ягодицы, он тяжело дышал, но продолжал третировать ее припухшую за время секса киску. Не прошло и нескольких минут, как Джинни испытала еще один оргазм. Нотт тянул ее за галстук, чуть придушивая, а когда она в очередной раз закричала, он шлепнул ее по заднице, потом шлепнул еще раз, а после, когда она уже начала остывать, вышел из ее влагалища и протиснулся в попку. Войдя по самые яйца, он успел сделать лишь пару десятков фрикций, после чего резко вышел и, застонав, излился на ее спину, забрызгивая спермой волосы. Стряхнув с кончика головки последнюю каплю, он вернул перепачканный спермой член в ее попку и, пока тот еще был твердым, сделал несколько движений.
* * *
— Ты, знаешь, — сказал Блейз минуты спустя, одеваясь. — Нам че-то как-то не понравилось. Любая другая гриффиндорская сучка может предложить мне то же самое, Уизли. Не рассчитывай на серьезные отношения.
И они с Ноттом ушли. А Джинни осталась наедине со своими мыслями и слезами на глазах. Пусть она и не рассчитывала на серьезные отношения с самого начала, едва завидев Нотта, слова Блейза были отвратительны. Она, чувствуя, как глаза заполняются слезами, принялась приводить себя в порядок.
— Ну, по крайней мере месть удалась на славу, — прошептала она, вспомнив о Гарри.
64. БДСМ! (Беллатриса Лестрейнж/Северус Снейп/Люциус Малфой)
Примечание к части
Новая версия еще одной слишком короткой главы. Наслаждайтесь!
She ain’t satisfied without some pain
Friday night is goin’ up inside her…again
Well crack the whip
‘Cause that bitch is just insane…
(GUNS N ROSES, 1991)
Где-то на востоке Албании, в предгорьях корабских гор, посреди дремучего леса, чаща которого с древних времен считалась проклятой, и куда уже многие десятилетия, если не века, не ступала нога маггла, располагалось тайное убежище Волан-де-Морта. Именно здесь, в гигантском подземелье под развалинами античного аванпоста на склоне холма и скрылся обессиленный и лишенный плоти Темный Лорд, потерпев поражение от младенца, защищенного любовью матери. Негостеприимное закрытое государство, далеко не самое дружелюбное к чужакам население, чудовищный уровень коррупции и преступности, слабо заселенные горы и леса — Албания идеально подходила для того, чтобы в ней затеряться.
Северус Снегг, еще молодой и амбициозный волшебник, которому в последние недели приходилось постоянно находиться подле находящегося между жизнью и смертью Лорда, тяжело переносил постоянное пребывание под толщей земли. Частенько он выбирался на поверхность, чтобы наполнить легкие чистым, трезвящим воздухом и проводил по несколько часов, бесцельно бродя по лесу. Так было и сегодня: он гулял до самого захода солнца, вернувшись ко входу в подземные платы лишь когда в небе начали проявляться первые звезды. Взобравшись напоследок на остатки полуразвалившейся стены, он окинул взглядом бескрайний лес и, тяжело вздохнув, спрыгнул вниз.
Сегодня ему наконец удалось привести Волан-де-Морта в относительно стабильное состояние. На это ушло бессчетное количество бессонных ночей, но результат был достигнут в поставленный Лордом сроки. Волан-де-Морт больше не угасал, для поддержания его в жизнеспособном состоянии больше не требовалось постоянное присутствие Хвоста, и хотя волшебник так и не обрел полноценное тело, он был способен свободно перемещаться без посторонней помощи, но главное — к нему вернулась способность колдовать.
За успех Темный Лорд наградил Снегга. Вот только такой награды от него Северус никак не ожидал. Не то, чтобы он всю жизнь об этом мечтал, но Беллатриса часто появлялась в его извращенных фантазиях. Он, конечно же, предпочел деньги или возможность получить какой-нибудь особо редкий ингредиент для своих исследований, но и это было неплохо. Судя по тому, как она вползла в темную, освещаемую лишь несколькими свечами, комнату — Беллатрисе уже приходилось делать подобное. С Люциусом? С самим Лордом? Неважно, сейчас следовало расслабиться и получать удовольствие. И неважно, что к ним присоединился так же удостоившийся награды Малфой-старший: так даже интереснее.
* * *
Помещения тайного убежища были именно такими, какие и мог бы себе их представить рядовой обыватель: огромные холодные залы, больше походившие на пещеры, соединенные между собой лабиринтом тесных коридоров и переходов. Тем не менее, развешанные повсюду факелы и расставленные по углам канделябры со свечами озаряли необработанные каменные своды мягким светом, делая темные подземелья гораздо уютнее. Раритетная мебель и ковры, расстеленные повсюду дополняли обстановку, делая ее больше похожей на древний замок начала средних веков, чем на заброшенные катакомбы.
В одном из таких застеленных коврами залах и находился сейчас Северус, вместе с Люциусом наблюдавший за «танцами» Беллатрисы, развратно вертевшей задницей и теребившей собственную промежность. Северус поймал себя на мысли, что о танцах Белла имеет самое отдаленное представление, потому что грязные телодвижения, которыми она соблазняла их, скорее напоминали сольный порнофильм. Нагой по пояс, он восседал в высоком, напоминающем трон, кресле, держа в руке стакан огневиски. Люциус расположился в таком же, грызя яблоко. Будучи разочарован хореографическими навыками мисс Блэк, он, не дожевав и половины спелого фрукта, бросил его, попав прямо в ягодицу. Издав смешок и поглядев на Северуса, которого его меткость почему-то не впечатлила, он приказал:
— Ползи сюда!
Беллатриса, показав ему за яблоко средний палец, опустилась на пол и медленно поползла к ним на четвереньках, переводя исполненный греха взгляд с одного на другого. Тонкую талию стягивал кожаный корсет, между пышных, вздрагивающих при каждом движении, ягодиц впились такие же кожаные стринги, а на шее красовался ошейник, к которому был прицеплен поводок в виде цепочки. Ноги развратницы были обуты в сапоги выше колена, на невероятно высоких металлических шпильках. Когда она, гремя волочащейся по полу цепочкой, добралась до Северуса, он, еле заметно ухмыльнувшись, провел пальцами по ее подбородку, а затем, намотав на кулак поводок, притянул вплотную к своему лицу и лизнул щеку. Беллатриса, ощутив его горячее дыхание около своего уха, развязно улыбнулась. Северус сжал рукой ее челюсть и больно впился в ее губы. Разорвав поцелуй, он, приподнявшись, разом стянул с себя брюки, скинул ботинки и откинулся на спинку кресла. Подняв ногу, он шлепнул ее стопой по заднице, после чего потянул ее за волосы и приказал:
— Давай, соси!
Беллатриса, облизнув губы, схватила его член и тщательно облизала со всех сторон. Проведя по внешне стороне выпяченными губами, она положила ладонь на его яйца и начала сосать. Северус положил руки на ее голову, запустив пальцы в кудрявые локоны. Он сполз пониже и, устроившись поудобнее, принялся насаживать на себя голову женщины, с совершенным безразличием к ее ощущениям.
— Убери руки, глотай! — сказал он, грубо шлепнув ее по лицу.
Беллатриса отпустила его член, который держала у основания и тут же почувствовала, как толстенный ствол Снейпа протиснулся в ее глотку на всю длину. Ей показалось, что гигантский член достает чуть ли не до самого пищевода. Мужчина давил на ее затылок, не выпуская из цепкой хватки, до тех пор, пока она не начала задыхаться.
— Фак е-е-е! — вдохнув, воскликнула Беллатриса. — Задуши меня своим членом!
Глубокое проникновение повторилось еще несколько раз, после чего Северус предоставил инициативу ей, отпустив ее голову и полностью расслабившись. Наблюдая за ее действиями, он с удовлетворением заметил, как умело она засасывает, как плотно ее ярко-накрашенные губы обхватывают член и как ее юркий язычок ласкает головку, щекоча самый ее кончик и облизывая крайнюю плоть.
— Иди-ка сюда, Белла! Моя очередь, — поманил ее пальцем Люциус. — Надо как следует прочистить твой грязный рот!
В следующие пять минут Малфой-старший наслаждался тем же, что она только что проделывала с Северусом. Расслабленно стеная, он то и дело шлепал ее плетью по отставленной заднице. Под конец этой, так называемой, операции по удалению гланд, он сунул Беллатрисе в рот рукоять плетки и протиснул вглубь, будто доктор, проводящий гастроскопию.
* * *
— Ну что, приготовила жопу, а? — спросил Люциус минуту спустя, когда она уже стояла на четвереньках посреди комнаты.
Он замахнулся и шлепнул ее плеткой по попке так звонко, что женщина взвизгнула.
— Приготовила так, что хоть сразу два втыкайте, — эротично, изогнувшись, пропела Беллатриса. — Или ты хотел посмотреть, как я делаю клизму?
Люциус издал непонятный смешок и посмотрел на Северуса. Тот кивнул ему и встал позади нее. Беллатриса с готовностью отставила задницу вверх и назад. Северус раздвинул ее упругие ягодицы и его взору открылся смазанные лубрикантом, блестевшие влагой анус и половые губы. Взяв предложенный Люциусом флакон ароматического масла, он вылил на объемную попу чуть ли не половину флакона. Засунув ей во влагалище ее же трусы, он смазал маслом член, и, как истинный подчинитель, устроился над ней на полусогнутых ногах и, не церемонясь, уткнулся головкой в плотный сфинктер и протиснул ее внутрь. Положив обе руки на ее ягодицы и таким образом раздвигая их, он вошел глубже.
