Такая метаморфоза, очевидно, обусловливалась (и была оправдана исторически) тем обстоятельством, что это время наивысшего подъема Греции не только в искусстве, но и в других областях жизни, время полного расцвета всех тех явлений, которые сформировались в архаическую эпоху, время господства такой своеобразной формы социально-экономической и политической организации общества, как полис. По мнению многих исследователей, именно последним обстоятельством объясняются основные особенности развития древнегреческого общества.
Хронологическими границами этой эпохи обычно считаются: рубеж VI—V вв. до н. э. (время начала Греко-персидских войн) и 338 г. до н. э. (когда в битве при Херонее греки понесли от Македонии сокрушительное поражение, знаменовавшее гибель их свободы).
В общеисторическом плане мы можем рассматривать этот период следующим образом. Начало его открылось попыткой Востока (в лице Ахеменидской Персии) подмять под себя Элладу с ее определившимся к этому времени своеобразным путем развития. В борьбе греки отстояли не только свою независимость, но и свою самобытность. На протяжении двух столетий соблюдалось большее или меньшее равновесие двух сил. Но конец периода ознаменовался ответной реакцией Запада. Под предводительством македонского царя Эллада двинулась на Восток и на какое-то время одолела его.
Виды государственного строя в классической Греции
Рассмотрение всех проблем истории Греции классического периода необходимо начать с анализа форм политического устройства. Именно в них наиболее явно проявляются характерные черты особого пути развития, свойственного Элладе в древности.
Демократия. По своему политическому устройству полисы классической Греции делились на два основных типа: демократические и олигархические. Тот или иной строй, как правило, отражал существенные различия в социально-экономических отношениях. Полисы с высоким уровнем экономики, интенсивным сельским хозяйством, развитым ремеслом и активной торговлей тяготели обычно к демократии. Напротив, олигархия в большинстве случаев была связана с архаическими общественными отношениями. Состояние источников по истории Греции таково, что иногда создается впечатление, что чуть ли не единственным демократическим полисом Эллады являлись Афины. Однако современные исследования показали, что в некоторых государствах демократический строй установился в более раннее время, нежели в Афинах, и даже в архаический период существовали полисы бесспорно демократические по своему устройству. В классическую эпоху прослеживается явная тенденция к трансформации общественных отношений и, соответственно, к распространению «зоны» демократии.
Древняя Греция в V—VI вв. до н. э.
Грекам мы обязаны возникновением самого понятия «народовластие» — так буквально переводится слово «демократия». Наиболее развитой и совершенной формой в античную эпоху (к тому же лучше всего известной нам, прежде всего, благодаря труду великого Аристотеля «Афинская полития») справедливо считается афинская демократия. Ее «золотой век» — время примерно с середины V до 30-х годов IV в. до н. э. Сущность государственного устройства Афин этого периода точно и лаконично определил вождь афинской демократии в середине V в. до н. э. Перикл: «Так как у нас городом управляет не меньшинство, а большинство народа, то наш государственный строй называется демократией».
Соответственно, основу политической организации полиса составлял коллектив граждан, так что выработка самого понятия «гражданин» — тоже достижение политической мысли греков. Граждане четко отчленялись от всех остальных жителей полиса. В основу концепции гражданства был положен принцип наследования этого статуса: «Гражданскими правами пользуются люди, которых родители оба — граждане», — такими словами начинает Аристотель свое описание государственного строя Афин.
По достижении юношей 18 лет специальная комиссия после тщательной проверки заносила его в списки членов дема (территориальной единицы). Затем вместе со сверстниками молодой афинянин проходил военное обучение. Эфебов, как их называли в эти годы, учили фехтованию, стрельбе из лука, метанию дротика и работе с катапультой. Через год они демонстрировали народу свою выучку и получали от государства щит и меч. Последующий год эфебы несли настоящую воинскую службу, они охраняли границы страны, находясь все время на сторожевых постах. «По истечении этих двух лет они становятся уже на один уровень с остальными гражданами».
Афиняне ревностно охраняли чистоту гражданского коллектива. Так, когда был произведен пересмотр списка граждан при раздаче хлебных даров, присланных в 445 г. до н. э. фараоном Псамметихом, лица, неправильно вписанные в списки для раздачи хлеба, были проданы в рабство.
Прямая демократия, существовавшая в античности, подразумевала, что все сколько-нибудь значимые решения принимал только коллектив граждан, который никому не передоверял своих прав. Этот принцип находил свое воплощение в том, что примерно каждые девять дней, точнее 40 раз в году (во всяком случае в IV в. до н. э.), граждане собирались на заседание народного собрания (экклесии), чтобы обсудить самые различные стороны своей жизни, политической, экономической и культурной. К важнейшим вопросам, рассматривавшимся на заседаниях экклесии, относились: объявление войны и установление мира, заключение союзов, избрание должностных лиц и принятие их отчетов, дарование гражданских прав, защита страны, отчеты послов и многие другие. В ведении народного собрания находилась такая чрезвычайная мера, как остракизм, т. е. изгнание на десять лет лица, заподозренного в том, что его влияние и авторитет могут угрожать демократическому строю.
Ораторам в народном собрании приходилось говорить перед аудиторией из нескольких тысяч человек, у которых имелись свои сформировавшиеся взгляды и представления. Достаточно быстро сложился определенный набор штампов, которыми пользовались представители различных политических направлений. Эти штампы определялись системой ценностей аудитории, они отражали наиболее популярные у слушателей идеи и постулаты. Завоевать мнение большинства означало уловить настроение демоса, установить с ним контакт и тем самым снискать одобрение аудитории.
Согласно правилам, выступающий не должен был позволять выпадов против собрания и своих соперников, его не имели права прерывать и удалить с трибуны, но на практике все эти правила соблюдались от случая к случаю, и если обсуждался наболевший вопрос, экклесия напоминала клокочущий вулкан. Яркие зарисовки оставил в своих комедиях Аристофан. Один из героев комедии «Ахарняне», уставший от бесконечных войн, твердо решил «без стеснения кричать, стучать, перебивать оратора, когда о мире не станет говорить он». Героиня другой комедии, Праксагора, пожив рядом с Пниксом (холмом, на котором заседала экклесия), вдоволь наслушалась ораторов и вынесла твердое убеждение, что не угодившего слушателям оратора обязательно осыпали бранью и оскорблениями. Он старался не оставаться в долгу и отвечал соответственно. Разумеется, комедии свойственны преувеличения, но вот свидетельство самого оратора: Демосфен одну из наиболее важных и серьезных политических речей начинает просьбой выслушать его, не прерывая ни криками, ни пререканиями.
Своего рода рабочим органом народного собрания служил Совет пятисот (Буле). Каждая из 10 фил (округов) выбирала 50 членов. Год делился на десять частей — пританий, и дежурная фила в определенном порядке сменяла другую. Основная функция Совета заключалась в подготовке дел для народного собрания, их предварительном обсуждении и вынесении решения — пробулевмы. «И народ ни по какому вопросу не может вынести постановления, если об этом не состоялось предварительного заключения Совета».
В систему защиты демократии и прав гражданина входил суд присяжных (гелиэя). Каждый гражданин имел право выступить в народном собрании с заявлением о том, что поступившее предложение или уже принятый закон противоречат ранее принятым законам. Действие обжалованного закона прекращалось, и вопрос передавался в гелиэю, которая после тщательного разбирательства выносила решение. В любом случае следовало наказание или гражданина, необоснованно возбудившего дело, за сутяжничество, или гражданина, по инициативе которого закон был принят (вплоть до смертной казни).
Судьями могли быть граждане не моложе тридцати лет, общее число их составляло 6 тыс. Суд делился на 10 палат-дикастериев по 501 человеку (остальные были запасными). Когда читаешь «Афинскую политию», поражаешься, с какой тщательностью была организована работа гелиэи на всех ее этапах, как она была продумана до мелочей, начиная с распределения дел между дикастериями — по жребию во избежание подкупа. Не менее поражает и та детальность, с которой Аристотель описывает все помещения гелиэи, ящики с буквами, трости разного цвета, желуди, бронзовые кубки, камушки, сосуды, клепсидры и прочий инвентарь для заседаний и голосования. Сам судебный процесс был построен на основе состязательного принципа. Судьи выслушивали истца, ответчика и свидетелей и выносили приговор. Не имелось ни прокуроров, ни защитников, каждый должен был выступать сам, но в случае необходимости он мог заказать речь профессиональному оратору (логографу) и выучить ее. Дело считалось решенным, если за приговор подавало голос более половины членов дикастерия. Наказания включали штраф, конфискацию имущества, лишение гражданских прав, изгнание и смертную казнь.
Еще одной гарантией сохранения демократии служила сложная процедура принятия новых законов. В государственном праве и практике Афин различались законы (номой) и решения экклесии (псефисмы), которые носили казуальный характер. В начале каждого года в экклесии решался вопрос, возникла ли необходимость в пересмотре старых и принятии новых законов. В случае положительного ответа следовала сложная процедура: обсуждение в Совете, экклесии и гелиэе, при этом тексты предлагаемых новых законов, написанные на больших досках, выставлялись на центральной площади Афин Агоре для всеобщего ознакомления, (процедура введения новых законов с течением времени претерпела изменения).
Непосредственное управление различными сферами жизни осуществляли должностные лица, которые избирались по жребию сроком на один год, работали они коллегиально. Исключение составляли военные должности — прежде всего 10 стратегов, важнейших магистратов, которые избирались поднятием рук, поскольку исполнение их обязанностей требовало определенных знаний и навыков. Только военные должности разрешалось занимать несколько раз. В обстановке постоянных войн коллегия стратегов сосредоточила в своих руках важнейшие вопросы политики, а не только руководство военными делами. К высшим магистратам относилась также коллегия девяти архонтов Ареопага (древнейшего государственного органа). Впоследствии, с развитием демократии, их значение было в значительной степени ограничено, но звание архонта оставалось всегда высоким.
С течением времени возросло значение финансовых магистратур, состоявших из нескольких коллегий: 10 «полетов», которые заключали арендные контракты, устраивали торги на разработку рудников и продавали с аукциона имущество преступников; 10 «аподектов», следивших за поступлениями в казну и выдававших магистратам положенные суммы денег, и 10 «логистов», осуществлявших контроль за финансовой отчетностью. Целая сеть коллегиальных магистратур охватывала управление собственно Афинами и их торговым портом Пиреем: «астиномы» следили за чистотой улиц; специальные чиновники (по десятеро) отвечали за соблюдение многочисленных правил рыночной торговли: за качество товаров, за правильность мер и весов и за многое другое. Аристотель весьма подробно перечисляет многочисленных должностных лиц, общее количество которых, как полагают, доходило до 700.
Таково, в самых общих чертах, государственное устройство Афин. Оно предусматривало широкое участие граждан в управлении, заключало ряд мер против злоупотреблений, коррупции и защищало демократический строй. Эффективность этой системы обеспечивалась благодаря оплате отправления должностей и участия в работе экклесии, Буле и гелиеи. Оплата вводилась постепенно, первым установил оплату судей Перикл во второй половине V в. до н. э., в начале IV в. до н. э. стали оплачивать дни, проведенные в народном собрании. Несомненно, далеко не все граждане могли регулярно участвовать в заседаниях экклесии, особенно крестьяне, жившие вдали от Афин. Вопрос о численности населения Афин и, соответственно, о количестве граждан из-за состояния источников оживленно обсуждается еще с конца XIX в. Наметившаяся в последнее время тенденция уменьшать цифры вызвала возражения ряда ученых.
Для того чтобы прямая демократия могла функционировать, а народное собрание исполнять роль высшего органа власти, необходимы были четко сформулированные и неукоснительно проводимые в жизнь некоторые основополагающие принципы. Самое основное для греков, что выделяло их из всех остальных жителей ойкумены, — это то, что они (как считали сами) жили в условиях свободы и равенства. С точки зрения политологии, демократия определяется двумя основными чертами: свободой и равноправием. Современное понятие свободы обычно сопоставляется с древнегреческим термином элевтерия, равноправие с исономией. Понятие «элевтерии» имело три значения, отвечающих трем уровням организации общества: в социальном смысле «элевтерия» противостояла рабству, отражая главное противостояние античного общества: свободный — раб; в международно-правовом смысле «элевтерия» означала свободу данного полиса, возможность самостоятельного существования; в этом понимании она могла смыкаться с другим понятием — «автономия». Наконец, в конституционной сфере, в аспекте политической организации полиса: «Вы, говорят, выше всего ставите свободу и равенство», — так определял перс Артабан (по словам Плутарха в биографии Фемистокла), это статусное отличие грека от варвара, жившего в монархической державе.
Перикл. Римская копия с греческого ориги нала V в. до н. э. Ватикан
Формами проявления свободы в условиях демократического государства являются два основополагающих принципа: исономия (принцип политического равенства граждан, возможность для всех их использовать свои политические права) и исегория (равенство слова, равное право на свободу речи, выражение своего мнения). Вот как говорит Геродот устами одного из персов в знаменитом споре о формах правления, их преимуществах и недостатках: «Что до народного правления, то оно прежде всего обладает преимуществом перед всеми другими уже в силу своего прекрасного имени — “исономия”. Затем, — добавляет он, — народ-правитель не может творить ничего из того, что может позволить себе самодержец. Ведь народ управляет, раздавая государственные должности по жребию… а все решения зависят от народного собрания». Все граждане, независимо от своего имущественного положения, в равной мере и богатые, и бедные, обладали одинаковыми политическими правами.
