Пауза несколько затянулась, но она позволила мне принять окончательное решение.
— Майор, — негромко произнес я. — доложи своему ротному командиру о прекращении своих должностных обязанностях в качестве заместителя командира роты, о призыве в имперскую армию в новом звании и в новом качестве офицера по специальным поручениям принца Барка. В течение недели оформи все необходимые бумаги по своему возвращению в армию. Если потребуется моя помощь, то можешь смело обращаться к моему адъютанту полковнику Александру Хлыщу или же ко мне непосредственно. А теперь, ты свободен, через неделю, повторяю ровно через неделю, явишься в мое распоряжение.
Майор, четко фиксируя каждое отдельно взятое движение тела, ног, рук и головы, что очень напоминало движения андроидов, коротко козырнул, развернулся через левое плечо и, четко печатая шаг, вышел из помещения.
5
Совершенно случайно 30-й имперский разведбатальон, прикрепленный к 219-й имперской моторизованной дивизии, оказался в окружении превосходящих сил противника. Он был окружен едва ли не всей 8-й гвардейской дивизии Демократической республики.
И это произошло следующим образом!
219-я имперская дивизия с постоянным местом дислокации в провинции Дени, граница которой проходила всего в четырехстах километрах от временной столицы монархистов Эдвардс, проводила обычные учения по быстрому перебрасыванию своих полков из одной точки в другую. Специфика этих учений заключалась в том, что полки дивизии перебрасывались с места на место не обычными десантными глайдерами, а новыми транспортно-гравитационными модулями, каждый из которых был рассчитан на взвод, роту или на целый батальон мотострелков.
Имперские ученые только-только разработали эти модули, они успешно прошли научно-практические испытание. Но с с живыми кирианами еще не работали. Поэтому, разумеется, эти модули в войсках еще никогда не применялись. Но принимая во внимание тот факт, что научные испытания этих транспортно-гравитационных модулей оказались более чем успешными, было решено, сразу же их передать в войска для практического использования. Понятно, что опыта работы с такими модулями у имперских вооруженных сил попросту не было. Маршал Герман Мольт, будучи осторожным кирианином, своим приказом единственный экземпляр транспортно-гравитационного модуля передал для практического использования в 219-ю имперскую дивизию, командира которой почему-то не очень-то любил.
Вот командир этой дивизии, генерал майор Франц Дайген, и принял мудрое решение, чтобы особо не рисковать своими дивизионными мотострелками, первую такую переброску осуществить, как всегда отправив вперед разведку. Тем более, что этот 30-й разведбатальон подполковника Редховена не имел никакого отношения к его дивизии, а был временно прикреплен приказом сверху, штабом фронта. Генерал майор Дайген снизошел до того, что даже лично поприсутствовал притом, как разведчики этого батальона со всем свои вооружением и боевыми машинами загружались в модуль мгновенно гравитационного перемещения.
Он стоял рядом с погрузочной площадкой, краем уха прислушиваясь к пояснениям, даваемым одним из профессоров разработчиков этой новой военной технологии. Генерал майор Дайген ничего из ученых терминов этого профессора не понимал, но продал его слушать, одновременно наблюдая за тем, как происходила загрузка этого транспортно-гравитационного модуля.
Вначале в нижнюю часть этого серой громадины модуля загнали транспортную и боевую технику, приданную разведбатальону, затем в модуль легкой рысью забегали первая, вторая и третья рота армейских разведчиков. Франц Дайген еще удивился тому, что разведчики вбегали в салон модуля так, словно они каждый день только этим и занимались. Последним в модуль зашел совсем молодой парень с погонами подполковника на своем комбезе, который и был командиром этого батальона. Франц опять же краем уха слушал о том, что Руслан Шеин был восходящей звездой 5-го главного разведывательного управления имперского министерства обороны, что он ходил в любимчиках у самого сэра Гийома, сурового Магистра клана Гномов. К своему великому удивлению, генерал Франц Дайген так и ни одного гнома в этом разведбатальоне не увидел, он состоял из одних только кириан в возрасте двадцати лет.
Как только командир батальона скрылся из глаз сторонних, то сразу же герметически сдвинулись вместе лепестки двери десантного отделения транспортно-гравитационного модуля. Тут же послышался тонкий писк, это несколько увеличивалось давление в салоне модуля. После короткого рыка сирены модуль медленно, тяжело и очень неохотно оторвался от грунта, на несколько секунд завис в воздухе. Затем вдали послышался раскат молнии, который быстро перерос в оглушительный грохот, провожающие были вынуждены руками прикрыть свои уши. Сверкнула молния, она была настолько яркой, что присутствующие опять-таки были вынуждены руками прикрыть глаза. Когда они отняли руки и открыли глаза, то транспортно-гравитационного модуля на прежнем месте уже не было!
— Генерал, модуль с батальоном уже достиг конечной точки своего путешествия! Он, наверняка, уже находится точно в той точке, куда вы его отправили! — С умным видом доложил один из профессоров разработчиков, многозначительно посматривая на свои часы!
Этот профессор слегка слукавил, когда говорил о точном адресном перемещении нового транспортно-гравитационного модуля. Он почему-то забыл своему собеседнику рассказать о том, что их научная группа пока так и не сумела решить проблемы так называемого разброса. В результате, этот транспортно-гравитационный комплекс мог приземляться в любой месте, в радиусе до пятидесяти километров от расчетной точки.
Первый блин даже у самой старательной хозяйки всегда получается комом!
Нечто такое произошло и с доставкой на место армейского разведбатальона подполковника Шеина, транспортно-гравитационный модуль приземлился на пятьдесят километров дальше расчетной точки приземления! Первой модуль покинула группа в десять разведчиков штаб-сержанта Сергея Уфимцева, которая, покинув модель, тут же рассыпалась по окружающей модуль местности. Уже через секунду штаб-сержанту через посредство каналов связи тактшлема стали поступать первые сведения. Он тут же связался с подполковником Шеиным, начал ему докладывать:
— Командир, радиус пятьсот метров — противник не обнаружен!
Через минуту Уфимцев доложил:
— Командир, радиус семьсот метров — противник не обнаружен!
Руслан Шеин поднялся на ноги и приказал:
— Внимание, первая рота на выход! Капитан Сергеев, своей ротой займетесь проверкой и подготовкой нашего транспорта! Пошел!
— Внимание, как только первая рота покинет модуль, то его начнет покидать вторая рота! Ваша задача, майор Артемьев, занять позиции вокруг модуля, готовить линию обороны.
Вскоре разведчики первой роты исчезли в зеве распахнутой ромашки, вслед за ними на выход отправились разведчики второй роты. В этот момент штаб-сержант Уфимцев снова подал свой голос:
— Командир, северо-западный сектор, радиус один километр, обнаружен противник!
— Капитан Коллинз, подготовить и отправить на разведку по четырем направлениям мини разведчики БПЛА. По выходу из модуля ваша рота занимает места в боевых машинах и в транспортных средствах. По дополнительному приказу готовьтесь к выдвижению, контакту с противником.
На десятой минуте разведбатальон покинул модуль мгновенного перемещения, подполковник Руслан Шеин едва успел заметить, как эта серая громадина как-то странно подмигнула ему пару раз, а затем полностью исчезла из глаз. Ему некогда было раздумывать над этим странным обстоятельством, так как со всех сторон на него сыпались донесения и информация. Его батальон был готов к самым неожиданным ситуациям, положениям, но из донесений разведчиков штаб сержанта Уфимцева выяснялось, что он оказался в центре расположения какой-то крупной вражеской части, но пока еще не был обнаружен этим противником. БПЛА подтвердили достоверной этой информации, на топографической карте тактшлема Руслана Шеина появился небольшой треугольник местности, куда попал его батальон. Иными словами, пятьдесят километров излишка при доставке разведбатальона к точке выброса, сыграли свою злую роль, он преодолел линию фронта, оказался в тылу противника.
Подполковнику Шеину оставалось всего несколько минут на то, пока батальон не был обнаружен противником, чтобы принять решение, что же он должен делать при данных обстоятельствах, остаться и вести бой в окружении или же прорываться в своим через линию фронта. Руслан задумался, а затем переключился на каналы связи 219-й имперской дивизии, потребовал прямой линии связи с комдивом. К его удивлению генерал майор Франц Дайген, как только услышал его голос, сразу же догадался о возникшей проблеме.
— Слушай подполковник, оставаться в окружении и вести бой с противником, это более похоже на то, что ты сам себе подписываешь смертный приговор. Как только противник догадается о том, с кем имеет дело, то он с тобой покончит одной артиллерией! Никаких атак вражеской пехоты не будет, а смерть под разрывами снарядов и энергосгустков — это глупая и бесполезная смерть. Я полагаю, что ты должен прорываться, но не к нам за линию фронта, а наоборот, вглубь вражеской обороны. Ты должен прорывать туда, где тебя не ожидают. Организуй диверсию в нашем направлении, по направлению к линии фронта, а на противника всеми своими силами обрушься в противоположном стороне, и уходи из окружения далее вглубь вражеской обороны. Там, наверняка, вражеских войск будет гораздо меньше.
Только в наушниках Руслана умолк голос генерал майора Дайгена, как он услышал голос штаб-сержанта Сергея Уфимцева:
— Командир, в северном секторе мой парень обнаружил какой-то штаб противника. Он говорит, что наблюдает каких-то офицеров в мундирах имперских гвардейцев. Да и я сам видел имперцев в гвардейских мундирах, так что получается, что мы попали в расположении какой гвардейской дивизии!
Руслан Шеин подумал, что это, вероятно 8-я гвардейская пехотная дивизия, которая в отличие от пяти гвардейских дивизий, расквартированный в имперской столице Саана, дислоцировалась в провинции Шпени. Но каким-образом эта гвардейская дивизия Демократической республики здесь оказалась, ему было не совсем понятно. Поэтому он уже на всякий случай снова связался с Францем Дайгеном и передал ему только что полученную информацию. Генерал сильно разволновался, когда разобрался в сути полученной информации, он тут же Руслану Шеину приказал:
— Подполковник, уводи свой батальон из этого места. Я вызываю штурмовую и бомбардировочную авиации для нанесения удара по этой гвардейской дивизии. Мы неделю ее искали по всему фронту и не могли найти, а ты со своим батальоном сразу же ее обнаружил, недаром же вы разведчики. Авиация начнет работать минут через тридцать — сорок, так что уходи оттуда, а то можешь попасть под наш бомбоштурмовой удар.
Противник первым обнаружил 3-ю роту разведбатальона, он тут же ее атаковал конницей, но не гвардейской, а каким-то диким подразделением на лошадях. Когда Руслан Шеин прибыл на позиции третьей роты, то успел заметить, как пулеметчики крупнокалиберных фазерных пулеметов, установленные на БМП и БТРах роты, отбивали эту конную атаку этого дикого противника. Крупнокалиберные сгустки рвали на части и всадника, и его лошадь, все поле перед третьей ротой было покрыто телами погибших всадников и тушами павших лошадей! Но эти дикие всадники каким-то образом ухитрились подбить один из трех БТРов 3-й роты и обездвижить второй БТР. Атака конницы была отбита с большими потерями для врага.
Но в этот момент вторая рота подверглась атакам гвардейцев, которые первым же делом попытались окружить эту роту, но встретив на флангах дружный пулеметно-винтовочный огонь, гвардейцы откатились на исходные позиции. Вторая рота потеряла пять бойцов убитыми и восемью — ранеными.
До налета имперской авиации осталось двадцать минут!
Собравшись с мыслями, Руслан Шеин приказал:
— Уфимцев, слышишь меня?
— Так точно, командир!
— Собери свою десятку в кулак! Этим кулаком нанеси удар по вражескому штабу! Советую удар нанести ровно через восемнадцать минут!
— Расчетное время нанесения удара по вражескому штабу принял!
— После этого постарайся, отойди и навсегда исчезнуть из поля зрения противника. Нас не ищи, выходи сам в расположение 219-й дивизии! Для твоей информации авианалет будет продолжаться двадцать минут! С богом, Сергей!
Руслан Шеин вышел на связь с командирами рот, им приказал разведчиков рассадить по боевым машинам и по транспортным средствам. Впереди колонны пойду десять БТРов с крупнокалиберными пулеметами, гранатометами и энергометами! На карте тактшлема подполковник Шеин показал место, где колонна начнет прорыв позиций гвардейцев.
За две минуты до начала авианалета имперской авиации разведчики штаб-сержанта Сергея Уфимцева уже заняли свои позиции. Сергей выпрямился, покинул кусты, в которых скрывался, и небрежной походкой направился к паре караульных, постовых гвардейцев, расхаживающих перед зданием вражеского штаба. Этих постовых сильно обеспокоил гул авиационных моторов, который приближался с каждой секундой. Они вглядывались в небо, глазами разыскивая приближающиеся самолеты, желая определить, приближаются свои или вражеские самолеты. Небо привлекало все их внимание, поэтому гвардейцы почти не обратили внимания на солдата, который к ним уже совсем приблизился. Они умерли, так и не успев сообразить, кто и за что их убил.
Вытерев лезвие своего ножа о галифе гвардейцев, Сергей Уфимцев снова выпрямился и дал сигнал к нападению своим разведчикам.
Глава 17
1
Особняк Иррека по своим удобствам, богатству убранства на десять голов превосходил мой сарай в Эдвардсе. В нем был даже душ с постоянно подаваемой горячей водой, тогда как горячая вода в душе Эдвардса подавалась только по утрам воскресений, чтобы на воскресную мессу в местном храме мог бы ходить помытым кирианином. Поэтому горячей водой я воспользовался в полной мере, от души мыл и тер себя мочалкой, пока третья гусиная кожа с меня не сошла! Одним словом, примерно через полчаса я был готов к тому, чтобы переговорить с Ирреком, а потом встретиться с теми кирианами, которые курировали имперскую гражданскую авиацию, чтобы обсудить с ними вопрос о приобретении акций. Понимая, что и в том, и в другом случаях встречи будут проходить в узком кругу, я не стал натягивать на себя мундир с эполетами, а решил выйти к гостям в любимых, разорванных на коленях джинсах, с пуловером на плечах.
Чтобы появиться в столовой, по пути туда я должен был миновать большую гостиную особняка Иррека. Опять-таки ничего не подозревая, мне пока еще не удалось и словом обмолвиться с Ирреком, совершенно неожиданно для себя я вдруг в гостиной оказался среди большого количества гостей! Видимо, Иррек их пригласил для того, чтобы я не чувствовал себя в одиночестве. В ярко освещенном помещении гостиной было действительно много народа, как говориться, ноге некуда было ступить! Некоторые гости стояли, другие сидели, все о чем-то полушепотом переговаривались! При моем появлении, разговоры моментально прекратились, все гости поднялись на ноги, они, как один, учтиво склонили свои головы передо мной!
